В первые месяцы самозанятости я наткнулся на статью, которая изменила взгляд на жизнь. Под названием «Если бы работа определяла всю вашу жизнь, стоила бы жизнь того, чтобы ее прожить?» Философ Эндрю Таггарт задал мощный вопрос, который говорил о глубинном напряжении. Я жил с ним большую часть взрослой жизни.

Под конец третьего десятка вся моя жизнь крутилась вокруг работы. Я постоянно думал о том, как получить более престижную должность и повысить зарплату. Подрабатывал, помогая людям разобраться в своей карьере, и мог позволить себе квартиру в Нью-Йорке только благодаря большому доходу. Круг общения состоял из друзей с аналогично высокими зарплатами.

В то время я не мог представить себе другой стиль жизни. Где я жил, что делал, как думал о деньгах и с кем проводил время – все это определяла рабочая идентичность. Но если бы кто спросил, не заняла ли работа все мое пространство, я бы уверенно ответил: «Конечно нет!»

Я чувствовал вину, когда не работал в обычные рабочие часы с понедельника по пятницу. Начал с полной независимости, но в итоге сорвался и стал ходить в коворкинг пять дней в неделю.

Многие замечают, что даже если они не работают на кого-то, «руководитель» все еще сидит у них в голове.

Когда я стал экспериментировать с тем, как провожу свое время, вопрос Таггарта не выходил из головы. Мне нравилось его утверждение. Идея тотального захвата работы была вдохновлена немецким философом Йозефом Пипером, который впервые описал этот феномен в книге Leisure, The Basis of Culture («Досуг – основа культуры»). Пипер готовил книгу в послевоенной Германии и был шокирован тем, как много людей погружаются в работу и не задумываются, чего хотят добиться. Для него это было свидетельством того, как немецкое общество отказалось от идеи досуга вне работы.

Пипер утверждал, что на протяжении всей истории человечества досуг был одним из важнейших аспектов культуры. Он отметил, что в древнегреческом языке «работа» означала что-то вроде «не-досуг». По словам Аристотеля, «мы не в досуге, чтобы быть в досуге». И здесь возникает парадокс: мы работаем, чтобы заработать время для досуга. Пипер подчеркивал, что люди часто путают досуг с бездельем, а на самом деле досуг даже важнее работы. Это «деятельность души» и «способ индивидуальной связи с реальностью».

Пока я радовался свободе самозанятости, открывался досугу и боролся с концепцией всепоглощающей работы, которая очень крепко в меня вцепилась. Вопрос Таггарта так и преследовал меня:

«Если работа определяет всю твою жизнь, она того стоит?»

Ответ «нет» становился все увереннее, но я не знал, что это значит для меня. В конце концов я написал Таггарту лично, и он ответил тремя конкретными вопросами:

1. Вы – рабочий?

2. Если нет, то кто вы?

3. Если это вы, ваша жизнь того стоит?

Вопросы ужасно пугали, но я решил отнестись к ним серьезно. По словам Таггарта:

«Жизнь в мире всепоглощающей работы уничтожает „желание задаваться самыми главными вопросами существования“».

И пока я набирался уверенности на своем новом пути, способность задавать себе такие вопросы крепла и открывала новые возможности.