Агнета была миниатюрной, но от ее голоса исходили сила и энергия. Ина с открытым ртом наблюдала за женщиной, с которой столько лет делила одного мужчину. Как будто всю жизнь ничем другим не занималась, Агнета поднялась на сцену. А то, что она устроила потом под аккомпанемент девушки с аккордеоном, а также Сванте и Яниса с гитарами, было сродни бенгальскому огню в финале крупного футбольного турнира. Безо всякого микрофона ее голос лился поверх музыки. Она выбрала такую запоминающуюся песню, что уже на втором припеве Ина смогла подпевать. В ней рассказывалось о молодой девушке, которая, вопреки желанию строгой матери, решилась отправиться в большой город, чтобы научиться танцевать. Там она в итоге нашла мужчину своей мечты и забеременела. Вот так вот…

Тем не менее композиция звучала зажигательно и наверняка попала бы во все музыкальные чарты Германии, будь у нее перевод на немецкий язык. Многие вставали на стулья, скамейки и столы, громко хлопали и подпевали, но большинство людей скопилось перед сценой, так что Ине тоже пришлось забраться на стул, чтобы видеть Агнету. Собравшиеся аплодировали и свистели, то и дело раздавались восторженные возгласы: «Кайя! Кайя!»

Ина не переставала удивляться. Она провела последние несколько дней с настоящей шведской звездой и даже не подозревала об этом.

Вскоре — слишком быстро — песня закончилась, однако толпа не собиралась так просто отпускать Агнету со сцены. На фоне неистовых призывов выйти на бис она в конце концов согласилась, обменялась парой слов со своими музыкантами и исполнила еще одну песню, которую знала даже Ина. Хит группы ABBA весьма удачно вписался в атмосферу праздника, а его слова все гости фермы Тингсмола восприняли крайне серьезно и доказали, что Dancing Queen есть в каждом.

Агнету потянули танцевать джайв, и она демонстрировала такие движения, которые Ина не смогла бы повторить даже в молодости.

Это постепенно начинало ее раздражать. Есть ли вообще хоть что-то, чего не умеет эта женщина? Впрочем, испытывала она не ревность, а искреннее восхищение. Заразившись всеобщим весельем, она поймала себя на том, что, стоя наверху, наблюдает за окружающими ее людьми. Ее по-прежнему не отпускала мысль, что среди них, вероятно, скрывается убийца. Как минимум поджигатель. Но у кого мог быть мотив? Кого можно подозревать в подобном преступлении?

Ина понятия не имела, тем более что выпивка понемногу заполняла ее голову туманом. Поэтому она отмахнулась от неприятных мыслей и запела еще громче.

Она вертела бедрами, вскидывала руки и во весь голос распевала припев. Но вдруг общее настроение изменилось.

На звучание гитар, аккордеона и радостные голоса поющих наложилось что-то мрачно-грозное. Оно напоминало раскаты приближающейся грозы. Поначалу этот звук скорее чувствовался, чем слышался. Дрожащий рокот, далекий, но неуклонно приближающийся. Когда к дрожи и грохоту присоединился отчетливый рев, Ина забеспокоилась. Впрочем, не она одна. Все больше и больше гостей умолкали, вопросительно глядя на соседей и осматриваясь в поисках источника шума.

А потом аккордеон затих, звуки гитар постепенно угасли и остался лишь чистый голос Агнеты. Она осеклась на середине припева.

Когда музыка прекратилась, рокочущий шум вышел на первый план и словно накрыл собой всю ферму. Монотонный грохот время от времени прерывался гневными воплями. К тому моменту все уже всматривались в ту сторону, откуда доносился гул. Что-то мчалось в сторону фермы Тингсмола, и вскоре на горизонте действительно показалось красное облако пыли.

А потом… они.

Они вторглись на ферму подобно библейской саранче. Площадку на берегу внезапно заполонили тяжелые мотоциклы, которые с диким ревом переезжали через все, что попадалось им на пути. Стулья и скамейки опрокидывались, гравий и песок разлетались во все стороны. Родители в панике звали детей.

Ина судорожно озиралась вокруг. Где Зевс? Взволнованная, она бросилась на землю и заглянула под стол в поисках пса. Того нигде не было видно.

— Зевс! — кричала она в разразившемся хаосе. — Где ты?

