- О, не начинай так говорить. Насколько я могу судить, у тебя есть кое-что. Хорошая машина, хороший дом, деньги.
- Ты что, не понимаешь? Все это ничего не значит, без любви. У меня нет настоящего счастья...
- Хватит себя жалеть! - огрызнулся Джифф. - Черт, ты только что кончил, да? Многие парни в твоем возрасте даже этого не могут. Тебе под шестьдесят, а твой член все еще твердый и все еще плюется. Этому стоит радоваться, не так ли?
Клиент закрыл лицо руками и заплакал.
- Вот почему ты не можешь меня любить! Я слишком стар!
"О, Иисус Христос в киоске с хот-догами! Мне нужно убираться отсюда!"
- Да ладно, не надо об этом. Слушай, у меня была работа, так где мои деньги?
Дрожащая рука указала на инкрустированный комод. Джифф взял чек и сложил его в карман.
- По крайней мере, скажи мне... Скажи, что я тебе нравлюсь! Пожалуйста!
- Конечно, ты мне нравишься...
- Тогда скажи, и что любишь меня!
- Мы это уже проходили. Это не так, и никогда не будет так. Это просто веселье и игры. Мы друзья, вот и все. Ты помогаешь мне, я помогаю тебе. Мы играем в игру. Что в этом плохого? Что плохого в том, чтобы быть друзьями?
Заплаканные глаза смотрели вверх.
- Ты когда-нибудь... думал обо мне? Я имею в виду... когда мы вместе?
Джиффу это уже надоело.
"Чувак, когда я с тобой, я думаю только о Вэле Килмере с его членом, торчащим из костюма Бэтмена, ты, жалкий жирный неряха..."
Но Джифф просто не мог быть таким мудаком. Этот человек был слишком безобиден, чтобы вызывать у него отвращение.
- Конечно, я иногда думаю о тебе, - солгал он.
Клиент сжал руки в кулаки.
- Спасибо!
Джиффу нужно было прощаться. Ему нужно было побыть среди настоящих мужчин.
- А теперь позвони мне в следующий раз, если захочешь, чтобы я зашел, - и он направился к лестнице.
На полпути вниз он услышал мольбу:
- Выходи за меня! Это будет наш секрет! У тебя будет столько любовников, сколько ты захочешь! Я дам тебе все! Только... выходи за меня!
Джифф быстро захлопнул заднюю дверь.
Колльер проснулся в полдень, солнечный свет, проникающий сквозь шторы, лежал полосой на его глазах.
"Ну и слизняк", - подумал он.
Его затошнило от какого-то внутреннего смятения, а затем по крупицам всплыло все: извращенный секс, зверский кошмар, дыра в стене... и голоса, которые, как ему казалось, он слышал.
Он отмахнулся от всего этого и быстро принял душ, только сейчас заметив онемевшую эрекцию.
"Только не это..."
Каждый раз, когда он смотрел вниз, она пульсировала все сильнее, словно насмехаясь над ним. Когда он оделся, ему пришлось силой заталкивать его в штаны.
"Ну и ночка".
Лестничный холл расцвел на солнце, отгоняя отдаленную головную боль, которая, несомненно, была следствием слишком большой выпивки. Как раз когда он начал спускаться по лестнице, он услышал детский смех и взволнованный голос, похожий на голос маленькой девочки:
- Сюда, мальчик! Иди за мячом! Вот, мальчик!
"Как будто ребенок зовет собаку", - подумал он.
Он снова подошел и посмотрел, но там никого не было.
Миссис Батлер вытирала пыль с перил внизу. Она подняла на него глаза, и Колльер был вынужден посмотреть вниз, где его взору предстало ее декольте. Сегодня старушка была одета в нарядную блузку с оборками и голубую юбку. Эрекция Колльера словно взбунтовалась, когда он увидел ее обнаженной в глазок.
- Доброе утро, миссис Батлер... или, лучше сказать, добрый день.
Ее исхудавшее лицо сияло.
- Вы пропустили завтрак, но я с удовольствием приготовлю вам что-нибудь на обед.
- О, нет, спасибо. Я пройдусь до города, а там что-нибудь перекушу.
- И еще раз, мистер Колльер, мне очень жаль, что моя глупая пьяная дочь была занозой в вашем боку прошлой ночью...
- Не стоит об этом. Я и сам был немного пьян, если хотите знать правду.
- Так что вы ищете в городе? Что-нибудь конкретное?
Она отошла в сторону, когда он спускался; Колльер застонал от ее мягкого тела.
- Вообще-то, книжный магазин. Это на Главной улице?
- Да, сэр, прямо на углу, улица Номер 1 и улица Пенелопы. Это прекрасный маленький магазинчик.
Кроме ее изгибов, его что-то беспокоило.
- О, и я хотел спросить вас кое о чем. Вы разрешаете гостям приводить в гостиницу домашних животных?
Ее глаза, казалось, потускнели.
- Домашних животных, в общем, нет. Но, конечно, если вы думаете о том, чтобы привести питомца в будущем, я уверена, что смогу...
