Старенький «Бардак», официально именуемый БРДМ, катил по грунтовой дороге, поднимая густой шлейф пыли, которую вынуждены были глотать пассажиры и двигатели идущих следом машин. Старый таджик сидел на броне, свесив ноги в командирский люк и осматривал бегущие мимо поля. Дар не выявлял для путников ничего опасного.

Следом двигались четыре грузовика с будками и пикап «Mitsubishi».

– Кабан, стой! – отдал он команду водителю по внутренней связи. – Что-то впереди показалось. Вроде пыль поднимается. Левее на одиннадцать часов.

Колонна остановилась, а башня бронемашины тут же развернулась в указанном направлении.

– Ахрип – Року. Внимание! Впереди какое-то движение.

– Принято. Подъезжаю.

Из грузовиков выскочило с десяток бойцов и, отбежав в стороны, заняли позиции, ведя наблюдение в своих секторах.

Пикап перебрался по обочине в голову колонны.

– Рок, я вперед, гляну, что там. Прикрывайте, – и машина рванула вперед.

На пересечении двух дорог, там же, где сходились две лесополосы и три границы кластеров, на небольшом «тройнике» располагался блокпост. Его, всего на метр отступив от границ кластеров, огораживали десяток бетонных блоков, прикрытых маскировочными сетями. За блоками стояла САУ-152, раскрашенная под цвет тополиной лесопосадки. На борту была нанесена большая эмблема, в виде белого усеченного снизу ромба с черным кантом. На белом фоне была изображена крепостная башня золотого цвета, похожая на шахматную ладью. В центре башни была большая красная буква «Ц».

Приблизившись, Ахрип увидел, что на посту с опаской отнеслись к их появлению. За блоками появились трое стрелков. Еще один вскочил в кузов стоявшего рядом с бронированной машиной пикапа и стал за пулемет.

Ахрип поднял вверх руки и несколько раз помахал, показывая, что он их тоже видит. Остановив машину недалеко от поста, он направился к нему.

Из-за блоков навстречу вышел боец с автоматом.

– День добрый, служивые. Ищем, где тут в стаб дорога. Не подскажите?

Боец не торопился с ответом, рассматривая прибывшего. Ахрип делал то же самое. Форма и экипировка у всех бойцов были однотипные. На левом рукаве шеврон с таким же ромбом, как на борту САУ. На правом то же ромб, но с надписью «Топаз».

– Кто такие и откуда путь держите?

Поняв, что его никто из этих бойцов не узнает или вообще не знает, Ахрип не стал сильно вдаваться в подробности. – Мы из далека. Несколько месяцев кружили по кластерам. Вот решили в стаб заскочить. Может быть купим чего-то или продадим. Да и отдохнуть уже охота в нормальных условиях.

– От кого о стабе узнали?

– Так я там раньше бывал. Давно правда это было. Как там твой командир? Воробей кажется. Жив?

– Жив. А еще кого знаешь? – военный продолжал недоверчиво смотреть то Ахрипа, то на людей в пикапе, ожидая какой-нибудь подлости.

– Загибай пальцы: Герыч, Плаха, Тарас, Аид. Продолжать? Не важно, кто их знает, важно, чтобы они меня знали. Так что, покажешь дорогу?

– Покажу. И сопровожу. Я как раз сменился с этого поста и буду возвращаться в стаб. Меня Горн зовут, если что.

– Меня, Дед Ахрип.

Имя тоже не произвело на Горна никакого впечатления.

– Что-то техника ваша для Улья не приспособлена? Не страшно так кататься?

– Так мы грузовики подобрали совсем недавно. Народец к нам свежий прибился. Там один, там парочка, вот и не хватило на всех техники.

– Сколько вас всего?

– Тридцать шесть. Из них шесть женщин и один ребенок. Двенадцать в Улье меньше двух недель.

– Хорошо. Двигайте за моей машиной. Места тихие тут. Чистим их часто, но фланги все равно держите под прицелом.

Через пол часа добрались до знакомых Ахрипу кластеров. На дороге стали постоянно попадаться встречные и попутные машины, следующие и в колоннах, и в одиночку. Жизнь на этих территориях кипела.

Проезжая мимо церкви, Ахрип перекрестился и помахал в ее сторону рукой. В этот раз храм был в персиковых и белых тонах. Перенос был уже давно, и колокольня была обвешана несколькими антеннами.