Когда Ина вылезла из-под стола, мимо нее с оглушительным лязгом пронесся мотоцикл. Сперва она видела только слепящую фару и огромный руль. На адской штуковине сидел мужчина в военном шлеме и засаленной кожаной куртке, из которой торчали голые руки толщиной, наверное, с дерево. На секунду их глаза встретились, и ей показалось, что мужчина насмехается над ней. Затем он выжал газ, отчего двигатель взревел, и унесся из ее поля зрения, как дикая кошка. Ина посмотрела вслед байкеру и увидела на спине жилета череп с острыми рогами. Череп викинга! Вдруг какой-то вой заставил ее обернуться. И как раз вовремя, чтобы увернуться от следующего мотоцикла. Поднявшись на ноги, Ина поняла, что вокруг длинного стола кружит больше дюжины этих двухколесных монстров с безостановочно ревущими моторами. Шум стоял настолько ужасный, что она зажала уши руками и с тревогой огляделась вокруг. Зевса по-прежнему не было видно. Агнета, Сванте и аккордеонистка все еще стояли на сцене. А вот Янис исчез.

Сванте что-то орал байкерам и грозил кулаком, но его слова тонули в окружающем гуле. Тут сбоку к Ине прижалось что-то мягкое, и она вскрикнула от радости, увидев Зевса, которого Ларс пихнул ей в руки.

— Возьми своего пса! — крикнул он. — Смотри, чтобы он не попал под колеса.

Ина энергично закивала и повиновалась, крепко прижав маленького негодника к груди, а в следующую секунду потеряла дар речи, когда Ларс встал на пути ближайшего мотоциклиста и не позволил ему проехать дальше. Мгновение казалось, что байкер просто переедет его, но он все же остановился, когда Ларс выставил перед собой руки и разъяренно крикнул:

— Стоять! Полиция!

Одним прыжком он оказался рядом с байкером, схватил его за куртку и бесцеремонно сдернул с мотоцикла. Рядом с ними тут же образовался круг из мотоциклов. Однако на Ларса это, похоже, не произвело впечатления. Он поднял мужчину на ноги и сильно толкнул в грудь. Краем глаза Ина заметила, как Сванте спрыгнул с платформы и направился к ним, но его удержала Агнета.

Один из рокеров-мотоциклистов подкатил на своем байке к украшенному майскому дереву и врезался в него передней шиной. Дерево не выдержало натиска мотоцикла и упало в траву. Красивые ленточки пролетели по воздуху, а некоторые ветром унесло на озеро.

— Что здесь происходит?! — Голос Ларса брызгал ядом и слюной. — Вы совсем из ума выжили? — Пошарив в заднем кармане брюк, он достал бумажник, раскрыл его и предъявил мужчинам. Ина увидела, что он показывает им полицейский значок. — Мне вызвать подкрепление и сразу отправить вас за решетку?

В его сторону устремились злобные взгляды.

Человек, которого он только что стащил с мотоцикла, сел обратно и прорычал что-то, чего Ина не разобрала.

Ларс невозмутимо взирал на него, очевидно даже не думая пугаться. Несколько обитателей и гостей фермы набрались храбрости и встали рядом с ним. В первую очередь его отец, который как раз закатывал рукава рубашки. Некоторое время никто ничего не говорил, слышался только рокот мотоциклов. От их вибрации дрожал весь луг.

Затем первый двигатель издал пронзительный визг, и байк рванул с места. Один за другим остальные последовали за ним и исчезли так же быстро, как и появились. Ина смотрела вслед красным задним огням, удаляющимся от фермы. Слава богу, что ее уши больше не слышали этот грохот. Ларс до сих пор стоял на месте, держа значок в вытянутой руке. И только когда кто-то хлопнул его по плечу, казалось, вернулся в реальность.

— Чего они хотели? — спросила Эбба, обводя взглядом стоящих вокруг людей. — Их пригласил кто-то из вас?

Никто не ответил.

— Не думаю, что они приехали по приглашению, — позволил себе заметить Уве. — И как по мне, не похоже, что они собирались праздновать с нами Мидсоммар.

— Нет. — Ларс подошел к отцу и Эббе. — Совсем не похоже.

Он все еще держал в поле зрения подъездные ворота — как будто боялся, что байкеры передумают и вернутся.

Ина тяжело сглотнула. Никогда в жизни она не трезвела так быстро. При этом горло как никогда жаждало шнапса, чтобы успокоить нервы.

— С твоей собакой все в порядке? — спросила Агнета, внезапно появившаяся рядом с ней. Ина порывисто кивнула.

— Чего они хотели?

Агнета окинула взглядом хаос, который устроили байкеры, и страдальчески вздохнула.

Сванте с неестественно прямой спиной шагнул к Ларсу и благодарно пожал ему руку.

Тем временем Агнета продолжала молчать, но исказившиеся черты ее лица говорили лучше тысячи слов. Ина никогда не видела ее такой серьезной. Грудь Агнеты быстро поднималась и опускалась, и Ине почти казалось, что она слышит, как бьется сердце шведки.

