Гораций печально покачал головой, пока они с Эхо стояли спинами друг к другу, накрепко привязанные к скале.

– Тебе стоило просто подождать, пока она уйдёт. Мы могли бы сбежать! – сказал он.

– Небесные пираты не сбегают. – Руки девочки покалывало от верёвок, впивающихся в запястья, когда она безустанно извивалась, борясь с путами. Она искала взглядом Гилберта, который исчез под колючим кустом во время боя Эхо с Мирандой.

– Гилберт, где ты?

Пиратка увидела жёлтую вспышку, маленькая ящерица выскочила из зарослей и взбежала по ноге Эхо. Но, как бы питомец ни старался, на этот раз Миранда связала их по-настоящему крепко. Спустя несколько минут усилий маленькая ящерица в изнеможении плюхнулась в красную глину, а девчонка осталась связана так же крепко, как и прежде. Её руки болели, неестественно заведённые за спину. Эхо в отчаянии огляделась вокруг. Жало всё ещё лежало там, где оно приземлилось, в зарослях, слишком далёкое и слишком тяжёлое, чтобы Гилберт мог с ним управиться. На этот раз выхода и правда не было.

– Мы могли бы сбежать, – не унимался Гораций. – Мы могли бы дождаться прибытия Лил и остальных.

Эхо прищурилась, вглядываясь вдаль. Шесть дирижаблей были разбросаны вокруг горы Энок. «Анаконда» была пришвартована недалеко от жерла вулкана. Корабль с жёлтыми парусами кружил над рекой. Прибыли даже «Пурпурный людоед», с залатанными грязной парусиной воздушными шарами, и «Обсидиан», покрытый пятнами сажи, но функционирующий. Но «Алой Маргарет» нигде не было видно.

«Может, Лил вообще не получила моего сообщения, – уныло подумала девочка. – Или, возможно, она решила не прилетать».

Эхо встряхнулась. Нет, Лил была её матерью. Она ни за что не оставила бы дочь здесь, среди драконов, опасности и шести соперничающих кланов небесных пиратов! Должно быть, что-то её задержало. А сейчас Эхо и сама могла бы сделать что-то, чтобы остановить Миранду.

– Мы должны достать этот Кортик, – сказала она. – Ты видишь что-нибудь, что могло бы нам помочь?

– Серьёзно, Эхо? Кого волнует Кортик, когда нас вот-вот съест дракон!

– Меня волнует. И тебя тоже будет, когда Миранда возглавит Семь Небес. Она опасна, Гораций.

– Я думаю, у нас есть куда более серьёзный повод для беспокойства… – Гораций замолчал.

– Что такое? – Эхо напряглась, чтобы посмотреть на него и на вход в пещеру через её плечо. – Что ты видишь?

– Послушай!

Девочка замерла. Она услышала шаги. Нет, она почувствовала шаги. Шаги были такими широкими и тяжёлыми, что сотрясали саму гору, на которой стояли дети.

Шаги становились всё громче. Раздался низкий грохот, который, казалось, отдавался в костях Эхо, и огромный, сверкающий красный дракон с грохотом выбрался из вулкана.

Драконица принюхалась и изящно слизнула зефир длинным раздвоенным языком. Из её ноздрей повалил дымок, и она уставилась немигающим взглядом на детей янтарными, словно у кошки, глазами.

– Ч… что нам делать? – спросила маленькая пиратка. Одно дело было смотреть на спящую драконицу и представлять, как крадёшь часть её золота, но видеть её вблизи, бодрствующую и опасную, было совсем другое дело.

– Я не знаю! – захныкал Гораций. – Закрыть глаза и готовиться к смерти?

Драконица сделала ещё один шаг вперёд, хлеща своим мускулистым хвостом из стороны в сторону.

– Это хорошо? – спросила Эхо. – Что она виляет хвостом?

Принц энергично замотал головой:

– Нет. Это плохо. Очень плохо… О нет!

– Что теперь? – Сердце девчонки замерло, когда она увидела маленькую фигурку Гилберта в золотой чешуе, бегущую по камням прямо к дракону.

– Гилберт, нет! – прошипела она. Питомец остановился и склонил голову в её сторону, затем повернулся обратно и продолжил бежать прямо к драконьей морде.

Сердце Эхо почти перестало биться, когда драконица раздула ноздри и уставилась на ящерицу янтарными глазами. Пиратка схватила друга за руку и крепко сжала её, когда ящерка подкралась ближе.

– Что он делает? – прошептал Гораций.

– Я не знаю! – На лбу Эхо выступил пот. Она натянула свои путы, но всё было впустую. Если бы только она могла освободиться и увести его подальше!

Драконица раскрыла пасть в широком зевке и опустила морду так, что оказалась нос к носу с Гилбертом. Девочка затаила дыхание, когда Гилберт поднял свой гребень и низко склонил голову.

Что он делал? Девочка с трепетом сжала челюсти, когда ящерица продолжила качать головой.

Драконица молча наблюдала, а затем подняла свой гребень в ответ. Эхо разинула рот от удивления.

– Мне кажется, он… он с ней разговаривает, – пробормотала она.

– Разговаривает с… драконом?

– Да! Он сказал мне это раньше. Что мы должны с ней поговорить.

Гораций недоверчиво покачал головой.

– Я полагаю, драконы и ящерицы родственны с зоологической точки зрения, – сказал он. – Но всё же кажется невероятным, что…

– Смотри!

Драконица склонила голову в ответ и обдала Гилберта огненным дыханием, прежде чем очень нежно толкнуть его мордой.

Эхо и Гораций расцвели широченными улыбками.

– Она… она дружелюбная? – спросил принц. – Я не могу поверить.

– Тсс! – девочка указала на Гилберта, который бежал к ним обратно по скалам. Добравшись до детей, он потянул Эхо за шнурки ботинок и повернулся к дракону, как бы говоря: «Давай».

Глаза его хозяйки широко распахнулись от ужаса, когда драконица неуклюже двинулась к ним, всё ещё размахивая хвостом из стороны в сторону. Девочка чувствовала, как Гораций дрожит у неё за спиной.

Драконица опустила свою огромную голову и посмотрела Эхо прямо в глаза. Затем открыла пасть, обнажив ряды острых, как бритва, зубов, каждый размером с ладонь Эхо.

Пиратка ахнула от ужаса. Вот и всё. Так всё и закончится. Она схватила принца за руку и крепко зажмурилась.