Утром Алиса не стала раздергивать штору с той стороны окна, где темнело змеиное пятно. Сначала она вообще хотела завесить створку какой-нибудь тряпкой, присобачив её на скотч к стеклу, но если мама это бы увидела, то сто процентов сорвала бы, да ещё потом бы наорала на Алису. Поэтому она оставила всё как есть.

По дороге в школу Алиса думала, что же сделать с этим пятном, обсуждала этот вопрос с Никитой и поэтому совсем забыла о Вороне. Уже подходя к школьному крыльцу, она вдруг встретилась с ним взглядом. Он стоял в окружении старшеклассников – таких же отвязных верзил, как он сам и курил. Ворон посмотрел на неё с тем же прищуром, что и вчера в туалете. Алиса ощутила, как у неё мурашки побежали по телу. Захотелось раствориться на месте. Она вдруг стала делать неловкие движения, суетиться, говорить Никите какой-то бред, и пришла в себя лишь только тогда, когда скрылась от Ворона в многолюдном школьном холле.

Первый урок – и первая «пятерка». Оказывается, она единственная, кто понял, как правильно нужно оформлять работу по обществознанию. У остальных учительница не приняла и велела переделывать. Алиса затылком чувствовала ненавистные прожигающие взгляды одноклассников. Она молча просидела весь урок, неотрывно смотря в свою тетрадь. Когда прозвенел звонок, она пулей вылетела из класса и бросилась в переход, где обычно всегда было мало народу, но не успела далеко убежать – её быстро дернули сзади за кофту. Алиса обернулась. Ну, конечно же, её опять преследовали Малевская, Вагина и Шмакова.

– Почему ты нам не сказала, как правильно делать, если всё знала? – первой набросилась Малевская.

– Я не знала, что так правильно, – тихо произнесла Алиса, – мне просто показалось, что так красивее.

– Хорош заливать, – брызгая слюной, прокричала Шмакова, – ты назло никому не сказала, чтобы мы всё завалили.

– Нет, – Алиса выдернула край кофты из цепких лап Малевской и отступила на шаг.

Отступила и врезалась спиной во что-то мягкое. Обернулась и парень, в которого она врезалась, тоже обернулся. Это был Ворон.

Алиса замерла как идиотка. Такое ощущение, будто из неё мгновенно выкачали все способности двигаться, размышлять и вообще хоть как-то действовать.

– Что за разборки? – прогремел над её ухом бас Ворона.

Голос, его голос, уже сформированный взрослый с красивым мужским тембром и такой знакомый, словно родной. Алиса чуть ли не расплакалась, а всего лишь из-за того, что услышала его голос в тот момент, когда ей было страшно. Краем глаза она видела Вагину и Шмакову, сдающих позиции, делающие поспешные шаги назад. Ворона боялись почти все.

– Не твое дело! – Но похоже только не оторва Малевская.

– Чё сказала? – тон Ворона переменился с насмешливого на агрессивно-нападающий. – Повтори, коли не боишься.

Ворон шагнул к Малевской, и Алиса как-то вдруг оказалась за его большой спиной. Не желая знать, чем всё закончится, и воспользовавшись заминкой, когда трое её одноклассниц смотрели только на Ворона, Алиса решила по-быстрому смотаться. Развернувшись, она неслышно отбежала, смешавшись с толпой подростков, и скрылась в классе.

***

– Не твое дело!

Денис обернулся на голос. Какая-то мелкая дерзко ответила Ворону, что он даже чуток опешил. Круто она его уделала! Денис усмехнулся и подошел ближе, ему стало интересно, чем всё закончится. С Вороном шутки плохи, но девчонок он не бил.

– Чё, сказала? – Ворон теперь уже не улыбался, на его шее вздулась и задергалась едва заметная жилка. – Повтори, коли не боишься.

– Не твое де… – не успела договорить белобрысая, как Ворон ловким движением свалил её на пол и поднял за ногу. Юбка опала, но хорошо, что девчонка была в черных колготках. Её подружки ахнули и отступили на шаг.

– Ещё есть вопросы?

Она попыталась закрыть попу юбкой, но Ворон резко развернул её, что ей пришлось инстинктивно цепляться руками за пол.

– Я пожалуюсь брату, он тебя убьет! – вскричала белобрысая. Краска заливала её лицо.

– Что за брат? – спросил Денис у одной из её подруг.

– Игорь Сухарев, – шепотом ответила девчонка.