— Думаю, мы прекрасно знаем, чего они хотели, — наконец объявила Эбба тихим голосом, которого Ина абсолютно не ожидала от человека с плохим слухом. Старушка сверлила невестку чуть ли не укоризненным взглядом, который Ина никак не могла истолковать. — Это было предупреждение, — добавила мать Вигго, встав почти вплотную к Агнете. — Вопрос, нужно ли нам заплатить, снялся сам собой.

Хотя Эбба говорила шепотом, Ина находилась достаточно близко, чтобы уловить каждое слово. И испытала немалое удивление, когда до нее дошел смысл этих слов.

— Не посвятите меня в курс дела?

Агнета наконец-то снова обрела голос.

— Нет, пока он здесь. — Ее голова дернулась в сторону Ларса, который оживленно общался со Сванте. — Он ведь ничего ему не расскажет, правда?

Агнета с тревогой посмотрела на свекровь, но та решительно мотнула головой.

— Ни за что. Но ситуация серьезная, Агнета! Мы должны что-то предпринять, иначе нас ждут серьезные проблемы.

Ина задалась вопросом, что может быть хуже, чем банда мотоциклистов в толпе людей, и одновременно задумалась, действительно ли хочет знать ответ. Впрочем, на второй вопрос она быстро сумела ответить: еще как хочет!

— Что вы должны предпринять? — вклинилась она в разговор шведок.

Молчание.

Еще один напряженный обмен взглядами. Без лишних слов они взяли Ину под локти с обеих сторон и потянули к неподвижному озеру, в котором отражался солнечный свет. А добравшись до берега, какое-то время просто стояли и смотрели на воду. Ину выбивал из колеи окружающий свет. Он не был ни по-настоящему ярким, ни по-настоящему темным. Озеро переливалось и искрилось невероятными оттенками. Она следила глазами за бантом, который почти распустился в воде — должно быть, это одна из тех лент, которые завязывала она.

— Это из-за Яниса, — наконец заговорила Агнета. Она сделала глубокий выдох и снова вдохнула, как будто все это время задерживала дыхание и только сейчас это поняла. — Никто не должен знать, что он здесь. Тем не менее те парни каким-то образом это выяснили. И теперь шантажируют нас.

— Чем? — спросила Ина, склонив голову.

— Хотят рассказать об этом тем, кому ни в коем случае нельзя знать, что он у нас, — разъяснила Эбба, хотя понятнее Ине не стало.

Она еще больше наклонила голову.

— Почему?

— Потому что тогда те, кому нельзя об этом знать, придут сюда, чтобы забрать его обратно.

Если бы Ина наклонила голову еще чуть-чуть, то завалилась бы набок. Благодаря таким расплывчатым формулировкам она и теперь понимала чуть меньше, чем ничего, и продемонстрировала им обеим, что тоже неплохо умеет качать головой. А закончив демонстрацию, многозначительно посмотрела на Агнету. Та, казалось, поняла невысказанную просьбу и наконец-то начала говорить прямо:

— Янис не всегда был тем спокойным, отзывчивым человеком, с которым ты познакомилась здесь. Однажды он связался с плохой компанией и занимался… делами, которые не совсем сочетались со шведскими законами.

— Наркотиками, — уточнила ее свекровь. — Кражами…

— Эбба! — огрызнулась Агнета.

— Но если это правда! — Эбба вызывающе поморщилась. — А еще стоит упомянуть о шантаже. — При этих словах она подняла руку и вытянула большой палец. За ним последовал указательный. — Нанесение увечий… — К первым двум присоединился средний палец. — Вброс фальшивых денег.

Затем она вытянула безымянный палец, но невестка сердито уставилась на нее.

— Достаточно, Эбба!

Тяжело вздохнув, Агнета повернулась к Ине и натянуто улыбнулась.

— Не то чтобы Янис сам совершил все эти преступления.

Ина тоже улыбнулась. Сама не понимая почему. И еще меньше понимая, почему вообще поддерживает Агнету, произнесла:

— Конечно нет.

— Но он присутствовал при этом, — не сдавалась Эбба. — Он был соучастником всего, что я перечислила. И я легко могу продолжить список.

Она снова подняла руку. Агнета перехватила тонкое запястье свекрови и опустила его.

— Тс-с!

Улыбка исчезла. Как и у Ины, которая по-прежнему ничего не понимала. Вместо этого она слушала вздохи хозяйки фермы, которая повернулась к ней спиной и упрямо сверлила взглядом озеро.

— Единственная ошибка Яниса, — сказала она, — заключается в том, что он связался не с теми людьми.

