Дискуссии, непрерывно ведущиеся в обществе касательно заместительной гормональной терапии, всегда очень эмоциональны, а вот данных и знаний оппонентам обычно не хватает. Призрак рака молочной железы, бродящий по мировой сети в виде историй от женщин, пробовавших решить возрастные проблемы с помощью гормонов и поплатившихся за это грудью или печенью, заставляет многих из нас ломать голову над выбором.
Тот, кто не вооружен фактами, легко может попасть под влияние страшилок и пропустить то самое золотое окно в попытках использовать альтернативные и при этом совершенно не работающие средства или вообще выбрав опасные и вредные вещества, лишь бы не принимать гормоны. Но так проблемы не решить. Гормональная недостаточность никуда не денется, и однажды она потребует свих жертв.
НА ЗАМЕТКУ
Мы никогда не стремимся просто побороть приливы сами по себе, ведь они являются предупредительными сигналами организма. Их-то как раз можно уменьшить альтернативными средствами, а в редких случаях и вовсе прекратить. Но это все равно что выключить сигнализацию, не устранив причину ее активации.
Чтобы принять взвешенное и ответственное решение, ты должна познакомиться с фактами. Не стоит бездумно принимать таблетки, прописанные врачом, если ты не на 100 % понимаешь, о чем речь и не доверяешь доктору полностью. Начиная принимать терапию, ты должна быть целиком уверена в ней. Поэтому сейчас мы вместе отделим факты от сплетен.
Чтобы по-настоящему погрузиться в тему рака груди и гормонов, нам придется отправиться в прошлое. Я сыграю роль давно прошедшей менопаузы и возьму тебя с собой в девяностые годы, в США. Курт Кобейн поет «Teen Spirit», на рынке только-только появились первые мобильные Nokia, стоящие целое состояние, а Клинтон, раскрасневшись, уверяет со всех экранов в том, что у него не было секса с Моникой Левински. В то время в англоязычном мире заместительную гормональную терапию прописывали всем женщинам в качестве профилактического средства. Более 40 % американских пациенток в возрасте постменопаузы принимали искусственные препараты независимо от того, были ли у них какие-либо жалобы. Достоверные результаты, приводимые уважаемыми источниками, подтверждали, что искусственные эстрогены защищают от инфаркта и воодушевляли врачей выписывать этот «источник молодости» всем женщинам. После того как еще и FDA (Управление по контролю за продуктами и лекарствами) рекомендовало их в качестве профилактики остеопороза, фармацевтическая индустрия взорвалась, и производители ввалили миллиарды в создание гормональных препаратов. И на самом деле многие пациентки отлично чувствовали себя на препаратах заместительной гормональной терапии: к ним возвращался сон, они эффективнее работали и снова обретали радость в сексуальной сфере. На первых строчках хит-парада гормональных средств стояли «Премпро» (Prempro) и «Премарин» (Premarin).
Препарат «Премпро» состоит из конъюгированных эстрогенов: сульфата эстрона (ок. 70 %), сульфата эквилина (ок. 20 %) и сульфата 17-альфа-дигидроэквилина. Это эстрогены, полученные из мочи беременных кобыл. Помимо этого, в «Премпро» содержится искусственный гестаген под названием медроксипрогестерон. Он примерно так же похож на настоящий прогестерон, как зомби на настоящего человека, так что с твоего согласия, дорогая читательница, я его так и буду называть зомби-гестагеном. Немецким эквивалентом стал препарат «Пресомен конти».
«Премарин» также содержит лошадиные эстрогены, полученные из мочи беременных кобыл, отсюда, собственно, и пошло название: pregnant mares urine. Так что нам не в чем упрекнуть фармацевтов, они отнюдь не скрывают происхождение компонентов. Разница с «Премпро» состоит в том, что в «Премарине» нет гестагенов, ни зомби-подобных, ни каких-либо еще.
Лошадиные эстрогены получались способом, вероятно, казавшимся нормальным для владельцев стад животных, но многим, включая любителей лошадей, они казались варварскими. Кобыл заставляли беременеть без перерывов и содержали в тесных боксах с постоянно установленным в мочевой пузырь катетером. Во время беременности в моче кобылы содержится очень много эстрогенов, так что моча собиралась и перерабатывалась в таблетки. Но как бы плохо ни было кобылам, женщины при этом чувствовали себя отлично. Приливы проходили, дамы чувствовали себя молодыми и здоровыми. В научных кругах утвердилось мнение, что прием заместительных гормональных препаратов помимо прочих плюсов защищает женщин от сердечных и сосудистых заболеваний, инсультов и инфарктов. Затем была выдвинута рабочая гипотеза, что даже пожилые пациентки, независимо от того, есть ли у них еще и были ли когда-нибудь выраженные симптомы климакса, должны принимать гормональные препараты.
