Теннисный клуб становится ее школой интеграции в английскую жизнь. Здесь она находит и вторую подругу, Катрин, владелицу брачного агентства. Это очень интересная и активная женщина, настоящая бизнес-леди, увлеченная своей работой, и Людмила быстро находит с ней общий язык. Видя, как тяжело Людмиле одной в незнакомой стране, Катрин предлагает ей познакомиться с одним из клиентов агентства, одиноким мужчиной с хорошей репутацией. Людей, которых она могла бы порекомендовать Людмиле, у нее немного, но этот человек произвел на нее хорошее впечатление.

Людмила отнекивается. Уход Феликса она переживает очень тяжело. Их жизнь была интересной, они вместе преодолевали самые замысловатые лабиринты Фортуны, пусть даже иногда она поворачивалась к ним спиной. Он был особенным человеком, ей так его не хватает! И сейчас ее никто не интересует.

Но проходит месяц, и Катрин возвращается к любимой теме.

– Людмила, ну что ты теряешь? Ты еще молода, хороша собой! Ты что, решила быть вдовой всю оставшуюся жизнь?.. Ладно, допустим, он тебе не понравится, ну и что? Это же ни к чему тебя не обязывает!

После всех этих аргументов она наконец соглашается.

– Катрин! Ну расскажи хоть немного об этом человеке. Чем он занимается, был ли женат, есть ли у него дети?

– Ничего я тебе рассказывать не буду! Я же тебе сказала, что таких клиентов, как он, у меня мало. Встретитесь, поговорите – и получишь ответы на все свои вопросы.

Они договариваются о встрече в кафе. Она опаздывает почти на двадцать минут! Ей это несвойственно, она любит пунктуальность; просто никак не может привыкнуть к лондонским пробкам.

– Добрый день! Извините за опоздание, трафик сумасшедший, – говорит она молодому, спортивному мужчине, с обаятельной улыбкой вставшему из-за столика при ее появлении. Белоснежная рубашка подчеркивает широкие плечи. Глаза карие, волосы черные, вьющиеся! Красавец, внешность в ее вкусе. Но выглядит лет на сорок. Катрин с ума сошла! Теперь понятно, почему она не хотела ничего о нем рассказывать…

– Добрый день! How are you? – Традиционный риторический вопрос, формальность, ответ никого не интересует. – Очень рад с вами познакомиться! Хотите что-нибудь выпить?

– Спасибо, можно эспрессо!

С первого взгляда, с первого слова Людмила понимает, что это не ее человек. Но уйти сразу неприлично, надо хотя бы немного с ним поговорить. Мужчины младше нее никогда ее не интересовали, а уж сейчас тем более! Ей нужен не мужчина, а интересный собеседник! Зачем он ей? Да еще и работает в модельном агентстве! Наверное, думает – что я с этой бабушкой буду делать? Ведь ей уже пятьдесят! Тоже мне, модель, – смеется она про себя. Надо заканчивать это представление!

Минут пятнадцать, пока они пьют кофе, она поддерживает разговор, но ей хочется сбежать как можно скорее. Рядом с ним она себя не видит!

– Давид! Мне было очень приятно с вами познакомиться, но, к сожалению, мне пора бежать. Я совершенно забыла, что мне надо ехать за дочерью. Это очень важно!

Они обмениваются телефонами и прощаются. Разумеется, на его звонки она не ответит – а звонить он будет, и не один раз.

После матча Людмила ждет, когда разойдутся все теннисные подружки и она останется вдвоем с Катрин.

– Ну ты даешь, Катрин! – она заливисто смеется. – Зачем мне этот молодой альфонс? Постель для меня не главное, а чувства юмора я у него не заметила, да и слушать о его работе мне было неинтересно!

– Ничего ты не понимаешь! Некоторые молодые мужчины любят женщин постарше! Моя подруга, например, старше своего мужа на восемь лет, они вместе уже десять лет и очень счастливы. Да… трудно будет тебе угодить! – вздыхает Катрин. – Нет, я тебя понимаю, ты жила с неординарным, интересным человеком с большой буквы! После жизни с такой личностью непросто принять кого-то другого! Но и оставаться одной в этом возрасте тоже не совсем хорошо. Ладно, торопиться не будем… Если появится на горизонте достойная кандидатура, я тебе сообщу! Попытка не пытка.

Теннис для Людмилы – такая отдушина! Раньше она ходила в клуб пешком, а обратно ехала уставшая на автобусе. Девчата, естественно, приезжают на красивых машинах. Это ее не смущает, но, когда появляется машина, жить становится радостнее. Друг Дениса, Андрей, помог ей купить красную БМВ, конечно, не новую, но в очень хорошем состоянии. На ней она ездит и в бассейн в отеле «Le Méridien» на Пикадилли. Не сидеть же дома! Российские права пока действуют, а вот потом… впереди маячит переэкзаменовка.

