Утром Аэрин проснулась от того, что кто-то накрыл ее рот рукой. Она в ужасе распахнула глаза.

Перед ней возникла уже знакомая вихрастая шевелюра Лита.

– Ты меня напугал!

Он приложил палец к губам и мотнул головой в сторону двери.

– Пойдем, кое-что покажу.

Аэрин наскоро пригладила волосы и обулась.

– Держи, твой завтрак, – Лит подкинул ей небольшой мешочек с орехами. Аэрин поймала его на лету и засунула в карман платья.

– Мне нельзя дворец покидать, – предупредила Аэрин на всякий случай.

– А нам и не придется, – заговорщицки подмигнул ей тощий мальчишка. – Только полотна нужно взять. Если нас в коридоре застукают, сделаем вид, что несем в купальни для воинов.

Они поднялись на этаж, где была кухня, и мальчишка пошел к соседним дверям. Там оказалось хранилище белья. Здесь были аккуратно сложены постельные принадлежности и различные полотна. Как раз их они и взяли. Двинулись дальше.

Лит провел Аэрин неизвестными ей путями и коридорами, а потом они поднялись на этаж выше.

– Здесь, – указал Лит на простую деревянную дверь.

Они оставили полотна у входа и двинулись дальше. Аэрин уловила запах трав и благовоний. С любопытством глянула на резную массивную дверь из темного дерева, мимо которой они проходили. Кажется, аромат шел оттуда.

– А там что?

– Тоже купальни. Для правителей, – пожал плечами Лит.

Сразу после резной двери они юркнули на винтовую лестницу, что вела вверх. Пока они поднимались, через арочные окошки было видно, как становится светлее. Наконец они добрались до широкого смотрового окна у самой верхушки башни. Из него открывался вид на горы.

Солнце только-только выглядывало из-за скал, разгоняя лучами утреннюю туманную серость.

– Смотри, – Лит указал на предгорье, где проходил обряд.

Вереница воинов в черных одеждах и женщин направлялась вверх по горной тропе.

– Куда они идут?

Казалось, они вот-вот упрутся в скалу. Но они доходили до горной преграды и… исчезали. Просто растворялись в камне. Аэрин изумленно посмотрела на Лита.

– Это тропа ведет к волшебным землям эрфитов. А это – скрытый магией проход.

– А что там? За этим проходом? – почему-то шепотом спросила Аэрин.

Лит пожал плечами.

– Я знаю только, что оттуда всегда приходят с едой. Говорят, там она повсюду – на земле, в земле, на деревьях. Только туда могут ходить не все. Лишь избранные женщины и сопровождающие их воины. Я бы тоже пошел. Но когда Даора узнала, запретила даже думать об этом. Говорила, там живут племена, что были на этих землях еще до нас. И что там опасно. Она взяла с меня обещание, что я никогда не буду пытаться пройти туда. Она боялась. А я никогда до этого не видел, чтобы она боялась. Поэтому я ее послушал.

– Даора – это та женщина, что кормила тебя?

– Да. Она несколько лет жила на землях эрфитов. А потом вернулась.

– А что плохого в том, что она жила там?

Лит задумчиво посмотрел на горы. В этот момент он казался намного взрослее своих лет. Сколько же ему пришлось пережить?

– Люди говорят, она была в племени кресов. А это плохое племя. Они ненавидят нас. В давние времена, когда Сагдар был только основан у подножия горы, они совершали набеги на город. Убивали, пытаясь прогнать людей с этих земель. Но я никогда ее не спрашивал, где она жила и почему вернулась. Мое отношение к ней все равно бы не изменилось. Даже если бы все, что говорили про нее люди, было правдой.

Аэрин перевела взгляд на горы, туда, где исчезали женщины в сопровождении воинов.

– Интересно, почему женщины идут туда под охраной? От чего их охраняют? Лит?

Она обернулась к мальчишке. Он стоял, самодовольно подбрасывая в руках мешочек орехов, что до этого давал ей.

