– Арсен, у меня к тебе есть вопросы, – настойчиво произнесла Анна.

Мы уже вышли из тайной пещеры веждов, спустились с горы и шли по лесу, в обход того места, где наткнулись на засаду.

– Я понимаю, Анна, – ответил я, прислушиваясь к лесным звукам. – Что ты хочешь узнать?

– Ты разорвал договор с Рониным, но всё равно помогаешь мне?

– Да, – усмехнулся я. – Я думал, ты первым делом спросишь про Мормагона.

– Меня это тоже волнует, но в первую очередь ты, – ответила она.

Я остановился и посмотрел внимательно в её глаза. Она вдруг сделала шаг ко мне, обняла за шею и поцеловала.

– Я выяснила, кто жил в моей квартире до меня, – прошептала она.

– Некий Максим? – уточнил я.

– Да, – кивнула она. – Максим Романович Назаров, бывший преподаватель физики в нашем колледже.

– Что-то я такого не припомню, – поморщился я.

– Ты же болел в тот год, когда он преподавал, – ответила она.

– Аааа… – протянул я.

– Хотя он ещё работал в сентябре, – задумавшись, сказала она, – почему ты его не помнишь?

– Ну, – немного смутился я. – Честно говоря, я почти весь сентябрь прогуливал и не помню, кто там физику преподавал в начале. А потом кто только его не заменял, пока ты не пришла.

– Ясно. Арсен, а куда мы идем? – спросила она, когда я взял её за руку и мы продолжили путь.

– К моему дому, – ответил я. – Или ты боишься вступать на землю варгаринов?

– Нет, конечно, – быстро ответила она. – А зачем?

– Я узнал, почему этот нож горячий в отличии от других холодных, –сказал я. – На нем лежит темное заклятие.

– Я предполагала, что это всё не спроста, – кивнула она. – И что ты хочешь? Попробовать разрушить его?

– Ага, типа того.

– Но как?

– Вот для этого мы и идем ко мне домой. Хочу взять книгу заклинаний, – ответил я.

– У тебя есть такая книга?

– Не у меня, а у моего отца.

– И он тебе её даст? – с сомнением в голосе произнесла она.

– А я и не спрошу, – усмехнулся я.

Мы замолчали, проходя мимо деревянных идолов. Анна с интересом рассматривала их, но ничего не сказала.

– Я слышала, что Мормагон был раньше главным среди веждов? – задала она совсем другой вопрос.

– Да, – кивнул я.

– И он у них вроде бы пропал, а сейчас взял и появился в глыбе кварца. Откуда он пришел? – спросила она.

– С затонувшего острова, – ответил я.

– Это который на Мертвом озере? – уточнила она.

– Да.

– Расскажи мне про это озеро, – попросила она.

– Хорошо, – кивнул я.

И я рассказал ей всё, что я знал об Мертвом озере и об утонувшем острове вместе с усадьбой Белохвостовых.

– Туда многие ушли из веждов в поисках тайных знаний – Мормагон; Модест, который муж Милицы; сын Драганы вместе с женой, которую тоже зовут Драгана. Но иногда они как-то умудряются выходить в наш мир, но ненадолго, – закончил я.

– Выходить? Откуда ты знаешь? – удивилась Анна. – Ах, да, они же тогда к тебе приходили, ты рассказывал, – вспомнила она.

– Да, – поморщившись, ответил я. – Кстати, это Модест тогда оставил перстень на твоем столе, чтобы ты его отнесла Милице. И за тем нас обоих заманил в эту ловушку. Сначала тебя, чтобы ты не следила за ним. Потом меня.

– Ясно, – вздохнула она. – Я так понимаю – однажды Мормагон, Модест и Драгана ушли на остров, и в тайне от других веждов за ними этот портал закрыли Бронислав Ронин и Драгана Мокошина, которая старуха. И теперь они боятся, что их тайну раскроют и им отомстят?

– Похоже на то, – кивнул я. – Может быть, они хотели так избавиться от Мормагона, а Драгана ещё и от своей невестки, я так понял, что они недолюбливали друг друга. А Модест попал в эти сети чисто случайно. И они не сказали Милице, иначе бы она не согласилась на это.