– Людмила! У меня хорошая новость! Ты, наверное, в рубашке родилась! Вчера пришел в мое агентство человек-мечта! Твой возраст! Высокий, стройный, интеллигентный, симпатичный. Адвокат! Никогда не был женат, детей внебрачных нет! Достойный кандидат, – заключает неунывающая подруга.

– Ну хорошо, хорошо, посмотрим! – ей не очень нравится процесс навязанного знакомства – чувствуешь себя, как товар на распродаже.

– Что значит «посмотрим»? – возмущается Катрин. – Куй железо, пока горячо! Одна неудача еще ни о чем не говорит! Давай я вас познакомлю!

– Ой, нет-нет! – машет руками Людмила. Ей совсем не хочется опять оказаться в неловкой ситуации.

Недели через две Катрин снова возвращается к наболевшему вопросу.

– Послушай, ты обязательно должна с ним познакомиться! Он такой приятный, скромный! Великолепно играет на фортепиано, любит оперу! И ни разу не был женат, такая редкость! – еще раз подчеркивает она.

Людмила отмахивается и отнекивается, но все-таки любопытство берет свое. Почему бы и не встретиться?.. А там видно будет!

Зовут его Ричард. Звучит таинственно!

Договариваясь с Ричардом о первой встрече, она слышит в телефонной трубке очень приятный голос. Хм, и в самом деле, почему бы нет? Вдруг Катрин права?

Ричард (Катрин наверняка сообщила ему, что Людмила тоже любит оперу) приглашает ее в Ковент-Гарден, главный оперный театр Лондона, на «Манон». Конечно, она с удовольствием принимает его приглашение. Хорошо, когда есть общие интересы – по крайней мере, с этим человеком будет о чем поговорить.

Вечер проходит прекрасно. Людмила наслаждается блестящей постановкой, а голоса! Великолепное сопрано, тенор! Они горячо обсуждают все достоинства этой лирической оперы французского композитора Массне и досадные мелкие недостатки. Нельзя не признать – Ричард прекрасный собеседник. А какие у него манеры! Безупречные. Настоящий англичанин, как из романов девятнадцатого века. Но, сколько бы Людмила ни прислушивалась к своему сердцу, там все спокойно, ни капли чисто женского интереса она в себе не находит. Искры он в ней не зажег! А она ему, между тем, явно понравилась.

Через неделю он приглашает ее поужинать в ресторане. Ну что ж, почему бы не встретиться еще раз? За ужином он рассказывает ей о своем детстве – мама умерла, когда он был совсем маленьким, а отец воспитывал его в строгости и отдал в школу, где учились только мальчики. Все свободное время он проводил за фортепиано, даже сам сочинял маленькие пьесы. Хотел стать музыкантом. Но отец настоял, чтобы он поступил на юридический факультет. С девочками он не общался совсем, видел их только издалека и в церкви, а когда вырос, не мог преодолеть стеснительность и завязать с кем-нибудь отношения. Так и жил один, всецело отдавая себя работе.

Рассказывает он и о самом большом экономическом кризисе в истории Англии со времен Второй мировой, рецессии 1981–1983 годов. Многие люди потеряли и деньги, и работу. Два его друга покончили с собой, выбросившись из окна офисного здания, и сам он в какой-то момент был на грани самоубийства… Потом понемногу все улеглось, вот только страх отношений с женщинами он так до конца и не преодолел.

Признаваясь в своей маленькой проблеме, он неловко, смущенно улыбается, и Людмиле становится его жалко. Такой хороший человек – и совсем один! Но чем дольше она с ним общается, тем отчетливее понимает, что к близким отношениям она не готова. Да, она была бы рада, если бы Ричард стал ее другом, с ним очень интересно. Но она ему нравится, а дружба с мужчиной, когда он неравнодушен к женщине, практически невозможна. Не хотелось бы его травмировать! Тем более у него и так нет уверенности в отношениях с прекрасным полом…

После этой встречи Людмила твердо говорит Катрин:

– Знаешь, все-таки я пока не готова к близким и даже дружеским отношениям с мужчиной!

***

Человек привыкает ко всему – вот и она постепенно привыкает к новой среде и новой жизни. И все-таки без работы ей ужасно скучно. Не в ее характере сидеть сложа руки перед телевизором или мотаться по магазинам.

Конечно, она делится своими переживаниями с подругами по клубу. У Катрин, как всегда, есть идея!

