Аэрин коротала время, расчесывая свои волосы и периодически любуясь игрой солнца на их кончиках. Пропуская гладкие пряди между пальцев, девушка наслаждалась тем, как они ласкают кожу рук. Она до сих пор с трудом верила в то, что свободна от маски. И, чтобы лишний раз убедиться в этом, касалась волос и лица.

Поднос с едой и чистое серое платье уже ждали ее в комнате, когда она пришла. Странная игра в переодевания. Белые одежды с вышивкой она отложила подальше в угол. Что бы они ни значили, ей лучше их больше не надевать.

Она сидела и раздумывала над тем, сколько всего узнала о магии сегодня. Но даже эти знания пока ничего ей не давали. Как не умела она пользоваться магией, так до сих пор и не умеет.

И ей явно не доверяли. Келан делился какой-то информацией, но всего не рассказывал. Хотя с чего бы? Она помогает им, но все так же остается той, кто пришел с вражеских земель. Неужели ей придется остаться здесь навсегда? Хоть ей и открылась ужасающая правда о магах, Сагдар ее тоже пугал. Своими чудовищами. И секретами.

Если бы Аэрин могла найти выход. Если бы смогла выбраться отсюда. Забрать мастера Патца и бежать. Бежать от всех, кто пытается ее использовать в своих целях, далеко, за море.

Аэрин отложила гребень. Нужно постараться расспросить кого-нибудь. Об этих эрфитах. О Пологе. Раздобыть сведения, что помогут ей понять больше о городе, в котором она оказалась. И иметь возможность его покинуть.

Найроби так и не появлялась. В комнату вошел Акрис. Кивком приказал следовать за ним. О том, чтобы расспрашивать его о чем-то она и не думала. Этот свирепый воин был явно в скверном расположении духа.

Пока они шли, Аэрин, как всегда, осматривалась, подмечая мельчайшие подробности и стараясь гнать от себя мысль, что она останется здесь навсегда. Слишком дикой казалась ей эта мысль, слишком непривычной.

В этот раз они не стали спускаться вниз. Акрис вел ее по второму этажу вдоль открытых резных арок. Вглубь дворца, на другую его сторону, которая находилась ближе к горам. Через какое-то время послышались лязг оружия и крики воинов.

Из арочных окон открылся вид на тренировочную площадку. На ней Аэрин насчитала около двадцати мужчин в черном. Воины. Обступили полукругом сражающихся в середине. Краем глаза девушка выхватила из толпы мужскую фигуру, крупнее и быстрее остальных. Аэрин и сама не заметила, как остановилась, завороженно следя за его резкими смертоносными движениями.

Нет, стражи и воины Эрикона определенно отличались от аргхатийцев. Они были более худощавые, холеные и нарядные. Этот же воин походил на дикого зверя, готового вцепиться в глотку и разорвать врага в клочья. Шехар. Это был он. Его кривой тренировочный меч разил беспощадно, движения были четкими и яростными, а каждая мышца – направлена на то, чтобы поразить, убить, уничтожить своего противника.

У всех воинов в круге было разное оружие – мечи, копья, кинжалы. Это показалось ей странным. У эриконцев оружие было одно – короткий меч. И сражались они всегда только им.

– Интересно, почему у воинов разное оружие? – вслух произнесла она.

– Оружие – часть воина. Поэтому он сам выбирает, что ему подходит больше, – неожиданно ответил Акрис. – По нему можно многое сказать о воине. Например, правитель Ордес предпочитает кинжалы. Это последнее оружие в бою и в качестве основного его выбирают лишь те, кто хочет подпустить смерть как можно ближе. Те, кто орудуют копьями, перестраховываются. Для них важно держать противника на расстоянии. А меч, которым сражается правитель Шехар, говорит о том, что он предпочитает контролировать ситуацию. Он сам выбирает, на какое расстояние подпустить врага. И уничтожить.

Аэрин с удивлением взглянула на аргхатийца. Он настолько внимательно и увлеченно следил за сражением, что, видимо, забыл с кем разговаривает.

