- Что вы там говорили о путевых болтах, мистер Полтрок?

- О, ничего. Наверное, просто плохая бухгалтерия.

Большой человек с пистолетом в руке шел за маленьким человеком в красном дерби. "Мистер Фекори", - заметил Полтрок.

Лицо Фекори выглядело сморщенным, а его странный золотой нос сверкал.

- Ну, привет, мистер Фекори! - громко поприветствовал Моррис.

- Мистер Моррис, - ответил маленький человечек. Он кивнул, как будто у него затекла шея, и понес кожаный чемодан, который, как все знали, был полон денег. - Вы рады меня видеть или просто счастливы, что сегодня день зарплаты?

- Да, я рад вас видеть, сэр!

- Угу... - маленький человек кивнул Полтроку.

- Не могли бы вы выдать нам с мистером Полтроком зарплату прямо сейчас, чтобы мы не стояли в очереди, - жестом указал Моррис.

- Я уверен, мистер Моррис, что вы работаете так же усердно, как и все остальные, поэтому вы можете стоять в очереди, как и все остальные.

- Я знал, что вы так скажете...

Фекори поводил пальцем вверх-вниз, как учитель.

- Это не очередь за едой, знаете ли. Вы должны расписаться в получении, сэр, как и...

- Все остальные, - закончил Моррис. - Черт, - пробормотал он Полтроку после того, как хозяин кассы пересек дорожку в сторону лагеря.

- Мы не торопимся, мистер Моррис, - напомнил Полтрок.

- Я знаю, сэр. Просто мы - железнодорожники - живем с пятницы до воскресенья, и я могу сказать вам, что я весь на взводе от желания выпить и погудеть.

Полтрок ничем не отличался от других людей, но с тех пор как он подписал контракт с Гастом, он, казалось, заметил в себе какой-то конфликт. Он почти не пил по пятницам - не пил уже несколько месяцев - и не мог вспомнить, когда в последний раз приглашал женщину. Даже во время трехдневных передышек, которые Гаст предоставлял им в первых числах каждого месяца, Полтрок иногда уединялся в бунгало и перепроверял свою инвентарную книгу, оставляя веселье остальным.

"Наверное, я просто повзрослел", - говорил он себе слишком часто, или это было нечто большее?

За его душой что-то сверкало, как будто шептало:

"Это все неправильно, и ты это знаешь. Ты не тот христианин, которого вырастили твои благородные родители. Им было бы стыдно..."

Правда? Что это было?

Настроение Морриса, как всегда, было вздорным, но глаза его казались темными. Полтрок не знал, может, ему показалось, но иногда глаза других мужчин светились тусклым темно-желтым светом...

- И можете не сомневаться, - продолжал Моррис, - что я с нетерпением жду следующей передышки.

- С момента последней передышки не прошло и двух недель, - напомнил ему Полтрок. - Честно говоря, мистер Моррис, вы как ребенок в магазине леденцовых конфет.

Моррис усмехнулся:

- Да, но это не та конфета, которая нужна этому железнодорожнику, - Моррис собирался сказать что-то еще, но тут его глаза расширились. - Какого черта?

- Что-то не так?

- Посмотрите на этого Костолома!

Один из здоровенных охранников Гаста, казалось, подгонял четырех индианок, отмахиваясь от них и крича:

- Не сегодня! Убирайте свои грязные задницы отсюда!

- Какого черта он прогоняет наших шлюх! - воскликнул Моррис. - Эй, вы там! Не прогоняйте этих индейских девушек! Они нужны нам на ночь!

Костолом выставил свою длинную винтовку, как баррикаду.

- Приказ мистера Гаста, сэр, - крикнул он в ответ. - Никаких палаток со шлюхами сегодня вечером, и никакого виски...

Моррис был возмущен, его ожидания были разрушены.

- Вы его слышали, - сказал Полтрок.

- Ну и черт с ним! Сегодня же пятница! Мы же не заслужили ее, как бы тяжело мы ни работали на этой неделе. Почему мистер Гаст отменяет наше веселье?

- Потому что он босс, так что причина не имеет значения.

Индианки затараторили в ответ на своем языке, явно раздраженные.

- Я сказал, убирайтесь!

Другой охранник поспешил на помощь.

- Дахдея! - крикнул он женщинам и указал назад. - Наха!

Наконец женщины поняли это и стали пробираться назад тем же путем, каким пришли.

- Вот это да, - сетовал Моррис. - Черт, теперь я, наверное, никогда не смогу пошалить с этой большой синицей...

"Интересно, почему Гаст приказал им уйти", - подумал Полтрок.

Звук медленных копыт привлек его внимание: Каттон вел свою лошадь.

- Вот она, сэр, - он сел и передал поводья Полтроку. - Жаль, что мистер Гаст отменил пятничную посиделку и все такое. Надеюсь, он не разочарован нашей работой в последнее время.

- Значит, вы тоже об этом слышали, - сказал Полтрок. - Мне и самому немного любопытно. Мне кажется, это была одна из самых продуктивных недель.

