Он лихорадочно рылся в кучах хлама, пытаясь отыскать в этих дебрях содержимое своего стола. Уже смеркалось. Как бы ему ни хотелось разобраться со всем этим, похоже, было уже слишком поздно.

Вот! Гэв нашел мышиный череп. В какой-то момент ком расплавившегося и застывшего воска раскололся пополам. Теперь нужно только отыскать вторую половину.

– Не подходит. Совсем не подходит.

Дверь открылась.

Гэв резко обернулся, виновато пряча кусок воска за спину. Это было нелепо, потому что это был его воск, и в нем даже не было того крохотного ключика. Он сразу понял, что выглядит его поступок жутко подозрительным, и попытался изобразить, что просто непринужденно сцепил руки за спиной.

Сирако, несомненно, после разоблачения приобрел немалую уверенность в себе, если посмел ввалиться в спальню Гэва. С другой стороны, у него сейчас не было рук, и, вероятно, он просто не мог открыть дверь другим способом.

Костюм головки чеснока создавался с любовью. Прорези для глаз были прикрыты черным кружевом ручной работы, а ниже была аккуратно вышита радостная улыбка. Два отверстия внизу позволяли надевшему костюм просунуть туда ноги, а вот таких же дырок для рук не было. Костюм просто «раздувался» вокруг владельца, создавая впечатление округлости. По крайней мере, так было бы, не будь Сирако слишком высок для этой чесночины. В промежности и на макушке ткань натянулась, и прорези для глаз оказались где-то в районе подбородка.

– Простите, милорд, вы знаете, я готов делать все, что могу, из того материала, что у меня есть, – плотная ткань приглушала голос Сирако, – но не думаю, что это сработает.

– Ладно, сними это, пока не свалился с лестницы, – бросил Гэв. У него просто не было времени на такую ерунду.

– Не могу, – скорбно заявил Сирако. – Я застрял.

– Освободи ее! – потребовал вдруг новый голос.

Они обернулись. Дверной проем злобно щетинился острым оружием. За клинками маячили три мечника, каждый в непомерно большой шляпе с огромными перьями. У одного героя перо было зеленым, у другого красным, у третьего синим.

Гэв окинул себя взглядом. У него не было возможности переодеться в облачение Темного Мага. Да и времени тоже.

– Полагаю, вы не туда свернули, милорды.

– Чушь, – фыркнул тот, что с красным пером. – Мы прекрасно знаем, что в этом гнусном костюме – принцесса. А теперь освободи ее, смерд, пока не познакомился с моим клинком!

Гэв мог бы поспорить, но это было бы пустой тратой драгоценного времени.

– Не шевелись.

Гэв развернул Сирако лицом к его потенциальным спасителям и быстро распустил шнуровку на спине.

– Придется немного пригнуться.

Сирако попытался натянуть капюшон на затылок, чтобы освободиться, но потерял равновесие и начал заваливаться вперед.

– Я держу вас, ваше высочество! – Зеленое Перо подскочил к чесноку. Оттолкнуть помощничка Сирако за неимением рук не мог. Зеленое Перо ловко подхватил его, развернул Сирако и стянул с его лица верхнюю часть костюма. – Прекрасная дама, я… кто ты такой, черт возьми?

Зеленое Перо уронил спеленатого беднягу Сирако. К счастью, ноги мечника слегка смягчили падение.

– А вот это просто невежливо, – пожаловался дворецкий, высвободив наконец руку и потирая спину.

– Как видите, джентльмены, – продолжил Гэв, как будто его и не прерывали, и повел рукой, демонстрируя спальню, тщательно замаскированную грудами хлама, – вы забрели в хранилище. Боюсь, здесь для вас нет ничего интересного. Если вы ищете принцессу, лучше вам спуститься вниз, туда, где проводится ритуал.

Синее Перо скривился.

– Когда ритуал начнется, будет уже слишком поздно. Мы должны спасти ее прежде, чем она подвергнется опасности.