– Очень похоже на правду, – поддержала она мои измышления. – У них ещё то оказывается осиное гнездо.

– Ага, – хмыкнул я.

– Получается пропавший нож, это нож Мормагона, хранившийся у Ронина. Он оставил его ему, прежде чем уйти, а сейчас потребовал обратно. Ну что ж, это его законное право, – сказала она.

– Угу, – снова кивнул я.

– Только вот почему Модест и Драгана спокойно передвигались по Старомыжью, а Мормагон даже из глыбы кварца выйти не смог? – спросила Анна.

Я задумался, и правда, почему? Ведь явно было видно, что он не может телесно выйти, только на расстоянии напал на Ронина. И вдруг меня осенило.

– Наверное, потому что Модест и Драгана обладают малой толикой магической силы и им легче выйти, а Мормагон более могущественный, и поэтому он не может выйти за пределы портала, – высказал я свое предположение. – Остров не отпускает его.

– Возможно, – согласилась она. – Арсен, а что они говорили про твоего деда? Он тоже пропал. Тоже отправился туда? – уточнила Анна.

– Нет, – тихо ответил я. – Я был мелкий тогда и точно не знаю, что именно произошло. Какой-то темный маг превратил моих дедушку и бабушку в камень. Я первый их нашел и по глупости коснулся окаменевшего дедушки, и так перенял его силу. Я не знал, что нельзя было трогать. Всё, что случилось и где теперь находятся наши окаменевшие предки – мы держим в тайне, – твердым голосом закончил я. – Вежды просто знают, что я как-то умудрился взять силу, и больше ничего.

– Хорошо, я никому не расскажу, – пообещала Анна.

За разговорами мы подошли к моему дому, и я открыл калитку в палисадник. Один из наших псов громко прорычал за высоким забором, отделявшим палисадник от двора. Ещё чуть-чуть и они зальются в грозном лае и перебудят все дома в округе.

– Тише, тише, Грам, – ласково произнес я. – Это всего лишь я и со мной моя девушка Анна.

В узкой прорези между столбом и высоким горбылем показался черный нос. Грам шумно втянул воздух и замолчал, я готов был поспорить, что он завилял хвостом.

– Как они тебя слушаются, – с восхищением проговорила Анна. – А я, оказывается, твоя девушка?

– Конечно, – улыбнулся я и вошел в палисадник.

– Окна темные, должно быть у тебя все спят? – прошептала она, следуя за мной.

– Сейчас проверим, – хмыкнул я.

Я забрался на приступочку и заглянул в щелку между плотными шторами в детской. Никитка уже спал десятым сном на нижнем этаже двухъярусной кровати, а Артемка в трусиках и маечке возился на полу, что-то искал в коробке, подсвечивая фонариком. Я тихонько постучал по стеклу, и он вскинул голову. Я постучал сильнее, и Артем соскочил с пола, подошел к окну, раздернул шторы и удивленно уставился на меня. Я знаком показал, чтобы он открыл раму. Он залез на стул и открыл форточку.

– Что ты здесь делаешь? – тихо спросил он, глядя на меня округлившимися глазами. Затем также удивленно посмотрел на Анну.

– Артем, послушай, можешь помочь мне? – попросил я.

– Опять что-то найти в твоей комнате? – осторожно уточнил он. – Мне запретили передавать тебе вещи из твоей комнаты.

– Сейчас не из моей комнаты, – сказал я. – Из отцовского кабинета принеси одну книгу. Древняя такая с потертым коричневым корешком. Она стоит в шкафу под стеклом на нижней полке. Она самая толстая, не ошибешься.

– Ты хочешь её украсть? – испуганно спросил он.

– Нет, я хочу её просто почитать немного. В колледже задали, – соврал я. –Завтра верну, и поставишь на место, никто не узнает.

– Я тогда у папы спрошу, – ответил он.

– Нет! – чуть повысив голос быстро произнес я. – Не говори ему ничего, он на меня обиделся и книгу не даст. Ты сам мне её принеси потихонечку.

– Нее, – он помотал головой, – вдруг папа увидит.

– Ссышь что ли? – усмехнулся я.

