Шехар направлялся в кабинет Келана.

Какого демона только что произошло? Ему нужно было понять, как создавать купол. А не в игры играть. Эта эриконка странно на него влияет. Выводит из себя.

Ему нельзя допускать, чтобы эмоции брали верх над разумом, нельзя терять контроль. «Может, мне тогда тебе помочь?» Что за бред?! Это все отголоски сражения, которое взбудоражило кровь. Ордес его изрядно потрепал. А эриконка просто попалась под руку. Пожалуй, да. Кажется, он нашел разумное объяснение.

Сегодня он смог разглядеть ее лучше. Она оказалась юной. С копной темных непослушных волос, в которых плясали медные искры. Видеть ее такой было непривычно. Только взгляд настороженных синих глаз остался прежним. Вместе со странными магическими одеяниями с нее будто спала броня, а без нее она выглядела совсем беззащитной.

Шехар хмыкнул. Да уж, беззащитной она определенно не была. Дерзкая. Несдержанная на язык. Шехару такие не нравились. Он предпочитал мягкость и угодливость наложниц. И они всегда поглядывали на него со страхом. «Правитель, связанный с проклятым эрфитом». Они боялись, что близость с ним может быть опасна для них.

А в эриконке страха не было. Она, скорее, разглядывала его с любопытством. Что на самом деле происходит в ее голове? Шехар недовольно выдохнул. Какая ему разница? Нужно просто куда-то выпустить пар. Ночь в Саду удовольствий все исправит. Но позже.

Сейчас у него нет на это времени. Дрогар вот-вот прибудет. А им скорее нужна его поддержка. Сила его армии.

Никогда Сагдар не просил ни у кого помощи. Но у города всегда была защита могущественного эрфита. Сейчас же все по-другому. Шехар сжал челюсть. Как никогда он ощущал злость и ненависть к себе. За свою слабость.

Ордес отправился встречать гостей из Симошеха к западной границе близ гор. Значит, на возвращение во дворец потребуется примерно четверть дня. Прибудут к вечеру. Время еще есть. Шехару нужно доделать дела на военной половине. Посмотреть, как там стражник, которого приковали к столбу под палящим солнцем. Он не любил подобного рода наказания. Проще было сделать провинившегося ахемташ Сагдара на несколько лет. Но стражника, что оказался не на посту, требовалось демонстративно покарать. Чтобы все знали, что будет с тем, кто пренебрежет обязанностями защитника города. Но для начала – поговорить с Келаном.

Когда Шехар вошел, тот, как всегда, корпел над своими записями.

– Что нового удалось выведать у Безликой? – он умышленно не хотел звать ее по имени. То, что Келан начал это делать – его дело. Для него она должна, прежде всего, оставаться эриконкой.

– Я нарисовал схему Башни магов с ее слов. И знаешь, что самое странное в ее строении? – Келан поднял на него взгляд, и, не дождавшись ответа, продолжил: – Подземелье и камеры. Камер немного, но по тому, что говорят доносчик и Аэрин, людей сажают в них в большом количестве. Куда они их девают? Ведь они не выходят обратно и тела, по словам доносчика, из Башни не выносят…

***

Звук трубы возвестил о прибытии гостей. Шехар вышел поприветствовать прибывших к воротам дворца.

Каждого гостя везли на нарге под управлением аргхатийского всадника. Правитель Симошеха без всякой помощи спешился и направился ко дворцу. Подойдя к Шехару, как того требует церемония, он пожал его руки обеими руками.

– Не будем тратить время. Жду тебя в зале, – сказал он и прямо в пыльной дорожной одежде направился в зал совещаний.

Шехар ухмыльнулся. Да, Дрогар до сих пор чувствовал себя в Сагдаре как дома и обходил формальности. Когда-то они были дружны с отцом. И вот, спустя столько лет, когда отца уже нет в живых, он продолжает вольготно раздавать приказы в городе, которым теперь правит Шехар.

Он всегда помнил Дрогара именно таким – суровым, с острыми чертами лица, цепким взглядом и железной волей. Он все еще был могуч и силен, несмотря на преклонные годы. Человек, сделавший империю из небольшого царства. Объединивший кочевников, организовавший разношерстное сборище в одну единую мощную армию.

Шехар последовал за Дрогаром. Он вошел в комнату для совещаний, Келан и Ордес присоединились следом.

– Почему они здесь? – Дрогар кивнул в сторону соправителей, не скрывая своего недовольства.

