Они вышли вечером, как и планировали. Попрощались с Гулиевым и остальными афганцами, и двинулись в путь. Шли всю ночь и часть дня, лишь делая короткие остановки для отдыха. На этот раз они ни с кем не столкнулись. Пару раз шедшие впереди замечали вдалеке людей, но оба раза отряд вовремя сворачивал и избегал нежелательных встреч. Когда они вышли на тропу, ведущую к селу, где жил Хариджан, Кузнецов решил остановиться на ночлег, чтобы на следующую ночь под покровом темноты выйти к кишлаку.

Вновь отправившись в путь, они еще более осторожно шли вдоль тропы. Они подходили все ближе к долине, где обитал Хариджан, и если его действительно уничтожили те, кто стоял за всеми этими нападениями, то они наверняка выставили посты на подходах к базе.

Поэтому Кузнецов делал остановки через каждые полчаса, и внимательно осматривал дальнейший путь. За пять километров до кишлака он решил остановить отряд. Идти туда всем сразу слишком рискованно. На разведку Кузнецов с собой Красновского и Адамова. Сагаев и еще три человека должны прикрывать их.

Они пошли в обход тропы, потому что на ней пост должен быть наверняка. Сделав достаточно большой крюк, они приблизились к селу с юго-восточной стороны. Группа Кузнецова шла первой, за ними, метрах в двухстах-трехстах следовала группа Сагаева. Они еще тщательнее осматривали местность перед собой, но пока никого не обнаружили.

Поднявшись на очередной хребет, они наконец увидели внизу примерно в километре от себя строения. Укрывшись на всякий случай за камнями, Кузнецов и остальные начали рассматривать кишлак. К сожалению, их приборы ночного видения не давали достаточно четкой и яркой картинки, которая позволит разглядеть детали.

Но по первым признака село казалось абсолютно безжизненным. Нет никакого движения, нигде не горел свет. Впрочем, это ничего не доказывало, электричества здесь нет, так что все могут просто спать. Внимание Кузнецова привлекли несколько разрушенных домов, но сейчас невозможно определить, когда и чем они разрушены, и почему их не стали восстанавливать.

– Что будем делать, командир? – тихо спросил находивший рядом Красновский.

– Ждать до утра, – так же тихо ответил Кузнецов. – Когда рассветет, мы сразу поймем, есть ли тут кто-нибудь, или нет.

Он связался по рации с Павловым, оставшимся с основным отрядом. Раз уж они будут ждать до утра, следует разбить лагерь. Днем они все равно никуда не пойдут.

Ожидание тянулось медленно. Кузнецов в очередной раз продумывал в уме все многочисленные факты. От размышлений его оторвал встревоженный шепот Адамова.

– Командир, смотри.

Он бросил взгляд в сторону темного кишлака и сразу заметил пятно света примерно в нескольких сотнях метров в стороне от домов, на темных скалах. Похоже, это дверь, потому что там появились примерно полтора десятка человек, затем пятно света исчезло. Люди разделились на четыре группы, одна направилась по основной тропе от кишлака, три других разошлись в разные стороны. На таком расстоянии Кузнецов не мог разглядеть лица или знаки различия, но явно различил оружие.

Похоже, они правы, и тут действительно расположена какая-то тайная база. Очень скоро все четыре разошедшиеся группы исчезли за склонами, но через несколько минут показались снова.

– Так, значит, это смена наблюдательных постов, – Кузнецов глянул на часы, отмечая время. Им повезло, что они не нарвались на один из них. Видимо, тут давно нет гостей, и посты стоят не слишком плотно, лишь прикрывая основные направления. Тем временем все четыре группы собрались там же, где появились первые люди. Снова открылась дверь, и они исчезли внутри.

Его переполняло радостное возбуждение. Они нашли этих уродов, и у них есть определенное преимущество, поскольку те пока не догадывались. Теперь осталось выяснить, кто это, и что они тут делают. А затем придет час расплаты. Кузнецов связался с Сагаевым, и коротко рассказав ему обо всем, отправил группу Ильяса в лагерь. Теперь, когда они примерно знают, что здесь есть и где примерно находятся посты, в прикрытии нет особой необходимости.

Когда начало светать, он переключил бинокль в обычный режим и начал рассматривать то место, откуда появились часовые. Сначала он увидел лишь покрытые мхом серые скалы, но вскоре различил среди них вентиляционные решетки. По всей видимости, основные помещения базы расположены где-то в пещерах внутри горы. Осмотр кишлака показал, что он безлюден. Сейчас Кузнецов мог четко видеть, что многие окна выбиты, в стенах дыры от пуль. И там по-прежнему никого нет. Похоже, неизвестные действительно зачистили кишлак и уничтожили всех его жителей.