Артем обиженно посмотрел на меня и стал закрывать форточку.

– Артем, подожди, – остановил я его. – Хочешь шоколадку или чипсы?

– У тебя есть? – оживился он.

– С собой нет, – ответил я. – Потом принесу.

– Ааа… – разочарованно протянул он.

– А хочешь, сам купи, какие тебе нужно, я тебе двести рублей дам, – предложил я, вытаскивая из кармана купюры.

Отсчитал две бумажки и протянул ему.

– Ладно, – наконец-то согласился он, забирая деньги.

Он спрыгнул со стула, деловито спрятал сотки на своей полке, и как был босиком, в трусиках и в маечке, так и ушлепал за дверь. Я соскочил с приступочки и обратился к Анне:

– Сейчас Артем книгу принесет, возьми, пожалуйста, а я пока защитный круг очерчу на всякий случай.

***

Арсен вышел за калитку, достал из кармана что-то белое с бордовым, не то мелок, не то свечу, наклонился и стал проводить линию. Вскоре он скрылся за высоким амбаром. Отчего-то мне вдруг стало жутковато находиться одной в темноте. Хотя я знала, что Арсен рядом, что я в любой момент могу крикнуть, и он сразу же прибежит, но всё равно было страшно.

Легкий стук рамы заставил меня поднять глаза на окно. Там торчал ребенок, просовывая книгу в форточку. Я залезла на приступочку и приняла тяжеленный изрядно потрепанный том. Артем с любопытством оглядывал меня своими большими глазами. Он очень походил на старшего брата, только карий цвет зрачков, густые русые волосы чуть темнее, весь в веснушках и пушистые черные ресницы ровные по дуге, тогда как у Арсена реснички в центре были чуть длиннее, чем по бокам.

– Как тебя зовут? – спросил Артем.

– Анна, – ответила я и улыбнулась ему.

– А меня Артем, – важно доложил он.

– Я знаю, – сообщила я. – Ты в каком классе?

– В третьем, – ответил он. – А ты его девушка?

– Да, – кивнула я, вспомнив, как Арсен только что впервые назвал меня своей девушкой. Хоть и представлял он меня своему псу, всё равно было приятно. – Спасибо за книгу, ты очень храбрый мальчик, а теперь закрывай форточку, а то простынешь, и ложись спать. Холодно, наверное, тебе?

– Нее, – он помотал головой, потирая свои голые плечи. Затем нахмурил брови, будто что-то припоминая, и выпалил: – А ты же вроде уже приходила к нам? Ты учительница у Арсена?

Я смутилась от этого вопроса, но всё же ответила:

– Да, я преподаю в колледже.

– Здорово, – восхищенно проговорил он. – Ты только пятерки Арсену ставишь?

– Почему только пятерки? – удивилась я, вспомнив, что сегодня влепила ему двояк. Но только на словах, в журнал я ничего не поставила.

– Ну, – немного задумался Артем, прежде чем ответить, – ты же его девушка, и должна только хорошие оценки ему ставить.

– Какие он заслуживает, такие и ставлю, – усмехнулась я. – Спокойной ночи, Артем, – сказала я и спрыгнула на землю.

Я вышла за калитку и оглянулась. Артем так и торчал в окне, хотя форточку закрыл. Я помахала ему, и он тоже замахал мне. Вскоре из-за другого угла появился Арсен, он так и чертил свою линию, наконец, он замкнул круг и разогнулся. Посмотрел на книгу в моих руках и улыбнулся.

– Артем выполнил твое поручение, – доложила я.

– Вижу, – ответил он, забирая у меня тяжелую книгу.

Арсен повернул голову к окну и кивнул своему младшему брату.

– У тебя очень смелый брат, – похвалила я Артема. – Он не испугался ради тебя пойти на небольшое преступление.

– Это стоило мне целых двести рублей, – усмехнулся Арсен.

– Ты сам ему предложил, – напомнила я.

– Не было другого выбора, – вздохнул он.