– Потому что мы правим Сагдаром вместе, – в который раз спокойно ответил Шехар.

– Ты знаешь мое отношение к твоему методу правления. Я считаю, что разделение власти – это слабость. Власть должна быть сосредоточена в одних руках.

Каждый свой визит Дрогар начинал с этого вопроса. Каждый раз он использовал его, чтобы указать Шехару на то, каким никчемным правителем он выглядит в его глазах.

– Давай оставим этот разговор на потом, Дрогар. Тебе нужно кое-что знать. Это касается Эрикона и магов.

Дрогар внимательно выслушал всю информацию и молча обдумал то, что услышал, потирая подбородок.

– Эриконка с ритуалом, делающим воинов кровожадными и теряющими рассудок. Ученики магов, умеющие становиться невидимыми. Сколько таких в Башне магов? Десяток? Сотня? Зачем они им? Значит, они к чему-то готовятся. Как скоро они нападут? И как планируют преодолеть Полог?

– Неизвестно. Это пока все, что мы успели узнать.

– Тогда нужно выпытать у эриконки больше сведений.

– Мы не пытаем ее. Верховный маг применяет изощренные методы ментального внушения. Начни мы ее пытать, могли бы убить. И поэтому пошли другим путем. И сейчас она делится информацией добровольно. Келан воссоздает план Башни с ее слов.

– Вы ей слишком доверяете. Что, если она просто водит вас за нос? Маги владеют опасными смертоносными чарами и знаниями. Они могут вот-вот напасть. Падете вы, следующим падет Симошех! Это всего лишь женщина. Маска снята. Опасности для ее жизни нет. Ее нужно использовать, а затем избавиться.

– Она на наших землях, и мы сами решаем, что с ней делать, и как добывать информацию.

– Шехар, я всегда говорил, что ты слишком слаб. И мягок. Впустить врага на свои земли, принять практически как гостя, – Дрогар разочарованно покачал головой. – Я выдирал пальцы у своих врагов, если был хоть какой-то намек на угрозу моим землям. Эфрах был бы недоволен.

Шехар склонил голову. Да, отец был бы недоволен. Особенно тем, что он сейчас вынужден был сделать. Шехар сжал руку в кулак. Ему нелегко было произносить эти слова. Но он понимал, что Сагдару необходима поддержка Симошеха.

– В связи с последними событиями я хочу кое о чем просить тебя, Дрогар. Я хочу просить твоей поддержки. И твоих воинов.

Дрогар не смог сдержать своего удивления.

– Никогда не думал, что доживу до тех времен, когда Сагдар просит о помощи. Всегда, сколько стоял город, на его защиту приходил эрфит-дракон. И правил им. С чего бы тебе просить моей поддержки и воинов?

Дрогар прищурился, глядя на Шехара. Кажется, он начал догадываться, в чем дело.

– Что с твоим драконом, Шехар?

Правитель взглянул прямо в глаза Дрогару. Нет, он не будет их опускать и встретит свой позор, как подобает воину.

– Дракон меня не слушается. Я не могу подчинить эрфита своей воле.

От него не укрылось, как переглянулись Ордес с Келаном. Конечно, его друзья догадывались. Никому он не говорил о своей слабости. Ни с кем ее не обсуждал. Жители шептались, вспоминали старые сказки о проклятом драконе, но все же не верили до конца и надеялись на чудо. Но чуда не произошло. Просьба о помощи означала полное признание его немощи. Первый правитель, что не сумел подчинить дракона своей воле.

Дрогар ответил не сразу, тщательно обдумывая свои слова.

– Часть моей армии станет вашей. Но при одном условии. Ты женишься на Виенте, чтобы обеспечить преданность воинов Сагдару. Я и моя дочь войдем в совет и в число тех, кто правит городом.

Шехар посмотрел на Ордеса. Тот холодно и отстраненно кивнул. Келан же воздержался от ответа. Окончательное решение принимать ему, Шехару. И Шехар не знал, как еще он может защитить город, охраняющий волшебные земли. И поэтому тоже согласно кивнул.

– Значит, сегодня мы объявим о предстоящей свадьбе.

Сказав это, Дрогар поднялся со стула.

– И еще. Я сам хочу взглянуть на эту эриконку.

Шехару эта мысль не понравилась. Но он все же сдержанно ответил:

– Тогда мы сейчас пошлем за ней.