Вид на стаб был великолепен. Поперек всего перешейка возвышалась монолитная серая стена высотой с десятиэтажный дом. Перед стеной возвышалось несколько мощных дотов.

Две дороги были загружены транспортом. Свернув на левую, сопровождавший автомобиль остановился.

Горн подошел к пикапу Ахрипа: – Сейчас двигайтесь за нами мимо очереди. Я покажу, где поставите свой транспорт. Потом идем на проверку. Свежаки идут отдельно от стариков. С дороги не съезжать – мины. Ясно?

– А что за проверка? Досмотр вещей?

– До вашего барахла нам дела нет никакого. Собеседование пройдете у ментанта. Советую ничего не скрывать и говорить только правду. Он у нас матерый волк. Свежакам после проверки ментанта можно к знахарям показаться. Им бесплатный первый осмотр.

– А нам?

– Вам там цены скажут. Поехали.

Перед стеной, справа и слева от ворот, располагались несколько модулей, переделанных из рефрижераторов. Их явно перетащили сюда с задворок стаба, где раньше использовали под жилье. Расставив транспорт, где показал Горн, Ахрип собрал всю свою команду.

– Ну что, друзья. Вот мы и дома.

Он повернулся к отдельно стоящей группе.

– Вы, как новички, направляетесь вон в то помещение. Пройдете ментанта, расскажите о себе. За тем пойдете к знахарю, он поможет с дарами, у кого они уже проявились. Ну, а дальше вам тут пропасть не дадут. Занятие и крыша точно у вас будут.

К дежурному ментанту – матерому, по утверждению Горна, волку, Ахрип вошел первым. Лицо офицера ему также знакомо не было.

– Присаживайтесь, – полноватый мужчина, на вид за сорок лет, указал на кресло напротив себя. – Я задам несколько вопросов.

Ахрип соглашаясь кивнул в ответ. В этот момент дверь распахнулась и в кабинет ввалился Умник. Окинув взглядом ментанта и Ахрипа, он придал лицу вид мраморной статуи и сложив руки на груди, оперся спиной о стену.

– Велик, я поприсутствую, – констатировал он свой приход, от чего дежурный почувствовал себя не очень уверенно.

– Итак, ваше имя?

Но услышать ответ ему не дали влетевшие в кабинет Матрос и Воробей, которые попытались что-то сказать прямо с порога, но им на плечи с силой опустились ладони Умника.

– Они тоже побудут тут. Продолжайте.

Троица переместилась на длинную скамью у стены.

– Имя мое – Дед Ахрип.

– Цель посещения стаба?

– Отдохнуть, продать излишки, поискать работу. Еще новичков доставил, которых на кластерах подбирал.

– Есть ли у вас какие-то планы навредить стабу, его гражданам или гостям?

– Таких планов у меня нет.

– А у ваших спутников?

– Мне об этом ничего не известно.

Стандартные вопросы при проверке закончились, но дежурный, понимая, что его начальник просто так не мог прийти на опрос именно этого человека, решил «копать» глубже.

– Вы убивали иммунных?

– Где? – Ахрип искренне удивился такому вопросу.

– В Улье, конечно! Где ж еще?

Ахрип задумался. Ему стало интересно, что скажет дар ментанту? В этом мире он не убивал людей, а в прошлом – огромное количество.

– Нет. Такого не было.

Велик мельком оглянулся на Умника, но тот хранил молчание и не отрываясь смотрел на посетителя.

– Есть у вас запрещенные к хранению в стабе вещи?

– Не знаю. Мне же никто еще не говорил, что можно, а что нельзя тащить в стаб.

– Спек, отравляющие, радиоактивные вещества, взрывчатку.

– Спек есть. Сухой и разведенный в шприцах. Для себя делал.

– Надо будет сдать на хранение.

– Сдам, – равнодушно согласился Ахрип. – Только подскажите, кому и где.

– Так, стоп! – Умник встал со скамьи. – Велик, вот скажи мне, что ты сейчас делаешь?

– Провожу стандартный опрос.

– Не стандартный. Ты сейчас просто устроил «прогиб» перед мной. Давай, вспоминай, что вам рассказывали на курсах для молодняка? Подсказываю – о стабе.

Дежурный, скорее изображал, чем действительно вспоминал, что такого могли рассказать лекторы о стабе, что может быть связано с данной ситуацией.