– О, что ж, в таком случае, – Гэв шагнул вперед, выпроваживая мечников за дверь, – вам нужно найти ее темницу, внизу, в подземельях.

– Мы брали экскурсию в подземелья. Там не было ее камеры! – запротестовал Красное Перо.

– О, конечно, она не входит в программу экскурсии. – Гэв закатил глаза. – Нельзя же ожидать, что Темный Маг выставит свою заложницу на всеобщее обозрение. Камеры находятся в потайном проходе.

– Мы не видели никакого потайного прохода, – буркнул Красное Перо. Зеленое Перо толкнул его локтем в бок.

– А вы смотрели? – Гэв приподнял бровь.

Троица переглянулась и поспешила к лестнице.

– Вы соорудили потайной проход в подземелье? – спросил Сирако, стягивая костюм чеснока до колен. – Что, того, что из огорода, недостаточно?

– Конечно, у нас нет никакого потайного прохода в подземелье. – Гэв снова принялся рыться в кучах.

– И что же будет, когда они его не найдут?

– Они решат, что он очень хорошо спрятан, – ответил Гэв. – А теперь иди, поищи кого-нибудь пониже ростом, кому этот чеснок подойдет. Но пока оставь костюм здесь, – быстро добавил он. – Во избежание подобных ошибочных допущений.

– Вы переоденетесь? – спросил Сирако, глядя на слишком-невзрачные-для-Темного-Мага штаны хозяина.

– Надо бы, но не раньше, чем придет время превратиться из непримечательного слуги в непримечательного колдуна.

– Значит, пока без пламени?

– Я бы спалил эту тунику, если бы Грррибитл мне позволил.

– Жаль, она всегда нравилась мне больше прочих.

– В любом случае я хочу, чтобы Зарконар думал, что я струсил. – Потому что так оно вообще-то и есть. Дрожь пробежала по спине от одной мысли о том, что придется встретиться лицом к лицу с Зарконаром у круга вызова. И от того, что Зарконар от него ожидает. – Как ты это делал, все эти годы?

– Делал что?

– Не давал никому догадаться, кто ты есть на самом деле, сталкиваясь со столькими ужасными вещами?

Гэву нужна была подсказка. Одна маленькая подсказка.

– Вы, кажется, забыли. – Сирако горделиво надулся. – Я профессиональный актер.

Дав этот бесполезный совет, Сирако двинулся к выходу. А Гэв повернулся к столу, чтобы продолжить искать ключ.

– Тук-тук-тук, дорогуша, как ты тут?

Не удосужившись дождаться ответа, Валевна вплыла в спальню. Она переоделась в нечто более практичное – ну, по крайней мере, более практичное по ее меркам. Черный бархат, усыпанный драгоценными камнями, плотно облегал руки. Юбку сменили свободные струящиеся брюки. Высокий ворот закрывал шею почти до мочек ушей. Но вырез, конечно, присутствовал – вдоль ключиц, открывая верхние половинки соблазнительных округлостей. И еще один вырез, ниже, щедро демонстрировал большую часть грудной клетки, и только присборенная лента скромно прикрывала сам бюст.

– Я только что столкнулась с тремя жутко обаятельными молодыми людьми, которых не должно было быть на этом этаже.

– Да, знаю, – простонал Гэв. – Я займусь этим. Наложу на лестницу чары отторжения. Дай мне только минутку, я ищу компоненты.

– Тебе нужна помощь? – ласково спросила она.

– Нет, – выдавил он. – Уверен, у Зарконара есть для тебя дела поважнее. Я справлюсь.

– Ну, если ты так говоришь. – Тон ее явно подразумевал, что справится Гэв едва ли. Однако Валевна ушла.

Гэв прижал ладони к глазам. У него нет времени искать ключ самому – сейчас нужно пойти наложить чары. А все остальные заняты. Кроме одной особы. И курицы. То есть петуха.