Теперь нужно установить наблюдение за базой и понять, чья она, и по возможности, для чего вообще ее тут устроили. Он вновь связался Павловым, и приказал отправить сюда Шипунова еще с парой бойцов, сменить их. Он также коротко сообщил о примерной схеме расположения постов, чтобы его ребята случайно не наткнулись на них. В идеале следовало бы проследить и выяснит точное местоположение дозоров, но этим можно заняться и позднее.

Шипунов прибыл через полтора часа. Тайная база пока не подавала признаков жизни. Оставив их наблюдать, Кузнецов и остальные вернулись в лагерь. Вокруг них тут же собрались все бойцы отряда, ожидая информацию из первых рук.

– Ну что там? – сразу озвучил общий вопрос Павлов.

– Чья-то база в горных пещерах. Мы не различили в темноте, как выглядели часовые, так что пока не знаем, кто это. Но они наверняка будут менять караулы днем, и Андрей сможет разглядеть их.

– А что потом? – спросил Корнеев.

– Сообщим нашим, а дальше посмотрим. Попытаемся выяснить, что они здесь делают.

Кузнецов приказал Петренко держать на контроле все окна связи с их базой через спутник. Он решил, что сообщит о находке сразу после того, как им станет известно, кто это. Затем перекусил и лег спать, хотя и не ощущал в этом особой потребности. Но он заставил себя сделать это. То, что они нашли базу, это лишь полдела. И он не собирался отказываться от второй части – ее уничтожения. Они наверняка займутся этим в самое ближайшее время. Так что следовало набраться побольше сил, пока есть такая возможность.

Кузнецову не пришлось спать слишком долго. Павлов разбудил его уже через два часа. С ним связался Шипунов и сообщил о новой смене часовых, и на этот раз они смогли хорошо разглядеть лица. Китайские.

Нельзя сказать, что новость особо удивила Кузнецова. Поскольку атаковали в первую очередь американцев, это явно не они или их союзники. А квалификация и техническое оснащение нападавших оставляли очень мало кандидатов в предполагаемые убийцы. Фактически основные либо кто-то из России, либо как раз китайцы. Конечно, теоретически это могли быть арабы, индусы, корейцы или кто-то еще. Но все остальные либо не имели серьезных технологий, либо мотивов сталкиваться с США. Так что информацию о китайцах он воспринял достаточно спокойно.

Павлов также сообщил, что Ильяс подыскал новое место для лагеря поближе к точке их наблюдения. Кузнецов одобрил инициативу и приказал всем перебираться на новое место. Сам он пока остался в старом лагере. Через полчаса можно будет выйти на связь с базой и сообщить о находке.

– Палач вызывает базу, Палач вызывает базу, – Кузнецов отправлял на спутник позывной, ожидая ответа.

– Это база, где вы, Палач? – наконец услышал он в наушниках. Голос ему незнаком. Наверное, кто-то из дежурных.

– Мне нужен Коралл, – Большаков сможет оценить важность находки, плюс они знакомы лично.

– Его сейчас нет здесь.

– Найдите. Скажите, у меня очень важное сообщение, – последнее в принципе лишнее, Большаков сам примчится, когда узнает, что они вышли на связь. Он оказался прав. Через несколько минут в наушнике раздался голос Большакова.

– Палач, это Коралл, как вы?

– Нормально. Мы выяснили, кто уничтожил "Автобус". Мы вышли китайскую секретную базу, и похоже, они проводят здесь испытания какой-то новой техники.

– Китайцы? А что именно они испытывают? – по голосу Большакова чувствовалось, что информация его очень поразила.

– Мы пока не знаем. Ведем скрытое наблюдение за базой, как только что-то узнаем, сразу сообщим. Мы можем рассчитывать на поддержку?

С минуту Большаков молчал.

– Наверху очень разозлились из-за вашего демарша, – наконец сказал он. – Я не уверен, что смогу найти веские аргументы, чтобы убедить их направить вам поддержку. Сейчас я максимум могу послать вертолеты забрать вас. Дополнительных людей ты вряд ли получишь.

– Ладно, будем рассчитывать на свои силы, – мрачно ответил Кузнецов. Хотя Большаков и не сказал об этом, он предполагал, что у того очень большие проблемы из-за них, и не особо рассчитывал, что тот пошлет подкрепление. Но попробовать стоило.

– Может, просто вернетесь? – с надеждой в голосе спросил Большаков.

– Нет, мы должны довести это дело до конца, – решительно отрезал Кузнецов. – Конец связи.

Он отключил передатчик и передал его Петренко. Что бы там не придумали китайцы, это явно очень серьезная штука. Иначе они не стали бы так рисковать. И теперь ему следовало обязательно выяснить, что это. Любой ценой.