– Нет. Пусть будет на приеме. Сегодня. Посмотрю на нее там.

Дрогар напоследок окинул трех правителей тяжелым взглядом и покинул комнату.

Ордес, не проронивший во время совещания ни слова, вышел вслед за ним. Он все еще был зол. Шехар видел это. Он обернулся к Келану.

– Что ты думаешь?

– Если маги захватят земли эрфитов, то обретут могущество. Получат бескрайний источник магических сил. Станут непобедимы. Следующим будет Симошех. Дрогар это понимает. Он и так бы дал свою армию.

– Что ты думаешь насчет женитьбы?

– Здесь я согласен с Дрогаром. Так войско будет преданно Сагдару. Но Виента, входя в совет, будет иметь голос. И, скорее всего, это будет голос самого Дрогара. А с поддержкой Ордеса…

– …их будет большинство.

Шехар посмотрел на дверь, в которую только что вышел его друг. Такой расклад означал, что управление городом перейдет в руки Симошеха.

– Я не думаю, что Ордес предатель. Он лишь злится, – попытался успокоить свои сомнения Шехар.

– Ордес уже не тот, Шехар. Его сжирает ненависть. И тьма. Боюсь, в его сердце не осталось света, который вывел бы его к нам, – Шехару показалось, будто где-то он это уже слышал, Келан же напоследок добавил: – Дрогар хитер. Будь осторожен.

***

Шехар направился к каменному лесу. Он знал, что правитель Симошеха будет там. Каждый свой визит он шел именно к этому месту и подолгу стоял у камня в форме дракона, вокруг которого разрастался каменный полукруг. Памятник его отцу.

Шехар подошел сзади. Дрогар даже не обернулся, так и заговорил, стоя к нему спиной:

– Келан слишком рассудителен и кроток, ты занят своими внутренними противоречиями. У Сагдара должен быть один правитель. И я бы поставил на Ордеса. Безопасность земель эрфитов зависит от этого. Безопасность моих земель зависит от этого.

– Я обдумаю твое предложение, – серьезно отозвался Шехар. – Виента знает о браке?

– Она моя дочь и смирится с любым решением. Женщины для того и созданы, чтобы служить нам. Запомни мой совет, Шехар. Женщина – это товар. Ее нужно использовать максимально выгодно или избавиться.

– Как ты избавился от своей жены?

Дрогар горько ухмыльнулся.

– Она родила мне двух дочерей. Двух никчемных дочерей. Единственное, на что они способны, – выйти замуж. Моя жена должна была родить мне сыновей. Крепких, сильных, способных удержать правление и приумножить богатства империи. И я не избавлялся от нее, она сама ушла за Грань.

Шехар на время замолк. Не просто так он подошел к нему. У него были вопросы, которые он не захотел задавать в присутствии соправителей. Он верил своим друзьям. Но было кое-что личное. То, что не давало ему покоя и ютилось в самых темных уголках его души. Сомнения…

– Дрогар, ты был хорошим другом отца. Эриконка. Она сотворила купол. Эти знания она принесла от магов. И двадцать лет назад отец сотворил такие же чары. Откуда отец знал о куполообразной магии?

От Шехара не укрылось, как Дрогар замер на мгновение.

– Шехар, твой отец был мудрым человеком. Если бы он хотел, чтобы ты знал об этой магии, он бы рассказал.

– Возможно, он просто не успел. Ты знаешь, Дрогар. И скрываешь. Никто на наших землях не обладает подобным знанием. И вот приходит она. С точно такой же магией, что сотворила Полог над нами. Так откуда отец знал о подобной магии?

Дрогар помедлил, видимо, прикидывая, стоит ли рассказывать Шехару то, что он знал.

– Эфрах сам должен был тебе об этом сказать и все объяснить. Твой отец хотел новых знаний. В молодости он был дружен с Владыкой Гаветусом и Верховным магом.

– Был дружен с Верховным магом? Как это возможно?

– Он был любопытен, Шехар. Приглашал Владыку Гаветуса в Сагдар, когда ты был совсем мал. Вместе с воинами. Для участия в священном обряде. Я слышал, сам Верховный участвовал в нем. А Эфрах демонстрировал силы эрфита магам. И он сам любил посещать Эрикон. Возможно, в один из подобных визитов он что-то и узнал.

Шехар отступил, не желая верить в услышанное.

– Зачем это было отцу?

