Случившееся походило на фрагмент из триллера-ужастика.

Володя, как всегда, закрутился, я тоже на работе задержалась.

Вадька, сынуля, тоже, оказывается, сильно занят был.

И в результате выяснилось, что на ужин есть нам почти нечего.

Поэтому Володя, вошедший в квартиру, снявший куртку и даже уже разувшийся, был послан в супермаркет за: хлебом, кетчупом, сосисками… В общем, написала я ему то, что он шутливо называл списком Шиндлера. Он бодро ускакал, а минут через пять вдруг позвонил:

— Слушай, у меня налицо признаки сенильной деменции! Ключи от квартиры в барсетке, а барсетка в прихожей на тумбочке осталась.

— Ладно уж, впущу я тебя.

Минут через десять-двенадцать в дверь позвонили.

Володя, конечно, очень шустрый, но тут он сам себя превзошел. Я наскоро вытерла руки, прервав примерно на трети процесс приготовления нашего любимого салата из помидоров, сладкого перца и зелени, и пошла к двери.

Открыла наружную дверь.

И остолбенела.

Как жена Лота, обратилась в соляной столб. С той лишь разницей, что жена Лота оглянулась, нарушив запрет, а я не оглядывалась. Мое прошлое предстало предо мной. И выглядело оно похуже Содома.

Я его сразу узнала. Холеная, откормленная физиономия. Гаденькая улыбочка, обнажающая мелкие зубы.

Он улыбался нагло, победно.

— Ну, шо, у хату пустишь? — ублюдочный южный выговор.

— Нет у меня такого желания, — мне удалось наконец-то разлепить одеревеневшие губы. — Уходи.

— Та ты шо!

— Мама, кто там? — Вадька выглянул в прихожую.

— О! Какой пацан здоровый! А он мой или Володькин? — тут только я почуяла запах алкоголя, исходившего от него.

И тут появился мой ангел-спаситель. Мой Володя.

— У-у, какие люди! И без веревки на шее! — загремел родной «драматический баритон».

Левой рукой Володя сгреб Ермакова за шкирку, правую с двумя пакетами снеди протянул мне.

Я быстро подхватила пакеты, а Володя вытащил Ермакова на площадку перед квартирой и врезал ему по физиономии. Сильно врезал. Я услышала хлесткий звук удара, потом звук упавшего тела.

Выглянув за дверь, я увидела лежащего Ермакова и Володю, который пинал его ногами.

— Володя, хватит! Ты его убьешь!

Открылась дверь квартиры напротив.