Аэрин перевела взгляд на площадку. В кругу осталось двое. Одним из них был Шехар. А во втором она узнала Ордеса. Серые волосы были мокры от пота. В каждой руке Ордес держал по кинжалу. Соправители плавно двигались по кругу, сцепившись взглядами. Ордес скинул с себя черный кожаный жилет. По мокрой бугристой спине вился черный рисунок, плавно опоясывающий торс, перетекающий на напряженный низ живота и уходящий под край штанов. Словно щупальца неведомого жуткого чудовища. Узор рисунка был похож на тот, что змеился по руке Шехара. Интересно, что они означают?

Ордес ринулся в бой первым. Посыпался град яростных ударов, которые Шехар с трудом отразил. Не было похоже, что они тренируются, скорее – яростно пытаются прикончить друг друга. Другие воины стояли поодаль и азартно наблюдали.

Этот танец силы и мощи завораживал. Будоражил. Невозможно было отвести от него взгляд. И до последнего не было ясно, кто победит в этой схватке. В какой-то момент Ордес отшвырнул кинжалы и бросился на Шехара без оружия. Удар пришелся под дых. Шехар согнулся, отступив назад.

Последовал выброс магической волны. Ордеса отбросило и он, кувыркнувшись в воздухе, приземлился на ноги.

Еще один бросок Ордеса, и в этот раз Шехар пропустил его мимо себя, захватив за шею. Удар под колено. Захват. Толпа загудела. Ордес не смог выбраться, сдавливаемый тисками рук.

Шехар выпустил противника, и тот упал на землю, пытаясь отдышаться.

Черноволосый правитель обернулся и посмотрел точно туда, где стояла Аэрин. Поймал ее взгляд. Девушка поспешно отвернулась. Было ощущение, будто ее поймали за руку, когда она воровала с прилавка.

Взгляд Шехара, кажется, отрезвил и Акриса. Он взял ее под локоть и повел дальше. Странно, что до этого он не пытался ее увести. Видимо, и сам был не прочь посмотреть на сражение двух правителей.

– А что означают черные рисунки на телах? – спросила Аэрин. Раз Акрис стал таким разговорчивым, может, и на этот вопрос ответит.

– Если хочешь оскорбить аргхатийца, спроси о его рисунке, – процедил он в ответ. – Аргхатийцы – лучшие воины. Они смотрят страхам в лицо. И побеждают их. А самый сильный страх наносят черным рисунком на свое тело. Это старый обычай. Но сейчас так делают только связанные с эрфитами. И значение этого рисунка знают лишь они сами и те, кому они могут доверить свою жизнь. Свою душу.

Акрис привел ее в комнату, заставленную оружием. Аэрин огляделась. На одной стороне стены были изогнутые мечи, копья, топоры и то, названия чего она даже не знала. На другой стене в ряд были вывешены кинжалы. От совсем простых до украшенных камнями и драгоценным металлом. Их было много, и они были разной причудливой формы.

На самом деле почти у каждого воина она видела заткнутый за пояс или за край сапога кинжал. Хотя сражались они другими видами оружия. Только Ордес использовал кинжал как полноценный вид нападения и защиты: «…хочет подпустить смерть как можно ближе». Интересно, почему?

Пока она разглядывала оружие, в комнату вошел Шехар. Волосы его были влажными, черную жилетку заменила просторная белая рубаха. Правитель кивнул Акрису. Тот без слов покинул комнату, оставляя их наедине.

Шехар подошел и остановился около нее. Внимательно оглядел. Аэрин до сих пор не привыкла, что ее так разглядывают. Да и не любила она этого. Поэтому, настороженно прищурив глаза, спросила:

– Я надеюсь, меня сюда привели не только для того, чтобы разглядывать?

Кажется, Шехар опешил. А затем вдумчиво проговорил:

– Кажется, я начинаю понимать, почему твой дерзкий рот запечатали неснимаемой маской. Мне нужно от тебя одно знание, эриконка.

Конечно, им нужны знания. В этом и заключался их договор. Шехар продолжил:

– Я хочу, чтобы ты научила меня создавать магический купол.

