— Братья, мочи воинов Света! За Тьму, за Орду, Локтар Огар! — возопил я яростно.

— Во славу Локдара! — откликнулись Туманники на мой призыв.

Братство отступило на захваченный нами клипер. Мы начали перебрасываться со второй частью воинства смертоносными заклинаниями. Враги же постепенно перекочевали на Иглобрюх. Кажется, второму клиперу тоже пришлось худо — Туманники пробили в нем солидную пробоину.

Матросы еще разбирались с пленными — часть экипажа сдалась на милость победителя. Включая пару Солнечных эльфов, кажется. В хаосе битвы я не успевал за всем следить.

— Мой осколок вам не достанется! — проревел вдруг один из ушастых, которого зажали возле кормы захваченного судна.

Я ощутил расходящиеся магические волны от эльфа. Они будто бы резонировали в такт биению поля вокруг, исходящего откуда-то из недр.

— Резонанс! — предупредил Тилльсен. — Осторожнее!

Раздался приглушенный взрыв. Эльфа разнесло на части. Энергия высвободилась из осколка и брызнула в разные стороны. Солнечные лучи извивались, лизали палубу, пронзали паруса, жгли людей. Бойцы отступили и залегли на доски, спасаясь от вошедшего в разнос осколка.

Спустя несколько секунд энергия иссякла, резонанс сошел на нет. От эльфа остались лишь дымящиеся ошметки. В палубе возникло жженое отверстие, вокруг пострадал такелаж и паруса.

Не прям взрыв сверхновой, но приятного мало. Надо держаться подальше от этих ксарговых камикадзе во время самоподрыва. Резонанс — страшная штука. И это мы еще не добрались до Шимтрана, где, по словам Тилльсена, с осколками следовало вести себя еще более осторожно.

— Какая утрата… — покачал я головой, глядя на последствия взрыва.

Палуба — хрен с ней. Залатаем. Вот потерянного осколка жалко. Солнечный эльф явно имел минимум оранжевый ранг, а скорее всего и желтый. Сопротивлялся-то он долго. Минус полторы сотни золота на ветер.

По крайней мере, последние очаги сопротивления удалось задавить.

— Бойцы, сюда! — скомандовал я. — Огонь по Солнечным!

Добивавшие врагов Красные и Водные эльфы подошли на нос клипера и включились в сражение. Ну как подошли? Лишь один Водный эльф выжил в бойне, Красных эльфов тоже изрядно проредило.

— Где Гомидеру⁈ — вопросил я, озираясь.

Моего любимого адаптивного щита нигде не было видно! Никто не смог мне дать внятного ответа. То ли моего эльфа снесло взрывом, то ли выкинуло за борт. Судьба драгоценного желторангового Красного эльфа осталась неизвестной.

Ульдантэ держалась, но было видно, что сражение далось ей тяжело. Лиетарис вообще непонятно, как пережила заварушку. Она находилась почти в самом эпицентре, когда Солнечные атаковали единым кулаком. Все-таки лесная броня оказалась выгодным вложением.

Интересно, на что будут способны Высокие эльфы, если они начнут пользоваться такими доспехами вместо унылых миньонов? Но о таких нюансах я подумаю когда-нибудь потом — в более спокойной обстановке.

Лейна занималась Мякоткой и другими тяжело ранеными. Гурдихе тоже досталось. Да и меня потрепало изрядно. Я с трудом волочил ногу, ожоги адски болели, пот и кровь застилали взор. Энергии осталось мало.

Красных перебили как бы не половину, матросов тоже порезали. В общем, мы справились с мощным отрядом Школы Солнца, зачистили целый корабль с боевыми одаренными. Однако понесли серьезные потери и получили массу повреждений. Сражаться дальше — это сродни самоубийству.

— Лия, руби бушприт! — скомандовал я, придя к решению. — Прикройте Высокую!

Я сам двинулся вперед, понимая, что эльфийке придется орудовать в очень опасной зоне. Сформировал Универсальный Барьер, настроив его на хорошую плотность. Несколько Туманников пришли к нам на помощь по велению аббата. Плюс пара Красных эльфов, владеющих щитами.

Лиетарис с длинным зачарованным клинком носилась по носу клипера и работала дровосеком. Мы же прикрывали эльфийку от обстрела. Палящие лучи били без перерыва. Враги насели на нас со страшной силой.