– Я достаточно хорошо усвоил урок?

– Ах ты…

Она проверила свой карман. Мешочка там не было. И против воли улыбка расплылась по ее лицу. Он бросил ей орехи обратно, а сам надкусил фрукт, прихваченный для себя. И тоже улыбнулся. Этот мелкий гаденыш оказался способным учеником.

Аэрин была так рада его хитроумной проделке, что на время забыла про все вопросы, что вертелись в ее голове. Так они и сидели бок о бок на смотровом окне и расправлялись со своей едой. Солнце яркими красками разлилось по горам. Аэрин залюбовалась мощью скал, утопающих в теплых оттенках рассвета. Порой взгляд девушки улавливал движение среди камней.

– Что это там шевелится?

– Дикие нарги. Возможно, воины защищают от них. Но нарги охотятся в основном ночью. Ориентируются по запаху. Жуткие твари. Могут перекусить человека пополам за один раз.

– А они тоже магические?

– Нарги? Нет, конечно. Их только для езды используют, да и то лишь воины. Им они подчиняются, потому что чувствуют силу. А так – слишком неуправляемы. Но быстрые, с этим не поспоришь, – деловито пояснил он.

По спине Аэрин пробежал холодок. А ведь если бы ее побег удался, ночью она осталась бы с этими тварями один на один в горах.

Девушка перевела взгляд на Лита. Глядя на его сияющее довольное лицо после удавшейся проделки, она и сама против воли хотела улыбаться. Внезапно сердце кольнула еле уловимая грусть. А ведь когда она сбежит отсюда, будет скучать по нему. Аэрин поспешно отвернулась, чтобы он не увидел, как ее настроение резко переменилось. Кажется, ей всерьез пора обдумать, как покинуть это место. Пока не стало слишком поздно.

До кухни они добрались без происшествий. Как оказалось, Лит превосходно ориентировался во дворце, зная каждую нишу и лазейку. Аэрин сразу пошла в посудомоечную и принялась драить посуду. Лит же отправился добывать грязные тарелки.

Чуть позже Найроби молча принесла ей еду. Оглядела ее придирчивым взглядом, покачала головой и вышла. Аэрин недоуменно посмотрела на свое платье. Понятно, почему старуха качала головой – оно было в жирных пятнах и разводах. Надо было бы выстирать, да замены не было.

Когда Аэрин закончила, то привычно забрала поднос с едой и отправилась к себе в комнатку. На кровати ее ждала чистая одежда – светло-серое платье на смену грязному. Аэрин улыбнулась. Все-таки Найроби приглядывала за ней. Почему-то было приятно осознавать это.

Когда с едой было покончено, в дверь постучали. В комнату вошла Тэя.

– Привет. Закончила работу?

Аэрин утвердительно кивнула. Девушка протянула ей фрукт, который Аэрин с благодарностью приняла. Тэя уселась рядом. Фрукты здесь были необычные. Тот, что она держала в руках, был похож на россыпь мелких упругих шариков, примыкающих друг к другу. Она такие ни разу не видела. С интересом надкусила. Рот наполнил сладкий вкус с легкой кислинкой.

– Вкусно. Откуда ты их достаешь? Мне такие не дают.

Тэя пожала плечами.

– Когда приносят фрукты для кухни, мне разрешают взять парочку для себя, – она придвинулась поближе. – У вас в Симошехе растут такие?

– Нет, такие я не видела. Как он называется?

– Это алима. Мой любимый. Не слишком сладкий, но и лицо от терпкости не сводит. А какие фрукты на вашей земле? Что вы там едите?

Аэрин замялась. Врать не хотелось, но и промолчать тоже не получится.

– Да в основном то же самое, что и здесь, – неловко ответила она.

– Расскажи мне про Симошех. Как ты там жила? Из какой ты семьи?

– Я не очень люблю говорить о своей прошлой жизни, – сказала она чистую правду.

Тэя тем временем не унималась.