– У меня есть один знакомый, он бизнесмен, владелец сети небольших отелей в Лондоне. Не твой типаж, но, мне кажется, вы могли бы с ним обсудить возможности совместного бизнеса.

Да, соблазн большой! Отели! Это интересно… И вот Людмила знакомится с мистером Питером Брауном. Внешне – ничего особенного, типичный англичанин. Стройный, всегда в костюме и белой рубашке. Прекрасные манеры. Лет пятьдесят пять. Но есть в его лице что-то отталкивающее, неприятное. Что именно – она понять не может, поэтому решает, что первому впечатлению доверять не стоит.

Он приглашает ее в самые шикарные рестораны города, рассказывает обо всех тонкостях этикета, с которыми ей раньше не приходилось сталкиваться. Ланчи и ужины в Лондоне напоминают сложнейшую игру, где каждый ход подчиняется строгим правилам. Сервировка стола, виды бокалов для разных напитков (господи, как их много!), вилки для мяса, для рыбы… Однажды в ресторане, когда официант приносит хлебную корзинку и она берет из нее булочку рукой, он тихо шепчет ей: «Видишь, у него щипцы в руке, это значит, что ты должна показать ему, что ты хочешь, а он тебе положит на вот эту маленькую тарелочку». Людмила впитывает эти премудрости как губка, внимательно прислушиваясь к советам Питера.

С большим энтузиазмом он описывает ей, как интересно и выгодно иметь гостиничный бизнес в Лондоне. Показывает свои безупречно чистые, уютные небольшие отели. Заполняемость стопроцентная: центр города, три звезды, доступные цены… Звучит убедительно.

Людмила решает позвонить сыну.

– Денисик, слушай, я недавно познакомилась с одним бизнесменом… У него гостиничный бизнес, четыре небольших отеля в центре Лондона. Я их уже посмотрела. Мистер Браун предлагает совместный бизнес. Говорит, что вложить нужно сто тысяч фунтов! Что ты думаешь?

– Сто тысяч фунтов?! Ну, если ты хочешь подарить ему эту сумму, пожалуйста! Ты что, забыла, как меня греки обманули в первый год работы почти на два миллиона, а все из-за моей наивности и доверчивости…

Да, это она помнит хорошо! Даже их лица она отчетливо видит перед собой, как будто это было вчера. Она переводила на переговорах с двумя представителями греческой компании, это была первая сделка Дениса и первая поездка в Афины. Переговоры проходили гладко, все условия четко оговорены – казалось бы, нет проблем. Опыта тогда у Дениса еще не было, греки выглядели приличными, были очень милыми и вежливыми, но что-то он упустил. Она никогда не забудет глаза сына, они непривычно блестели, и он с трудом сдерживал слезы. Ни слова, все в себе – не хотел расстраивать ни Елену, ни маму! Но этот жестокий урок помог ему построить громадную машину бизнеса.

– Почему подарить? Я же буду соучредителем! Мне неинтересно без работы, ты ведь знаешь, я привыкла вкалывать по двадцать четыре часа в сутки…

– Мам, делай, что хочешь! Я тебе свое мнение высказал!

Людмила предлагает Питеру обратиться к адвокату, чтобы составить договор по всем правилам. Но тот делает обиженный вид:

– Вы что, мне не доверяете?

Ей становится неудобно, советский менталитет, и к этому вопросу она больше не возвращается. Конечно, она ему доверяет, раз уж решилась на совместный бизнес! Но, видимо, как человек, выросший в Советском Союзе, она слишком наивна… Получив деньги, Питер как-то меняется. Если раньше он соблюдал дистанцию и держался рамок приличий, то теперь заводит разговоры о постели, начинает расписывать ей прелести группового секса – мол, так приятно, когда две женщины рядом с тобой ласкают друг друга, а потом ты присоединяешься и вы все вместе…

«Питер! Прекрати, мне это неинтересно! Какая мерзость!» – думает она. Ей эти разговоры неприятны. Предлагает пойти к его знакомой… Нет уж, Питер, это не про меня! В России она никогда не слышала про групповой секс. Ей непонятно, как можно с кем-то делить любимого человека. В ее понимании это разврат! Неужели она могла так в нем ошибиться?..

Но чем дальше, тем очевиднее: да, это ошибка. Стоит ей завести разговор о бизнесе и деньгах – и он меняет тему. А потом, когда продолжать избегать ответа становится невозможно, с печальной миной сообщает, что у него большие проблемы и, вероятно, он скоро обанкротится.

