На следующий день, 10 декабря, войска генерала Шаманова, после трехдневного кровавого штурма, вошли в расположенный в 30 км к югу от Грозного город Урус-Мартан. Штурмовал город 160-й гвардейский танковый полк под командованием подполковника Юрия Буданова. Через месяц ему за эту операцию будет вручен орден Мужества и присвоено очередное воинское звание полковник.

За два месяца до этого штурма Буданов был контужен, а за месяц (в ноябре) - ранен. А еще через три месяца (27 марта 2000 года) он был арестован по обвинению в изнасиловании и убийстве 18-летней чеченской девушки Эльзы Кунгаевой, которую он подозревал в том, что она, якобы, была снайпером у чеченских боевиков. В 2003 году он был за это преступление лишен воинского звания, всех наград и осужден на десять лет колонии строгого режима. Однако через шесть лет Буданов “за хорошее поведение” был досрочно освобожден.

А еще через два года (в 2011 году) он был застрелен в Москве чеченцем Юсупом Темирхановым, у которого в феврале 2000 года в Чечне трое российских солдат убили отца и сожгли его кафе. На момент смерти Буданову было 47 лет. Темирханов за это преступление был осужден на 15 лет колонии строгого режима, в которой через семь лет, в возрасте 46 лет, он умер “от естественных причин”.

Во всей этой трагической истории как в капле воды отразился весь накал страстей и весь трагизм обеих Чеченских войн, в которых не было ни героев, ни злодеев, а были одни лишь только бессмысленные жертвы и исковерканные судьбы.

Осталось добавить, что в Чечне Темирханова за убийство Буданова почитают как национального героя и “образец чеченского мужчины”. В родном селе Темирханова Гелдаган, Курчалоевского района, его именем названы улица и школа, в которой он учился. Так выглядит путинско-кадыровский компромисс. Впрочем, скорее всего, никакого другого и быть не могло…

19 декабря состоялись выборы в Государственную Думу. Закончилась предвыборная борьба, которая сопровождалась беспрецедентной информационной войной. Вот что по этому поводу писала тогда Русская служба ВВС: "Информационная война бушевала в России с лета. Быстро набиравший популярность избирательный блок "Отечество - Вся Россия" во главе с Юрием Лужковым и Евгением Примаковым подвергся беспрецедентной атаке со стороны окружения президента России. В противовес этому блоку был создан так называемый "блок губернаторов" - "Единство", или "МеДвЕдь", который возглавил министр по чрезвычайным ситуациям Сергей Шойгу.

Реальную поддержку "МеДвЕдю" оказал глава правительства Владимир Путин, заявивший, что будет голосовать за "Единство". Таким образом, прежде обезличенное понятие "семья" обрело портретные черты реального лидера в лице Путина.

В соперничество "Единства" и "ОВР" активно вступила пресса, и началось сражение двух мощных медиа-гигантов - магнатов Бориса Березовского, выступившего на стороне президентского окружения, и Владимира Гусинского, вставшего на позиции Юрия Лужкова. Каждому из них принадлежат не только газеты, но и наиболее мощные и популярные в стране телеканалы.

Таким образом, втянутыми в информационную войну оказалось практически все население страны. Война была беспрецедентной по тяжести взаимных обвинений, резкости нападок, объему компромата, который выливали друг на друга ее участники. И вот она подошла к концу - по крайней мере, на данном этапе, ведь впереди еще президентские выборы…”

Результаты выборов были следующими: коммунисты (вполне предсказуемо) заняли первое место, набрав 24,29% голосов по партийным спискам и дополнительно выиграв выборы в 46 одномандатных округах. Суммарное количество мест, которое КПРФ получила в новом созыве Госдумы составило 113. Не смотря на первое место, это для них был серьезный провал: в прошлом созыве Госдумы у коммунистов Зюганова было на 44 места больше.

На второе место неожиданно вырвался сколоченный Березовским на скорую руку избирательный блок “Единство-Медведь”. Он набрал 23,32% голосов по партийным спискам. (То есть он едва не выиграл у коммунистов!) Выборы в одномандатных округах были для них не так успешны, они их выиграли лишь в 9 округах. Но, справедливости ради, нужно сказать, что одноманатными округами в команде Березовыского никто и не занимался - просто не хватило ни людей, ни времени. В общей сложности блок “Единство-Медведь” получил в новом созыве Госдумы 73 места.

На третьем месте оказался блок “Отечество - Вся Россия”. По партийным спискам он набрал почти почти вдвое меньше блока “Единств-Медведь” - всего 13,33% голосов. Но зато он довольно успешно выступил в одноманатных округах, где получил 29 мест. Всего в новом составе Госдумы блок “Отечество - вся Россия” получил 66 мест.