– А какие у вас там платья носят? А наряды дочерей правителя Симошеха видела? Такая роскошь. Хотела бы я себе одно такое. Может, за роскошным нарядом лицо будет не так видно?

Аэрин растерянно посмотрела на девушку. Она уже перестала замечать ее родимое пятно и с удивлением поняла, что, если бы Тэя сама о нем не напомнила, она и вовсе про него забыла бы. Почему она так смущается из-за этого пятна?

– Я не очень интересуюсь платьями, Тэя. А тебя способна украсить любая одежда, потому что ты сама красивая, – Тэя недоверчиво покачала головой в ответ на ее комплимент. – Расскажи лучше ты об Аргхате. Ты здесь родилась?

– Да, я родилась и всегда жила здесь. Это земли сильных духом людей. Мы живем рядом с волшебными местами, и наши предки даровали нам великую честь защищать их. Но ты, наверное, об этом знаешь. Есть еще столица, Вилантум.

– Подожди, разве не Сагдар столица Аргхата?

– Нет, что ты. Сагдар – город-страж. Город воинов. А Вилантум более светский город. Говорят, мужчины там не такие сильные, зато умны и занимаются искусствами. Правитель Келан оттуда, – сказала Тэя и затем добавила: – Мне кажется, он очень даже силен.

Аэрин непроизвольно улыбнулась. У девушки все было написано на лице.

– Тебе нравится правитель Келан? – выдала она свою догадку. И судя по тому, как зарделись щеки Тэи, оказалась права.

– Вот уж не подумала бы, – фыркнула Аэрин.

– Да ты что? Он такой умный, такой задумчивый. Он сделал столько полезного для жителей Сагдара. Придумал систему подачи воды, так, что не надо целыми днями таскать ее в ведрах. А еще научил людей возделывать земли новым способом, чтобы урожай был богаче, а жители ели сытнее. И еще столько всего! А если я вижу издалека, как он идет по коридору, у меня сердце замирает от того, какой он… ну, такой… – у Тэи не нашлось слов описать, и она многозначительно посмотрела на собеседницу, предоставляя той самой догадаться, каким же «таким» был для нее Келан.

Аэрин рассмеялась. До этого она никогда не обсуждала мужчин с девушками. Было забавно наблюдать, как мечтательно Тэя сверкала глазами, когда говорила о Келане. Тут Аэрин кое-что вспомнила.

– Тэя, а кто такая Яника?

Тэя перестала улыбаться, опустила глаза. А потом со вздохом ответила:

– Женщина, которую любит правитель Келан. Она тяжело больна. Говорят, это плохая болезнь, уводящая за Грань. Он хотел жениться на ней, но она отказала. Не хотела связывать его своей кровью. Но он все равно ухаживает за ней. Говорят, он даже пытается создать лекарство, что могло бы вылечить Янику. Но пока ему это не удалось. Правитель Келан проводит с ней все свое свободное время. Говорят, он сидит у изголовья и читает ей ее любимые книги. Мне очень жаль их. Жаль его.

Аэрин не знала, что сказать. Люди в Сагдаре открывались для нее с новых сторон. Она и подумать не могла, что всегда степенный и разумный Келан так сильно мог любить кого-то. Она ведь сама видела, как он умчался после Ритуала, произнося ее имя. Как тут же прервал их беседу, когда пришла служанка и сказала о Янике. Как оказалось, Келан был не таким уж ученым сухарем, каким она его представляла изначально.

– А кто тебе нравится? Из трех правителей? – с любопытством посмотрела на нее Тэя.

– Э-э-э… мне сложно сказать. Мне кажется, им нет дела до какой-то ахемташ, – уклончиво ответила Аэрин.

– Зря ты так. Вдруг кто-нибудь из них заметит тебя и влюбится? Сделает своей избранницей. Той, кого он будет защищать и оберегать до самой смерти.

Аэрин снисходительно улыбнулась. Девушка явно витала в каких-то облаках. Мир Аэрин был другим. Не объяснять же ей, что сильные и властные мужчины из ахемташ не делают жен, а используют в других целях. Молчание затянулось.

