[Хоран Мрадиш]

Не зря мы вмерзли в стылые льды реки Мрадиша! Покатались превосходно. Атаковавшие нас монстры, конечно, порубили нескольких человек, зато трофеев отсыпали с лихвой. Ни золота, ни оружия или амуниции не досталось, но я был не в обиде на меховых шимпанзе. Белые ходоки подарил мне кучу осколков разного качества, несколько центнеров мяса и прочные шкуры. Как говорится, йети — это не только ценный мех, но и тридцать-сорок килограмм диетического, легкоусвояемого мяса.

Монстры имели человекоподобный облик, да и черты лица походили на людские. Явно они ближе к нам, чем те же гоблины. Пару раз я возвращался к мысли, что они могли быть разумными, но долго терзаться по этому поводу не стал. Подумаешь, разумные. Мы с людьми и эльфами в сражениях сталкиваемся чаще, чем со зверьем несмышленым. В общем, кто сильнее, тот и прав — таков закон природы.

Странно, чего эти ледяные орангутанги так активно на нас насели. Вообще ничего не боялись. Возможно, они первый раз увидели людей и одаренных. Не исключено, что в Морозном Ущелье они находились на вершине пищевой цепочки. Вот и бросились на увиденных чужаков, посчитав за слабую добычу.

Чем питаются, правда, неясно. Тут кроме рыб, да существ, похожих то ли на тюленей, то ли на пингвинов, и нет больше никого. Впрочем, мы вглубь острова не лезли — только по реке и передвигались. Судя по их габаритам и количеству мяса, твари не голодали.

В плюс с учетом потерь мы вышли сотни на две золотых. А если шкуры хорошо продадутся, то и на все три. Из кожи монстров частенько делали доспехи. А у этих тварей шкура не только прочная, но и гибкая, да еще и утепленная. Если на Шимтране есть холодные королевства, там такая защита может продаться хорошо.

К ночи Ульдантэ объявила приятную весть: Кайя наконец вышла в полную силу. Бушевала метель, так что не было видно ни зги, но Лунная эльфийка чувствовала эманации спутника.

Ниуру поначалу заартачилась, но, к счастью, одумалась. Как впоследствии узнал, ей вправила мозги Гинсу. Давно надо было подослать к ней каргу. Пригодилась-таки старая колдунья.

Для Ульдантэ организовали закуток. Лунная не отсвечивала и не издавала звуков. Только подавала Лунные эманации, пробуждающие желание. Проклятье отступало. Ниуру поначалу это заметно напрягало, но со временем она привыкла и научилась не обращать на подобные мелочи внимание.

Я надеялся, что на осколок тратиться не придется, ведь я же поработал над своей аурой. И в целом ненадолго Ульдантэ хватило. Однако аппетит приходит во время еды. Мне захотелось продолжения банкета, так что я раскошелился на красно-оранжевый осколок, запас которых недавно пополнился.

Такими темпами Лунная эльфийка скоро дорастет до границы своего ранга и надо будет изыскивать для нее зеленый осколок. Эх, чем больше жен, тем больше трат. Единый закон, верный для всех миров.

В общем, кувыркались мы с Ниуру прилично. Практически у всех видов эльфов было слабое либидо. Им не требовалась ежедневная разрядка. Правда, раньше мне все равно приходилось напрягаться. После частичной победы над проклятьем с потенцией стало получше. Так что впервые мне удалось измотать и заездить ушастую. Ниуру первой сказала, что с нее хватит. Что я посчитал за комплимент. Хоран Мрадиш способен на подвиги не только на поле брани, но и в постели!

Оторвался на полную катушку. За стенами каюты завывал ветер, снежные вихри бились о корпус корабля и трепали свернутые паруса, угли потрескивали в жаровне, а мы с огненной эльфийкой сошлись в сладострастном жарком танце.

— Согрелась? — вопросил я у уставшей Ниуру.

— Угу. Спать…

Довольно потянувшись, словно кошка, рыжая устроилась в узкой постели поудобнее и расслабилась. Спустя уже несколько минут ушастая громко сопела.

Они явно с Ульдантэ все еще недолюбливали друг друга, но все же их отношения чуть улучшились. Я был рад, что Ниуру наконец примирилась с действительностью и пошла нам навстречу. Хоть рыжая оторва и создавала постоянно проблемы, все-таки в моем черством сердце становилось теплее при мысли о знойной огненной эльфийке.

— Спишь, Ульдантэ?

— Сложно уснуть с такими воплями.

— Сегодня Ниуру была голосистее, чем обычно. Думаю, из-за твоего соседства старалась. Спокойной ночи, Лунная, и, как всегда, спасибо, что помогаешь с проклятьем.

— Ты видишь сны, Хоран?

— Редко.