- Нет, нет, я не об этом. Просто... - внезапно он почувствовал себя глупо, заговорив об этом. - Мне показалось, что вчера вечером я видел собаку.
- Собаку? На постоялом дворе? Здесь их нет, уверяю вас. И у нас лично нет домашних животных, за исключением черепах Лотти.
"Какая ошибка. Мне все привиделось, потому что я был пьян и находился в состоянии стресса из-за ее дочери-психопатки".
- Простите, видимо, вчера вечером у меня не все было в порядке с головой. Скажу только, что пиво в "Кушере" было таким вкусным, что я выпил его слишком много.
Она попыталась рассмеяться.
- Мы хотим, чтобы вы хорошо провели время, мистер Колльер, - она сделала паузу и ущипнула себя за подбородок. - В этих краях есть бродячая собака, которую видят некоторые люди. Что это была за собака, которую вы видели?
- Я даже не знаю. Наверное, дворняга, размером с бульдога. Грязно-коричневого цвета.
Неужели она на мгновение заволновалась?
- Ну, если сюда забрался бродяга, мы его быстро выпроводим. Лотти иногда оставляет заднюю дверь открытой. Честно говоря, эта глупая девчонка изматывает меня, но вы хорошо проведете время в городе, мистер Колльер.
- Спасибо. Увидимся позже.
Колльер вышел из больших парадных дверей. Показалась ли ему странной ее реакция или это просто видимость?
"Нет никакой собаки. Это я слишком остро реагирую".
По извилистой дороге перед домом он спустился с холма и вышел на теплый солнечный свет.
Через сотню ярдов ему стало легче; что-то более позитивное начало вытеснять вчерашние глупости. Он взял с собой одну из своих типовых форм разрешения, потому что уже решил, что "Гражданская война" "Кушера" станет последней записью в его книге. Он нашел то, что искал, и самым ярким побочным эффектом была сама пивоварша.
"Она чертовски крута", - подумал он в оцепенении.
- Доминик...
Имя сорвалось с языка. Он уже уверился в том, что его профессиональные мотивы не нарушены.
"Я бы поставил пиву пять звезд, даже если бы пивовар был уродлив".
И все же ему не терпелось увидеть Доминик...
В центре города обедала толпа, заполняя открыточные улицы улыбками и сияющими глазами.
"Сначала деньги", - напомнил он себе. Наличных у него было немного, а прямо на углу стоял банк. ФЕКОРИ СБЕРЕГАТЕЛЬНЫЙ И ТРАСТОВЫЙ. "Странное название, - подумал он, - но кого это волнует?"
Там был банкомат.
Несколько человек стояли в очереди перед ним. Колльер ждал, глядя на остальную часть улицы Пенелопы. Когда он повернулся, то заметил бронзовую табличку, прикрученную к фасаду здания.
Это здание было построено на месте 1-го банка Гаста и названо в честь городского казначея Уиндома Фекори. В 1865 году солдаты Союза конфисковали банк с миллионами золотых, которые были спрятаны под полом, а затем сожгли здание дотла, чтобы извлечь из пепла гвозди.
"Интересно, - подумал Колльер, но сейчас его мысли были заняты только Доминик. - Я пообедаю там сегодня и отдам ей бланк разрешения".
- И мне бы очень хотелось поговорить с вами еще, мистер Колльер, - вспомнил он ее слова. Колльер был настолько отвлечен мыслями о ней, что даже не обратил внимания на девушку в джинсах-трубах, похожих на те, что носит Пэрис Хилтон, которая сейчас склонилась над банкоматом, вводя свой пин-код. Другими словами, возрождающемуся вожделению Колльера мешали мысли о ком-то другом.
- О, привет, мистер Колльер...
Колльер поднял голову и с удивлением увидел Джиффа, стоящего прямо перед ним в очереди.
- Привет, Джифф. Даже не заметил тебя. Наверное, мой мозг чем-то занят.
- Трудно быть сосредоточенным в такой прекрасный день, как сегодня, - Джифф беспечно стоял в своих рабочих ботинках, потертых джинсах и облегающей футболке. - Прогулялись?
- Да, но я увидел здесь банк и решил сначала прихватить немного наличных.
- Я просто зашел, чтобы быстро положить чек на деперзит, а потом вернусь к работе, - он произносил "депозит" как "деперзит". - И еще раз спасибо за вчерашний вечер. Мне было очень весело.
- Мне тоже. Мы повторим это еще раз, прежде чем я вернусь в Лос-Анджелес.
Джифф горько усмехнулся, скрестив руки.
- Мама рассказала мне о вашей маленькой проблеме с Лотти прошлой ночью. Она может быть настоящей занозой в заднице.
"Ты это мне говоришь?"
Колльер мрачно вспомнил, как эта злобная девчонка втирала его сперму прямо в свою промежность, а затем продолжила в душе.
- Ничего особенного. Она хорошая девушка.
- Да, но жаль, что она такая, какая есть. Не вписывается в окружающий мир, не умеет говорить и все такое, и, конечно, эта дурацкая ухмылка.
- Надеюсь, когда-нибудь она выйдет из своей скорлупы.
