«Только до праздника середины лета».
Толстая черная муха пролетела вокруг ее головы и уселась на руку. Ина попыталась ее смахнуть, но промахнулась и даже по руке своей не попала. К тому же она так сильно размахнулась, что свалилась бы со стула, если бы сидевший рядом Сванте не подхватил ее и не удержал в вертикальном положении.
Ина потерла глаза и набрала полную грудь воздуха, чтобы проветрить голову. Ее охватило легкое головокружение, поэтому пришлось срочно открывать глаза.
— Ты в порядке? — Сванте бросил на нее косой обеспокоенный взгляд.
С одной стороны, ей казалось, что это невероятно мило. С другой стороны, страшно злило, потому что такой взгляд означал не что иное, как: «Ты слишком много выпила, лучше остановись, пока полностью не потеряла контроль над собой».
Сванте этого не говорил, зато говорило его лицо. Ина сочла это достаточной причиной для злости.
— Не твое дело, — небрежно бросила она в ответ. — Я взрослая женщина и сама знаю, когда мне хватит.
На мгновение Сванте в недоумении уставился на нее, затем вскинул руки с раскрытыми ладонями, словно защищаясь:
— Я ничего такого и не говорил.
— Вот и славно.
Удовлетворенно прочистив горло, Ина решила, что ей хватит. Хватит морошки и хватит праздника, который затянулся до поздней ночи. А еще она устала. Устала как собака, откровенно говоря. Даже Зевс уже несколько часов дремал у нее на коленях, не обращая внимания на шум вокруг. А вот шведы, казалось, ни в чем не знали меры. Одна за другой звучали песни, поднимались бокалы, а люди танцевали и танцевали вокруг пылающего костра. У Ины болели ноги. И горло тоже — от постоянного пения. Возможно, отчасти и от спиртного, которое каждый раз ужасно обжигало глотку. Поэтому она разбудила пса, поставила его на шатающиеся маленькие лапки и встала. На краткий миг Ина превратилась в солнце на небосводе, вокруг которого вращается все вокруг. Она быстро села обратно, чтобы вращение прекратилось. Рядом с ней тихонько засмеялся Сванте.
— Точно все в порядке? — еще раз спросил он.
— Само собой! — Она опять встала. На этот раз медленнее и опираясь на край стола, в который буквально вцепилась пальцами. Все снова закружилось, но уже не с такой скоростью.
«Ну и отлично!» — довольно подумала она. — Медленные движения, медленные шаги». Она повторяла это, как мантру.
— Проводить тебя до дома?
Ина замерла, бросив скептический взгляд на Сванте, который заботливо смотрел на нее. Она рассмеялась. За кого этот тип ее принимает?
— Godnatt[29], — сказала она. Или хотела сказать. Тем не менее прозвучало это слово скорее как невнятные слоги.
— И тебе спокойной ночи. — Мужчина, который внешне казался таким суровым, улыбнулся ей и заправил за ухо прядь длинных волос. — Прими две таблетки аспирина и запей большим стаканом воды. Это облегчит завтрашнее похмелье.
— Спасибо, папочка!
Она постучала по столу — международный сигнал, что кто-то покидает праздник, — развернулась на пятках и ушла. Зевс потрусил за ней, широко зевая.
Выпрямившись и подвигавшись, Ина почувствовала себя немного лучше. С каждым шагом в голове все больше прояснялось. Она поздравила себя с тем, что вовремя притормозила. Еще одна рюмка шнапса наверняка ее добила бы. А так Ина не сомневалась, что грозящее похмелье действительно удастся усмирить. Она обязательно последует совету Сванте, но признаваться ему в этом не собиралась.
Возможно, всему виной усталость или то, что у нее вдруг отяжелели веки, но, когда она посмотрела вверх, ей показалось, что небо стало темнее.
В любом случае эта волшебная летняя ночь предстала перед ней в таких красках, каких она никогда раньше не видела. К тому же в самой атмосфере таилось нечто мистическое. Сплоченность людей, безудержное празднование. Даже появившаяся банда мотоциклистов не смогла испортить им праздник. Как только отморозки оставили их в покое, все убрались и продолжили веселиться. Только Ларс вскоре после этого уехал, чтобы завести дело на эту банду. Вот и правильно. Хотя Ина считала, что зря Агнета ему не доверилась. С бандой байкеров, затеявших шантаж, шутки плохи.
Для спокойной деревушки на лоне природы ферма Тингсмола таила в себе темную бездну. Поджог… убийство… шантаж…
Ине не хотелось больше об этом думать, только не этой ночью. В конце концов, это не ее забота. Ина скинула босоножки, подхватила их за ремешки и пошла вдоль узенькой дорожки. Длинная прохладная трава щекотала ступни. «Надо бы почаще ходить босиком, — подумала она. — Ничто так не помогает заземлиться».
А ощущение заземленности — это как раз то, чего ей сейчас не хватало больше всего.
— Ох, Зевс…
Ина вздохнула, как может делать только пьяный человек по дороге домой, которого внезапно накрывает тоска и осознание неопровержимого факта, что любимого человека больше нет, что всему пришел конец и наступила осень жизни, в которой, правда, были и свои плюсы. Вздох превратился в широкую ухмылку.