— А я вот ни разу не видела…

— Какие твои годы! Да и в любом случае реальность интереснее снов…

Когда я проснулся, Ульдантэ уже покинула свой закуток. Ниуру же по своему обыкновению дрыхла, не желая вылезать из-под нагретого одеяла.

Утром погода чуть успокоилась, но все равно дубак стоял страшный. Ситуация не изменилась. Иглобрюх все также стоял вмороженным в лед.

Жизнь на корабле замедлилась, стала тягучей и липкой, словно кисель. Никто в такую холодину не желал выбираться наружу лишний раз. Только бедные дозорные дежурили на палубе и обозревали окрестности, сменяясь каждые пятнадцать минут.

Экипаж занимался обработкой шкур, но в большинстве своем просто отдыхал вокруг печей. Предаваться лени много ума не надо. Вроде бы появилось свободное время, чтобы позаниматься магией, однако и меня поразила эпидемия лени.

Только уделил ученице несколько часов. Мы продолжали заниматься высшей математикой и тригонометрией, постепенно двигаясь к дифференциальным уравнениям. В принципе, если пропустить все прочие направления, то базу для расчета печатей можно дать за несколько месяцев-год. Лейна начала делать первые, базовые шаги, и в свободное время занималась улучшением своих печатей. Пока что у нее это выходило плохо, ведь печати были ранее адаптированы мной до околоидеального состояния. Но ученица не сдавалась.

Впрочем, доступной энергии мелкой всегда недоставало. Она постоянно клянчила у меня красные осколки. Не для себя, а для раненых. После боя многим требовалась помощь. Тяжелораненых мы подлечили, но оставалось еще много народу с разными мелкими травмами, неопасными ранами и царапинами. Эббот считала своим долгом помочь всем. Плюс увечные. Хатришу мы руку восстановили, но среди экипажа встречались матросы с недостатком конечностей или пальцев. Она не могла оставить страждущих без помощи. Я хоть и пытался ее перевоспитать, мотивируя тем, что всем помочь невозможно, но в итоге просто смирился. Такой уж у нее характер.

В общем, весь день предавался безделью, ел шашлык, разок покатался с горки. К вечеру снова налетела метель, так что все попрятались по норам.

Утром картина не поменялась. Вроде бы лютые морозы ушли, но ледяной панцирь оставался нетронутым. Я начал думать о том, что мы застряли здесь на недели.

— Сначала сожрем лиговцев, потом туманников, затем экипаж, а одаренных оставим на десерт, — принялся я рассуждать.

— Голодовка пошла бы мастеру на пользу, — язвительно подметила Лиетарис.

— Наставник, не надо никого есть! Вы что-нибудь придумаете! Вы всегда находите выход из ситуации! — воскликнула Лейна.

— Действительно попытаться вытащить корабль? Или отправить экспедицию к краю острова? — задумался я. — Замерзнут ведь ночью. Разве что на коньках отправятся. У нас же есть магия. Надо придумать какой-нибудь рычаг или другой метод, чтобы сковырнуть и приподнять корабль… Лед расширяется… Может заморозить воду… Или лесных духов Лии напрячь… Пусть вызовет целую лесную орду мелких отростков… Или просто множество рычагов с обоих боков… Но у нас материалов не хватит… Разобрать фальшборт или пристройку… Сомнительно…

— Эй, народ, кажется, лед стал тоньше! — заявила вдруг Ниуру, взрывающая реку неподалеку.

— М-да?

Я сформировал четверную Линзу и всмотрелся в окружающее пространство. И действительно: обнаружились слабые, но стабильные эманации магического жара. Стихия Огня просачивалась снизу, потихоньку прогревая как воду, так и воздух. И если воздух быстро охлаждался, перемешиваясь с верхними слоями, то лед постепенно таял. Нижние слои сдавали позиции в первую очередь.

— Отлично, значит есть слуг не придется! — кивнул я довольно. — Скоро мы освободимся!

Реальность была не столь радужной. Лед отступал очень медленными шагами. Тепловые выбросы пока были слабыми и нерегулярными.

На следующее утро мы провели новую проверку толщины окружающего льда. Лиетарис сбегала на разведку и обнаружила, что через пару тысяч шагов ледяная аномалия заканчивается. Лед становится тонким, а затем и вовсе переходит в жидкую форму.

— Погода сегодня отличная, так что не будем ждать у моря погоды. Начинаем долбить лед! Братство — тоже помогайте!

— Конечно, капитан Мрадиш. Все мы в одной лодке, — кивнул аббат.

Магия Тумана неплохо плавила лед, после чего его можно было вытаскивать ровными прямоугольными кусками и оттаскивать в сторону.

Вскоре судно освободилось от ледяных оков и закачалось на воде. Еще оставался налипший лед, но его не стали счищать — сам растает.