— С дьяволом, — уточнила Эбба. — Он вступил в банду байкеров.

Опираясь обеими руками на трость, она на мгновение закрыла глаза.

Агнета кивнула, не оборачиваясь.

— В худшую банду байкеров из всех существующих, к сожалению, — тихо согласилась она.

Эбба снова открыла глаза и тоже уставилась на озеро.

— К сожалению, наш Янис осознал это слишком поздно.

Агнета посмотрела на нее.

— Нет. Он осознал это вовремя и ушел прежде, чем…

— …чем поджег церковь? — подсказала ей Эбба, выгнув бровь.

— Прежде чем успел сделать что-нибудь похуже, — твердо договорила Агнета. — Прежде чем они успели втянуть его в свои дела еще больше.

По крайней мере это Ина поняла. Она прочитала достаточно книг и посмотрела достаточно фильмов, чтобы кое-что смыслить в кодексе чести байкерских банд. Пока ты на правильной стороне, все хорошо. Но если нет…

— Значит, Янис покинул банду, — высказала свою догадку она.

— Они планировали грандиозный налет, — пояснила Агнета. — Нападение на инкассаторскую машину. Узнав об этом, Янис сообразил, что нужно уходить. В итоге он сбежал…

— Потому что должен был принимать участие в ограблении. Предполагалось, что это станет его проверкой. — Эбба говорила так возбужденно, словно повторяла особенно захватывающий отрывок из фильма.

Ина не могла отделаться от ощущения, что старушке втайне нравится мысль о том, что они приютили у себя настоящего байкера. Ина основательно обдумала услышанное. Словно по волшебству, перед ее глазами возник еще и образ сгоревшего амбара. Ферма Тингсмола хранила много тревожных секретов.

Но потом она ахнула, осознав весь смысл услышанного:

— Он у вас скрывается!

Обе женщины посмотрели на нее, но, к огорчению Ины, не стали опровергать ее вывод.

— Вы прячете его здесь, чтобы те байкеры его не нашли, — уточнила она и тяжело сглотнула. — Но они все-таки выследили его и…

Наконец-то! Вот оно! Эбба и Агнета с тревогой переглянулись.

— Нет, — отозвалась Эбба. — Все совсем не так.

Ина вздохнула с облегчением.

— Яниса обнаружила не его байкерская банда, — объяснила Агнета, — а другая.

От количества банд у Ины уже начинала кружиться голова.

— Один из «Дорожных дьяволов» увидел его у нас на ферме.

— «Дорожные дьяволы»? — переспросила Ина.

— Так называется другая банда. Ты только что с ними познакомилась.

Ина вспомнила куртки-косухи, которые видела на мотоциклистах. На их спинах красовались очертания рогатого черепа. Выходит, это не викинги, а… дьяволы!

— Все это одно сплошное идиотское совпадение, — продолжала Агнета. — Яниса узнал один из членов «Дорожных дьяволов», когда пополнял запасы наживки в рыболовном магазине у нас на ферме.

— Причем не кто иной, как их лидер, — со стоическим кивком согласилась Эбба.

— И теперь он угрожает рассказать другой банде о местонахождении Яниса, — догадалась Ина.

— Верно. — Агнета на несколько секунд закрыла глаза. А когда снова открыла, в них появился непривычный влажный блеск. Ина чувствовала, как сильно Агнету тревожит происходящее.

— Чистой воды шантаж, — прямо сказала Эбба. — Если Агнета не заплатит главарю требуемую сумму, они не только устроят Янису серьезные неприятности, но и выдадут другой банде. Мы просили Яниса снова скрыться, исчезнуть. Но он отказывается. По его словам, ему надоело убегать. — Опустив подбородок, она понизила голос: — Тем не менее сейчас он боится, что подвергнет всех нас опасности, если останется здесь.

— Глупости, — отрезала Агнета. — С нами ему самое место! Не может же вся его жизнь пройти в постоянных бегах.

— Если мы не заплатим, у него вообще не будет жизни. — Тон Эббы прозвучал непривычно жестко. Агнета вздрогнула, как будто свекровь ее ударила.

В глазах Агнеты сверкнули слезы. Но вскоре она вновь натянула свою непробиваемую улыбку, пусть у нее слегка и подрагивала нижняя губа.

— Конечно, он не хочет отсюда уходить. Впервые в жизни он обрел дом.

— И что, по-твоему, нам теперь делать? — Эбба, прищурившись, посмотрела на невестку. Однако та улыбнулась еще шире и вытерла слезу со щеки тыльной стороной ладони.

— Прямо сейчас мы празднуем середину лета, — заявила она. — Давайте поставим майское дерево на место и продолжим торжество!