Сара вышла из переулка обратно на оживлённую улицу. Яркие солнечные лучи грели ей спину. Самые разные люди выходили и входили в лавки, чайные и трактиры: чиновники в высоких угловатых шляпах, длинных мантиях и шарфах, затянутых на талии; солдаты с мечами на поясах; рабочие в коротких штанах и тусклых робах, перехваченных ремнями.

Хромая, Сара повторяла про себя указания госпожи Чжун о том, как дойти до императорского врача. Но с этим была проблема: она устала, ей хотелось есть, и чем больше Сара повторяла указания, тем больше в них путалась. «Налево» превратилось в «направо», «перед» – в «позади», и в конце концов всё смешалось в бессмысленный поток слов. Она остановилась. Несмотря на солнечную погоду, по спине пробежал холодок. От образа Шайки Белого Оленёнка – их жестоких лиц и пустых глаз – кровь стыла в жилах. Нужно как можно скорее добраться до врача. А потом – найти Вань И.

Сара посмотрела по сторонам. Неподалёку колёсник делал колесо, стуча по нему большим молотом – тук-тук-тук… Мимо проехала телега, запряжённая быком, затем ещё одна – с четырьмя ослами. Занесённые пылью животные выглядели совершенно обессиленными – они устали и хотели есть ещё больше, чем она. Сара задумалась, не стоит ли вернуться к госпоже Чжун и снова спросить дорогу, но тут вдруг послышались аплодисменты. Впереди, под табличкой «Сказитель», стоял высокий человек с волосами, собранными в пучок, одетый в куртку с очень широкими рукавами, а перед ним собралась стайка радостно кричащих детишек. «Может, он знает, где дом императорского врача?» – подумала Сара. Когда она подошла, кто-то из ребят бросил монетку в маленький деревянный ящичек, стоящий на лотке сказителя. Дети замолчали – сказитель начал ещё один рассказ.

– Так, о чём же вам рассказать? – пробормотал он себе под нос. – Хм-м… О! Знаю! Историю о Конфуции!

Дети закивали, заранее очарованные.

– Итак, – сказитель прочистил горло, – спустя много лет после смерти Конфуция его идеи о правильном поведении и ответственности правителей за благополучие подданных начали расползаться по стране. Когда первый император династии Цинь прослышал об идеях Конфуция, он очень разозлился. «Моим подданным будут приходить в голову всякие нехорошие мысли, – сказал он. – Они будут сомневаться во мне. Я этого не потерплю!» И решил, взяв с собой солдат, пойти на могилу Конфуция. Он хотел наказать Конфуция, разломав его кости.

При этих словах пара ребятишек нервно засмеялись.

Сказитель продолжил:

– Император приказал вскрыть склеп Конфуция, но его ждала большая неожиданность. Когда он вошёл в склеп, вместо костей Конфуция он нашёл постель и стол. Да-да, постель и стол! На столе лежало письмо. Вот что там было написано: «Ты осквернил мою могилу, сидишь на моей постели и читаешь моё письмо». Прочитав письмо, император разъярился пуще прежнего. А потом увидел, как из могилы выбежал кролик, и решил, что это дух Конфуция. Разгневанный, император приказал солдатам убить кролика. Но кролик сбежал. Это совсем не порадовало императора. Когда он был в лесу, вдруг задул ледяной ветер, а на следующий день император слёг с лихорадкой и умер.

Дети зааплодировали.

– Ещё! – закричали они. – Расскажи ещё!

Сказитель улыбнулся, но покачал головой.

– Платите за рассказы! – повторял он. – Платите за рассказы!

«Прямо древнекитайское телевидение», – подумала Сара.

Деньги у детей закончились, так что, не сумев убедить сказителя рассказать новую историю бесплатно, они медленно разошлись. Сказитель повернулся к Саре. Та ответила на его чванливый взгляд. Они уставились друг на друга. Сказитель опустился на трёхногий табурет за лотком. Рядом с табуретом располагался низкий столик, на котором стояло шесть невероятно аппетитных на вид зеленоватых рисовых шариков.

Сказитель проследил за её взглядом.

– Ах… цинтуань[17], – сказал он и взял со столика рисовый шарик. – Чудесные, правда?

Он отправил шарик в рот.

– Конечно, – сказал он, чавкая, – зелёный цвет напоминает нам, что, пусть мы на этом празднике и почитаем мёртвых, нужно и новую жизнь прославлять.

Сара саркастическим тоном повторила про себя слова «пусть мы на этом празднике и почитаем мёртвых, нужно и новую жизнь прославлять». «Ну да, хорошо философствовать на полный желудок», – подумала она. Её желудок шумел как поезд в туннеле.