– Знаешь, я рада что ты тут появилась, – наконец сказала Тэя. – На кухне мужской половины в основном уже замужние женщины с несколькими детьми, они не особо со мной разговаривают. Да и не о чем. Зато ты теперь тут. Есть с кем перекинуться хоть парой словечек.

Тэя приобняла Аэрин и, оставив кусочек своего тепла, поспешно убежала по своим делам.

***

Уже который час Келан бродил по своему кабинету, бесцельно касаясь предметов на столе. А Аэрин чувствовала себя никчемной и бесполезной.

Акрис забрал ее из посудомойной и привел сюда. Сегодня она рассказывала разные вещи, начиная с того, что ела в Башне и заканчивая тем, как и чему ее обучали. Подробно описала ритуал посвящения в жрицы. Раза четыре описала, как видела исчезающего мужчину в кольчужном одеянии. И за всеми этими разговорами наблюдала неудовлетворенное лицо Келана.

– Я ищу где-то не там. Что-то не то. Откуда он берет столько силы? Что он делает? Что собирается делать? Зачем ему Безликая на границе. Может ли он напасть? Но как он переправит войско через Полог?

Эти его бормотания были неотъемлемой частью сегодняшней беседы. Словно бред сумасшедшего, с которым ей не повезло остаться наедине.

– Давай начнем с самого начала. Как ты стала Безликой?

Аэрин вздохнула. Опя-я-я-я-ять.

– У меня был случайный выплеск магии, после чего меня забрали в Башню. Они привели меня на совет магов и сказали, что я нужна им, нужна Эрикону. На случай, если аргхатийцы нападут. Чтобы защитить людей. И я не могу отказаться, иначе меня и всех близких мне людей убьют как предателей.

Келан сел, закрыл глаза и откинул голову на спинку стула. Странный он. Из-за разговоров с Тэей Аэрин захотелось повнимательнее рассмотреть его.

Действительно сильный. Хоть размерами он и уступал Ордесу с Шехаром – был не так широк, но гибок. В каждом его движении чувствовалась сила иного характера – уверенность и понимание, что он может победить. Не грубой силой, но умом и расчетом. И это делало его опасным вдвойне.

Черные длинные волосы, как всегда, собраны в хвост на затылке. Задумчивая складка меж бровей. Белая рубаха была небрежно распахнута и обнажала сильную грудь. Будто он забывал об одежде. Обо всем на свете. Его мир был определенно другим – заполненным фактами, чтением, мыслями. Аэрин всегда казалось, что никакая девушка не способна отвлечь его от этого мира. А на самом деле все оказалось не так.

Келан замолк надолго. Аэрин от скуки и безделья стала блуждать взглядом по предметам в кабинете. Склянки. Россыпь кусков из непонятного материала. Книги. Книг было больше всего – на столах, на полу, на полках вдоль стен.

Она начала рассматривать длинные ряды старинных фолиантов. Среди них выделялась книга с переплетом из красной поблекшей кожи. Глаза зацепились за завиток из потемневшего серебра. Где-то она его уже видела. Завиток. Из серебра. Только он был на черной книге.

– Книга!

– Да, Аэрин. Тут их много, – рассеянно проговорил Келан.

– Нет! Книга! – как можно громче и эмоциональнее выпалила она. Келан поднял на нее удивленный взгляд. На его лице явно читались сомнения в здравии ее рассудка.

– У Верховного мага была книга. Черная. С серебряной обивкой. Вот из таких вот закорючек, – и она указала на фолиант на полке.

Келан подошел и достал его. Внимательно осмотрел.

– Почему ты не сказала раньше?

– Ты спрашивал про ритуалы, про источники магии. Это же просто книга.

Вот теперь Келан однозначно посмотрел на нее, как на умалишенную.

– Ты уверена, что там были такие завитки?

– Я не уверена, что именно такие закорючки. Но книга была старая и обита серебром, как эта. Только черная.