***

Эшкрофт почувствовал, как вертолет начал замедляться, и вскоре завис в воздухе. Загорелась зеленая лампочка, сигнализируя, что они прибыли на место высадки. Его парни раскрыли двери, впуская внутрь холодный ночной воздух, и столкнули вниз четыре каната. Один за другим бойцы исчезали во тьме. Эшкрофт, как обычно, покинул вертолет последним.

Почувствовав под ногами землю, он выпустил канат и огляделся. Полтора десятка темных фигур вокруг ожидали его приказа. Еще примерно столько же высадились с другого вертолета в сотне метров от них. Третья группа во главе с Джексоном должна высадиться на другой стороне кишлака, и отрезать афганцам пути отхода.

– Рэпер, как у вас дела? – спросил он возглавлявшего вторую группу Нейсора.

– Высадились, все в порядке.

Он переключился на связь с вертолетами.

– Бизон Орлам. Мы выдвигаемся, ждите команды.

Затем огляделся, отыскивая взглядом найденные на топографических картах ориентиры.

– Все за мной, – скомандовал он и двинулся к темнеющей в двух километрах от места высадки горе. Через полчаса они уже поднялись на склон, и разглядывали в бинокли спящее село. На улицах никого не видно. Их тут явно не ждут.

Неторопливо и осторожно они начали подбираться к кишлаку, охватывая его полукругом. Их никто не видел, моджахеды даже не потрудились выставить часовых.

– Непростительная ошибка с их стороны, – усмехнулся Эшкрофт. Он занял позицию за камнями примерно в полутора сотнях метров от ближайших домов, остальные его люди заняли позиции на аналогичной дистанции. Еще раз оглядев село, и не увидев признаков тревоги, он перевел бинокль на другую сторону села. Его прибор ночного видения слабо работал на больших расстояниях, но он сумел различить несколько приближающихся к селу фигурок. Группа Джексона также выходила на позиции.

Наконец от того поступил сигнал, что у них все готово. Он снова взял передатчик.

– Бизон Орлам и Громовому небу, начинайте.

Через несколько секунд он услышал нарастающий гул винтов. Почти неразличимые на фоне темных гор, пять черных силуэтов стремительно приближались к кишлаку. Впереди шли два "Апача" их огневой поддержки, за ними три транспортника UH-60, вооруженных пулеметами и ракетами.

Подвески под крыльями "Апачей" замелькали огоньками. Оставляя в темноте яркие огненные следы, десятки ракет устремились к спящему кишлаку. Тридцатимиллиметровые автопушки под брюхами вертолетов озарились вспышками выстрелов. Транспортные вертолеты прошлись над селом следом за ними, обрушив вторую волну ракет и свинца.

Казалось, кишлак буквально утонул в море огня. Огненные стрелы втыкались в дома и строения, поднимая вверх обломки глиняных стен и соломенных крыш, снаряды и пули легко прошивали стены. В одну секунду тихо спящий кишлак превратился в озаренный светом пожаров ад, наполненный стонами и криками раненых, плачем испуганных детей, блеением скота.

Эшкрофт отложил в сторону бинокль и поднял свою винтовку. Сейчас на улицы будут выбегать моджахеды, и они должны их встретить. И через секунду он увидел, как из ближайшего дома, не затронутого первой волной атаки, выбежали два человека с автоматами, лихорадочно озираясь по сторонам. Он поймал в прицел одну из фигур и плавно нажал на курок. Оснащенная глушителем винтовка практически бесшумно выплюнула короткую очередь. От удара афганец развернулся и рухнул на землю. Другой бросился к нему, не понимая, откуда к тому пришла смерть. Вторая очередь Эшкрофта отправила его вслед за первым.

– Это вам за погибший конвой, – мрачно усмехнулся Эшкрофт, ловя в прицел новую жертву. Выбегавшие из домов вооруженные моджахеды озирались вокруг, глядя преимущественно в небо, где отчетливо слышался рокот винтов идущих на второй заход вертолетов. Они почти не обращали внимания на темные скалы вокруг, среди которых укрылись бойцы Эшкрофта. Надежно скрытые во тьме, вооруженные не создающими демаскирующих вспышек винтовками американцы могли спокойно, как в тире, расстреливать мечущихся по улицам афганцев.

А вертолеты тем временем пошли на новый проход над кишлаком. Очередная порция ракет превратила в груды обломком уцелевшие при первой атаке здания, пули и снаряды рвали на куски защитников и обычных жителей.

Эшкрофт поймал в прицел одного из афганцев, бессмысленно стрелявшего в небо из своего автомата. Даже если бы он и смог попасть в один из вертолетов, его пули не смогут пробить надежную броню боевого вертолета. Но его все равно следует убить. Короткая очередь прошила моджахеда, и он рухнул на землю как кукла, у которой перерезали веревочки.