План был простым: дойти до дома врача, чтобы тот вылечил ей ногу и искать Вань И стало проще. Но немного подкрепиться, чтобы дойти нормально, – тоже неплохая идея, верно? Проблема лишь в том, что денег у неё нет… Но возможно, они ей и не понадобятся.

– Предлагаю обмен!

Сказитель подозрительно взглянул на неё:

– Что?

– Я из далёкой страны, – ответила Сара. – Там кино… то есть историй… столько же, сколько птиц в небе. Я расскажу вам историю, которую вы никогда не слышали, а в ответ вы отдадите мне это.

Она показала на рисовые шарики.

– Иди прочь!

– Почему? – возмутилась Сара. – Моя история стоит много-много рисовых шариков. Когда люди её услышат, вы станете самым знаменитым сказителем Бяньцзина!

Сара могла поклясться, что он одними губами повторяет: «самый знаменитый сказитель Бяньцзина».

– А она длинная? – спросил он.

– Э-э… минут двадцать?

Его глаза раскрылись чуть шире.

– Два рисовых шарика, – сказал он, чуть помедлив.

Сара покачала головой:

– Три! Один сразу, два потом!

Он почесал бритый подбородок.

В животе Сары снова заурчало.

– Хорошо. Договорились.

Он протянул ей тарелку. Сара схватила самый большой рисовый шарик, восхищённо взглянула на него и сунула в рот. Какая радость, какое счастье! Она проглотила его целиком, почти не ощутив вкуса сладкой фасолевой пасты.

– Теперь рассказывай, – поторопил сказитель.

– Хорошо, – кивнула Сара. – Рассказываю.

«Ух, вот сейчас он такое услышит, такое!..» – думала она.

– Давным-давно, – начала она, смакуя каждое слово, – в далёкой-далёкой галактике…

– Что такое галактика?

– Часть космоса.

– Космоса?

– Ну, небес! Небес! – Она показала на небо.

– А… – протянул сказитель.

Сара сердито глянула на него и продолжила:

– Однажды в далёкой-далёкой галактике бушевала гражданская война, и космические корабли повстанцев…

– Космический корабль? Что это?

Сара вздохнула. Похоже, это не сработает.

– Ладно, ладно, – сказала она, вскидывая руки. Пожалуй, эту историю лучше рассказать в другой раз. – Подождите секунду.

Нужно вспомнить что-нибудь низкотехнологичное и легко понятное. Но что? Она огляделась вокруг. Лавки, люди, лоток, сказитель, она сама – грязная бродяжка… Грязная бродяжка! Конечно!

– Вам это точно понравится!

Сказитель подозрительно, как ей показалось, посмотрел на неё. Сара улыбнулась и начала заново:

– Давным-давно жила-была юная красавица по имени Золушка…

– Золушка?

– Да, Золушка.

Сказитель поморщился.

– Что опять?

– Мне не нравится имя.

– Так измените его! Придумайте другое!

Сказитель почесал подбородок. Сара несколько раз топнула ногой.

– Мне нравится имя Е Сянь[18], – наконец сказал он.

– Ладно, пусть будет Е Сянь.

Сказитель кивнул, и Сара начала рассказ.

Следующие двадцать минут сказитель внимательно слушал, а Сара рассказывала ему о злой мачехе, ужасных сводных сёстрах, фее-крёстной, волшебных мышах, элегантных туфельках, карете-тыкве, красавце-принце, грандиозном бале и отчаянных поисках. Когда она закончила – когда Е Сянь нашли и она вышла замуж за принца, – сказитель был в восторге.

– О, чудесная, чудесная бродяжка! Ты настоящая мастерица среди сказителей! Повелительница словесного ткацкого станка! Останься. Останься и расскажи мне ещё! – воскликнул он и протянул ей тарелку рисовых шариков. – Забери их все и расскажи мне ещё одну историю, умоляю!

– Не могу, – покачала головой Сара. – Мне нужно к врачу. Очень болит. – Она показала на ногу.

– Конечно, конечно! Тебе нужно позаботиться о себе. Но ты же вернёшься, правда?

– Я… э-э… – протянула Сара.

– У тебя есть деньги?

Сара покачала головой.

– Сейчас праздник весны, а праздники – это время великой щедрости. Пожалуйста, возьми, – сказал он, протягивая ей стопку монет, проколотых посередине и надетых на верёвку. – Возьми их! Возьми их все!

Интересно, задумалась Сара, хоть у кого-нибудь ещё за всю историю мира сказка о Золушке вызывала такой восторг? Пожалуй, нет!

– И вот ещё что, – сказала Сара, сгибая и разгибая ногу – от долгого стояния она ещё и затекла. – Вы можете сказать, где найти дом императорского врача?