– Эти «закорючки», как ты их называешь, древние знаки потомков Сагдара, Аэрин.

***

Когда ночь опустилась на город, Аэрин домывала остатки посуды. Келан держал ее до вечера, выпытывая описание книги. Как будто она могла запомнить завитки, которые мельком видела полгода назад.

Снаружи послышались шаркающие шаги. В какой-то момент они резко прервались, и она услышала кашель. Аэрин выглянула из посудомоечной в коридор. У стены стояла Найроби, тяжело облокотившись о нее.

– Найроби! Что с тобой?

– Голова закружилась. Ох…

Она сжимала в руках стопку полотен. Аэрин бросилась к старухе и подхватила под локоть.

– Тебе нужно отдохнуть, Найроби.

– Так дела доделать надо, – тяжело выдохнула она.

– Что за дела? Давай доделаю.

– Полотна в купальню отнеси.

– Давай я сама отнесу. Иди отдыхай.

– Спасибо, дитя. Ноги совсем перестали слушаться. В купальне правителей помочь нужно будет.

– В купальне правителей? Помочь? – Аэрин замерла.

– По мелочи всякой. Мыло поднести, воды наполнить, подогреть, если надо, да мало ли что понадобится. Я тут пока останусь, отдышусь.

– Хорошо, – Аэрин определенно не хотелось кому-то помогать в купальне правителей. Но, представив Найроби, поднимающуюся по крутой лестнице наверх, со вздохом сама направилась туда.

Она тихо поднялась на третий этаж. Ночную темноту рассеивали магические световые шары. Прижимая стопку полотен к груди, Аэрин осторожно зашла в резную массивную дверь.

Внутри стоял густой пар. Влага окутывала одежду, делая ее влажной и тяжелой. Было жарко. Купальня Аэрин показалась необычной. На ее землях купальней считалось небольшое светлое помещение с деревянной бочкой. В богатых домах горожане могли позволить себе целый бассейн. Там не было ни жары, ни влаги. Здесь же все было иначе.

Она пригляделась. Сквозь пар проступали очертания большого каменного чана и человека, находящегося в нем. Нужно тихонечко положить полотна и уходить отсюда. Аэрин была уверена, что и без нее тут справятся.

Она нашла взглядом каменное возвышение у входа, где находились всякие чаши, наполненные разными маслами и мыльной субстанцией. Поспешно положила на него вещи. И была уже у выхода, когда властный голос остановил ее:

– Подай мыло.

Дыхание перехватило. Аэрин замерла. Только не он. Почему именно он?

– Я что-то не так сказал? Подай мыло.

В купальне был Шехар. Что ей делать? Может, просто сбежать?

– Или позови Найроби, если не в состоянии справиться с таким простым заданием.

Аэрин мысленно выругалась. Ей не хотелось доставлять неприятностей старухе. Ладно. Он же не знает, что это она. Скорее всего, думает, что обычная служанка. Благо, пар был густой, в нем сложно было что-то разглядеть. Быстро положит рядышком чашу с мылом и растворится в тумане купальни.

Аэрин взяла чашу с густой ароматной субстанцией, которая предположительно была мылом, и двинулась сквозь пар.

«Подам чашу и сбегу. Унесу отсюда ноги», – крутилось у нее голове.

Она подошла, стараясь не смотреть в сторону Шехара.

– Намыль спину.

У Аэрин чуть чаша из рук не выпала. Сквозь пар она смогла разглядеть, что Шехар сидел к ней спиной. Чтоб он провалился!

Если она убежит, это будет слишком подозрительно. Меньше всего ей хотелось, чтобы при расспросах Найроби выяснилось, что именно она была здесь. Девушка неловко размазала ароматное мыло в ладонях. Поднялась по ступенькам и, стараясь не думать о том, что Шехар сейчас абсолютно без одежды, встала на колени на краю чана.

Часть черного рисунка вилась по предплечью. Аэрин вдруг захотелось к нему прикоснуться, провести пальцем по странным пугающим узорам, что поднимались от плеча к шее. Но она одернула себя. Что за глупости опять в голову лезут?