– Хорошо. С памятью у тебя провал. Допускаю. Но почему ты не посмотрел сразу ментат-карту. У тебя это основной «конек» в работе. Ты делаешь это быстрее других. Исправляй!

Велик приблизился к Ахрипу и быстро провел ладонью над головой. Спустя десять секунд он покраснел и опустил глаза.

– Простите.

– Позволь уточнить, Велик, у кого ты просишь прощения и за что?

– У вас, за то, что «стратил» при опросе, а у Деда Ахрипа, за то, что не узнал.

Троица наконец не выдержала и зажала Ахрипа в тройных объятиях.

– Ну что, парни, с дороги не помешает и баньку с пивом? Есть хоть баня в этой бетонной громадине?

– Есть. Все есть, но! – Умник поднял палец. – Правила все должны быть соблюдены. Все должны пройти через ментанта. Иначе, раз поблажку сделаешь, два, а потом все полетит к чертям собачьим. Или я не прав, Матрос?

– Прав, конечно. Наши, кстати, Дед Ахрип, все живы-здоровы?

– С кем уходил – да. Белка, Юнг, Рок и Брак.

– Значит так. Велик. Названых в первую очередь пропустишь через себя. Информацию сбрасываешь в банк. Им сразу выделишь сопровождающего и отправляешь в кафе «На Дерибасовской». Матрос, посади кого-то на телефон и всех «стариков» туда же подтягивай, кто сейчас в стабе. И Ленке Юнговой звякни, пусть свой магазин прикрывает и туда же. Вроде ничего не забыл. А! И в кафе пускай звякнут, пусть готовятся.

Елена влетела в зал ресторана, словно спортивный болид на гонках, и резко остановившись, осмотрела зал. Юнг, отбросив стул, уже бежал к ней на встречу. Они сцепились в объятиях, покрывая лица друг друга быстрыми поцелуями.

Собравшиеся к этому времени в кафе друзья отметили такой порыв пары громкими аплодисментами. Лена, смутившись и покраснев, немного отстранилась, но Юнг вновь прижал ее к себе, вдыхая аромат ее волос. Потом они сели за столом, но Лена продолжала крепко держать ладонь мужа.

– Вернулся, – наконец произнесла она первое слово и склонила голову на его плечо.

– Вернулся. Ты голодная?

– Очень при очень! – в ее глазах искрилось счастье. – Готова съесть тебя целиком.

– Даже с пуговицами?

– Угу.

Юнг перевел взгляд на Рока, который увидев это, едва заметно ему кивнул и тут же встал: – Друзья! Минуточку внимания. Давайте совсем немного оторвемся от разговоров и начнем трапезу. Мы же с дороги, – он отходил в сторону, противоположную от входа, привлекая к себе внимание собравшихся.

Юнг быстро встал и потянул Лену к двери.

– До квартиры далеко?

– Два уровня вверх и пять минут быстрым шагом. Магазин ближе.

В магазине она едва успела закрыть входную дверь и опустить жалюзи. Юнг, весь в нетерпении, начал расстегивать пуговицы на ее жакете, не переставая целовать в шею. Она убрала его ладони, сама быстро все расстегнув и сбросив жакет на пол, развернулась к нему. Не переставая целоваться, они медленно передвигались к прилавку, оставляя на полу части своей одежды.

Последним сдался ее лифчик, отлетев на клетку с серой шиншиллой, которая от неожиданности издала писк и скрылась в домике.

Прилавок был низким и Юнг, обхватив ягодицы жены, приподнял ее и усадил на край. Она сбросила на пол какие-то бумаги и откинулась на спину, поднимая ноги к потолку. Когда наконец он вошел в нее, Елена издала сладостный крик. Ритмичные качки раскачивали прилавок, заставляя звенеть ударяющиеся друг о друга клетки с мелкими и яркими пичугами. Юнг дотянулся до груди и немного сжал ее. Второй рукой он прижимал к себе ногу возлюбленной.

– Синяки на ноге теперь будут. Вцепился, как будто я вырывалась, – они сидели на полу, опершись спинами на переднюю стенку прилавка, где с рекламного плаката на них смотрели разноцветные кролики. – Ты весь мокрый от пота. Пошли домой?

– Пошли. У тебя теперь неделя выходных. Зверюшки твои тут проголодаются.

– Наши зверюшки. У меня работники есть. Накормят, – они поднялись       и Лена наклонилась, чтобы собрать с пола одежду.

– Ну, Юнг!