Придется рискнуть. Не бегом, но очень-очень быстро Гэв добрался до камеры Элиши и скользнул внутрь.

Принцесса и Фиари нервно мерили шагами комнату. Как только Гэв вошел, они остановились.

– Мне нужно, чтобы ты сняла кольцо и пошла со мной, – выпалил Гэв. – Кажется, я понял, как избавить тебя от ошейника, но мне нужна твоя помощь. Или, скорее, помощь Вьюр.

Это заинтересовало принцессу. Девушка сняла кольцо, черты ее дрогнули, и вот уже Гэв снова смотрел в ничем не примечательное лицо своей подручной.

– Как мы это сделаем?

Короткое «мы» согрело душу, но времени понежиться в тепле не было. Гэв отвел Элишу в свою спальню.

– Помнишь те мелочи на столе, которые склеил воск оплывшей свечи? Там был золотой ключик.

– Серьезно? Ключик? – Она сердито зыркнула на него. – И ты только сейчас вспомнил?

– Ну, видишь ли, он был не подписан.

– Тогда откуда ты знаешь, от чего он?

– Это так же, как с магией. Она никогда не приходит, когда я хочу, но потом вдруг некоторые вещи без всякой на то причины обретают смысл.

– Отлично. – Принцесса закрыла дверь. – Так давай воспользуемся ключом.

– Понимаешь, в этом-то и проблема, с которой мне нужна твоя помощь, – признался Гэв.

Элиша прищурилась.

– Я не могу его найти. – Гэв кивнул на беспорядок. – Он где-то здесь, а мне все время мешают. Найди его – ты единственная, кому сейчас больше нечем заняться.

– Да, потому что я жду, когда меня отведут навстречу погибели, – напомнила Элиша. – А что будет, если за мной явятся прежде, чем я найду ключ?

Гэв сглотнул.

– Тогда я в полной… ну, у меня серьезные неприятности. Так что постарайся найти ключ раньше, ладно?

Элиша бросила на него раздраженный взгляд, но сразу приступила к делу – принялась разгребать груды, и большего на данный момент Гэв просить не мог. Прихватив несколько необходимых компонентов, он направился к лестнице.

Ключевой фактор чар отторжения – вовсе не стремление к полной невидимости. Они просто подсказывают зрителю, что то, на что тот смотрит, совершенно не стоит внимания. Они неброские, в отличие от многих более эффектных заклятий. Гэв даже пожалел, что не наложил чары отторжения на себя самого в самом начале всей этой заварушки.

Пока он работал, мимо прошли еще три группы экскурсантов. То есть первую пришлось минуты три уговаривать пройти мимо. К двум следующим Гэв применил новую стратегию.

– Просто разбираюсь с тараканами, милорды, – бодро сообщал он. – Смотрите, куда ступаете, не думаю, что я собрал все трупики из последней партии.

Люди бросались наутек, не успевал он закончить. Жаль, что этот прием нельзя было применить против Зарконара; более эффективных чар Гэв, кажется, не создавал, а ведь он даже не использовал магию.

Наложив наконец чары отторжения, он поднялся в свою спальню.

– Как успехи?

– Пока отсутствуют, – Элиша покачала головой. – Оставь эту кучу, ее я уже перерыла.

– Как в добрые старые времена, – горестно вздохнул он.

– Эти добрые старые времена были неделю назад. – Она продолжала копаться в хламе.

– Знаешь, в какой-то момент мне показалось, что понравился тебе. Чуть-чуть, – сказал он, пытаясь изобразить самоуничижительную улыбку. Губы подрагивали.

– Мне нравилось учиться магии, – ответила она. Потом нехотя добавила: – И мне нравилось, что ко мне относились как к человеку многообещающему, как к человеку, который не разочаровывает.

– Сложись все иначе, я был бы рад иметь такую ученицу.