И в начале 1980-х годов стартовали два самых известных исследования гормональных препаратов, завершившиеся в 1994 году: «Инициатива во имя здоровья женщин» (Women’s Health Initiative (WHI), кратко называемые WHI1 и WHI2. В WHI1 приняло участие 16808 женщин, чей средний возраст составил 62 года. Примерно половина из них (а именно 8506 человек) принимали препарат «Премпро» (лошадиные эстрогены и зомби-гестаген). Остальные 8106 – плацебо, то есть пустую таблетку, не содержащую никаких веществ.
В 2002 году были опубликованы результаты первого исследования. В группе, принимавшей «Премпро», по сравнению с теми, кто принимал плацебо, на 1000 женщин в среднем:
• на 2,5 женщины больше испытали инфаркт;
• на 2,5 женщины больше перенесли инсульт;
• на 5 женщин больше получили тромбоз;
• на 3 женщины больше заболели раком молочной железы.
Из положительных результатов в группе, принимавшей «Премпро», по сравнению с теми, кто принимал плацебо, на 1000 женщин в среднем:
• на 12 женщин меньше пережили переломы;
• на 0,5 женщин меньше заболели раком кишечника;
• на 5,5 женщин меньше заболели диабетом.
Пожалуйста, не заменяй натуральные гормоны…
Итак, в итоге недостатки перевесили, так что исследование было свернуто раньше, чем планировалось. Вместо пользы для сердца участницы получили повышенный риск инфарктов, да еще и в комбинации с риском тромбозов и рака молочной железы. С этого момента заместительная гормональная терапия перестала считаться безопасной. Мир был шокирован, карьера «Премпро» мгновенно рухнула. Обложка немецкого журнала «Deutsche Ärzteblatt» возвестила: «Смерть легенды». Многолетняя эйфория сменилась недоверием по отношению к врачам, фармацевтам, а также к CDC. Рецепты отправились в мусорное ведро, у миллионов женщин вновь обострились климактерические симптомы, пострадали даже те, кто с удовольствием продолжил бы лечение. Врачи сошлись в едином мнении, что искусственные гормоны можно выписывать лишь с огромной осторожностью, а лучше вообще не выписывать, и спать спокойно, не ощущая дыхания адвокатов пациенток у себя за спиной.
…зомби-гормонами!
Те врачи, которые еще решались прописывать эстроген или другие гормоны, быстро столкнулись с тем, что, несмотря на доверие пациенток, им приходится вести длинные разъяснительные беседы, то есть работать куда больше обычного, по-прежнему умудряясь вписываться в ограниченные рамки врачебного приема. И с тех пор эта ситуация остается неизменной во всем мире. Миллионы женщин страдают из-за результатов единственного исследования, так как или они сами, или их врачи, или и те и другие теперь не доверяют гормональным препаратам.
Но страшные заголовки повлекли за собой и еще одну проблему: производители препаратов, сильно пострадавшие из-за рухнувшего спроса, бросились к своим адвокатам. В результате чего на всех инструкциях к любым гормональным препаратам, будь то препараты с эстрогеном или прогестероном, появились надписи, предупреждающие о риске рака молочной железы.
В этот момент интерес фарминдустрии к гормональным средствам лечения симптомов климакса сильно упал, на исследования перестали выделяться деньги. Это, в свою очередь, привело к еще меньшему интересу (если такое вообще было возможно) к потребностям женщин в возрасте старше 50 лет. Это и является причиной того, что на рынке до сих пор так мало препаратов, содержащих биоидентичные гормоны. Судя по всему, лидеры фарминдустрии решили, что пусть лучше альтернативная медицина занимается женщинами в возрасте с их менопаузой. В результате, как я уже говорила, выбор туши для ресниц в косметическом магазине шире, чем выбор биоидентичных гормонов в аптеке.
РАЗРУШАЕМ МИФЫ
Предупреждения на инструкциях не базируются на конкретных данных – это нужно знать! Это юридическая защита фармацевтических компаний от возможных убытков: в списке побочных действий перечисляется все, чем хоть раз болели употреблявшие препарат люди, или чем они могли бы заболеть теоретически, хотя такого еще ни разу за годы использования не происходило. Мой тебе совет: лучше спроси мнение у своего врача, а инструкцию выбрось в мусорное ведро, она не имеет никакого отношения к реальной жизни.