Денис хмыкнул про себя – Игорь Сухарев или Сухарь, личность была довольно известная среди пацанов. Он учился уже в колледже и слыл жестоким и вспыльчивым. Почти все парни в городе боялись его.

– Тот самый, Сухарь? – на всякий случай уточнил Денис.

– Угу.

– Родной что ли ей?

– Неа, двоюродный, – мотнула головой девчонка.

– Да мне пофиг на твоего брата, беги – жалуйся, я и брата твоего приструню, – гаркнул Ворон поднимая белобрысую ещё выше. Он не слышал наш разговор.

Она снова попыталась вернуть юбку на место, но он специально не давал ей это сделать, раскручивал её из стороны в сторону. Вокруг собралось уже несколько человек. Парни откровенно пялились на обтянутую черными колготками округлую попку.

– Отпусти, – теперь белобрысая уже не угрожала, она просила.

– Будешь лезть к той девчонке? – спросил Ворон.

– Нет, не буду, – она была уже вся красная, на ресницах подрагивали слезы.

– Если ещё раз увижу или узнаю, что ты достаешь эту девочку, – тон его голоса стал резко холодным, глаза сузились, – то я тебе такое устрою, что мало не покажется: раздену перед всей школой. Поняла?

– Да-да, – девчонка готова была расплакаться.

– Ну, смотри…

Ворон отпустил её ногу, и она шмякнулась на пол. К ней тут же подбежали подружки. Не произнеся больше ни слова, он развернулся и быстро пошел прочь.

Денис нагнал его на лестнице.

– Слушай, Ворон, а ты знаешь, кто её брат?

– Нет.

– А тебе интересно?

– Да не особо.

Они завернули в туалет. Ворон вкарабкался с ногами на подоконник и вытащил сигарету. При всем своем немалом росте, но не таком уж и высоком, Денис был его повыше, Ворон обладал хорошей гибкостью и легко уместился в тесном проеме. Щелкнул зажигалкой и закурил, отбрасывая назад длинные волосы. Денис ухмыльнулся, подумав про себя, что если бы он был бы девчонкой то, наверное, обязательно бы втюрился в Ворона. В изящество его движений, в правильные черты лица, в эти красивые глаза, обрамленные длинными черными ресницами. Небольшие шрамы на лице Ворона не портили его, а наоборот дополняли полностью его образ, такого безбашенного парня.

Денис присел на оставленный ему краешек подоконника и тоже закурил.

– Её брат – тот самый Сухарь!

Денис произнес это быстро и с нужной интонацией, надеялся ошарашить Ворона, напугать, сбить с него спесь. Денис внимательно наблюдал за Вороном, пытаясь уловить хоть капельку смущения на его лице или, может быть, даже легкую тень страха, но ничего не увидел. Ворон спокойно продолжал курить, смотря на Дениса сквозь струйку выпускаемого дымка.

– Ладно, – ответил Ворон.

Ладно… Только и всего? Денис хмыкнул. Связываться с Сухаревской бандой самое последнее дело.

– Если что, за тебя никто не впишется из наших, – предупредил он.

– Я знаю, Денис.

– И что ты будешь делать?

– Ничего, – ответил Ворон, поворачиваясь к окну. Солнечный свет упал ему на лицо, и его светло-серые глаза с легким зеленоватым окрасом вдруг приобрели голубой оттенок.

Раздался звонок, и Ворон поднял руку, чтобы запулить потушенный окурок в мусорку, от его движения манжета черного худи чуть сползла, обнажив немного запястье, но он тут же быстрым движением натянул резинку до самых пальцев. Вот это единственное, что всегда бесило Дениса в Вороне. Его друг всегда и везде, и в любую погоду носил одежду с длинными рукавами, натягивая их до самых костяшек пальцев. Даже на физкультуру Ворон приходил в лонгсливе.

– Пошли что ли на урок? – сказал Ворон и ловко спрыгнул с подоконника.

***

За три минуты до звонка в класс влетели запыхавшиеся Малевская, Вагина и Шмакова. Малевская была вся растрепанная, раскрасневшаяся. Она что-то говорила Вагиной и её губы тряслись, словно она вот-вот разрыдается. Такой разбитой Алиса её никогда не видела. Что с ней случилось?

Остальные уроки вроде бы прошли неплохо. На переменах её не трогали. Не то, чтобы эта троица совсем забыла про Алису, они ненароком да бросали на неё злые взгляды, перешептываясь между собой, Малевская всё время что-то печатала в смартфоне, но по ходу их теперь занимало нечто другое.