Мы пошли обратно через темный лес, на сей раз направились в сторону центральной части Старомыжья. Арсен часто останавливался, вслушивался и всматривался в темноту. Я тоже старалась быть начеку. Даже свет фар от проезжающих машин заставлял нас настораживаться, и мы каждый раз на всякий случай прятались за густыми кустарниками, боясь наткнуться на веждов или подручных Ронина. Ведь Бронислав Карпович уже точно знал, что мы сбежали из его темницы.

– Арсен, а почему ты ночевал в вольере, ты же мог залезть в дом через окно, – тихонько спросила я, когда мы уже шли по темной улице мимо частных домов, из окон которых лился уютный теплый свет.

– И кто бы мне открыл створку? Артем? Чтобы потом получить за это? – усмехнулся Арсен. – Я сам был виноват, если опаздывал, мне и отвечать.

Наконец, мы дошли до моего дома. Я поднялась по ступеням и стала открывать входную дверь, а Арсен наклонился и принялся шарить под крыльцом.

– Что ты там делаешь? – спросила я, распахивая дверь.

– Достаю кое-что, – ответил он и вытащил свой рюкзак.

Так вот, значит, куда он его припрятал. Я усмехнулась и вошла внутрь.

– Заходи, – позвала его. – Может быть, сначала попьем чай? Или поедим?

– Я бы не отказался, – ответил Арсен.

Он задвинул засов на входной двери, разулся и прошел в комнату. Мы умылись с улицы, и пока я готовила еду, Арсен сделал небольшие приготовления. Он задернул на обоих окнах шторы, проверив не осталось ли хоть малейшей щелочки, убрал с круглого стола клеенку, попросил у меня серебряный нож Мормагона, и получив его, воткнул магический артефакт ровно в центр выжженного лабиринта, попав точно в скол. Затем забрался с ногами на мою кровать, уселся по-турецки, обнял моего мишку, положил книгу на колени и принялся её изучать.

– Офигеть! – вдруг через некоторое время воскликнул он.

– Что такое?

В этот момент я только-только добавила томатную пасту в приготовленный фарш и теперь всё это помешивала в сотейнике. В другой кастрюльке доваривались макароны. После вскрика Арсена, я устремилась к нему, так и держа в руке лопаточку.

– Представляешь, здесь написано, что связь веда и варгарина – это гремучая смесь. Что во время… – тут он запнулся и заметно покраснел, хотя я почти не видела его низко опущенного лица, – ну… сама понимаешь, в какой момент… В общем, вырывается поток сильнейшей энергии, который может переломить многие чары, – закончил он, водя пальцем по строчкам, и, подняв голову, с торжеством посмотрел на меня. – Мы же с тобой это ощутили, эту энергию, но не поняли почему, – добавил он.

– Ты вроде бы про другое совсем хотел почитать, – ехидно подметила я.

– Теперь ты понимаешь, почему мы тогда с тобой выбрались из магической ловушки-ямы в лесу? – с огнем в глазах продолжал он. – И когда мы вновь занялись этим у тебя дома, – он похлопал ладонью по пледу, – серебряный нож вдруг завис над круглым столом. Ещё немного и он бы раскрыл свою тайну.

– Оу, – выдохнула я.

– А ещё ты своей любовью распечатала во мне силу варгарина, – ласково произнес он. Затем нахмурился: – Нашу связь навряд ли одобрят старейшины твоего рода и старейшины моего. Я лично не знаю, ни одной такой пары. Обычно варгарин женится на девушке из семьи варгаринов. А как у вас?

– Мне запретили даже словом перемолвится с варгарином, – ответила я.

– Вот как значит, – он нахмурил свои красивые брови. – Выходит, твои знают, что, если вед и варгарин объединятся, то из них получится самая могущественная пара.

– Возможно, – кивнула я. – И что будем делать?

– Как – что? – лукаво улыбнулся он. – Заниматься любовью.

Арсен схватил меня за джинсы и притянул к себе, внимательно и нежно посмотрел на меня снизу-вверх. В этот момент с моей деревянной лопатки сорвалась капля томатного соуса, которая всё это время стекала по древку, и попала ровно ему на щеку. Я засмеялась. Он провел пальцем по скуле, собирая каплю, и слизнул её с пальца.

– Вкусно, – сказал он. – Но, кажется, соли маловато.