Сцепив зубы, Аэрин начала аккуратно намыливать Шехару спину. Пальцы скользнули по тугим мышцам. Как будто камень. Кажется, от ее прикосновений они отвердели еще больше. Стараясь не дышать, Аэрин слегка провела ладошкой вдоль спины и убрала руки. Хватит. Теперь нужно уходить.

И тут он развернулся и перехватил ее запястье. Притянул ее ближе к себе, так, что ей пришлось наклониться к его лицу.

– Что ты здесь делаешь? – чеканя каждое слово, спросил Шехар.

Аэрин захотелось провалиться сквозь землю. Так он знал, что это она? С самого начала?

– Отрабатываю свое наказание, – взяв себя в руки, процедила Аэрин.

– Наказания бы не было, если бы ты меня послушалась. Когда я сказал, чтобы ты не участвовала в обряде.

– Я не знала, что это за обряд. В Эриконе обряд – это вознесение цветов к ногам статуй. А не… а не это! – у нее не хватило слов, чтобы назвать то, что она увидела там.

– Мой народ выжил и окреп благодаря этому обряду. Это священное действо. И ты осквернила его, не послушав меня!

***

Шехар всегда посещал купальню после Грота. Смыть с себя въевшийся запах пещеры. Он не переносил его. Он напоминал ему о собственной слабости.

После всех срочных дел Шехар как раз направлялся туда, когда Келан перехватил его. И продержал в своем кабинете до ночи. Возбужденный своей новой находкой, он выдавал предположения, одно хуже другого. Что это могла быть за книга в руках Верховного? Заклинания? Колдовство? Как она связана с потомками Сагдара?

Новая информация порождала новые вопросы. А ведь осведомитель Витшеха оказался прав. Акрис, сам того не зная, принес из-за Полога именно то, что было нужно. Женщину. Безликую жрицу. Врага Сагдара, согласившегося им помочь.

Его отвлекли шаги. Нет, это была не Найроби. Ее походку он научился различать еще в детстве. Кого она могла отправить в его купальни? Шехар не переносил пугливых служанок, что, завидев его, начинали трястись.

Но эта не тряслась. Шехар сжал челюсть, догадываясь, кто это мог быть. Вслушался в тихие, крадущиеся шаги в клубах пара. Да, это она. Зачем она здесь? Он просил Найроби держать эриконку подальше от него. Завтра нужно серьезно поговорить со своенравной старухой.

Он поймал себя на мысли, что хочет, чтобы девушка подошла. Приказал принести мыла. Послушалась. Осторожно приблизилась сзади. Неужели она думает, что он не чувствует ее? Каждый ее вздох. Ее раздумья и сомнения в движениях. Даже желание убежать. Его он тоже чувствовал.

Пусть коснется его. Сама. Он кожей ощущал, как ее взгляд блуждает по его обнаженному телу. Она разглядывала его. Любопытная. Ощущение ее рук отозвалось огнем внутри. Нет. Зря он затеял эту игру. Шехар старался дышать ровно, пока скользящие по спине касания водоворотом засасывали его в пропасть, лишая контроля. Он понимал, что опять проигрывает. Хватит!

Правитель перехватил ее руку. Почему с ней он постоянно теряет контроль? Лишается привычного спокойствия. Опять этот спор. Опять она ему перечит. Доводит до бешенства своей дерзостью и не умением подчиняться. Оскорбляет традиции его народа.

– Мой народ выжил и окреп благодаря этому обряду. Это священное действо. И ты осквернила его, не послушав меня!

– Я не знала! Хватит меня уже в этом обвинять! Я драю посуду и несу наказание.

– Наказание?

Разве это достаточное наказание для нее? Он рывком притянул ее к себе, так, что она потеряла равновесие и упала в чан. Шехар перехватил ее и девушка оказалась прижата спиной к противоположному бортику. Поставил руки по обе стороны от ее головы, нависая над ней.

Она же глубоко дышала, упрямо глядя ему в глаза.