Могло ли в его утраченных воспоминаниях скрываться что-то, что он мог бы ей предложить, что-то, что она приняла бы как объяснение? Нет, ничто не могло оправдать выбор Гавракса. Гэву было бы легче думать, если бы Элиша не злилась на него, распаляя тем его собственный гнев. К сожалению, это лишь усложняло самообман. Груда у окна оставалась пока нетронутой; Гэв поднял треснувший перегонный куб, стараясь, чтобы тот не раскололся совсем.

– Сложись все иначе, я тоже была бы рада, – сказала Элиша и грустно улыбнулась.

Гэв не знал, что на это ответить. Но топот в коридоре дал ему повод повернуться к двери прежде, чем та открылась.

– Трок здесь! – бодро доложил капитан стражи.

– Чудесно. Зачем?

– За костюмом чеснока! – гордо ответил гоблин. – Съел много-много чеснока. Я в образе! Как Сирако, мигом!

Гэв на секунду замер, окаченный штормовой волной чесночной вони изо рта гоблина. Хотя, возможно, вонь эту лучше было сравнить с сорвавшимся с горы камнем. Потому что Гэву показалось, что его сейчас расплющит.

– Ты… весьма внимателен к деталям.

– На, получай!

Гэв услышал звон тетивы – и, конечно, не успел среагировать.

– О нет, только не снова!

Но Трок оказался проворнее Грррибитла. Он облапил Гэва, повалил хозяина на пол и тут же вскочил снова. Бард с длинными золотыми волосами уже поднимал второй арбалет. И Трок бросился на него в тот момент, когда запела вторая тетива.

Гоблин хрюкнул: стрела вонзилась ему в бедро. Но это не остановило капитана; бард взвизгнул, когда гоблин налетел на него, а потом завопил, когда Трок, выдернув болт из своей ноги, всадил его в ногу противника.

– Эванир! – рявкнула Элиша.

– Что? – Бард приподнял голову.

– Трок, стой, – скомандовал Гэв, пока на удивление расторопный гоблин не перегрыз юноше глотку. Очевидно, Трок не так уж и не соответствовал своей должности, как полагал Гэв.

– Я тебя знаю? – требовательно осведомился Эванир, то ли не осознавая, то ли не заботясь о том, как близко он подошел к тому, чтобы прожить очень-очень-очень короткую жизнь без горла, – и оттолкнул Трока. – Слезь с меня, грязная тварь.

– Конечно, я твоя… – Элиша резко умолкла, и на лице ее мелькнуло странное выражение. – Я ваша верноподданная. Простая горничная. Ваше высочество, нам нужно увести вас отсюда.

– Я никуда не уйду без моей сестры, – буркнул Эванир, попытался выпрямить ногу и зашипел от боли, которая уже начала пересиливать выброс адреналина.

– Вы так ее любите? – Лицо Элиши смягчилось.

– Э, полагаю. – Эванир взялся за древко стрелы, попытался выдернуть ее, но тут же отдернул руку, испугавшись. – В основном мне нужно доказать отцу, чего я стою, чтобы он увидел, что из меня получится наследник получше Эбедарда. Думаешь, драгоценный Эбедард рискнул бы своей шкурой ради нашей семьи, а?

– Позволь-ка, – сказал Гэв, и прежде, чем Эванир успел его остановить, ухватил болт и резко дернул, не особо заботясь о причиняемой принцу боли.

– А-а-ар-р-р-ргх! – Эванир отвесил Гэву подзатыльник. – Неуклюжий болван!

– Ты не поверишь, – сказала Элиша, поднимая что-то.

– Ты нашла? – Гэв прижал руки принца к ране. К счастью, она была неглубока – и не рядом с артерией.

– Вот, выковыривай. – Элиша бросила ему добычу и принялась рвать на лоскуты одну из ночных рубашек Гэва. Гэв неловко поймал находку. Да, ключ был тут, только глубоко засел в воске. Гэв принялся царапать ком ногтем, но понял, что это займет целую вечность, а вечности у них почти наверняка не было.