Аэрин удивленно приподняла брови. Сила Шехара в разы превосходила ее собственную. И даже силы Верховного мага, раз он смог сломать его печати. И он просит ее чему-то его научить? Она с сомнением покачала головой.

– Вряд ли я смогу чем-то помочь. Я мало что знаю о магии. Меня обучали последовательным действиям, но ничего не объясняли. Я даже не понимаю, о каком куполе ты говоришь.

Во взгляде Шехара читалось недоверие.

– Там, когда ты показывала ритуал. Магия шла от тебя не потоком, как мы обычно направляем ее. Магия была вокруг тебя и разрасталась, подобно шару, подчиняя тех, кто попадет в него, своему влиянию. Мне нужно знать, как ты это делаешь.

– Но я не могу объяснить то, чего не понимаю, – растерянно проговорила Аэрин. Но по выражению лица Шехара было видно, что просто так он не отстанет. Голова Аэрин лихорадочно заработала. Эту ситуацию можно использовать себе во благо. Это возможность узнать побольше о том, что он от нее требует и о магии. Время задавать нужные вопросы.

– Если то, что я делала – это купол, то какая магия бывает еще?

– Потоковая, – терпеливо отозвался правитель.

– Это то, что ты использовал на тренировочном поле? Выброс потока энергии?

Шехар кивнул, все еще хмуро и недоверчиво глядя на нее.

– Чтобы понимать, как тебе объяснить то, что я делала, мне нужно знать, как ты создаешь поток. Возможно, понимая различия, я смогу больше понять и рассказать о магии, которую творила неосознанно.

– Потоковая магия требует концентрации. Ты концентрируешь энергию и делаешь выброс нужной тебе силы.

Аэрин задумалась. А вот это было уже действительно интересно. Что ж, она попытается объяснить то, что ему нужно. Деваться ей все равно пока некуда.

– Мне говорили, что источник магии – как ручей, заваленный камнями. Камни – это мысли. Все, что захламляет голову. Чтобы магия растекалась во все стороны, нужно убрать камни.

– Говори нормальными словами, – недовольно поморщился Шехар.

– Если проще – нужно расслабиться и не думать.

Он бросил на нее взгляд, полный сомнений.

– И все?

– Собственно, поэтому меня обучали танцу – танец забирает ненужные мысли. Погружает вовнутрь.

– Ты предлагаешь мне станцевать? – приподнял брови Шехар.

По всему устрашающему виду Шехара было понятно, что вряд ли он будет это делать. Объяснения Аэрин явно не удавались. Нужно было попробовать иначе. Аэрин задумалась.

– Когда создаешь купол, энергия будто растекается из тебя. Ты не направляешь ее, и этим, видимо, создание купола и отличается от создания потока. Давай попробуем так. Закрой глаза. Все, что тебе нужно делать, это слушать мой голос, – она начала медленно проговаривать каждую часть тела, как делали это маги, когда обучали ее. – Нужно расслабить ноги. Ты должен чувствовать опору. Туловище. Руки. Шею. Почувствуй основание. Энергия и сила концентрируются в одной точке. И растут вверх, вот здесь, у нутра. В месте сосредоточения магических сил.

Она так увлеклась объяснением, что сама не заметила, как коснулась его торса, показывая то место, где зарождается нужное ощущение, – место соединения ребер и грудной клетки.

Шехар резко перехватил ее запястье и открыл глаза. Аэрин испуганно подняла на него взгляд. Правитель смотрел на нее вопросительно, склонив голову набок.

– Я не хотела… Мне сложно словами объяснить, я хотела показать.

Он выпустил ее руку.

– Я не пользуюсь этим центром магии.

– Что?

– Ты даже этого не знаешь? – Шехар вздохнул. – У магии могут быть разные центры. Боевая и бытовая идут от самого низа живота. Центр целительной магии расположен во всем теле. Ментальная идет из головы. А тот центр, на который указала ты, – магия души. Она под запретом.

– Я этого не знала. Мне просто показали точки на теле и сказали работать с ними. Из грудной клетки магия поднимается к голове и разрастается.

