Если это была тропинка, то почему охрана не утруждала себя тем, чтобы идти по ней?

— Нам нужно найти другую поляну, — сказал Хайд.

Охранница остановилась позади него, в пределах видимости, и указала на извилистый прогал между могилами. — А как насчёт здесь?

— Нельзя. — Хайд повернулся и с силой топнул ногой посередине прохода. Земля загудела и задрожала, словно готова была провалиться под нами. — Видишь?

Охранница кивнула, и они пошли дальше в лес.

Сирена взревела в блоке, вырывая меня из сна. Я распахнула глаза, тяжело дыша, и резко села на койке; звук скрежещущих дверей камер заполнил уши. Я сидела, сердце колотилось, ощущая остатки страха от кошмара.

Но затем фрагмент сна вернулся ко мне, кусочек головоломки.

— Ну конечно, — прошептала я, удивляясь, как это не пришло мне в голову раньше.

Я побежала впереди других заключённых, идущих на смену в мастерскую, надеясь на момент наедине с Вейлом, чтобы поделиться своим открытием. Подвальный коридор казался более затенённым, чем обычно; свет был приглушён до мягкого, почти несуществующего свечения.

Приглушённый разговор внутри мастерской остановил меня, прежде чем я успела подойти слишком близко.

Замедлив шаг, я прижалась к стене, позволяя окружающей темноте укрыть меня, и напрягла слух.

— Когда ты позволишь мне быть честным? — Голос Вейла был едва громче шёпота, но в нём звучала резкость, заставшая меня врасплох.

Честным? Мои брови сошлись на переносице.

— Когда придёт время, — ответил Август с ноткой раздражения в тоне. — Когда это будет безопасно. Немного времени ничего не изменит.

— Может, не для тебя, — сказал Вейл, и остаток фразы потонул в тишине.

Звук шагов на лестнице подвала подтолкнул меня вперёд, и я отложила этот разговор для последующего анализа. Я знала, что у меня есть лишь пара минут вдали от лишних ушей, чтобы объяснить свой план Вейлу. Я бросила подслушивать, громко топая оставшуюся часть пути до мастерской, чтобы объявить о своём прибытии.

Я толкнула дверь мастерской. Август стоял, прислонившись к стене и поджав больную ногу, в то время как Вейл пристально изучал журнал за своим столом. Я практически чувствовала запах их напускной невинности, но у меня не было времени их допрашивать.

Мой взгляд метнулся к камере в углу. Выключена.

— Ты хоронил какие-нибудь тела с тех пор, как сломался крематорий? — Я адресовала вопрос Вейлу, отбросив формальности и любые навязчивые мысли о том, что мы делали в кладовке прошлой ночью.

— Привет. — Вейл поднял глаза; взгляд скользнул по моему лицу, и лукавая улыбка потянула уголок его рта вверх. — Нет, не хоронил.

— И тебе привет, — сказала я, позволив себе лёгкую улыбку.

— Я вообще-то здесь, — ровным голосом напомнил Август, вяло помахав рукой.

Я тряхнула головой, отгоняя наваждение. — Точно. Когда мы были на охотничьих угодьях, могилы казались вырытыми в каком-то сетчатом порядке. За исключением одного разрыва в этом узоре.

Вейл прикусил щеку изнутри. — Тропинка?

Я покачала головой. — Не думаю, что это тропинка. Им плевать, если мы будем топтаться по могилам.

Август склонил голову набок. — Если не тропинка, то что?

— Я помню, как видела следы на земле. Словно кто-то пытался выкопать могилу в этом разрыве, а потом передумал. Что, если они начали копать, и земля обвалилась под лопатой? Или Ларч велел им избегать определённой зоны.

Август присвистнул. — Клянусь Советом.

— Они избегают туннеля, — прошептал Вейл; понимание зажглось в его глазах.

Короткий смешок вырвался у меня, не сдержавшись. — Мы выберемся отсюда.

Вейл ухмыльнулся мне, глаза сверкали.

— Нам просто нужно найти хорошее место, чтобы проникнуть в систему туннелей, — заявила я; надежда нахлынула волной. — И убедиться, что между точкой входа и местом, где туннель заканчивается по ту сторону забора, нет обвалов.

Вейл помолчал минуту, проведя ладонью по лицу и оставив её под подбородком. Лоб наморщился. — Это может сработать.

Август оттолкнулся от стены, хромая к нам. — В этом есть смысл, — согласился он. — При условии, что мы придумаем, как попасть на угодья и прокопаться в туннель, не вызывая подозрений у Ларча.

Я задумалась на мгновение. — Вейл, ты сказал, что Ларч не планировал, чтобы препятствия на угодьях нас убивали, верно?

Вейл покачал головой. — Нет. Они должны были ловить заключённых. Делать их более лёгкими мишенями.

Будто отсутствие оружия не делало нас достаточно беззащитными.

— И как он отреагировал, когда двое заключённых погибли из-за препятствий? — спросила я.

