Обратный путь – через всю страну: Людмила должна на несколько дней заехать в Москву по делам. В столице тоже бабье лето, гулять можно бесконечно, и в свободное время она наматывает километры по центру, любуется старыми и новыми домами, бульварами, парками и Москвой-рекой. Заглянув в одно ателье, попавшееся ей по пути, она совершенно случайно знакомится с закройщицей, которая обшивает московских дикторов. Вот это удача! Такая мастерица точно сможет сделать именно то, что ей нужно. Людмила отдает ей японский кримплен, и та всего с одной примеркой шьет два чудесных модных костюмчика и платье.

Когда она приходит на работу в новых туфельках и новом наряде, то чувствует небывалую уверенность в себе. Три недели удивительного путешествия – и она готова горы свернуть. Мужчины осыпают ее комплиментами, а вот «придворные» дамы помалкивают, и восторга на их лицах не заметно. Еще бы: никто из них никогда не был в такой поездке. Она не обращает на них внимания и не видит чужой зависти – слишком ей хорошо.

Действительно, все идет как нельзя лучше: они получают отдельную однокомнатную квартиру – как и обещал босс, очередь подошла намного быстрее. Больше им не придется мыкаться по углам, общежитиям и коммуналкам! В свободное от работы время Юра занимается обустройством, клеит обои, сам мастерит мебель… Руки у него золотые. Людмила почти не успевает ему помогать: главный постоянно приглашает ее на разные переговоры, даже когда перевод с английского никому не нужен. Она чувствует, что он к ней благосклонен, но неизменно корректен и не нарушает рабочую дистанцию между ними. Так, например, когда из Чехословакии, с завода «Татра», у которого они закупают машины, к ним в Тюмень приезжает делегация, начальник Главного управления говорит Людмиле, что она обязательно должна присутствовать на переговорах, хотя на самом деле в этом нет никакой необходимости. Но, конечно же, она не возражает. Такого рода переговоры и деловые встречи всегда проходят в красивейшем особняке на берегу лесного озера, бывать там одно удовольствие. Не говоря уже о том, что мероприятие сопровождается ужином – с черной икрой, разнообразными рыбными и мясными блюдами, знаменитыми грузинскими винами и другими деликатесами…

После этого мероприятия, на котором была только она, М. и чешская делегация, Людмила впервые замечает, что Ирина Павловна, правая рука босса, симпатичная и модно одетая, ухоженная блондинка, поглядывает на нее как-то недобро. Она лет на десять старше Людмилы, и фигура у нее, скажем так, специфическая: узкие покатые плечи, тонкая талия, бедра галифе. Всегда безупречный красный маникюр и, конечно, дефицитные капроновые чулочки и каблук сантиметров семь на, честно сказать, красивых ножках. До появления Людмилы она правила балом единолично, и ей не по душе, что какая-то выскочка втерлась в доверие к М. и постоянно крутится рядом с ним. Но что она может сделать?..

Как оказалось, многое.

Безоблачные дни пролетают слишком быстро… У Юры опять маниакальная фаза: он, не сказав никому ни слова, уезжает в Москву, спускает там за неделю остатки зарплаты. Всю эту неделю она не находит себе места, не зная, где его искать, что с ним, в каком он состоянии. Впоследствии выяснится, что в Москве он, навестив хороших друзей, стащил у них несколько дорогих вещиц – какую-то статуэтку, шкатулку… Как потом смотреть им в глаза, не говоря уж о том, как расплачиваться, он, разумеется, не думал. Найти его невозможно, болтается по всему городу.

По возвращении в Тюмень он снова попадает в ту жуткую больницу. Других вариантов, к сожалению, здесь просто нет. Внимательный М., заметив, что Людмила сама не своя (еще бы – с тех пор, как он сбежал в Москву, она и не спала толком), деликатно спрашивает, что стряслось. Когда она рассказывает ему о диагнозе мужа, он искренне ей сочувствует. Узнав, что она не может достать специальное лекарство, показанное при этой болезни, – литий – он обещает ей помочь.

Буквально на следующий день он связывается с ней по телефону: литий будет, но за ним нужно ехать в Москву. Он предлагает лететь, не откладывая. Зачем терять время? А заодно она окажет ему небольшую услугу: отвезет посылку – соболиные шкурки – секретарше министра нефтяной промышленности, с которой у него дружеские отношения уже много лет.

Знала бы она, чем обернется для нее эта невинная просьба… Хотя что толку, отказать боссу она все равно не смогла бы.

Людмила относит шкурки в министерство, даже не подозревая, что ее появление там не остается незамеченным некими недоброжелательно настроенными лицами. Муж второй «придворной дамы», другой приближенной помощницы босса, увидев ее, рассказывает своей жене о неожиданной встрече, а та, конечно же, тут же передает все своей подруге, Ирине Павловне. Точное содержание их беседы неизвестно, но, судя по дальнейшим событиям, они вдвоем договариваются до того, что причисляют Людмилу к любовницам босса. Уступить власть молодой финтифлюшке?.. Как бы не так! Они решают нанести удар в спину, пока не стало слишком поздно.

Оговорить соперницу – что может быть проще? Интриганки расписывают М., какая Людмила болтушка и хвастунья: по всем углам рассказывает, что он ее целует и во всем ей помогает…

Главный, вне себя от ярости, врывается к своему заместителю:

– Феликс! Немедленно уволь ее!