До его слуха донесся гулкий звук тяжелого пулемета, находившегося в глубине села. Быстро окинув взглядом кишлак, он увидел почти в центре яркие вспышки. Этот пулемет вполне может повредить один из транспортных вертолетов, как раз в этот момент проходящих над деревней, поливая ее огнем и свинцом.

Он вызвал по рации О'Коннора, у которого есть лазерный инфракрасный целеуказатель, позволявший при необходимости корректировать огонь с воздуха.

– Ирландец, это Бизон, пулемет чуть справа от центра села. Пусть кто-нибудь из Орлов займется им.

– Хорошо, я засек его.

Через минуту со скользившего над горами темного силуэта "Апача" вниз устремилась тяжелая ракета с лазерным наведением, а еще через пару секунд пулемет исчез во вспышке мощного взрыва. Вертолеты еще два раза прошлись над кишлаком, сея смерть и разрушение, а бойцы Эшкрофта прицельными точными выстрелами добивали тех, кто смог избежать обрушившейся с неба смерти.

Скоро в кишлаке практически не осталось защитников, огонь оттуда почти не велся. Теперь следовало окончательно взять его под контроль и заодно захватить пленных, ради которых все и затевалось.

– Бизон всем, начинаем захват села, – скомандовал Эшкрофт.

Оставив по три человека на своих позициях для прикрытия, все три группы по сходящимся направлениям двинулись к горящим хижинам. Передвигались тройками, один шел вперед, двое прикрывали. По началу они не встретили никакого сопротивления. Все моджахеды из домов на окраине выбиты их точным огнем. Но по мере продвижения в глубь села обнаружилось, что кое-кто из афганцев сумел выжить, и отчаянно пытался оказать сопротивление.

Один такой выживший открыл огонь из окна полуразрушенного дома, когда рядовой Смитсон двигался к новому укрытию. Он сразу метнулся в сторону, а Эшкрофт и Харси выпустили несколько двадцатимиллиметровых гранат в окна дома, откуда мелькали вспышки выстрелов. Автомат афганца смолк, но подобравшийся к дому Смитсон на всякий случай забросил туда гранату, а после взрыва заглянул сам.

– Мертв, – коротко сообщил он по рации.

Они двинулись дальше. То слева, то справа от них звучали выстрелы из автоматов, перемежающиеся взрывам гранат. Защитников кишлака осталось совсем мало, и они один за другим гибли в бою с намного лучше обученными американскими спецназовцами.

Еще один афганец, уже старик, высунулся из-за угла здания, и выстрелил в Эшкрофта из какой-то допотопной винтовки. Он метнулся в сторону, разворачивая ствол в сторону новой угрозы, поймал в прицел силуэт противника и нажал на курок. Очередь буквально разнесла голову афганца.

Вскоре они вышли на небольшую площадь в центре села, еще через минуту с другой стороны появились бойцы Джексона. Дело сделано, село находилось под их контролем. Они очень быстро нашли кучу оружия и боеприпасов, явно захваченных в результате нападения на афганскую колонну. Что ж, по крайней мере насчет нападения на колонну источник Брауна точно не соврал. Теперь оставалось выяснить, что насчет русских. Бойцы нашли с десяток оглушенных взрывам афганцев, которые вполне могли говорить.

Пока Браун занимался их допросом, Эшкрофт занялся второстепенными организационными делами. Он отправил все вертолеты на дозаправку и пополнение боезапаса. С ними же он отправил двух раненых в ходе захвата кишлака бойцов. Затем связался с Сандерсом и сообщил, что его группа захватила село, люди из которого атаковали афганский конвой. Как он и ожидал, Сандерс выразил свое недовольство тем, что он провел эту операцию без него, но поскольку на сей раз удар нанесен по врагам коалиции, сейчас он не слишком возмущался.

Покончив со всеми этими малозначимыми делами, Эшкрофт занялся осмотром трофеев, которые его бойцы стаскивали в центр села. Теперь оставалось только ждать, пока Браун не вытащит из пленных необходимую им информацию.

Небо на востоке уже начало светлеть, когда Браун подошел к ним с Джексоном. И по его лицу Эшкрофт понял, что реальное положение дел не столь радужно, как им предполагалось в начале.

– Ну как, они рассказали что-нибудь? – спросил Брауна Джексон.

– Кое-что рассказали, вот только это не слишком согласуется с нашими предположениями, – ответил тот.

Нельзя сказать, что Эшкрофта это сильно обрадовало. Но он уже привык к тому, что в этом проклятом деле все их предположения в конечном итоге оказывались неверными.

– Давай, рассказывай, – потребовал он.