Денис был прав. Этих денег она больше не увидит, а попытка нанять адвоката, чтобы решить дело через суд, обойдется ей еще в десять тысяч фунтов только за написание одного письма. Могла бы потерять и больше, но, к счастью, вовремя сообразила, что адвокат никогда не скажет ей, что дело невыигрышное, и будет продолжать писать бесконечные дорогие письма.

(Недавно Людмила смотрела передачу о работе адвокатов в Англии, и в разгар обсуждения их деятельности один человек, потративший огромную сумму на очевидно безнадежное дело, назвал адвокатов официальными, узаконенными ворами!).

– Спасибо вам большое! Я думаю, что это бесполезно, – скажет она другу семьи – адвокату, занимающемуся ее вопросом. Выбросила десять тысяч коту под хвост… С друзьями-адвокатами лучше не связываться, чтобы не испортить отношения. Он делал свое дело, как его учили.

***

Время идет. Весна сменяется летом, начинается ее вторая осень в Лондоне. Как-то на вернисаже Людмила знакомится с одной очень приятной англичанкой, Люси. Они с удовольствием проводят время, гуляя по разным галереям. Обе любят живопись и всегда следят за выставками в городе.

На выставке Ван Гога Люси встречает знакомого и радостно устремляется к нему, а Людмила, чтобы не мешать их разговору, отправляется бродить по залам в одиночестве. Многие картины своего любимого художника она впервые видит вживую и даже рада возможности остаться наедине с собой и насладиться искусством в своем темпе, не подстраиваясь под спутницу. Уже на выходе собеседник Люси подходит к ней, знакомится, и между ними завязывается оживленная беседа о жизни и творчестве этого талантливого импрессиониста. Увлекшись, они не замечают, как пролетает час. Галерея скоро закроется.

– Какие у вас планы на вечер, Людмила? – спрашивает Давид.

– Поеду домой, – пожимает она плечами. Культурной программы на сегодня более чем достаточно, дочь уже наверняка вернулась из колледжа.

– А в каком районе вы живете?

– Хэмпстед.

– Да вы что?! Правда?.. – на лице у него искреннее удивление. – Я тоже!

Они возвращаются вместе на метро. Оказывается, они живут не просто в одном районе, а в одном дворе! Только окна смотрят в разные стороны.

«Бывают же такие совпадения! – думает Людмила. – Может, это судьба?..» Как-то с первого взгляда и разговора с новым знакомым она чувствует, что она с ним на одной волне. От этого человека исходит странное тепло, согревая ее застывшее сердце.

У дома Людмилы обменялись телефонами.

– Я вам обязательно позвоню! Вы не против? – говорит он, как будто откликаясь на ее мысли. Ну конечно, она не против! Его вкрадчивый голос, выразительные глаза заставляют ее сердце биться в другом ритме. Это встреча родственных душ… Она не может дождаться, когда он ей позвонит!

Она расцветает, по телу разливается тепло при одной только мысли о нем. Дочка не узнает маму.

– Мама! Ты почему такая радостная? Выиграла в лотерею?..

Давид пригласил в ресторан. Она чувствует себя счастливой, такой романтический ужин! Ей с ним очень интересно, у него прекрасное чувство юмора, и они беспрерывно смеются. Он рассказывает о себе, о своей жене и о детях; видно, что он все еще остро переживает развод. Это немного неуверенный в себе, мягкий и интеллигентный человек, эмоциональный романтик с подрезанными крыльями. Он директор компании, занимающейся производством изделий из пластмассы, человек далеко не бедный. У него прекрасный дом, правда, мебель старая. В доме чистота, все на своих местах. Одежда у него добротная, но чувствуется, что он человек экономный, деньгами разбрасываться не будет. Не сказать, чтобы жадный, но и щедрым не назовешь. В ресторане он всегда проверяет счет. И все-таки на день рождения он ей дарит дорогой подарок – небольшую, красивого синего цвета сумочку «Валентино». (Прошло больше двадцати пяти лет, но она до сих пор иногда выходит вечером с этой сумочкой, она ее любит.)

Людмила начинает привыкать к нему. Давид любит классическую музыку, и они часто ее слушают у него дома. Ей приятно находиться рядом с ним, приятно играть роль друга-советчика и в то же время чувствовать себя желанной женщиной. Ей с ним хорошо, хотя у нее и в мыслях нет соединить с ним жизнь. Этот человек не для жизни, с ним она чувствует себя женщиной, сестрой, подругой – но не более того.