Затем мы принялись пробивать путь сквозь льды, создавая узкую полоску воды, по которой едва-едва протискивался корабль. Иглобрюх медленно, но верно шел вперед.

Процесс грозил растянуться на несколько дней. Мана и силы у матросов не были бесконечными. Мне пришла в голову одна идея, которую я тут же попробовал реализовать.

— Новая разнарядка! Туманники — пропиливаете тонкое отверстие во льду, Ниуру — пробуй взрывать через эти проломы. Погнали!

Тилльсен сам принял деятельное участие в эксперименте. Спустя несколько попыток удалось создать подходящее под взрывное кольцо отверстие. Не сразу смогли подобрать нужный слой льда. Если в литой толще попробовать провести взрыв, то эффект получался слабым.

А вот если рядом с кромкой, да еще ослабить в нескольких местах лед — тогда вполне может отколоться кусок, причем огромный. Бабахало знатно. Разлеталась ледяная шрапнель, ввысь бил столп паровой взвеси.

Река ломалась на многотонные куски льда. Экипаж с помощью багров оттаскивал куски сбоку от корабля и передвигал по воде за корму — так было намного быстрее, чем дробить лед и вытаскивать огроменные куски на поверхность. Проход слегка расширили, но все равно процесс пошел быстрее.

Узким местом оставалась Ниуру. Туманники проделывали отверстия и делали надрезы, чтобы ослабить ледяную толщу по очереди. Им хватало запасов маны. Красная же вскоре выдохлась. Понимая, что каждый день промедления — это дополнительные расходы и риск, я поделился с ушастой красно-оранжевым осколком. Энергия начала восполняться, и дело пошло бодрее. Мои Ледяные Фугасы тоже приносили пользу, но огненные заклинания Ниуру показывали себя с лучше стороны.

Чем дальше мы заплывали от центра ледяной аномалии, тем тоньше становился лед, и тем большие куски удавалось отламывать. Ледяная корка вокруг Иглобрюха полностью истаяла. Корпус освободился от оков. Стало проще вести судно через ледяной канал.

Последние метры совсем тонкого, почти прозрачного льда, Иглобрюх проломил самостоятельно. Судно величаво пробилось чрез ледяной панцирь и вышло на оперативный простор.

— Ура-а! — заорали матросы и принялись метать в воздух шапки.

Когда ты привык к постоянному движению, остановка кажется тебе чем-то неправильным. Это давило на психику. Я хоть и не ходил по морю долгие годы, тоже ощутил на себе нечто подобное. Экипаж, в том числе и Гинсу, был дико рад, что мы наконец покинули мерзлые кандалы. Да к тому же и погода стала заметно теплее. Мы вернулись в воды теплых выбросов, где река не замерзала и давала жар. Хотя тоже стояло около тридцатки, но по сравнению с прошлыми адскими морозами это казалось нам настоящим тропическим раем.

На сей раз нам повезло с попутным сильным ветром. В основном дуло в сторону выхода из каньона. И спустя сутки плавания мы достигли западной оконечности Морозного Ущелья. Снова тепловая аномалия здесь давала сбой по какой-то причине. Оба устья реки Мрадиша были замурованы во льдах.

Пришлось нам поработать взломщиками ледяных покровов. Дело спорилось, ведь технология была нами отработана на отлично. Туманники пробивали отверстия и ослабляли лед, Ниуру взрывала.

Ближе к концу пошли совсем уж толстые льдины, так что пришлось повозиться. Но в итоге мы справились с задачей. Иглобрюх вышел на в открытые воды. Вперед лежало глубокое синее море и высокие, пенистые волны. Айсберги и плавучие льдины еще встречались, но белые сверкающие стены каньона больше на нас не давили.

Это вызвало большой приступ ликования у матросов. Даже у меня на душе стало значительно легче. Прощай, ледяной край. Не думаю, что скоро сюда вернемся. Может, к тому времени и Владыку Морей уже уничтожат. Не будет же он бесконечно заниматься морским рэкетом?

— Путь был непрост, но мы с честью преодолели все испытания! — заявил аббат Тилльсен. — Все благодаря смекалистому капитану Мрадишу, опытной команде и прекрасному кораблю!

— Спасибо на добром слове, хоть и рано начали нахваливать. Впереди еще несколько дней пути до побережья Шимтрана. Кстати, а что за некий Резонанс вы упоминали?

— Шимтранская Аномалия или Резонанс — это особое состояние магического поля, распространенное на большей части материка и в прибрежных водах. Резонанс позволяет дестабилизировать осколки и вызволять из них всю накопленную энергию.

— То есть, взрывать? — приподнял я брови.

— Если упростить, то да.

— Это опасно для одаренных? — поежилась Лейна.

— Для живых существ — нет. Существуют определенные практики, благодаря которым можно научиться вызывать Резонанс почти искусственно.

— Всмысле взорвать себя? Но зачем?