– Эти афганцы действительно тогда вступили в бой с отрядом Хилада, который вел бой с русским спецназом. Совместными усилиями им удалось вынудить остатки бойцов Хилада отступить, сам он убит. Но если верить их словам, русские изначально не были их союзниками. Один из жителей деревни, бывший советский военнопленный, оставшийся здесь, уже после боя сумел с ними договориться. Русские помогли им устроить совместную засаду на афганский конвой, в обмен на помощь в получении информации из окрестных деревень.

– Что за информация? – перебил его Эшкрофт.

– Обо всех значимых событиях и столкновениях за последние месяцы, – ответил Браун.

– Но зачем она им? – спросил Джексон.

– Эти пленные не знают, они почти не контактировали с ними. Это наверняка знал Гулиев, тот русский, что общался с ними, но он мертв. Я ходил с одним из них к дому, где жил Гулиев, и афганец опознал его в одном из убитых. Так что сейчас мы можем только догадываться, зачем им нужно знать это.

– Ладно, потом подумаем, зачем, – сказал Эшкрофт. – Дальше что, куда делись эти русские?

– Пленные сказали, что они ушли на северо-восток. Они не знают, куда именно.

– Что там?

– Судя по карте, достаточно дикая безлюдная местность. Так что непонятно, зачем русские пошли туда.

– Безлюдная местность как раз прекрасно подходит для тайной базы, – многозначительно произнес Эшкрофт.

– Возможно – задумчиво кивнул Джексон. – А ты уверен, что пленные сказали правду? – внезапно спросил он Брауна.

– Абсолютно. Применяемые нами препараты очень надежны. Отдельно взятый человек еще может как-то противостоять их действию, особенно если знает, как. Но чтобы три взятых на выбор, не знакомых с нашими методами дикаря смогли обмануть их и дать согласованные показания – это исключено. Я уверен в достоверности полученной информации.

– Но если русские не являются их инструкторами, и действуют сами по себе, тогда что вообще они здесь делают? – Джексон снова повернулся к Эшкрофту.

– Ты слишком много значения придаешь мелочам, Питер, – как бы отмахиваясь от его вопроса, сказал Эшкрофт. – Важно, что они здесь, и убивают наших людей. Они наверняка пошли на свою базу, и мы должны найти ее, – он достал карту и разложил ее на ближайшем камне. – Кстати, когда ушли русские? – он снова повернулся к Брауну.

– Этим вечером.

– Значит, по словам пленных, они пошли куда-то туда, – Эшкрофт провел карандашом линию от села в северо-восточном направлении. – Что ж, мы пойдем за ними.

– Что ты задумал? – спросил Джексон.

– Найти их – Эшкрофт удивился его вопросу. – Мы разделимся на несколько групп по пять-шесть человек, и пойдем параллельными маршрутами в этом направлении. Рано или поздно мы наткнемся на их базу. Я чувствую, она где-то рядом, – уверенно закончил он.

– А почему ты в этом так уверен?

– Смотри, – Эшкрофт ткнул в карту. Если отбросить мелочи, то все настолько хорошо сходилось, что просто непонятно, как Джексон мог не видеть этого. – Вот места четырех нападений на посты и конвои. Если предположить, что база где-то в той стороне, то мы можем провести линии в эту сторону. Мы можем даже примерно определить, где именно она находится, – воодушевленно сказал он. – Мы найдем ее, Питер, даже не сомневайся.

– А если они специально пошли изначально в другую сторону, чтобы сбить афганцев с толку? – не унимался Джексон.

– Черт возьми, Питер, да ты хоть посмотри на карту, – Джексон, конечно, умный, и его тщательное планирование не раз выручало их, но сейчас он почему-то не хотел видеть очевидного. – Вот сюда смотри, – Эшкрофт ткнул карандашом в точку на карте.

– И что здесь? – Джексон непонимающе смотрел то на карту, то на него.

– Примерно здесь эти русские столкнулись с отрядом Хилада. Ночью они отходили сюда, – Эшкрофт провел линию между двумя точка. – А теперь пошли сюда, – он еще раз провел карандашом в направлении, в котором ушли русские. Две линии шли почти в одном направлении. – Теперь ты видишь?

– Кстати, Фейзабад, находится примерно на той же линии, – добавил Браун.

Эшкрофт взглянул на карту. Браун прав. И по времени с момента похищения Глейзера до стычки русских с Хиладом все сходилось. Эти наверняка они. Он решительно провел одну жирную линию через три точки.

– Теперь ты убедился? – он вопросительно поглядел на Джексон.

– Пожалуй, ты прав, – кивнул тот. – Значит, идем несколькими небольшими группами. Когда выходим?

– Как можно раньше. Сообщим Сандерсу, пусть прилетят и заберут трофеи и пленных, и пойдем.

– Может, стоит привлечь к поиску и морскую пехоту, – предложил Браун. – Этих русских больше двух десятков, и они наверняка очень хорошо подготовлены, получше местных боевиков. Вы уверены, что пять человек смогут справиться с ними, не говоря уже об их базе.