Зачарованное оружие лучше всего работало против тонких целей. Например, разрубить толстое бревно в один взмах будет непросто. Меч, скорее всего, застрянет. Придется делать несколько надрезов и делать небольшую вырубку. Как, в принципе, и при работе обычным топором.

Наконец бушприт вместе с передней частью носа поддались. Раздался треск. Застрявший кусок корабля обломился. Борт Иглобрюха, освободившийся от сцепки, резко пошел наверх, противоположный — вниз. Корабль заваливался на левый борт. Оставшиеся паруса и мачты тянули судно в сторону.

Солнечные эльфы усилили напор.

— Держать щиты! Всю энергию в защиту! Вас это тоже касается, Туманники!

С удивлением я заметил рядом с собой еще один Барьер. Это была не Гинсу. Старуху, к слову, тоже не было слышно после штурма, но я надеялся, что карга еще жива. На помощь нам пришла Неллис. Похоже, перед лицом неминуемой гибели она немного переосмыслила свои приоритеты. Умирать чародейке снова не хотелось.

Неллис имела практически полный запас маны, плюс ее защищала божественная способность. Волшебница вышла на самый нос и собрала на себе основное внимание ушастых. Солнечные эльфы били почти только по ней. Свежая магичка, да с защитной божественной способностью — худшая цель, которую они могли только избрать. Меня бы или Туманников они продавили, но Неллис держалась.

Когда Барьер чародейки спадал, я ставил перед ней свой. Эльфы и Туманники тоже помогали.

Иглобрюх уходил под воду, наш клипер отходил от тонущего судна. Часть Солнечных эльфов попыталась нам подгадить напоследок. Ушастые принялись бить по корпусу корабля. К несчастью для них нос клипера был серьезно укреплен, плюс мы выставили щиты.

Школа Солнца потеряла свое главное оружие — фокус. Эльфы то ли запаниковали, то ли потеряли лидера. Они разбились на несколько групп. Кто-то бил по Неллис, другие пытались срезать паруса, третьи — пробить корпус и потопил судно.

Один из сильных Солнечных эльфов ударил по Туманникам, которые тащили сундук вглубь судна. Его защищал всего один одаренный, так что эльф сумел пробить серую хмарь. Слепящий луч прошелся по носильщикам, врезался в крепкий деревянный корпус и взрезал замок.

Крышка распахнулась, израненные Туманники вскрикнули и выронили свою ношу. Сероватые камешки частично вывалились из сундука и рассыпались по палубе. Осколков они с собой тащили целую кучу.

Что любопытно — светло-серые, с белыми прожилками, осколки практически не фонили. Имели нейтральный магический статус. Не выделяли никаких эманаций, так что и заметить их магическим зрением было сложно.

Туманники быстро обновили щит и принялись спешно собирать осколки обратно в сундук.

В этот момент у меня возникли мысли определенного рода. Туманники ранены, их осталось мало. Если мы ударим им в спину, то сможем завладеть настоящим сокровищем. Учитывая сколько сил они приложили к перевозке осколков — серые камни обладали невероятной ценностью. Можно будет заработать огромное состояние и уйти на покой.

Однако я осознавал, что идея навеяна в том числе и Тьмой внутри меня. Ссориться с Туманниками, если я хочу осесть на Шимтране, не слишком дальновидно. Не факт, что я смогу кому-то сбыть их серые осколки. Если Братство узнает о грузе, они сотрут меня в порошок.

Так что иногда лучше играть роль рыцаря в сверкающих доспехах, защищающего мир от зла. Правда, со стороны это могло выглядеть так, словно я оберегаю Туманников, орудующих темной магией, и сражаюсь со светлыми силами. Но в этом порочном мире ничего нельзя знать наверняка. Всегда оставалась надежда, что Братство Тумана — хорошие ребята, а не очередная пародия на Черную Длань.

В итоге у Школы Солнца ничего не вышло. Разве что другой мощный одаренный сумел срезать нам верхушку центральной мачты. Да паруса покромсали знатно.

Наконец волны захлестнули сражающихся. Второй клипер ушел под воду почти полностью. Иглобрюх держался на удивление чуть дольше. Эльфы в ужасе прыгали на мачты и скапливались на плавающих обломках, лишь бы как-то удержаться и спастись.

Ведь в море их поджидали голодные хищники. Крупные монстры мгновенно бросались на падающих в воду жертв.

Нет, обычно море было намного спокойнее. Можно было даже прыгнуть с корабля и немного искупнуться. За судами не следовали морские гады на постоянной основе. Однако громкая битва, разрывы заклинаний, трупы и кровь — все это взбаламутило море, привлекло внимание множества глубинных гадов. Каждый хотел испробовать бесплатное угощение.