– Да. Все так. Келан объяснял систему движения энергии в процессе твоего ритуала, – Шехар на секунду задумался. – Кажется, у меня есть идея получше. Ты проведешь ритуал еще раз, а я прослежу за ходом твоей магии. Можешь не произносить заклинания. Тогда это будет просто твоя энергия, которая никому не навредит.

– Ты умеешь видеть энергию?

– Чувствовать. При контакте с предметом.

Аэрин не очень понравилась его идея. При том, что «предметом», который он должен был «чувствовать», являлась она.

– Я не думаю, что что-то из этого получится.

– Мы постараемся, – вкрадчиво произнес он. – И будем стараться, пока не получится. Приступай.

Судя по всему, он собирался держать ее здесь, пока не получит нужную ему информацию. Чтоб его Мрак побрал! Хорошо. Пусть будет так, как он предложил. Быстрее покажет, быстрее они закроют этот вопрос.

Аэрин сомкнула веки, пытаясь отпустить мысли. Выровнять дыхание. Расслабиться. И стала совершать легкие движения тела. Покачивания и плавные волны корпуса должны помочь поймать нужное состояние. Затем остановилась, «нащупав» центр магии.

В какой-то момент Аэрин почувствовала, как Шехар положил руки чуть выше ее талии. Хрупкое спокойствие треснуло и расползлось трещинами в разные стороны. Внезапно стало жарко.

– Я ничего не чувствую, – поговорил Шехар.

Еще бы он что-то чувствовал.

– Я не могу расслабиться, – процедила она сквозь сжатые зубы.

Нет, так точно ничего не получится. Аэрин открыла глаза и увидела перед собой распахнутую рубашку аргхатийца, оголявшую мощный бронзовый торс. Девушка скользнула взглядом выше, по шее, подбородку, упрямой линии рта. Встретила темноту его глаз. Казалось, она окутывала ее, засасывала вглубь.

– Может, мне тогда тебе помочь? – понизив голос, спросил он.

Снова склонив голову на бок, темноволосый правитель с любопытством разглядывал ее. Большие пальцы рук задумчиво поглаживали ткань ее платья. Аэрин замерла. Как маленький зверек перед опасным хищником. Казалось, касание его рук обжигало. А ее тело под ними плавилось и лишалось воли. В какой-то миг ей показалось, что его руки стали двигаться выше, притягивая к себе.

– Шехар, ты здесь?

Голос Келана выдернул ее из сладкого дурмана. Аэрин очнулась и рывком отстранилась от аргхатийца.

В следующую секунду дверь распахнулась и вошел Келан.

– Я только что видел Ордеса. Кажется, он отправился встречать гостей из Симошеха.

– Да, я думаю, именно это он и сделал, – слегка рассеянно проговорил Шехар.

Только теперь, кажется, Келан заметил, что соправитель был не один.

– Я не помешал?

– Нет. Я пытался выяснить, как Безликая создает купол, – бросил в ответ он.

– Ее зовут Аэрин, – как бы между прочим заметил Келан. – И как успехи?

– У меня не получается, – выдавила Аэрин.

– Так внуши ей, – просто посоветовал Келан.

Шехар удивленно посмотрел на него. Будто он сказал нечто невероятное. Затем перевел взгляд на Аэрин. Даже не спрашивая ее согласия, он подошел и положил руки ей на голову, как проделывал это с тем воришкой. Аэрин дернулась, но усилием воли заставила себя остаться на месте. Куда она побежит? Выловят и все равно сделают то, что им надо. Она ощутила на голове тепло рук, что совсем недавно притягивали ее к себе. Или ей все-таки показалось?

– Покажи мне Ритуал благословения, – услышала она голос Шехара.

Аэрин не почувствовала ничего, кроме злости за то, что на ней ставят подобные опыты и против воли заставляют что-то делать. Она с вызовом взглянула на аргхатийца.

– На нее не действуют твои ментальные чары, – задумчиво проговорил Келан. Шехар отстранился, озадаченно глядя на нее. Затем повернулся к выходу.

– На сегодня занятие окончено. Акрис, – обратился Шехар к стоящему за дверями аргхатийцу, – ближайшие два дня не впускать в ее комнату никого, кроме меня, Келана и Найроби.