Джифф махнул рукой.
- Нет, это только добавит ей проблем. Лучше всего ей просто делать свою работу по дому и не высовываться.
"Бедная девочка обречена в этом доме мужланов..."
Но к этому времени Колльер заметил пышную блондинку у банкомата, и несколько мужчин в очереди тоже положили на нее глаз. Но когда Колльер посмотрел на Джиффа...
Тот, казалось, не замечал ее.
"Как и прошлой ночью в баре", - вспомнил Колльер.
Затем, очень быстро, он заметил верхнюю часть чека в его руке. ДЖОЗЕФАВИЦ-ДЖОРДЖ СУТ, - гласило имя вверху. "Местный автор", - подумал он.
Колльер надеялся, что сегодня встретится с ним. Он заметил, что чек выписан на тридцать долларов.
"Побочная работа", - вспомнил Колльер. Джифф уже упоминал, что он также является местным мастером.
Блондинка ушла, а Джифф подошел и протянул чек.
- Полагаю, вы заглянете в "Кушер" на обед?
- Собственно говоря, да. Я собираюсь написать о лагере в своей книге, и мне нужно, чтобы Доминик подписала форму разрешения.
Джифф ухмыльнулся через плечо и подмигнул.
- Это очень хорошее пиво, но знаете, мистер Колльер, моя мама иногда делает свой собственный пряный эль. Я уверен, что у нее еще много фруктов в погребе, и я вдвойне уверен, что она с удовольствием сделает и для вас.
"Он снова пытается свести меня со своей 65-летней матерью".
Колльер замялся в поисках ответа.
- О, правда? Это интересно. Мне нравится домашний эль.
Но, 65 лет ей или нет, он все еще помнил ее тело в глазке.
"Господи..."
А затем странное предположение, что миссис Батлер сама просверлила это отверстие...
- Ты можешь присоединиться ко мне за обедом, - добавил он, хотя бы для того, чтобы затушевать образ пышной груди с крупными сосками, сверкающей в мыле.
- Большое спасибо, мистер Колльер, но у меня еще есть несколько дел в городе, прежде чем я вернусь в дом, - он сверкнул последней ухмылкой. - Но желаю вам прекрасного дня.
- И тебе, Джифф.
Джифф ушел, насвистывая, как клише. Колльер вынул деньги из автомата и продолжил путь в город.
Заглянув в "Кушер", он увидел полный зал и полный бар.
"Черт. Надо занять место у бара, иначе я не смогу с ней поговорить..."
В обеденный перерыв народу было много, и он решил скоротать время, заглядывая в безделушки, туристические закоулки и музей Гражданской войны в Гасте. На углу он заметил книжный магазин.
"Пожалуй, стоит зайти туда и посмотреть, смогу ли я найти Джей-Джей Сута..."
Когда он протиснулся в дверь, зазвенел колокольчик. Это был небольшой, опрятный магазинчик, в котором было больше туристических пуговиц, рубашек и прочих безделушек, чем книг. Вокруг толпилось несколько покупателей, но ни один из них не мог быть Сутом. Джифф сказал, что ему около шестидесяти... Колльер зашел в проход и обнаружил, что он полон томов о Гражданской войне, в основном дорогих книг с картинками.
"Не мешало бы прикупить пару книг о Гасте", - сказал он себе.
Одна полка была заполнена до отказа книгами с одним и тем же названием: "ОТ ТРЁХ ДОРОГ ДО ГАСТА: МЕСТНАЯ ИСТОРИЯ".
"Автор - Джей-Джей Сут, но - ни за что!" - взбунтовался Колльер.
Уменьшенный твердый переплет стоил пятьдесят долларов. На другой книге, больше похожей на торговую брошюру, красовалось название: "ВОСТОЧНАЯ ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА ТЕННЕССИ И ДЖОРДЖИИ", тоже автор Сут. Такая же книга стояла на следующей полке: "ХАРВУД ГАСТ: БИОГРАФИЯ САМОЙ ЗЛОВЕЩЕЙ ФИГУРЫ ГОРОДА". Она была очень тонкой, но, скорее, так и должно быть, как подумал он, глядя на ценник в пять долларов. Издание было не очень качественным, а раздел с фотопластинками выглядел ксерокопированным, но, пролистав его, Колльер обнаружил несколько любопытных фотопластинок города 1850-х годов и вплоть до конца войны. Одна из пластин, изображающая самого Гаста, показалась Колльеру леденящей душу тем, что глаза объекта, казалось, горели сквозь нечеткое окружение фотографии. Хорошо одетый барон с бараньей шкурой выглядел точно так же, как на огромном портрете в доме. На другой фотопластинке было изображено прочное деревянное здание с надписью внизу: 1-й БАНК ГАСТА.
"Я только что был там", - подумал Колльер. Противоположный дагерротип был посвящен мистеру Уиндому Фекори. "УИНДОМУ ФЕКОРИ: НЕОДНОЗНАЧНОМУ БАНКОВСКОМУ СЛУЖАЩЕМУ ХАРВУДА ГАСТА".