– Кого уволить?

– Людмилу!

– Что случилось? Мне казалось, вы очень ею довольны!

– Мне тоже казалось! Она… Ты слышал, что она рассказывает? Что между нами что-то есть! – возмущенно сообщает он. – Якобы я ее целу́ю и хочу большего.

– Да вы что? Может, это правда, – смеется Феликс.

– Чтобы завтра ее здесь не было!

– Не могу я это сделать, простите. Вы ее пригласили на работу, вам и увольнять. Но, насколько я знаю, у нее хорошие отношения с КГБ… Не спешите принимать решение.

М. выходит, хлопнув дверью.

Не встретив понимания со стороны заместителя, он идет ко второй «придворной даме». Та, конечно, рада стараться. А ведь Людмила бесплатно занималась с ее дочерью английским, приходила к ним домой… Но, видимо, такие люди не способны испытывать чувство благодарности – только зависть.

– Людмила Николаевна, вы должны перейти на свое прежнее рабочее место в научно-исследовательский институт! Это распоряжение начальника управления. С завтрашнего дня, желательно, – с нескрываемым удовольствием добавляет от себя она. Говорит громко, чтобы слышали все в отделе.

Как так?! На прежнее место! Какой позор! И из-за чего, что она сделала не так, в чем провинилась?..

Главк бурлит. Большая часть сотрудников сочувствует Людмиле, некоторые останавливают в коридоре, дают советы не сдаваться. Меньшая часть осталась равнодушна к происходящему, а кое-кто потихоньку ликует и празднует победу. Она же в полном ужасе. Юра в больнице, с работы выгоняют! Катастрофа! Что делать?

Хочется плакать, но она держит лицо и спокойно, стараясь не показывать, как по ней ударила новость, продолжает переводить статью. В голове тысяча мыслей, она пытается найти решение, какой-то выход из сложившейся ситуации, но не находит. Что же теперь, возвращаться на Мельницу? Только не это!

Но ангел-хранитель – или удача? – от нее не отворачивается. В коридоре ее отводит в сторонку одна из сотрудниц. Она постарше и уже давно в Главке – на должности экономиста.

– Наши первые дамы сделали свое дело! Я сама через это прошла, такие интриги мадридского двора – обычное дело. Вот, держи прямой телефон главного, звони ему и объясняйся. – И она вручает Людмиле номер, записанный на клочке бумаги.

Она звонит. Сердитый голос на другом конце провода неохотно соглашается принять ее завтра вечером в семь.

Ожидание дается Людмиле еще тяжелее, чем тогда, несколько месяцев назад, когда ее вызвали в Главк, чтобы предложить работу, а она думала, что это из-за подарка от американцев. Ведь на сей раз ей на самом деле грозит увольнение…

Без пяти семь она приходит в приемную. Молодой секретарши, с которой она всегда находила общий язык, уже нет на месте, за столом сидит первая «придворная дама». Стережет своего хозяина как цепной пес.

– Что вам нужно? – холодно спрашивает она Людмилу.

– Ирина Павловна, меня пригласили на беседу.

– Какую еще беседу?! Мне ничего об этом неизвестно.

Она полна уверенности, что все здесь должно проходить через нее, и никто не смеет нарушить это негласное правило.

– Да, я знаю, что вы не в курсе, но я позвонила начальнику главного управления по телефону, и он мне сказал прийти в семь часов, – тихо, но твердо отвечает Людмила.

Дама заливается краской от возмущения. «Да как ты посмела меня обойти и выйти с ним на прямую связь без моего ведома?!» – читается у нее на лице.

– Как вы узнали его прямой телефон?! – не в силах сдержаться, возмущается Ирина Павловна.

Людмила, глядя прямо в глаза Важной Даме, отвечает:

– Этого я вам сказать не могу.

Не найдясь с ответом, та идет в кабинет к начальнику, чтобы удостовериться, что Людмила говорит правду, и через мгновение возвращается, раздосадованная до крайности.

– Заходите, – резко бросает она.

Босс раздражен ужасно. С ходу, не здороваясь, переходит в атаку. «Я вам доверял, а вы…», «Что вы себе позволяете…», «Разве я давал вам повод…» Она, не слушая обвинения в ее адрес, дожидается паузы и тихо, спокойно говорит:

– Я ни в чем не виновата, и я лучше повешусь, чем снова уйду в институт.

Начальник изумленно смотрит на нее, не веря своим ушам. Она еще и возражает?

– Вы сами знаете, в чем вы виноваты.

Он встает из-за стола, что означает, разговор окончен. Она уходит домой, решив завтра, как ни в чем не бывало, явиться на работу. Так просто сдаваться нельзя.

Ее слова «лучше повешусь» произвели на М. такое впечатление, что он тут же помчался в кабинет заместителя.

– Феликс, ты знаешь, что она сказала? Что она повесится, если мы ее уволим! Только этого нам не хватало… Может, пусть работает?..

– Правильно, пусть работает! – подхватывает тот. – В КГБ поддерживают, по работе замечаний нет. Зачем вам эти разборки? Не дай бог, она и правда что-нибудь с собой сделает.

Завистницам придется смириться: эта фраза про повешение спасла ее! Людмила останется на своем месте – и надолго. Это ее маленькая победа!