— Чтобы навредить врагу или не дать себя захватить живьем, — пожал плечами Тилльсен. — В некоторых областях Резонанс может случиться бесконтрольно после гибели существа — в момент, когда аура и разум теряют контроль над силой. Поэтому опасайтесь недавно скончавшихся и извлекайте осколки с большой осторожностью.

— Благодарю за совет. Учтем.

— Эй, а на Шимтране есть паспорта свободных эльфов⁈ — поинтересовалась Ниуру.

— Жетон гражданина — так мы его называем. Да, за определенную плату Братство Тумана выдает подобные жетоны. С его помощью эльфы во многих людских городах могут жить и работать. Хотя эксцессы случаются, конечно, — добавил аббат.

— Вы выдаете жетоны гражданина? Братство Тумана тоже борется с рабством⁈ — оживилась Неллис.

Магичка относилась с большим уважением ко всем, кто готов положить сердце на алтарь противостояния с работорговлей.

— О, нет, сударыня Неллис. Не совсем так, — улыбнулся Тилльсен.

— Поясните!

— Братство Тумана стоит над государствами. Мы следим за порядком на Шимтране. В том числе в том, что касается работорговли. Мы решаем спорные вопросы, выдаем лицензию на торговлю рабами…

— О, значит мне к вам? — хмыкнул я.

— Поддерживаем изготовителей ошейников подчинения… — продолжил он.

— Ошейников? — откликнулась Ульдантэ.

— И выдаем жетоны гражданина эльфам, желающим жить в людском обществе…

— О, хочу себе такой жетон, Хоран! — потребовала Ниуру.

— В общем, Братство Тумана следит за порядком. Были времена, когда на Шимтране царил настоящий хаос в данном вопросе. Жители целых королевств становились рабами, проводились бесчисленные темные ритуалы, культисты множились словно на дрожжах. Братство Тумана положило конец анархии. Мы издали свод законов по обращению с рабами и искореняем нещадно всю скверну.

— То есть, вы крышуете работорговлю! — воскликнула Неллис гневно. — Я была о вас лучшего мнения, аббат!

— Каждый из нас делает свое дело, — пожал тот плечами.

— Значит, у вас можно купить лицензию работорговца? Сколько стоит? Сделаете скидку? — насел я с вопросами.

— Братство Тумана обширно. Я не занимаюсь направлением работорговли. Но могу составить рекомендательное письмо. Те, кто помогает Братству, получат скидку при оформлении лицензии.

— Хоть что-то, — кивнул я. — Неллис, не будь так строга к Братству. Нормальные они парни. Вон за порядком следят на Шимтране, темных гоняют.

— Для Лиги Без Оков на Шимтране предстоит очень много работы, — произнесла брюнетка, поджав губы.

— Боюсь, что если Лига Без Оков будет нарушать закон, попирать право собственности и устраивать налеты на рабовладельцев, Братство Тумана примет меры, — пожурил Тилльсен.

Чародейка сверкнула на старика глазами.

— Аббат, хорошие же у вас люди в братстве собрались! — хлопнул я Тилльсена по плечу. — Самое главное, что не фанатики… Как там вашего покровителя зовут — Локтар Огар?

— Локдар Великодушный, — поправил меня аббат. — Наш Бог не требует слепого повиновения. У людей есть своя голова на плечах, так что мы принимаем собственные решения. Разве что есть определенные отделения… Например, отряды Чистильщиков. Вот они порой принимают несколько поспешные, необдуманные решения. Чистильщиков набирают из самых преданных служителей Локдара. Но я считаю, что такие бойцы тоже нужны Братству. Именно Чистильщики стали опорой Братства в смутные времена, когда не было до конца понятно, кто друг, а кто враг. В ком скрыта скверна, и кто является засланцем других богов. В какой-то мере Чистильщики — это необходимое зло. К счастью, сейчас времена мирные, так что количество фанатиков невелико.

— Прям совсем никаких войн на материке? — поинтересовался я.

— Нет, королевства и провинции между собой враждуют постоянно, но на такие мелочи Братство не обращает внимание. Дележка земель и ресурсов — удел тех, кто зациклен на власти. Мы следим за более фундаментальными вещами. Например, в последние времена силу набрала Школа Солнца — деструктивная секта, которая подозревается в связях с темными богами. При этом они сами обвиняют нас в использовании скверны, что просто возмутительно!

— Возможно, нам стоит присмотреться к этой Школе Солнца, — сузила глаза Неллис. — Кто знает, вдруг там Лига найдет союзников…

— Святые люди! Ни власти, ни земель вам не надо, помогаете работорговле, боретесь с клятыми сектантами. Дай я пожму вашу руку, аббат! — произнес я торжественно.

— С удовольствием… — обозначил улыбку Тилльсен и охотно ответил на рукопожатие.