Они начинают путешествовать вместе – сначала летят в Вену, потом решают провести пару недель на Барбадосе в разгар серой лондонской зимы. Оба берут с собой дочерей. Дочь Давида года на три младше Кати, лет тринадцать, самый неприятный подростковый возраст. Людмила ей явно не нравится, она ревнует любимого папу, видит в ней мамину соперницу, хотя папа с ними давно не живет. Девочка пытается плести какие-то свои интриги, настроить папу против Людмилы, но она не обращает на это внимания, прекрасно понимая причину.

Они наслаждаются солнцем, белоснежными пляжами, восхитительно прозрачным бирюзовым морем и обществом друг друга. Людмила здесь уже второй раз. Она без ума от гостиницы «Роял Павильон». Она останавливалась в ней с Еленой, второй женой сына, и с Егоркой. Это любимое место отдыха англичан. У нее остались такие приятные воспоминания!

Ближе к концу барбадосских каникул, зайдя в номер Давида, Людмила обнаруживает ужасный беспорядок и решает немного прибраться, пока его нет. Его дочка сидит на кровати с плеером, полностью отрешившись от реальности, как будто Людмилы не существует. А та бережно раскладывает все по местам, аккуратно переставляет обувь к входу, складывает стопочкой разбросанные бумаги на столе и уходит. Тем же вечером разражается скандал! Давид очень раздраженно просит ее больше ничего не трогать в его номере. За восемь месяцев, что они знакомы, он ни разу не позволял себе разговаривать с ней в таком тоне, и она неприятно удивлена. И это вместо спасибо!

За исключением этого недоразумения все вроде бы нормально. Но недели через три после возвращения раздается звонок:

– Людмила, привет! Мне нужно с тобой поговорить.

Голос какой-то встревоженный, не предвещает ничего хорошего.

– Конечно, заходи.

Ей уже понятно, что разговор будет не из приятных, кожа покрывается мурашками.

– Людмила! Я тебя очень уважаю, ты это знаешь, и очень тебе благодарен за то, что ты помогла мне найти себя, – буквально с порога начинает он. – Я дорожу нашей дружбой и не хочу тебя обманывать… Я недавно встретил одну женщину… У нас с ней еще ничего не было, возможно, и не будет, и через неделю или две я, может быть, приду к тебе, а ты не захочешь со мной разговаривать… Но сейчас я должен сказать тебе правду.

Другими словами, «прости, дорогая, скорая помощь мне больше не нужна, у меня выросли крылья, и я хочу летать». Она даже не знает, что ему сказать. На прощание он обнимает ее, и ей кажется, будто ее окатили ледяной водой. Она ничего не чувствует к нему в этот момент, все эмоции выключились в одну минуту.

Да, поступил он честно, но как-то жестоко. Можно было бы и подготовить ее, а вот так сразу рубить сплеча их отношения… Бессердечно. «Но это жизнь», – вздыхает она с горечью.

Позже приходит осознание, что в этой чужой стране она потеряла хорошего друга и нравившегося ей мужчину. Да, это была не любовь, а просто увлечение, и в ее чувствах к нему больше материнской опеки, нежели женской страсти, но все-таки восемь месяцев – это немало, и она успела привыкнуть к его компании. С ним она не чувствовала себя одинокой.

Теперь она не находит себе места. Так хочется ему позвонить, спросить, как он, но надо держаться… Иногда, когда становится совсем тоскливо, она выходит на улицу посмотреть, горит ли у него свет. Или жалобно просит дочку: «Кать! Пройдемся до дома Давида?»

Катя, видя, как она переживает, очень забавно ругается на Давида.

– Мама! Да забудь ты уже этого дурака! Он тебя недостоин, это его потеря!

«Да, Катенька, тебе легко сказать, а у меня сердце разрывается», – думает она.

– Слушай, Кать, может, съездим куда-нибудь, может быть, я отвлекусь?

– У меня же каникулы недавно закончились… Бедная ты моя мама! Ну что ж ты все так близко к сердцу принимаешь?.. А, ладно! Поехали! Скажем, что я заболела! Ты куда хочешь, в Вену?

Нет, ей хочется «туда – не знаю куда». Недолго думая, она принимает странное решение. Израиль. Позже она даже не сможет объяснить, какими соображениями при этом руководствовалась.

Их возят по разным известным местам, гид рассказывает что-то интересное, сыплет цитатами из Библии, но Людмила ничего не слышит. Ее мысли витают далеко. Ей грустно – и у Стены Плача, и в храме Гроба Господня, и у реки Иордан, и в странном, глицериновом Мертвом море. В отеле администраторы разговаривают раздражающе громко и грубо. То ли это результат обязательной военной службы у девушек, то ли национальная особенность. Здесь она чувствует себя еще хуже, чем в Лондоне. Поездка в Израиль ее тоску не излечила.