— Поначалу он волновался, — сказал Вейл. — Но многим охотникам понравилось зрелище. Они все смотрели, как умирала та девушка — у которой нога попала в капкан в поле. Некоторые посетители так и не совершают убийство и не видят смерти своими глазами, так что это было большим событием. Совет хочет, чтобы Ларч оставил препятствия на месте, пока не будут готовы новые функции браслетов.

Желудок скрутило от мысли о той заключённой, которой пришлось умирать в окружении охотников, радующихся её смерти. Должно быть, она была в ужасе.

Я прочистила горло. — Сколько времени до того, как браслеты будут готовы?

Вейл нахмурился. — Со дня на день. Они планируют скоро выбрать заключённых для испытаний, чтобы протестировать новые функции.

Мы с Августом встретились взглядами через комнату.

— Ты должен сделать так, чтобы нас выбрали для испытаний, — сказала я ему.

У Вейла отвисла челюсть; он встал и шагнул ко мне, переводя взгляд с Августа на меня.

— Нет, — сказал Вейл; теперь его глаза были прикованы к моим. — Нет, я не сделаю этого с вами.

— Это единственный способ, — настаивал Август. — Какой у нас ещё будет предлог находиться на территории вне охоты? Это наш единственный шанс попасть в туннели.

Вейл схватил меня за запястье, притягивая к себе и качая головой. — Вы не понимаете. Эти новые функции бесчеловечны. Это будет крайне болезненно. Я не подвергну тебя этому.

Он обращался к нам обоим, но его глаза не отрывались от меня, и в них бушевал огонь — угли, вспыхивающие в расплавленном золоте.

— Немного боли — неплохая плата за свободу, — возразила я.

— Если мы увидим, что представляют собой эти функции на испытаниях, мы будем лучше готовы столкнуться с ними на охоте, — добавил Август. — Иначе шок может нас убить.

— Я не хочу причинять тебе боль, — прошептал Вейл, поднимая руку, чтобы обхватить моё лицо. Его большой палец провёл по моей челюсти.

— Если ты этого не сделаешь, мы умрём. — Я скрестила руки на груди. — И если ты не поможешь нам попасть в список… — Я заколебалась. — Если ты нам не поможешь, я разозлю Ларча настолько, что он выберет меня сам.

Глава двадцать третья

Вейлу не потребовалось много времени, чтобы убедить начальника.

Перед отбоем он вывел нас с Августом на охотничьи угодья, пока остальных заключённых загоняли обратно в блоки.

Солнце давно скрылось за горизонтом, оставив землю укрытой темнотой и звёздным светом. Я оглядывалась на каждый звук, хотя и знала, что никто нас не преследует — прошли недели с тех пор, как я была на улице без непосредственной угрозы быть убитой.

Я впервые осознала, что лес прекрасен.

Сколько я себя помнила, моим ежедневным пейзажем в Дивидиуме были бетон, стекло и металл. Теперь же я жадно вдыхала прохладный воздух и дивилась тому, как лунный свет играет на иглах высоких сосен.

Мы быстро добрались до разрыва между могилами и последовали по импровизированной тропе вглубь деревьев.

— Мы хотим уйти как можно дальше от Эндлока, прежде чем начнём копать, — прошептал Вейл. — Так меньше риска, что кто-то наткнётся на вход.

Крематорий был сломан всего неделю, а за это время на территории похоронили почти сотню заключённых.

Желудок сжался от этой цифры. Столько жизней оборвалось.

Чем дальше мы углублялись в лес, тем хаотичнее становились захоронения, и тем труднее было отслеживать, где, по нашему мнению, проходил туннель.

В конце концов, мы остановились у подножия древнего дуба; Август хватал ртом воздух, измотанный долгим переходом и своей травмой.

— Гас, всё в порядке. Просто стой на страже, — сказал Вейл, подняв руки в примирительном жесте. Луна тускло освещала место, где мы стояли, а прохладный ветерок шелестел листьями. Осень подкрадывалась с каждым днём.

Август выгнул бровь. — Ты считаешь меня бесполезным.

— Нет, дело не в этом, — ответил Вейл. — Но, если мы не дадим этой лодыжке отдыха, ты не сможешь далеко уйти, когда мы выберемся отсюда. Ты знаешь, сейчас мы с Рейвен можем копать быстрее. Нам нужен кто-то, кто прикроет спину.

Август сверлил его взглядом, прежде чем наконец согласно кивнуть. Он доковылял до ближайшей сосны и прислонился к ней; ветви зашуршали, когда он сполз по стволу, чтобы сесть на землю.

— А как же функции? Инженеры разве не узнают, если мы их не протестируем? — спросила я.

— После, — сказал Вейл. — Если мы протестируем их сначала, у тебя не останется сил, чтобы помочь копать.

Я сглотнула, ноги приросли к месту.

— Ну, иди сюда, — позвал меня Вейл. — Нам нужно исследовать туннель.

Лёгкая улыбка тронула мои губы при его словах.

Мы собирались сбежать, и боль от браслета будет лишь временной.

Я подняла лопату, когда Вейл включил фонарик, и мой взгляд зацепился за красное пятно.

— Постой, — прошипела я, роняя лопату.

Вейл мгновенно оказался рядом, положив руку мне на плечо, в то время как взгляд Августа метнулся к моему лицу.