– Он думал, что и соседние народы проникнутся великой миссией защищать волшебные земли. Он верил, что так он укрепит защиту Сагдара. Узнает что-то новое, привлечет союзников.

Шехар надолго замолчал, пытаясь осмыслить услышанное.

– Твой отец был неосторожен в своем любопытстве, – еще раз повторил Дрогар. – Из-за этого он и поссорился с племенем на землях эрфитов. Поэтому старейшина племени каили запретил жителям Сагдара ступать на их земли, оставив лишь ту часть, что была отдана для сбора урожая в момент основания города. Любопытство стоило твоему отцу дорого, – правитель Симошеха тяжело вздохнул. – Возможно, отдав жизнь на создание непроницаемого Полога, он пытался искупить свою вину и исправить ошибки, которые совершил.

***

После разговора с Дрогаром Шехар вернулся во дворец. То, что он узнал, тяжким грузом легло на сердце. Отец был близок с Верховным магом? Из-за отца старейшина племени каили запретил являться на их земли? Неужели отец приводил туда чужаков? Что он им рассказал и показал?

Каждый житель Сагдара знал, что на нем лежит священный долг. И что прежде всего они должны оберегать и хранить тайны своих земель. Чем меньше людей знает о том, что они охраняют, тем лучше. Как отец мог поступиться главнейшим для них правилом?

Мысль, что отец может быть повинен в нападении на их земли, что произошло двадцать лет назад, выбивало почву из-под ног Шехара. Всю свою жизнь он восхищался отцом, как одним из самых мудрых правителей. Как мог он совершить подобную глупость?

Шехар направился в свою комнату. Нужно привести себя в порядок к приему. Он уже отдал приказ Акрису привести эриконку. Найроби передадут, чтобы она подготовила ее. Шехар скрипнул зубами. Желание Дрогара взглянуть на Аэрин беспокоило. Почему ему так не нравилась эта идея?

Аэрин… Имя против воли всплыло в сознании ярким всполохом. Как те самые искры огня в ее волосах.

Внезапно из-за угла к нему скользнула тень. Рука Шехара автоматически дернулась к кинжалу.

– Виента… что ты делаешь на мужской половине?

– Прогуливаюсь, – улыбнулась старшая дочь правителя Симошеха. – И ты же знаешь, я люблю иногда навещать тех, кто трудится во благо Сагдара.

Дрогар часто наносил визиты в Сагдар. И брал Виенту с собой. В детстве она была холодной и неприступной. Высокомерно оглядывала крепость и дворец. Но с возрастом все изменилось. В какой-то момент Виента будто оттаяла и стала проявлять участие к городу. Общаться с простыми людьми и расспрашивать о жизни даже самых простых служанок.

– А где твои сопровождающие?

– Немного отстали. Что поделать, воины Симошеха безоружны перед чарами местных девушек. Особенно, в преддверии обряда, – Виента лукаво глянула на Шехара. – А я всегда могла улизнуть из-под отцовского надзора.

Она подошла ближе, заглядывая ему в глаза. Ее тонкая рука опустилась на его предплечье.

– Сагдар с каждым разом становится все прекраснее. И все благодаря твоему правлению, Шехар, – вкрадчиво проговорила она.

Шехар осторожно убрал ее руку со своего предплечья и ответил:

– Ты слишком добра, Виента. И я действительно рад тебя видеть. Твоя любовь к нашему городу радует мое сердце.

Виента смущенно опустила глаза, польщенная его словами.

– Мне нужно переодеться к приему, Шехар. Увидимся там. – тихо проговорила она.

И, улыбнувшись ему, она удалилась так же бесшумно, как и появилась. Шехар посмотрел ей вслед. Тонкая, статная, умеющая держать себя в руках и контролировать эмоции. Она станет хорошей женой правителя. И хоть ее возможное присутствие в совете не радовало, она любила город. Благоволила даже самым простым горожанам.

Отец был бы рад такому союзу. Дрогару он доверял безоговорочно. Знает ли правитель Симошеха все тайны города? Он никогда не давал поводов так думать.

С армией Дрогара у них будет шанс выполнить свой долг и защитить земли эрфитов. Да еще и его дочь станет Шехару женой. Он должен быть доволен, что все получилось именно так. Только радости Шехар почему-то не чувствовал. Что-то жгло его нутро и не давало покоя. А перед глазами стояла одна дерзкая эриконка. Вот чье прикосновение он хотел бы ощутить на своей руке.