На последнем уроке геометрии Алису вызвали к доске. Рассказать уже решенную (списанную с тетради старшей сестры) дома задачу было легко. Но учительница стала задавать ещё дополнительные вопросы и в итоге поставила «четыре». Никто больше не кричал, что она всё списала и Алиса, облегченно выдохнув, вернулась на свое место.

Так получилось, что после уроков Никита и Макар с несколькими другими парнями из их класса убежали по своим каким-то пацанским делам и Алиса пошла домой с Викой.

– Слушай, Вика, а ты смогла бы встречаться с парнем, который был бы тебя старше? – вдруг спросила Алиса.

Они вдвоем брели по почти пустой улице, если не считать идущих им навстречу двух бабулек со спущенными на подбородок медицинскими масками. Казалось, что у бабушек вдруг выросли голубые бороды.

– Насколько старше? – уточнила Вика, весело глядя на подругу.

– Нууу… – протянула Алиса, подсчитывая в уме, – на два года.

– То есть, он бы учился в десятом?

– Наверное.

– Я бы не стала, – просто ответила Вика.

– Почему?

– Ну, фиг знает, такая разница. У них на уме только одно, сама знаешь, что.

– Угу, – кивнула Алиса.

– А ты на кого-то запала?

– Нет, конечно, – отмахнулась Алиса. – Просто стало интересно.

– Я вот точно бы не встречалась с большими парнями. Моргнуть не успеешь, как останешься с ним один на один без трусиков, – вывела Вика.

Без трусиков… От этих слов внутри Алисы что-то сжалось и ухнуло так, что перед глазами запрыгали черные точки и закружилась голова. В памяти вспыхнули картинки из последней романтической манги. Наедине без трусиков с Вороном? Как волнительно… О, боже, и как это стыдно…

***

После уроков Ворон специально не вышел из школы вместе со всеми, а отправился домой один, но Денис всё равно увязался за ним следом.

Денис не понимал, почему Ворон так сделал, ведь он мог окружить себя пацанами, но не стал. За школой Ворона уже поджидали. Знаменитая сухаревская черная старая «бэха» с разбитым бампером и с яркими наклейками на тонированных стеклах была нагло припаркована чуть ли не посередине проезда. Из сабвуферов громыхала музыка. Возле машины маячило несколько парней. Среди них легко узнавалась фигура Сухаря. То ли сама природа решила подшутить, то ли ещё что – Сухарев выглядел в соответствии со своей фамилией – высокий, худой до невозможности, угловатый и весь как будто высохший. Рядом с ним стояла та белобрысая девчонка и её подружки.

Заметив их, Ворон не вздрогнул, не остановился, не замедлил шаг, он шел, как шел, только бросил Денису через плечо:

– Не ходи за мной, а то и тебе прилетит.

Денис сначала остановился, но затем нагнал Ворона, чтобы попытаться переубедить.

– Слушай, – быстро и с тревогой в голосе заговорил Денис, – если тебя попросят извиниться перед ней, то лучше извинись, это же ничего такого.

– Нет.

Ну нет, так нет. Денис отстал. Ворон шел спокойно, обычной своей дорогой, к нему подбежал Сухарь, и они о чем-то заговорили. Судя по выражению их лиц, обстановка накалялась. Ворона окружили парни и на фоне этих громил он казался мелким. У Дениса от страха за друга защемило сердце.

К драке они перешли быстро. Денис не успел уловить, кто первым напал – Ворон, Сухарь или они оба одновременно накинулись друг на друга. Дальше подключилась остальная банда и Ворона смели махом. Но он успел неплохо так засветить Сухарю – тот потирал щеку и отплевывался. Вскоре Денис почти не видел своего друга за спинами этих верзил.

Денис достал смартфон, чтобы набрать ребятам, но так и не смог. Никто не впишется, это понятно. Да и Ворон не хотел бы, чтобы из-за него кто-то ещё пострадал, Денис только сейчас это понял.

Несколько человек схватили Ворона и пытались его удержать за руки и за длинные волосы, пока Сухарь бил его по лицу и в живот. Ворон изворачивался и отбивался ногами.

Всё закончилось тем, что Ворон упал и неподвижно лежал на снегу, прикрыв голову руками, а его тупо пинали. Затем сухаревцы сели в свою «бэху» и укатили. Куда-то исчезли и девчонки. Занятый наблюдением за дракой Денис и не заметил, когда они свалили.

Денис подбежал к Ворону, присел на корточки и тронул его за плечо.

– Ты как? – спросил он.