- По крайней мере, мне так кажется, - Каттон тоскливо улыбнулся. - Вы уверены, что не хотите, чтобы я помог вам посчитать рельсы, сэр?

- Нет.

- Тогда ладно, мистер Полтрок. Я отправляюсь получать свое жалованье, не то чтобы мне было на что его тратить, ведь сегодня нет ни шлюх, ни виски, - Каттон поманил Морриса. - Давай, Моррис! Давай-ка встанем в очередь за зарплатой, а то так и будем стоять в конце ее!

Двое мужчин ушли. Полтроку было видно, как Фекори и его бульдог-охранник установили пункт выдачи денег. Там быстро образовалась шумная очередь.

Полтрок вывел свою лошадь. Было ли сегодня в воздухе что-то странное? В каком-то смысле это всегда было так, но он никогда не мог определить, что именно.

Двое молодых белых рабочих переговаривались, выгружая ящики с гвоздями из десятифутовой ручной тележки.

- И он сказал мне, что видел ее в окне, как она выпячивает сиськи и подпрыгивает. И соски у нее большие.

- Да? - сказал другой парень с извращенным видом.

- Сказал, что похоже, что она разговаривает с кем-то в комнате, но он знал, что мистер Гаст был на юге на линии - примерно в то же время, когда мы начали прокладывать первый путь через границу, - так что он подумал...

- Если ее мужа нет в городе, с кем она разговаривает? - подсчитал второй парень.

- Ага, да еще и с голыми сиськами в придачу!

Полтрок сначала не слушал, но, когда парень заговорил, он остановил лошадь и навострил ухо.

- И у него уже было несколько штук, когда смена сорвалась и ушла к "Кушеру", так что в следующее мгновение он уже карабкался по шпалере на балкон.

- Нет!

- Не вру. Потом он забрался туда и заглянул.

- Ну, черт возьми, да ладно! Что он увидел?

Рассказчик понизил голос, скрывая острую ухмылку.

- Она в черном платье, все в порядке, а потом она садится в большое модное кресло, пьет вино, сидит, раздвинув ноги, и знаешь что?

- Что? Что!

- Она была полностью выбрита. Ни единого волоска на ее пизде нигде не было.

- Ты лжешь, Джори!

- Это правда, помоги мне господи! И пока она сидела и разговаривала с тем, с кем разговаривала, она немного поиграла с собой, возилась с этим милым пирогом и даже пососала каждый из своих сосков...

- О, черт, чувак, я не могу этого вынести...

- Тогда, наконец... - он наклонился ближе. - Наконец, она подошла к кровати и начала трахаться с парнем, очень долго... и тогда он понял, что это один из рабов.

- О, Боже... Что он сделал? Он рассказал?

- Нет, черт возьми, ты, тупица! Если бы он это сделал, ему пришлось бы объяснять, что он вообще делал на балконе миссис Гаст!

- За это его посадили бы на столб, минимум на неделю.

- Думаешь, он этого не знал? Так что, черт возьми, он не мог ничего сказать. Но он оставался наблюдать некоторое время. Сказал, что у этого ниггера член был как рукоятка молота, и он погружал его в миссис Гаст каждый дюйм до самых яиц...

- Вы, парни! - крикнул Полтрок. Оба рабочих в ужасе посмотрели вверх. - Немедленно прекратите эти разговоры, и навсегда, слышите?

- Да-да, сэр, мистер Полтрок. Мы просто...

- Чушь. Вы распространяете грязные недостойные разговоры, как пара бродяг! - Полтрок ткнул одного из них пальцем в грудь. - Больше никогда так не говори. Никому ничего подобного не говори! Никогда! Здесь и так нелегко, и нам не нужны клевета и разговоры в строю.. Вам, парни, хорошо платят, так что не стоит пренебрегать прекрасным человеком, который вам платит. Если не хотите, я сам ему скажу.

Один из парней был близок к слезам, а другой заикался:

- О, нет, нет, сэр, мистер Полтрок, пожалуйста, не делайте этого...

- Я именно так и сделаю.

- Пожалуйста, пожалуйста, Боже мой, мы никогда не будем говорить ничего подобного...

- Костоломы отхлестают вас обоих девятихвосткой, потом вас уволят и вышлют, и вы не сможете вернуться в Теннесси. Вам придется жить в лесу с индейцами и питаться собачатиной и харчами, и это только в том случае, если они не решат снять скальп с вашей тупой белой задницы и съесть вас.

- Мы клянемся, сэр, клянемся Богом на небесах, что никогда больше не будем говорить подобную чушь.

- Лучше не надо. А теперь складывайте эти чертовы ящики с гвоздями и идите к линии оплаты.

- Да, сэр, да, сэр, да, сэр...

Полтрок сел на коня, окинул их взглядом и направился к строю. По крайней мере, наводил на них страх Божий. Впрочем, он слышал и не такое: на железной дороге ходили слухи, да и в городе тоже, независимо от того, была ли вся бригада в отпуске или нет. Несколько человек были казнены за то, что осмелились рискнуть с распутной миссис Гаст. А Полтрок подумал:

"Миссис Писс..."