– Да? – удивилась я. Облизала лопаточку и кивнула, – угу, ты прав. Нужно добавить.

Я хотела вернуться к плите, но Арсен удержал меня, притянул к себе и поцеловал в кончик носа, затем в щеку и нежно укусил за мочку уха. Я зажмурилась, принимая его поцелуи.

– Кажется, что-то пригорело, – шепнул он мне прямо в ухо.

– Что? – воскликнула я, широко распахивая глаза.

Потянула носом и рывком высвободилась из его объятий, побежала к плите.

– Блин, Арсен, это всё из-за тебя, – возмущенно проворчала я, подхватывая сотейник с плиты.

Он громко захохотал, падая на мою кровать.

К счастью, пригорело совсем немного и паста «Болоньезе» по рецепту моей мамы вышла на отлично. Мне как девушке, не хотелось ударить в грязь лицом перед Арсеном, хотелось, чтобы он по достоинству оценил мои кулинарные способности. И мне удалось порадовать его.

Мы сидели за маленьким кухонным столиком и с удовольствием поедали макароны. Нам было уютно и хорошо вместе, и только воткнутый в столешницу серебряный нож острой тревогой врезался в наши сердца, напоминая о том, что не всё так безмятежно, как кажется.

После ужина я мыла посуду, а Арсен наконец занялся поиском нужного заклинания, заняв прежнюю позицию на моей кровати.

– Ну, как успехи? – спросила я, закончив с уборкой.

– Надеюсь, у тебя есть свечи? – спросил он, отрываясь от книги.

– Вроде где-то была, – наморщив лоб, сообщила я. – Хватит одной?

– Вполне, – кивнул он.

Я нашла свечу, вставила её в банку из-под томатной пасты и принесла ему. Арсен щелкнул зажигалкой и на свече вспыхнул огонек. Он поставил банку на письменный стол. Прошелся по комнате, снова проверяя хорошо ли задернуты шторы, затем погасил верхний свет. С горящей свечой комната приобрела таинственность, пламя немного мерцало, отбрасывая дергающиеся тени по стенам. Я села на стул возле письменного стола и стала наблюдать за Арсеном.

– Ты уверен, что у тебя получится? – прошептала я.

– Если что, у нас есть план «Б», – усмехнулся он.

– Это какой? – спросила я.

Он лукаво на меня посмотрел и кивнул на кровать.

– Ну, уж нет, – возразила я.

Скрестила руки на груди и закинула ногу на ногу, приняв тем самым защитную позу.

– Я пошутил, – тихо ответил он.

Встал перед столом, держа в ладонях раскрытую тяжеленую книгу, и таинственным голосом начал читать длинное заклинание. Вскоре пламя на свече заколыхалось, будто появился сквозняк, и я даже почувствовала холодный ветерок, который словно призрак заскользил по темным стенам. Я поежилась, но твердый уверенный голос Арсена придавал мне смелости.

Вдруг магический артефакт засветился: сначала сверкнуло на остром лезвии, затем огонек побежал по всему контору, иногда ярко вспыхивая, и вскоре весь нож охватило голубым сиянием. Черные выжженные линии на столешнице набухли, от кончика острия ножа они наполнились синевой и потекли в разные стороны. Внезапно нож загудел, завибрировал, стал покачиваться, затем медленно закружился вокруг своей оси, постепенно набирая обороты, и вдруг взлетел, завис над рисунком из голубых блестящих линий.

Тьма сгустилась вокруг стола, казалось, что тени ожили и шевелятся, перешептываются за нашими спинами. Свет от свечи уже мало что давал, он тусклым огоньком безуспешно прорывался сквозь черный туман. Казалось, что комната расширялась, растягивалась, что огонек теперь где-то далеко, чуть ли не за километр от меня, и Арсен словно тоже отдалялся, его голос звучал приглушено.

Нож засвистел, закручиваясь в воздухе, на стене напротив стала вырастать большая тень, и вдруг из магического артефакта вырвался ослепительный разряд молнии, заставивший меня громко вскрикнуть и зажмуриться. Раздался мощный треск, запахло гарью, тут же послышался грохот падающей мебели, и вдруг кто-то громко застонал.