Это означало, что даже с учетом успеха в одномандатных округах, блок Лужкова-Примакова и всех статусных региональных лидеров (Шаймиев, Рахимов, Яковлев) проиграл ельцинско-путинскому блоку “Единство-Медведь” и это был серьезный успех Кремля и Семьи.

На третьем месте оказался “Союз правых сил” (СПС) во главе с Кириенко, Немцовым и Хакамадой (и стоящим за их спинами Чубайсом). В голосовании по партийным спискам СПС набрал 8,52% голосов, и еще 5 мест он получил в одномандатных округах. Всего в новом созыве Госдумы СПС получил 29 депутатских мандатов. После четырехлетнего перерыва (напомню, что в декабре 1995 года гайдаровский “Выбор России” не смог преодолеть 5% барьера) правые снова вернулись в Госдуму.

Четвертое место занял “Блок Жириновского”, набравший 5,98% в голосовании по партийным спискам. Он не выиграл ни одного одномандатного округа, и получил всего 17 мест в новом созыве Госдумы. Это было серьезное поражение. В прошлом созыве Жириновский имел вдвое больше депутатских мест - 34

Замыкала список партий, преодолевших 5% барьер, партия Явлинского “Яблоко”. По партийным спискам она набрала 5,93% голосов, и выиграла выборы в 4 одноманатных округах. В целом партия “Яблоко” получила 20 мест в новом созыве Госдумы, что позволило ей обогнать “Блок Жириновского”. В целом, “Яблоко” выступило хуже, чем в 1995 году, когда по итогам выборов у нее было 25 депутатских мест.

Нетрудно вычислить, что партии, преодолевшие 5% барьер и получившие, таким образом, право сформировать свои фракции в новом составе Госдумы, суммарно получили 318 мест. Следовательно оставшиеся 132 места достались независимым депутатам, избранным по одномандатным округам.

Победа блока “Единство-Медведь” над ОВР была настолько убедительной (особенно - в голосовании по партийным спискам), что она немедленно сделала Путина безусловным фаворитом президентской гонки. Фактически результат президентских выборов был предопределен итогами думских.

Березовский торжествовал: его репутация “демиурга” получала настолько убедительное подтверждение, что даже его противники вынуждены были склонить головы. В этот период он любил театрально сокрушаться и трагическим голосом говорить, что после такого триумфа, “он самый несчастный человек на свете: ему нечего больше хотеть”.

Лишним доказательством победы “Единства-Медведя” стал процесс политического самоопределения независимых депутатов: практически сразу после выборов, еще в декабре, из 132 независимых депутатов 58 образовали депутатскую группу “Народный депутат”, которая тут же публично поддержала Путина и фактически стала еще одним изданием “Единства-Медведя”.

Таким образом уже через пару недель Путин мог рассчитывать в Госдуме на поддержку минимум 160 депутатов. И эта поддержка продолжала расти день ото дня. Все новые и новые депутаты заявляли о своей поддержке Путина и его курса. Такого представительства в Госдуме Кремль не имел ни разу за все прошедшие почти десять лет.

На волне этого несомненного успеха Кремль поставил себе задачу выиграть президентские выборы в первом туре, поскольку второй тур всегда был чреват неожиданностями, консолидацией протеста, объединением всех противников и слева, и справа и т.д.

Однако, работавшие на избирательный штаб Путина социологи в один голос говорили, что первая волна увлечения Путиным неизбежно схлынет, люди начнут от него “уставать”, через пару-тройку месяцев рост его рейтинга начнет замедляться, потом остановится, а потом, вполне возможно, начнет снижаться. К началу лета народ осознает то, что пока понимают немногие: конец войны в Чечне еще не скоро, а неизбежно приближающаяся осада Грозного, вопреки ожиданиям Явлинского, обещает стать повторением кровавого кошмара пятилетней давности.

Кроме этого, экономика хоть и подает признаки оживления, но все еще очень слаба и это тоже могут использовать противники Кремля. Да и сам Путин вполне может успеть наделать ошибок, которые роковым образом скажутся на его рейтинге, а значит - и на результате выборов.

В конечном итоге социологи вынесли вердикт: оптимальное для Путина время выборов - март, а не июнь-июль (как это было предусмотрено оригинальным расписанием).

Кроме этого, состояние здоровья Ельцина стремительно ухудшалось. Он уже практически не покидал больничной палаты и большую часть времени проводил в ЦКБ. Но просто больной президент - это еще маленькая проблема. Большая же проблема состояла в том, что в данном случае речь шла о больном Ельцине. То есть о человеке, который не слушался никого (включая врачей), и, несмотря на болезнь, хотел продолжать жить так, как он жил до сих пор: т.е. “дышать полной грудью” и ни в чем себе не отказывать.