Шехар думал, что победит в этой игре, но сейчас понимал, что ошибся. Почему она не опускает покорно глаза, как делают другие? Почему поступает наперекор его словам и запретам?

Взгляд скользнул по ее упрямо сжатым губам. По бьющейся голубой жилке на ее шее и ниже. Он не удержался и провел пальцем по шраму, что остался после того случая, когда его чуть не убили Келан и Ордес. И она бросилась под когти саблезубого волка. Готовая отдать свою жизнь, чтобы спасти врага. Упрямство в ее взгляде сменилось удивлением. Что там скрывается за этими синими глазами?

Шехар склонился к ней, слегка касаясь губами ее щеки. Глубже втянул воздух. Он уже знал ее запах. Дразнящий аромат пряностей. И меда.

И теперь, когда она была так близко, он хотел наконец ощутить ее вкус. Аэрин уперлась руками в его грудь, такая маленькая и воинственная, воображающая, что сможет остановить его.

Капли воды стекали по его спине и торсу, но он не чувствовал их. Зато места, где она проходила скользкими от мыла ладошками, горели огнем. И сейчас, ощущая, как ее руки касаются его напряженного тела, желание узнать ее вкус буквально испепеляло его.

Слегка касаясь, он прихватил ртом ее нижнюю губу, так, что она вздрогнула. Влажное касание языком. Шехар провел им по уголку ее рта. Поймал ее выдох, углубляя поцелуй, проникая языком глубже.

Быть внутри, чувствовать ее влажное тепло. Он старался быть терпелив, хоть внизу живота и полыхало демоново пламя, сводя его с ума. Требуя не возиться, а взять ту, кого он желал. Кого хотел ощущать всем телом. Найти то самое удовлетворение и спокойствие, которого она его лишала.

Но он не хотел торопиться. Здесь, в клубах пара, он хотел взять ее по-другому. Хотел слышать, как она будет произносить его имя, смешанное с удовольствием, что он сможет ей подарить.

Шехар оттянул лиф платья, желая ощущать больше. Провел влажной рукой по обнаженной груди, по ее отвердевшему навершею. Задержался там, большим пальцем перекатывая, лаская, дразня скользящими движениями набухший сосок. Она выгнулась навстречу его ласке. Шехар поймал губами ее хриплый выдох-стон. Ее тело отзывалось, и это пьянило его, заставляя терять голову.

Нет, он не вынесет этой пытки. Самообладание все-таки подвело его. Не прерывая поцелуя, он опустил руки под воду, поднырнув под ткань ее платья и скользнул по обнаженным бедрам. Вклинился коленом между ее ног, раздвигая, жестко и требовательно вдавливаясь в нее. Сжал упругие ягодицы.

Аэрин напряглась. Податливое тело перестало отзываться на ласку. Девушка затрепыхалась, забилась, отчаянно отталкивая его.

– Нет! Нет!

Он тяжело отстранился. Ее губы распухли от поцелуя, мокрые волосы прилипли к лицу, обнаженная грудь виднелась в разрезе платья. А в глазах читался страх. Вот теперь он его видел и чувствовал. Демон бы побрал эту эриконку! Что он делает?

– Уходи! – прохрипел он. – Пошла вон!

***

Аэрин старалась идти быстро и размеренно. Не хотела привлекать к себе лишнее внимание. Хотя хотелось бежать. Бежать, что есть сил. Вода стекала с нее, оставляя мокрый след позади.

Наконец дойдя, она буквально ворвалась в свою комнатку, рывком захлопнула дверь и оперлась на нее спиной. Богиня, что же происходит? Девушка закрыла глаза, пытаясь восстановить дыхание. Тело все еще пылало от прикосновений Шехара. Аэрин вспомнила, как предательски оно реагировало, откликаясь на его ласки. Чтоб его…

Но даже сквозь сладкую негу нахлынул страх. Вместе с воспоминаниями о других, чужих руках на ее теле, что вызывали ужас и отвращение.