Элиша, встав на колени, перевязывала раненых. Причем Гэв заметил, что начала она с Трока, а не с брата.

– А ты не можешь расплавить воск огненным шаром или чем-то подобным? – спросила она.

– Только не когда Зарконар по соседству, – забеспокоился Гэв. – Он почувствует заклинание, сработавшее так близко от него. Может, спущусь и затеряюсь среди искателей приключений. Эй, парень, как ты прошел мимо чар отторжения?

Эванир фыркнул.

– Может, такие штуки и действуют на крестьян, но принцы более проницательны.

Элиша бросила на него взгляд.

– Знаешь, я не обязана бинтовать твою ногу.

– И Светлый Маг Артарно дала мне брошь, позволяющую видеть сквозь чары, – мрачно добавил он.

– Если бы я мог обустроить лабораторию, то растопил бы воск горячей водой. – Гэв вновь повернулся к Элише.

– У нас нет столько времени, – напомнила она.

Гэв вздохнул.

– Ладно, вот тебе план. Ты заканчиваешь перевязывать этого идиота. Я спускаюсь в кухню и плавлю эту штуку на огне. Потом встречаемся в саду и уходим через туннель.

– А потом?

– А потом несемся как угорелые. Трок, предупреди остальных в замке. Пока искатели приключений отвлекают внимание, все уходят.

Трок почесал голову.

– А если колдуны спросят, почему милая подручная помогает герою?

Гэв выругался.

– Он прав, им нельзя тебя видеть. Гм-м-м. Ладно, Эл… Вьюр, ты наденешь костюм чеснока. Ты ниже Сирако, так что костюмчик должен тебе подойти.

– Очень достойно, – хмыкнула Элиша.

На миг Гэв испугался, что она станет спорить. Внезапно он вспомнил, как впервые попросил ее следовать его плану, в ту ночь, когда превратил Фиари в петуха. Он так гордился собой, вынудив ее делать то, что нужно ему. А теперь у него не было времени. Он даже не хотел манипулировать ею, просто хотел, чтобы она была в безопасности.

Пожалуйста, просто чтобы она была в безопасности.

И она приняла решение.

– Ладно, иди. Увидимся внизу.

У Гэва даже не было времени вздохнуть с облегчением. Он только кивнул и выскользнул за дверь, сунув комок воска в рукав. Ему удалось пройти мимо кабинета и спуститься вниз незамеченным. У подножия лестницы он обнаружил двух лежащих без сознания искателей приключений в масках горгулий и черных плащах. Должно быть, приближалось время церемонии. А учитывая то, что у мага в маске торчал из шеи усыпляющий дротик, а вор в маске сжимал духовую трубку и был окутан тающими остатками высасывающей энергию магической сети, Гэв с уверенностью предположил, что каждый из них принял другого за участника заговора.

Он перешагнул через тела – и услышал шаги и знакомый голос.

– О, это просто восхитительно, – говорил Ксаксус, огибая угол. – Я так не веселился с тех пор, как гигантские пауки-охотники вырвались на свободу во время храмового празднества.

Гэв сорвал маску со спящего вора и поспешно нацепил ее.

Ксаксус и его спутница вышли к лестнице.

– О, смотри-ка, еще один. Ты опаздываешь! Этого нельзя допустить, молодой человек. Ты будешь очень разочарован!

– Я, э, подумал, что поищу принцессу на кухне, – пробормотал Гэв, пытаясь двинуться в ту сторону. – Уверен, никто еще там не смотрел.

– Ерунда! Ты же не хочешь пропустить все самое интересное! – Ксаксус приобнял его за плечи, разворачивая, подхватил черный плащ жертвы дротика и набросил его на Гэва. – Иди, иди, вон туда.

И Гэва против его воли потащили в сторону тронного зала. Он все еще пытался придумать способ улизнуть, когда Ксаксус распахнул дверь, втолкнул мага в комнату – и захлопнул за ним створку.