Юмашев часто говорил, что для Ельцина было очень важно осознавать себя здоровым человеком, который может и водки выпить, и в бане попариться, и в теннис поиграть, и в прорубь нырнуть. Всегда склонный к публичности и театральности, к эпатажу и восторженным взглядам, Ельцину нравился его образ “могучего русского медведя”, который сложился отчасти его собственными усилиями, а отчасти усилиями прессы, которая любила смаковать его разухабистые выходки.

Ельцин отчаянно не хотел стареть и поэтому отказывался вносить какие-то коррективы в свой образ жизни. Сопротивлятся ельцинскому напору было бессмысленно: ничего кроме “царского гнева” любая попытка ограничить его в излишествах никому не сулила. Окружение Ельцина давно уже утратило всякую надежду на то, что он приведет свои привычки в соответствие с реальностью. А реальность была такова, что к своим шестидесяти восьми годам он был уже глубоким стариком с пятью инфарктами. К тому же еще и хроническим алкоголиком.

Любой врач не задумываясь опишет вам особенности характера и поведения человека в таком состоянии. Подозрительность и капризность, частая смена настроения, быстрая утомляемость. Очевидные проблемы с речью, лишний вес, отечность, шаркающая походка, ослабленный самоконтроль. Из-за больного сердца мозг плохо снабжается кислородом и как результат: плохая память и общее снижение когнитивных функций.

В таком состоянии Ельцин напоминал раненого зверя. Могучая ельцинская харизма “альфа-самца” толкала его измученное и дряхлеющее тело вперед и требовала от его хозяина все новых подтверждений дееспособности и очевидного превосходства над всеми окружающими. Но силы покидали его и это приводило его в отчаяние.

Не исключено, что именно подозрительностью и страхом “измены” объясняется частая смена премьеров в завершающей каденции ельцинского правления. Посудите сами: за последние полтора года он сменил пять председателей правительства, в то время как за предыдущие восемь лет - лишь двоих: Силаева и Гайдара. Причем Силаев от него ушел сам, а отправить в отставку Гайдара его вынудил Верховный Совет. То есть в те времена, когда Ельцин чувствовал себя сильным и уверенным в себе человеком, он не боялся соперничества поскольку твердо знал: он в состоянии победить любого, кто покушается на его власть.

Часто говорят, что в последние годы Ельциным все сильнее манипулировала Семья. И именно она виновница “парада премьеров”. Что именно окружение Ельцина нашептывало ему на ухо и пугало его угрозой “заговоров” и “предательств”. Но это лишь часть проблемы. Разумеется, желающих нашептывать и пугать шефа всегда было хоть отбавляй. Однако раньше он пропускал все это мимо своих ушей. Но именно обострившаяся подозрительность Ельцина и его подспудное ощущение собственной слабости заставляли его прислушиваться ко всем этим интриганам.

Меня не покидает ощущение, что последняя чехарда с поездками то Путина, то Ельцина в Хельсинки, Осло и Стамбул, негативная реакция Клинтона на новость о том, что вместо Путина в Стамбуле он встретится с Ельциным и особенно кажущаяся бессмысленной встреча Ельцина с силовиками (но без Путина) в Завидово - означают что-то важное без чего нельзя понять дальнейший ход событий. Но, к сожалению, здесь мы можем только строить догадки.

Я вполне допускаю, что в какой-то момент Ельцин мог начать ревновать Путина к власти и не только к ней. Вообще: иметь рядом с собой дублера, который значительно моложе, здоровее, современнее и популярнее тебя - это очень сильное испытание для любого лидера, а уж тем более - для Ельцина, который никогда не терпел никакой конкуренции.

Возможно, что у самого Ельцина и не было таких намерений, но у его окружения вполне могли появиться опасения, что если ему попадет “шлея под хвост”, то “дедушка” в очередной раз “взбрыкнет” и “сдуру” отправит Путина в отставку, как до этого он без всякой видимой причины отправил туда четырех премьеров подряд. Во всяком случае вероятность такого исхода резко увеличивалась если бы рейтинг Путина начал падать. А именно этого и опасались социологи, ведь за оставшиеся до выборов шесть-семь месяцев многое могло случиться и в Чечне, и внутри страны и на международной арене…

Что означала отставка Путина при таких обстоятельствах - совершенно очевидно: вся конструкция с “преемником” рушилась как карточный домик, а вполне конъюнктурный блок “Единство-Медведь” мгновенно растворялся внутри партии Лужкова - Примакова. Путин встал бы в один ряд со Степашиным, Черномырдиным и пр., а с репутацией “сбитого летчика” нечего и думать идти в президенты. Может быть такое где-то и возможно, но только не в России. И уж точно не в России конца 90-х.