Это было ровно шестнадцать лет назад, в двухтысячном. «Там, там, в сентябре кленовый лист светился, как звезда».

В сентябре мне дали отпуск. Первый за два года работы в новой фирме. Я, собственно, и не жаловался на ненормированный рабочий день и на то, что и по субботам, случалось, припахивали. Все осознавали положение и задавались вопросом: «Есть ли жизнь после дефолта?» Я на вопрос отвечал положительно. Налаживалась жизнь.

Но не у всех. У моей матери не очень налаживалась — точнее, на убыль шла. Разболелась — полиартрит. Я предлагал ей поехать вместе со мной, подлечиться в какой-нибудь платной клинике, но она только рукой пренебрежительно махала:

— Молчи уже, богач вшивый.

— Почему вшивый? Я квартиру себе в этом году купил.

— И сколько лет ты платить за нее будешь?

— Да нисколько. Я уже все выплатил. Я еще перед дефолтом все сбережения в доллары догадался перевести.

Но мою мать переспорить невозможно.

Торчать дома мне, естественно, не хотелось. Идти в увеселительные заведения мне не хотелось тем более. И я двинул к старому приятелю Коле Ремезову.

Коля старше меня на три года, я с ним еще в школе подружился. Коля всегда находился на той грани, которая отделяет среднестатистического конформиста от фрика. Странные прически, странная одежда, странноватое поведение. Но я сразу понял — Коля самобытен. И весьма неглуп. И профессию себе соответствующую его натуре выбрал — фотографом стал.

Номер домашнего телефона Коли остался прежним, хотя я с ним не имел связи уже лет пять, если не больше. И Коля, как ни странно, оказался дома — это в воскресенье-то, да еще под вечер!

Ремезов страшно обрадовался мне, и это выглядело вполне натурально.

— Надо же! Ко мне Володька Логунов приехал! Из столицы!

— Ладно, хорош блажить! Дома почему сидишь? Развеяться не хочешь?

— Очень даже развеемся! Я тебя с такими девками познакомлю!

— Годится!

По пути мы купили две бутылки шампанского и две бутылки коньяка. Я хотел заплатить за все, но Ремезов не позволил:

— Ко мне Володька Логунов приехал! — повторял он как заведенный. — Имею право его угостить!

Условились оплатить покупки пополам.

Перед дверью квартиры Коля передал пакеты с покупками мне, поправил свою модную шляпу и уверенно ткнул пальцем в кнопку звонка. Потом встал перед дверным «глазком».

Дверь тут же распахнулась.

— А, Милена! — заорал Коля. — Ваньки нету?

— Нету, — ответила субтильного сложения светловолосая девица.

— И это хорошо, — заявил Коля. — Нам больше достанется. Он же жрет и пьет за троих! Заходи, Володь, не стесняйся.

Я зашел и увидел еще двух девушек, разглядывающих меня в упор. Нормальные девушки, только диковатые немного — или я слишком давно не был в Снежинске?

Они сразу начали обсуждать меня вслух:

— Ну, мачо!

— Ну, здоров!

— У него, между прочим, — встрял Коля, — черный пояс по каратэ.

— Всего-навсего коричневый, — поправил я.

И тут открылась дверь ванной.

Я оглянулся и увидел ее.

Блондинку с огромными голубыми глазами. В полосатой — синие полосы на белом — блузке и короткой синей юбчонке.

Пошловатое выражение «я искал ее всю жизнь» очень даже к месту оказалось в этом случае.

Я вообще испытал ощущение dejavu — я ее где-то уже встречал.

У меня прямо пол под ногами поплыл.