– Не говори ерунды, Крис. Маленькими группами мы будем искать их, а не воевать, – раздраженно произнес Эшкрофт. – А когда найдем, можно будет и объединить наши силы, и привлечь парней Сандерса со всей их техникой. Ладно, пока мы тут болтаем, они уходят все дальше и дальше, – решительно оборвал он дальнейшие рассуждения. Для него все было ясно, так что не следовало терять времени.

Они быстро собрали всех бойцов, разделили их на группы и наметили примерные маршруты движения. А через пять минут американские бойцы уходили в том же направлении, куда прошлым вечером ушел русский спецназ.

***

Сидя за большим камнем, Кузнецов разглядывал в бинокль пост китайских часовых в трехстах метрах от него. Он в который уже раз прикидывал, как они могут без особого шума захватить одного из них, и пока не видел никаких разумных вариантов.

Они весь день наблюдали за базой, но за исключением смены караулов, призванных не подпускать к базе случайных людей, не заметили никакой активности. И единственный более-менее реализуемый на данный момент способ узнать, для чего китайцы создали базу – это захватить кого-то из персонала. И находившиеся вне ее часовые наиболее подходящие кандидаты.

Вот только даже такой вариант труднореализуем, поскольку желательно захватить языка, не поднимая при этом тревоги, по крайней мере, в первое время. Но все четыре поста расположены так, что подобраться к ним незамеченными практически невозможно.

Есть еще вариант напасть на смену караула, захватить их форму и под видом своих подобраться к посту. Он какое-то время обдумывал план, но затем отбросил его. Даже если им и удастся бесшумно ликвидировать сначала смену, а затем и пост, сколько времени пройдет, прежде чем хватятся не вернувшейся смены. Минут пять, не более. Еще максимум пять понадобиться, чтобы выяснить, что случилось. Итого десять. Ради такой форы не стоило огород городить, намного проще подстрелить одного из сменщиков и захватить, а пост раздолбать из гранатомета, чтобы не мешал отходу с "языком".

Вот только что делать, если часовые не знают, для чего именно здесь расположена база. Тут ведь все сразу всполошатся, и даже могут устроить на них охоту. Судя по количеству и размеру вентиляционных решеток, там от ста до трехсот человек. Даже если охраны там не более половины, этого достаточно, чтобы создать им серьезные проблемы.

– Хотя, таким путем мы сможем выманить охранников с базы, и затем попытаться прорваться внутрь, – внезапно осенило его. – А ведь это идея.

Такая операция весьма рискованна, но они смогут получить доступ на базу, и напрямую узнать, что здесь делают китайцы. Вот если бы уговорить Большакова прислать им подкрепление, еще хотя бы человек тридцать. Надо будет обязательно поговорить с ним сегодня ночью. Ведь не просто так китайцы обосновались здесь.

От раздумий его оторвал писк рации в ухе.

– Палач, это Горец, – услышал он голос Сагаева, который сейчас возглавлял группу, наблюдавшую за входом на базу. – Только что с базы вышли четыре машины.

– Что за машины?

– Не знаю, какие большие человекоподобные роботы, я никогда таких не видел. На них куча оружия, пулеметов и ракет, – по голосу Сагаева слышно, что он очень взволновал. Впрочем, Кузнецов и сам поражен тем, что слышал.

Значит, китайцы действительно создали здесь базу, чтобы в реальных условиях испытать какие-то свои новые разработки. Это крайне важная информация. Уже одной ее хватало, чтобы оправдать их решение остаться здесь. Но еще важнее теперь выяснить, что именно из себя представляют эти роботы.

– Я сейчас переберусь к вам. Конец связи, – негромко сказал он в рацию. Раз они вышли с базы, то наверняка рано или поздно вернутся. Захват поста сейчас как минимум преждевременный. Прикрываясь камнем, он отполз назад, пока пост не скрылся за выступом большой скалы, затем уже в полный рост быстро двинулся к месту, где лежал Ильяс.

До их наблюдательного поста он добрался через двадцать минут. Беглый взгляд не выявил никаких следов боевой техники.

– Рассказывай подробно, что тут, – тихо сказал он Сагаеву.

– Открылись ворота чуть правее двери для часовых, и появились четыре здоровенных металлических фигуры. Рост примерно два с половиной – три метра. Я четко различил ракеты на плечах и пулеметы в руках. Они быстро прошли по дороге в сторону Фейзабада. Вот и все.

Кузнецов задумался. Итак, они знают, что именно придумали китайцы и что они здесь делают. В самых общих чертах. А дальше что? По этой их разработке в любом случае нужно будет добывать подробную информацию. А в идеале захватить один из образцов.