К тому же некоторые чуяли одаренных, а осколки являлись для монстров — лучшим лакомством. Наверное, это появилось в них в ходе эволюционной гонки. Выживают и оставляют потомство — сильнейшие. А чтобы стать сильнее, надо много кушать и развивать дар. Вот осколки и стали для зверей чем-то сродни сладкого. Даже Мякотка хрумкала осколки за милую душу.

Со злорадством, удовлетворением и одновременно болью в сердце я наблюдал за тем, как Солнечных эльфов разрывают на части голодные хищники. Море буквально бурлило, особенно когда в воду падал одаренный. Ушастые пытались отбиваться. И сильные эльфы могли даже одного-двоих монстров завалить, но на них накидывались следующие. Стихия Света плохо работала в воде. Морская толща почти сразу гасила энергию заклятий.

Такие деньги пропадают! Ладно, в плен их не взяли, но даже осколки вытащить при такой ситуации нереально.

— Веревка есть⁈ — прикрикнул я.

Мне быстро нашли длинный трос. Я привязал к нему спасательный круг и передал Лие, поскольку у нее сил было больше моих.

— Метни вон к тому эльфу, — указал я в сторону ушастого, который цеплялся за уходящую под воду мачту.

Высокая исполнила приказ и запустила круг далеко в море.

— Хочешь жить — хватайся! — прикрикнул я.

Эльф посмотрел в нашу сторону и несколько секунд раздумывал, но затем инстинкт самосохранения взял вверх. Он ухватился за круг, и матросы принялись в спешке подтягивать его к клиперу. После чего быстро вытащили на борт, и я вырубил ушастого молнией, не дав ему поблагодарить нас. Либо покрыть ругательствами — кто его знает, что он планировал сказать.

— Не хотите быть съеденными — хватайтесь! — продолжил я «ловить рыбку» в мутной водице.

Умирать они не хотели. Мы вытащили еще двоих Солнечных эльфов. А вот следующий преподнес нам подлянку.

Мы подтаскивали ушастого к кораблю, когда я почувствовал знакомое биение магических эманаций. Поганец владел техникой самостоятельного вхождения в Резонанс! Хотел подорвать наш корабль!

— Не дайте ему приблизиться! — рявкнул я и запустил быструю молнию.

Тилльсен также ударил Туманом по эльфу. Гаденыш не успел добраться до корпуса клипера и подорвался недалеко от борта. Вода вспенилась, но в основном поглотила выброс солнечной энергии. Пшикнул ушастый словно в лужу бзднул. Идейный эльф — значит мама без внуков. И бедный Хоран без прибыли.

С ошейниками возникла небольшая заминка. Мы не знали, есть ли запас на клипере. Благо Солнечные эльфы использовали в качестве экипажа частично рабов, в том числе людей. Часть их полегла во время резни, да и наши померли, так что свободные ошейники вскоре нашлись.

В первую очередь я заковал и привязал к себе вырубленных одаренных. Затем провел ревизию и нацепил артефакты подчинения на остальных.

В море все еще плавал различных груз, обломки, останки людей, эльфов, монстров, парусов и разного хлама.

— Еще есть чем поживиться! — воскликнула Ниуру, обозревая место бойни сверху.

Вдруг раздался глухой удар, клипер покачнулся. Я выглянул за борт и узрел огромную спину какого-то подводного монстра. Плавник с хвостом быстро ушли под воду. Еще не левиафан, но тварь громадная. И неизвестно, кто придет на место крушения следующим. Вроде бы левиафаны в мелководье заплывают редко, но никто не знает, что скрывается в мутных водах поблизости.

— Отходим! Поднять паруса! То, что от них осталось, вернее… — вздохнул я. — Туши пожары, Водник! Живее!

— Стараюсь, хозяин! Маны не осталось!

— Держи, проглот! — бросил я ему несколько красных осколков.

Часть парусов, палуб и такелажа все еще тлела. Солнечные эльфы отлично поджигали все вокруг своими палящими лучами.

Клипер под названием Сияющий начал медленно удаляться от места схватки, кишащей монстрами. Мы выловили и забрали все, что смогли. Настало время лечения, отдыха подсчета убытков и прибыли.