— Смутная меланхолия за ресницами, — процитировала она строчку из стихотворения, автора которого давно забыла[30].
Ина прислушалась к себе. Чтобы предаваться меланхолии, у нее явно слишком хорошее настроение. Однако она была из тех женщин, которым нужны планы, которые должны знать, что будут делать завтра, в каком направлении пойдет их жизнь. Сейчас же она не знала ровным счетом ничего, просто плыла по течению, погружаясь в настоящее. Какое невероятно освобождающее чувство. На самом деле она твердо намеревалась остаться только до Мидсоммара. Но до сих пор она ничего не добилась: не нашла ни поджигателя, ни убийцу. Зато наладила дружеские отношения с другой женщиной. Ина остановилась, подняла голову и посмотрела на небо.
— Здесь так красиво.
Она попала в маленький кусочек рая. Только рядом с ней больше не было того мужчины, с которым она надеялась наслаждаться этим раем. И все же это место казалось странно родным. Не потому, что она гостила здесь несколько десятилетий назад, а потому, что таким его делали люди, с которыми ей довелось познакомиться.
Где теперь ее место в жизни? Имеет ли это вообще значение? Должно ли у нее быть какое-то место? Разве нельзя просто жить настоящим, не заботясь о будущем? В конце концов, она никому ничем не обязана… кроме, возможно, своей дочери. Но и той она больше не нужна. Зато у Ины появилось чувство, что она, по крайней мере, нужна кому-то здесь.
Она поискала на просторах неба звезды. И даже нашла несколько, но и они не дали ответа на ее вопросы.
Вдруг какой-то шум заставил ее остановиться. Сначала Ина подумала, что это Зевс, но песик так же внимательно прислушался и повернул голову в сторону.
Грохот, как будто что-то упало.
— Ты тоже это слышал? — спросила она шепотом. Пес внимательно посмотрел на нее, задрал нос и принюхался.
За грохотом последовал треск. Причем совсем близко от Ины. Сперва она ничего не увидела, однако потом различила какое-то движение в глубокой тени деревянного дома во втором ряду от главной дороги. Что-то с глухим стуком упало в траву. Еще она увидела маленькую пролетевшую тень. Обуреваемая любопытством, Ина подошла к забору у края дороги и сфокусировала взгляд в ту сторону, откуда доносился звук. Ей пришлось прищуриться, чтобы хоть что-то разобрать. Рядом с ней Зевс запрыгнул на первую перекладину деревянного забора, но так ничего и не разглядел и от этого сильно занервничал. Пес негромко зарычал.
— Тс-с! — одернула она его.
Ради разнообразия Зевс послушался, что удивило не только Ину, но и самого пса, судя по выражению его морды.
— Хороший мальчик.
Она погладила его по голове и снова вгляделась в тень возле стены дома. То, что она там увидела, поразило ее даже сильнее, чем внезапно ставший послушным Зевс. Кто-то выходил из дома. Из пустого дома Кнута, как ни странно. Только вот выходил этот человек не через входную дверь, а через окно. Вылезая, высокая фигура застряла в проеме, вывалилась из окна и с грохотом упала на траву. Но тут же поднялась на ноги и принялась оглядываться. Ина стремительно нырнула за забор. Затем, мысленно досчитав до трех, снова медленно выпрямилась и осторожно выглянула. Фигура все еще находилась там. Мужчина — это легко было определить по силуэту. Он закрыл окно, изо всех сил стараясь не шуметь, что у него получилось на удивление хорошо. Затем нагнулся и поднял что-то, до сих пор лежащее в траве.
— Портфель, — чуть слышно озвучила свою догадку Ина.
Мужчина пробирался через высокую траву палисадника буквально на цыпочках. Наконец Ина его узнала. Узнала по походке и не в последнюю очередь по хорошо сидящим брюкам, а также по ярко блестящей рубашке, в которую он был одет в последний раз, когда они встречались.
«Матс!» — внезапно Ина снова протрезвела. И в то же время, пока она смотрела, как он крадется к выходу с участка, у нее в голове замельтешило множество вопросов. Что Матс делал в доме человека, который недавно скончался при крайне загадочных обстоятельствах? И что за портфель выкинул из окна, а затем сунул под мышку? Мужчина определенно вел себя невероятно странно. Даже для ночи Мидсоммара. И хотя ее мысли все еще немного путались из-за водки и перебродившей морошки, теперь их занимал один вопрос: что Матс делал в доме мертвого Кнута?
Ина решила с утра первым делом разобраться в ситуации, поговорив с ним начистоту. Втайне ее сердце прыгало от радости. Это удивительное открытие подстегнуло ее инстинкт сыщика. На обратном пути в бунгало она чувствовала себя бодрой и заряженной жаждой деятельности. В конце концов, Ина прочитала достаточно детективов и триллеров, чтобы понимать: она напала на след… ну, в общем… на важный след. Вот такие перспективы на будущее были ей по душе. Лелея это ощущение, она с нетерпением ждала момента, когда ляжет спать, а вскоре узнает, что принесет ей следующее утро.