Он тоже слышал эти слухи и даже чувствовал запах мочи, когда ему случалось находиться в доме.

Он смахнул его с головы и медленно повел лошадь на север. Пора было отвлечься от всего, что беспокоило его последние четыре года, - от всего, что, как он знал, было неправильно...

* * *

"Тянет на две мили в неделю", - понял Полтрок.

Его глаза следили за дорожкой, подсознательно считая каждый кусочек рельса. Он делал это каждую пятницу вечером с 1857 года, когда они начали работать. Даже лошадь знала эту задачу; она шла медленным шагом по дорожке, пока ее хозяин сидел в седле и считал. Время от времени он записывал цифры в свою книгу, а затем моргал.

"Это уже прогресс. На прошлой неделе мы проехали 2,4 мили, а на этой..."

Полтрок остановил лошадь, услышав звук копыт. Индейцев в этих краях утихомирили, но на всякий случай он уже снял с кобуры свой кольт 36-го калибра. Солнце уже почти зашло, но через мгновение он разглядел, кто это: Моррис.

- Держитесь там, мистер Полтрок! - Моррис помахал рукой.

С ним был всадник.

- Просто я хотел кое-что спросить...

Полтрока это не интересовало.

- Вы не видели мистера Гаста?

- Нет, сэр...

- Значит, вы не слышали, по какой причине он отменил обычные пятничные гуляния...

- Нет, сэр, не слышал, но... - Моррис, казалось, был чем-то взволнован, и тут Полтрок заметил, что он действительно делит спину своей лошади с другим всадником.

"Эта индианка..."

Молодая индианка крепко обхватила Морриса за талию.

- Я догнал этих индейских шлюх, пока они не успели вернуться в свою резервацию, и подцепил вот эту - большую синицу.

- Понятно, - ответил Полтрок.

- Не мог смириться с мыслью, что вечер пятницы пройдет не по плану, - Моррис подъехал к нему и остановился. - Десять центов за рулон - вот что она берет, как и другие, которые старее и уродливее...

Полтрок был не в настроении, но глаза его все равно забегали. Индианка прижалась к спине Морриса, раздвинув стройные ноги, гладкая кожа без шрамов виднелась в широких швах леггинсов. Грудь ее переливалась в ярме из оленьей кожи.

- Она просто красавица, не так ли, сэр? - Моррис вел себя как собака, приносящая хозяину кость. Он быстро спустился с лошади, побрякивая длинным ножом на бедре, затем опустил девушку на землю. - Я имею в виду, сэр, вам действительно нужно увидеть ее сиськи, - и затем он расстегнул ярмо.

Он повернул ее как экспонат. Казалось, что под пятнистой кожей светится молодость. Голые груди бушевали, большие, как детские головки, но упругие, крупные соски налились темной гусиной плотью.

Моррис покачал рукой одну грудь.

- Разве это не нечто, сэр? Вы когда-нибудь видели такие сиськи? О, а это еще лучше... - Моррис покрутил ее вокруг себя, спустил штаны, обнажив задницу. Моррис присвистнул. - Черт! Вы только посмотрите на это!

Девушка знала, что происходит; она наклонилась вперед, чтобы усилить демонстрацию. Ее крестец был большим и выдающимся.

- Ради всего святого, мистер Полтрок, я не могу сказать, что лучше - ее сиськи или ее задница!

Полтрок почувствовал себя сбитым с толку.

- Мистер Моррис, неужели вы притащили эту женщину почти за две мили по железнодорожному полотну только для того, чтобы показать мне ее грудь и задницу?

- Ну, я имею в виду, что сам планирую трахнуть ее не один раз, но поскольку вы мой босс, я решил предложить вам первому.

"Потрясающе..."

- Я ценю вашу профессиональную вежливость, - ответил Полтрок. - Это весьма предусмотрительно, - затем его взгляд переместился со свежей груди индианки на ее лицо.

Широкие, блестящие глаза на грязном лице. Распутство отразилось в улыбке, которую можно было назвать лишь поддельной.

- Нет, нет, спасибо, мистер Моррис, - сказал Полтрок. - Это не мое. Надо закончить пересчитывать рельсы.

- О, вы уверены, мистер Полтрок? - Моррис провел руками по плюшевому крестцу. - Это лучший материал. Черт, большинство индийских шлюх настолько уродливы, что мужчине даже трудно заставить свой член напрячься. Но эта?

- Она довольно красивая девушка, мистер Моррис, но все же я вынужден отказаться. Идите и развлекайтесь.

Моррис пожал плечами, ошеломленный отказом своего начальника.

- Как скажете, сэр, - он посмотрел в сторону и заметил поляну в высоком кустарнике. - Я трахну ее прямо здесь, говорю я... На прошлой неделе я трахал другую индианку в этом же месте, - Моррис толкнул девушку к поляне, привязав лошадь к тонкому дереву.