— Что там? — спросил Вейл.

Я мотнула головой, уставившись на кроваво-красные ягоды, привлёкшие моё внимание. Гроздья ягод свисали с колючего куста — разновидности, которую я видела на охотничьих угодьях только в двух других местах.

Август проследил за моим взглядом. — Это похоже на те заросли у входов в туннель возле Кровавого дерева, — прошептал он. — Ты же не думаешь?..

— Нет, — прошептала я. — Не может быть всё так просто.

Но вдруг? Охрана прежней тюрьмы наверняка хотела иметь какой-то ориентир рядом со входами в туннели, что-то, что легко опознать в экстренной ситуации.

Вейл шагнул в заросли и присел на корточки, проводя рукой по земле и сметая опавшие листья и старые, засохшие ягоды. Он ощупывал землю несколько мгновений безрезультатно, и моё лицо вытянулось.

Я попыталась выдавить слабую улыбку. — Всё в порядке. Стоило поп…

Фонарик выскользнул из руки Вейла, ударившись о землю, но вместо глухого стука, который я ожидала от удара предмета о твёрдую утрамбованную почву, раздался лязг металла о металл.

Я бросилась в кусты, наклоняясь рядом с Вейлом.

Август доковылял до нас. — Это то, о чём я думаю? — озвучил он вопрос, который я не осмелилась задать.

Вейл не ответил. Вместо этого он ощупывал пространство вокруг фонарика, пока не нашёл края большого квадрата шириной около двух футов. Он потянул за него, напрягаясь, пока наконец не раздался хлопок, и квадрат не поддался, заставив Вейла отшатнуться назад.

Облако пыли поднялось с земли, танцуя в свете фонаря, и когда оно рассеялось, я прижала ладонь ко рту.

Август и Вейл переглянулись и рассмеялись.

Вход в туннели.

— Его не открывали десятилетиями, — пробормотала я, глядя в дыру. Там была непроглядная тьма.

Вейл шагнул вперёд с фонариком и посветил внутрь. — Там старая лестница, — подтвердил он, передавая мне фонарь. Он схватился за лестницу, наваливаясь на неё всем весом и тряся. — Думаю, выдержит.

Я ухмыльнулась. — Ну и чего ты ждёшь?

Август откашлялся, кивнув на свою лодыжку. — Думаю, я подожду здесь наверху. Долгая была прогулка.

— Только без геройского дерьма, ладно? — сказал ему Вейл. — Если услышишь, что кто-то идёт, верни крышку на место и спрячься.

— Без геройского дерьма, — повторил Август, поднимая ладони.

Мы вернулись ко входу и начали спускаться. Вейл шёл первым, с фонариком в руке. Когда я последовала за ним, нога зацепилась, и я споткнулась. Рука Вейла нашла моё бедро, чтобы поддержать меня; пальцы вдавились в кожу. У меня перехватило дыхание.

— Ты в порядке? — спросил он; голос звучал близко и обеспокоенно. Лунный свет из отверстия ямы освещал его глаза достаточно, чтобы я могла увидеть своё дрожащее отражение в них.

Я сглотнула; голос застрял в горле. Мне нужно взять себя в руки.

— В порядке, — сумела ответить я, сглотнув.

Моя нога коснулась пола, и я повернулась, осматривая пространство в свете фонаря Вейла.

Пещера была почти точной копией помещения под первым входом в туннель, который я видела, укомплектованная аварийными припасами, но я заметила более толстый слой пыли и паутины.

Воздух был тяжёлым, пахло сырой землей.

Вейл повернулся лицом на север, в сторону забора. И поселения. На той стороне пещеры стена уступала место ещё более глубокой тьме.

Туннель.

— Ты готова? — спросил он, скользя ладонью по моей руке, чтобы переплести наши пальцы. Он сжал мою ладонь.

Я кивнула, не доверяя голосу.

Мы шагнули в туннель; Вейл тянул меня за собой, а его фонарик едва пробивал тьму больше чем на несколько футов перед нами.

Туннель был практически идентичен тому, в котором я уже была — земляные стены и пол из утрамбованной грязи. Изредка мы проходили мимо брошенной винтовки или скомканной обёртки от пищевого брикета — реликвий давно ушедших времён.

Ком земли упал сверху, и я вздрогнула, представив, как туннель обрушивается на нас.

— Могу я тебя кое о чём спросить? — начала я, стремясь переключить внимание с мрачных мыслей.

— О чём угодно.

Я смотрела на его профиль, пока мы продолжали идти. — Я слышала, что Северное поселение не жалует чужаков. Они ждут только Джеда, Кит и меня. С чего ты взял, что они пустят остальную часть нашей группы?

Вейл грустно улыбнулся. — Сперва ты должна узнать, что нас всю жизнь кормили ложью о Северном поселении. Совет возводит Дивидиум на пьедестал. Они хотят, чтобы мы думали, будто они извлекли уроки из ошибок прошлого и выработали наилучший способ жить. Но они не хотят, чтобы мы знали: люди в поселениях живут мирно. Они не хотят, чтобы мы знали, что успешное общество может существовать без чего-то вроде Эндлока.