А вот это уже весьма конкретная и серьезная задача. На базе наверняка не менее сотни охраны, плюс сами машины. Хотя, если это действительно полевые испытания, то после каждой акции машины должны подвергаться тщательному обследованию. И вряд ли они будут полностью укомплектованы сразу после возвращения. А это уже шанс. И если они в открытую нападут на один из постов часовых, то наверняка часть охраны вылезет с базы наружу, где преимущество будет у подготовленных к этому варианту бойцов Кузнецова.

А вторая группа может проникнуть на базу и нейтрализовать машины. Если повезет, они смогут сделать это, пока их водители еще не сели в них. Эта мысль полностью завладела вниманием Кузнецова. А ведь все выглядит вполне выполнимым. Он толкнул в бок Сагаева.

– Оставляй тут Адамова, и пошли обратно в лагерь. Есть одна задумка, нужно ее вместе обсудить, – тихо сказал он.

– Что за задумка?

– Сейчас всех соберем и расскажу.

По пути в лагерь Кузнецов продолжал обдумывать свой план. Он выкристаллизовывался все четче, и Кузнецов почти не сомневался, что он сработает. Должен сработать.

***

Чжан Ли легко и уверенно вел боевую машину по неровной горной дороге. Когда-то, когда он только начинал учиться управлять боевым экзоскелетом "Ци Лунь", для него было проблемой даже сделать несколько простых шагов по ровной площадке. Но сейчас казалось, что это очень давно, целую вечность назад, столько с тех пор всего совершилось, хотя по времени прошло только два года.

Он вспомнил, как напряженно в первый раз вцепился в рычаги управления, пытаясь удержать машину от падения, и все равно ему это не удалось, и его губы тронула легкая улыбка. Сейчас он вел четырехтонную машину ночью по горной дороге, почти не напрягаясь и не задумываясь. И иногда ему казалось, что сталь машины и его собственная плоть стали единым целым.

Вообще-то сейчас ему не обязательно управлять машиной лично. Он вполне мог переложить эту рутинную обязанность на умную программу, аналогичную тем, которые вели три другие машины его группы. Но ему хотелось немного поуправлять самому, ощутить всю мощь и скорость этой вершины научной и конструкторской мысли.

И всего час назад они в очередной раз доказали это. Атака на небольшой гарнизон афганских войск стала быстрой и безжалостной. Несмотря на несколько танков и БМП, у них не было никаких шансов противостоять скорости, огневой мощи и точности экзоскелетов "Ци Лунь" и боевых роботов "Ли Кван". Всего за десять минут они полностью уничтожили весь гарнизон.

Воспоминания об этом наполнили его гордостью за очередное успешно выполненное задание, и за то, что именно он выбран для него. В какой-то мере на сегодня это вершина его карьеры.

Чжан Ли с отличием закончил Пекинский технологический университет, и сразу распределен в один из секретных институтов, разрабатывавших новую военную технику. Институт занимался разработкой перспективных боевых экзоскелетов и роботов. Чжан с энтузиазмом включился в работу над созданием ходовой части новых машин. Он был на хорошем счету у начальства и планировал длительную научную карьеру в избранной области. Но однажды он услышал, что набирается отряд добровольцев-кандидатов на управление первыми машинами, и понял, что это направление привлекает его гораздо больше. Он прошел нелегкий отбор, и в упорном соревновании с десятком других претендентов завоевал право стать первым командиром экспериментального боевого подразделения.

Потом три года непрерывной напряженной работы по испытаниям и отработке сначала первых еще сырых прототипов, а затем все более совершенных моделей. Пока наконец не появилась та машина, в которой он сейчас сидел.

Четырехтонный гуманоидный монстр ростом почти три метра. Мощные искусственные мускулы позволяли ему развивать скорость до восьмидесяти километров в час по ровной местности, что позволяло ему соперничать с современными гусеничными и колесными боевыми машинами. Но в отличии от них боевой экзоскелет мог передвигаться почти по любой местности. Преодолевать склоны с наклоном до 60R. Свободно двигаться в лесу и по различным завалам. И наконец, он мог действовать внутри строений, что абсолютно невозможно для любого танка или БТРа.

Его мощная броня, сделанная из специально разработанных высокопрочных композитных материалов, выдерживала огонь практически всех известных видов стрелкового оружия, а также большинство осколков. Кроме того, боевая машина оснащена маскировочной системой "Хамелеон", которая делала ее практически невидимой, когда она стояла, и серьезно затрудняла точное прицеливание, когда экзоскелет двигался. В сочетании с высокой скоростью и маневренностью это делало его практически неуязвимым для почти всех видов современного оружия.