Муж уже схватил ее и вошел сзади, постепенно наращивая темп. Одежда опять свалилась на пол, а женщина выгнулась, давая обхватить ее груди.

До квартиры они добрались только после третьей попытки.

***

В очередной раз они попытались заснуть, когда согласно заданной программе, автоматически включился телевизор.

«Доброе утро! Первый канал приветствует жителей и гостей Цитадели!» – симпатичная ведущая улыбкой задавала для зрителей положительный настрой на предстоящий день.

– Уже шесть! – Лена сладко потянулась, выгибая спину. – Давай еще поваляемся?

– А куда нам спешить? Ты – хозяйка магазина с наемным персоналом, а я в отпуске. Сегодня точно никуда не пойду. Дед Ахрип сказал, что все дела потом.

– Когда потом? – Лена приподнялась на локте и пристально посмотрела в глаза мужа. – Какие могут быть дела после месяцев в рейде?

– Потом – это завтра или после завтра. А дел полно. Надо привести в порядок наши записи. Мы много бродили и много чего нашли интересного для стаба. Надо все теперь систематизировать, разложить по полочкам.

– О! Смотри. О вас рассказывают.

«Вчера в стаб из длительного рейда возвратилась группа основателя нашего стаба – Деда Ахрипа. Рады возвращению этой команды и надеемся, что в скором времени в наших выпусках вы их увидите и услышите рассказ о путешествии…» – на экране, вместо дикторши, появилось видео из ресторана, где рейдеры столпились вокруг Ахрипа. Юнга на момент съемки в зале уже не было.

– Вообще-то, Ахрип всегда говорит, что это группа Белки, а он в ней – обычный рейдер.

– Так уж и обычный?

– Да уж. Если бы не его опыт и дары, нас не раз и не два могли хорошо потрепать твари, несмотря на то, что у нас дары хорошо на безопасность заточены.

– Расскажешь?

– Зачем тебе страшилки? Потом будешь по ночам плохо спать и за меня переживать, когда уходить буду.

– Я и без твоих страшилок переживала и буду переживать.

«Реклама, – девушка на экране мельком посмотрела в записи на столе. – Завтра планируется выезд сталкеров. Принимаются заказы на мелкооптовые партии продуктов питания. Контактное лицо – Колодец. Его телефон указан внизу экрана. Прием заявок до восемнадцати часов».

– И тут реклама! А ты магазин рекламируешь?

– Он в стабе один такой. Его и так все знают. Запускаю рекламу на паре каналов, только при обновлении ассортимента.

– И как бизнес?

– Довольно бойко разбирают. Домохозяйки любят котиков и маленьких собачат. Фирмы приобретают птичек в клетках для офисов. Рейдеры – кроликов и котов, как последний шанс удрать от твари, если отбиться нет возможности. Корма и аксессуары для питомцев. Лекарства. У зверюшек же нет паразита, заботящегося об их здоровье. А глистам, блохам и клещам безразлично в каком мире паразитировать.

Юнг нажал кнопку на пульте, и дикторша сменилась на Кроху Енота, который под задорную песенку, в обнимку с обезьяной, нес домой сладкую осоку.

– В детстве этот мультик часто показывали. Позитивный.

– А я прошлую жизнь вообще не помню. Вычеркнула и все. Хотя в ней было много хорошего, приятного. Девчата рассказывают, что часто снится прошлый мир, а мне ни разу. А тебе?

– В рейдах ты пару раз снилась? А семья из прошлой жизни ни разу не снилась. Раз было какое-то видение, даже не во сне, а в состоянии полудремы. Я как будто наблюдал со стороны за собой и женой. Той. Довольные и счастливые садились в новую машину и куда-то собирались ехать. При чем, за руль садился не я.

– Значит, у них там все хорошо. Кстати, а почему это я снилась только два раза? – Лена перевернулась на бок и изобразила на лице гневное выражение.

Продолжить Юнг ей не дал, притягивая ее к себе, преодолевая небольшое игривое сопротивление, которое было сломлено, когда пальцы второй руки проникли между ее бедер и погрузились во влажную щелку.

– Ну, милый… Мы же только закончили, – проворковала Лена, перебрасывая ногу через мужа.

Она села на его живот и скользнула выше, давая возможность поцеловать ее пупок, а потом медленно опустилась ниже, насаживаясь на готовый к бою орган.

– Как же долго я тебя ждала!