Второй клипер и Отважный Иглобрюх пошли ко дну. Вместе с нашими припасами и моим личным имуществом! Основное я, разумеется, держал в пространственном хранилище: золото, осколки, фокусаторы, гримуар и прочие ценности. Таскал там и некоторые ценные вещи моих слуг: вроде гримуара Лейны. А то он тяжелый — в бою мешает, но слишком дорогой, чтобы хранить его в простом шкафу.

Практика оказалась полезной. Я потерял разную личную одежду, любимый грибной эль и прочие вещи, но ничего непоправимого не случилось. Вот сам корабль, безусловно жалко. Успел прикипеть я к Отважному Иглобрюху душой. Не говоря о том, что он стоил не одну сотню золотых.

Трехмачтовый клипер выглядел более продвинутым кораблем. Быстроходный, укрепленный, пускай и не столь вместительный. Самое то пиратствовать. Наверное, он стоил дороже Иглобрюха.

Но возник один нюанс, как говорится. Сияющий серьезно пострадал в сражении. Сначала мы его изрешетили во время штурма, потом пришлось нос кромсать, чтобы расцепиться с тонущим Иглобрюхом, а затем и Солнечные сволочи подпалили и порушили.

На судне царил настоящих хаос. Паруса погорели и продырявлены, часть мачт рухнула, ванты и канаты порваны, палуба пробита во множестве мест, бушприт срезан, фальшборт проломлен частично, в корпусе трещины и подпалины, следы возгорания повсюду.

Я с тяжелым сердцем ходил по своей новой собственности и цокал языком. Как сильно же повредили мою новую малютку!

Мое внимание привлек какой-то блеклый обломок, закатившийся под валяющийся труп. Я незаметно подобрал камешек и сунул в карман. Серый осколок Туманников — вещичка интересная, нужно будет изучить на досуге. Он практически не фонил, так что вряд ли его обнаружат. В хранилище же складывать благоразумно не стал. Ведь не зря Туманники таскали их в сундуке снаружи. Видимо, они потеряют часть своих свойств, если запихнуть в пространственный карман.

Только оценив повреждения, я занялся собственными ранами. Стала накатывать слабость. Похоже, крови я все-таки успел потерять прилично. И все из-за гада, который притворился мертвым и саданул меня в ногу. Особо не замечал этой раны, поскольку ожоги от лучей света болели в разы сильнее.

Гинсу нашлась без сознания на палубе. Старуха потеряла руку и получила несколько серьезных ожогов. Ее удалось вытащить с того света. Мякотке все еще было нехорошо, но вроде бы ее состояние стабилизировалось.

Ниуру схлопотала парочку ожогов, да синяков, но в сравнении с остальными осталась почти невредимой. Хорошо быть бойцом исключительно дальнего боя.

Ульдантэ всю истыкали стрелами: попали в бок, ногу и руку. Но Лунная совсем не рвалась к лекарям. Словно ей и так было хорошо. Возможно, она наслаждалась болью? Не в том плане словно мазохист, а просто она дарила ей яркие эмоции. После разговора с Амарантэ я пересмотрел свое отношение к Ульдантэ. У Лунной Тени были явные проблемы с психикой.

К сожалению, психологов на Тардисе не существовало, так что придется лечить ее тараканы подручными средствами. Пока что я не особо представлял, как к ней подступиться. Возможно, хороший секс пойдет ей на пользу, кши. В прошлый раз она осталась довольна. Вроде бы. Сложно иногда понять по ее каменной физиономии, о чем она думает.

В любом случае дела насущные требовали забить на психологические проблемы компаньонов. Нам бы до берега добраться.

— Течь в трюме! — наконец осмотрели матросы клипер.

К счастью, пробоина оказалась небольшая. Лия заткнула дыру остатками от своего лесного доспеха.

— Ты поработал на славу, друг, — любезно произнесла эльфийка, расставаясь с древесной броней.

— Еще походит! — резюмировал Хатриш после осмотра корабля. — На острова или к большой суше?

— Мы уже близко к материку, — устало произнес раненый аббат. — Доберемся до Шунхчи и закончим дело!

— Согласен. Курс на Шунчхи! — кивнул я, после чего проковылял к корме.

Мы уже удалились от места сражения. Волны скрыли с глаз плавающие где-то там обломки, монстров и мусор. Море поглотило два корабля и команду без остатка, не оставив следов. Вокруг нас простиралась бесконечная темно-синяя водная пустыня.

— Прощай, Отважный Иглобрюх, — выдал я торжественно, глядя вдаль. — Ты отлично потрудился. Пускай в морской пучине ты обретешь вечный покой…