Ворон пошевелился, поднял голову и сплюнул кровавые ошметки на снег. Затем осторожно сел, облокотившись о сугроб. Отбросил назад всклоченные волосы и посмотрел на Дениса всё тем же спокойным взглядом, словно ничего только что не произошло.

– Нормально, – ответил он.

Выглядел Ворон неважно – разбитые губы, красные с кровавыми подтеками щеки, уже наливавшиеся фиолетовым. Ворон сгреб снег, где побелее, и приложил его к лицу.

– Круто тебе досталось, – присвистнул Денис.

– Угу, – Ворон убрал окровавленный снег и улыбнулся. – Давно так не получал. Я скатился спиной к сугробу, так что досталось всё жопке и по ногам, по спине сильно не пинали.

– Идти сможешь?

– Наверное.

Денис помог ему подняться. Ворон поморщился, но встал. С трудом сделал шаг.

– Как чувствуешь себя? – спросил Денис.

– Нормально, – отмахнулся Ворон и снова сплюнул кровью.

Затем посмотрел на друга и одобряюще улыбнулся. Денис успел заметить, что у Ворона на переднем зубе немного откололся уголок.

– Зуб сломали?

Ворон потрогал пальцами зуб и кивнул.

– А я и не понял, что такое маленькое мне на язык упало, – поделился он.

– Ну вот ради чего всё это? – не выдержал Денис. – Он требовал, чтобы ты извинился?

– Угу.

– Ну, а почему не стал? Если обидел девчонку, то ничего такого зазорного нет, чтобы перед ней извиниться. Ты же тогда извинялся перед Кристиной.

– Тогда было другое дело. Там я по полному был виноват и сам решил извиниться. А вот когда требуют и угрожают, тогда я не могу, – спокойно ответил Ворон. – Более того, я белобрысой сказал, что если узнаю, что она опять домогается до Алисы, то опозорю перед всей школой. А Сухаря спросил: незаподло ли ему участвовать в детских девчачьих разборках?

– Фигасе, – присвистнул Денис, – они за такое и пришить тебя могли.

– Могли, – согласился Ворон, – но не пришили же.

– Ну, ты даешь.

– Да, ладно, гляди веселее, всё нормально же, – усмехнулся Ворон, опираясь на Дениса и ещё больше морщась от боли.

***

Алиса открыла входную дверь и прислушалась. Из кухни доносился стук ножа по разделочной доске и брякала крышка кастрюли. Значит, мама на кухне готовит, а не стоит, зависнув в её комнате. Алиса облегченно выдохнула. Закрыла дверь на замок, сняла куртку и сапоги, и молча прошла в свою комнату.

Первым делом посмотрела не раздернута ли штора на окне, к счастью, она висела так, как она оставила её утром, когда уходила в школу. Алиса заглянула за штору, рисунок со змеёй казалось стал ещё четче, осторожно потрогала его пальцем. Он вроде стал выпуклее что ли. Тяжело выдохнув она задернула штору обратно.

Переодевшись в домашнее, Алиса разложила тетрадки и учебники на письменном столе на тот случай, если мама нагрянет с проверкой, чем она тут занимается. А раз разложила, то решила что-то начать делать, ну так, для вида. Открыла физику, нашла заданную задачку и машинально полезла в ящик за припрятанной тетрадкой старшей сестры. Рука ничего не нащупала.

Алиса выдвинула ящик до самого конца, перерыла все листочки с рисунками, но так и не нашла Алинину тетрадь по физике. Не оказалось и тетради по химии. Алиса полезла во все ящики, но нигде никаких припрятанных тетрадей старшей сестры. Перетащила стул к шкафу, залезла, открыла дверцы антресолей – пусто, все коробки с тетрадями исчезли! Испарились! Словно по волшебству!

Ну, и ладно. Алиса захлопнула дверки и вернула стул на место. Ну, и пофиг. Не нужны ей эти «пятерки». Она достала смартфон и повалилась на диван. Открыла «ВКонтакте» страничку «Black Raven», он был не в сети. Открыло то фото, где был отмечен Ворон и стала внимательно его рассматривать. А вот ничего, красивый же. Особенно глаза с зеленоватым оттенком. И растрепанные длинные почти до самых плеч волосы. Провела пальцем по фото, по его тонкому шраму, пересекающему губы, и нажала на «сохранить» в свою галерею. Зачем? Нуууу… пусть будет.

Внезапно вспомнился разговор с Викой, что парням нужно только одно. И ему, наверное, тоже. Интересно, он уже с кем-то спал? Алиса зажмурилась и вдруг представила себя в объятьях Ворона, нет, ну в трусиках, конечно…