А вот сам он прекрасно оснащен для борьбы с любым противником. На плечах у него располагались установки тяжелых противотанковых ракет, позволявших уничтожать любые, самые хорошо бронированные машины, что не раз продемонстрировано в ходе этой миссии. Машина также оснащена двумя ракетами "земля-воздух", и хотя до сих пор они не применялись, в будущем они наверняка понадобятся. В руках машины расположены два пулемета и противопехотный автоматический гранатомет, позволявшие легко и быстро уничтожать живую силу и небронированную технику противника. Разработанные специально для них безгильзовые боеприпасы намного легче и эффективнее современных патронов, и позволяют брать значительно больший боекомплект. Плюс его командирская машина имела систему бесшумной стрельбы на случай, если понадобиться снять какого-либо часового, не привлекая ненужного внимания.

Боевой экзоскелет располагал самой современной системой программного обеспечения, позволявшей отдавать на откуп автоматике задачи управления движением ног, распознавания и слежения за целями, наведение ракет. На основной боевой дисплей выводилась комбинированная информация с оптических и инфракрасных камер, а также данные с радара. На второй, командирский экран выводились объединенные данные со всех машин группы, позволяя ему видеть общую картину боя и управлять его ходом.

И в довершение всего этого, остальные четыре машины группы – роботы. Управляемые исключительно электронным интеллектом, они значительно превосходили по точности и скорости реакции любую машину, управляемую человеком.

Единственный недостаток управлявшей роботами программы в неспособности работать в нестандартной обстановке, в ситуациях, которые не предусмотрены многочисленной армией теоретиков и программистов. Таких, как тот случай при атаке американской колонны, когда считавшаяся уже подбитой БМП внезапно ожила и открыла огонь. Если бы в отряде были только роботы, эта БМП вполне могла безнаказанно перебить их всех.

Именно для этого каждую группу возглавлял человек. Изначально параллельно прорабатывались два конкурирующих варианта: экзоскелеты, управляемые людьми, и боевые роботы. Но полигонные испытания показали, что наиболее эффективной будет комбинация этих двух видов техники. В результате появилась экспериментальная боевая группа, где человек в экзоскелете командовал четырьмя боевыми роботами. Правда, сейчас в его группе лишь три, четвертый разбит в том бою с американским конвоем, но это их единственная осечка. А в целом боевые машины продемонстрировали подавляющее превосходство над обычной техникой.

Мысль вызвала на его губах широкую улыбку. Долгое время люди Запада опережали их в техническом развитии. Но теперь все встанет на круги своя. Поднебесная империя вернет себе превосходство во всех сферах, как это было тысячи дет назад, и остальные будут вынуждены склониться перед ней.

Впереди появились знакомые силуэты гор, в которых устроена их база. Поглощенный своими мыслями, он даже не заметил, как они вернулись назад. Он послал сигнал о возвращении, затем отыскал на экране видимые в инфракрасном диапазоне фигурки часовых. Он отсалютовал им правой рукой, и повел машину к открывшимся воротам ангара.

Проведя машину по ярко освещенному коридору, он вышел в находившийся в глубине горы ангар, где его ждало командование, разработчики, и обслуживающий персонал. Поставив машину на отведенное место, он отключил сначала оружие, а затем систему управления. Десятки миниатюрных датчиков на гибких шлангах, улавливавшие малейшие напряжения его мышц, отсоединились и отошли в сторону. Экраны погасли. Он открыл люк кабины и вылез наружу.

К его экзоскелету и роботам уже спешили ученые и техники. Они снимут данные с боевых компьютеров для дальнейшего анализа, а также протестируют все системы и подготовят машины к дальнейшим действиям.

Он легко спрыгнул на пол, проигнорировав приставленную лесенку, и направился к ожидавшему его командиру базы полковнику Чану.

– Господин полковник, все поставленные задачи успешно выполнены, – четко доложил он. – Потерь нет.

– Вы хорошо поработали, майор Ли, – кивнул полковник. – Завтра мы вместе проанализируем ход операции. Профессор Чен считает, что мы получили достаточно информации для первого раза, и можем возвратиться обратно. В Китай.

При мысли о возвращении Ли не смог сдержать радостной улыбки, но затем его взгляд упал на стоявшего позади полковника капитана Вэя, и его лицо снова стало серьезным. Капитан Вэй назначен запасным командиром группы, и предполагалось, что он выведет группу хотя бы на одну миссию.

– Но мы же предполагали, что капитан Вэй тоже проведет одну операцию, – вопросительно произнес он.

– На данный момент в этом нет необходимости, – сухо возразил Чан. – Но будьте уверены, у капитана Вэя еще будет много возможностей показать, на что он способен. А теперь идите, отдыхайте, – не допускающим возражений тоном произнес полковник, прерывая дальнейшую дискуссию.

Вернувшись в отведенную ему комнату, Ли первым делом взял со стола фотографию жены Лин и сына Тана. Скоро он снова увидит их. Он быстро принял душ и выключил свет. Утром ему надо быть свежим.