Последним и, с моей точки зрения, наиболее печальным последствием взорвавшего мир, как бомба, исследования WHI1 стало то, что упал интерес самих врачей к гормонам. Гормональная недостаточность, менопауза – эти темы не включаются в учебную программу для студентов, и даже врачи крупнейших больниц иногда считают их ерундой. Но если бы мы не оглохли от результатов WHI1, то два года спустя после его завершения, в 2004 году, услышали бы, что выяснилось в результате проведения второго исследования WHI2. И сильно удивились. Но увы, его результаты были погребены под истерией, вызванной результатами WHI1. А ведь они содержат новые сведения, которые должны были сместить акценты. Этот важный кусочек пазла прошел мимо внимания общественности, но сейчас мы с тобой, дорогая читательница, откопаем его и явим миру. Следи внимательно. 10737 женщин приняли участие в WHI2, у половины из них отсутствовала матка, и они принимали «Премарин», также содержавший конъюгированные эквин-эстрогены, но не содержавший зомби-гестаген. Вторая половина получала плацебо. Давай посмотрим на результаты.
Среди 5310 женщин, получавших «Премарин», а не плацебо, на 1000 человек:
• на 5,5 женщины меньше заболели коронарной болезнью сердца (в WHI1 на 2,5 больше);
• на 0,5 женщины меньше пережили инсульт (в WHI1 на 2,5 больше);
• на 2,5 женщины меньше – рак молочной железы (в WHI1 на 3 больше);
• на 1,5 женщины меньше – рак кишечника (в WHI1 на 0,5 меньше);
• на 8 женщин меньше пережили переломы (в WHI1 на 12 меньше);
• на 13 женщин меньше заболели диабетом (в WHI1 на 5,5 меньше).
Итак, пациентки из группы, принимавшей «Премарин», оказались в целом здоровее, чем принимавшие плацебо, а также чем женщины, получавшие терапию в ходе WHI1. На основании результатов этого исследования можно было сделать выводы, что использование лошадиного эстрогена все же лучше, чем его отсутствие, и намного эффективнее, чем его прием в коктейле с зомби-гестагеном. Женщины, получавшие лошадиный эстроген, были меньше подвержены сердечно-сосудистым заболеваниям. Причем, и это особенно важно, если сделать разбивку по возрастам, он лучше защищал более молодых, чем пациенток в возрасте после 50 лет. Раз защищены сосуды, значит, меньше риск возникновения инсультов. Вероятность рака груди также упала, что делает зомби-гестаген главным подозреваемым в возникновении этого вида опухоли в исследовании WHI1.
И вправду, дьявол кроется в деталях! Это хорошо известно в узких кругах медиков, занимающихся исследованием женского здоровья во время менопаузы. Руководители WHI1 не раз пытались взять слово и объяснить фатально неверную интерпретацию исследования, чтобы обелить репутацию гормонов, но не слишком успешно. Общий интерес врачебного сообщества к климаксу до сих пор находится на очень низком уровне, а миллионы женщин во всем мире страдают без должного лечения и без сопровождения специалиста проживают этот непростой период. Многие испытывают нарушения, которых можно было бы избежать при помощи разумного медицинского вмешательства. Многочисленных переломов шейки бедра пожилых женщин могло бы не случиться благодаря своевременному введению заместительной гормональной терапии. Бесчисленные болезни сердца, депрессии, нарушения памяти, умолчим о разбившихся браках и разрушенной самооценке, – всего этого не было бы, если бы кто-то предложил пациенткам разумную альтернативу.
Разумеется, в обоих лагерях есть свои фанатики и критики. Критики исследования WHS1 утверждают, что слишком высокая вероятность развития рака в нем была выведена по причине сложных статистических тестов, что женщины были слишком пожилыми, чтобы вообще начинать гормональную терапию, в конце концов, их средний возраст составлял 62 года! Это и правда, в соответствии с современными данными, слишком поздно. Мы ведь уже знаем, что золотое окно открывается в перименопаузу и закрывается спустя 10 лет после последней менструации. Мы знаем, что прием гормонов нужно начинать в состоянии здоровья, пока это «окно» еще широко раскрыто и сосуды не повреждены первыми атеросклеротическими бляшками. На старте применения эстрогена эти бляшки, более или менее пассивно располагавшиеся на стенках сосудов, могут отрываться, вызывая инсульты и эмболии. К тому же в исследовании участвовали в том числе и женщины, у которых в семье были случаи заболевания раком, а также имевшие повышенный риск опухолей. (Достаточно часто среди участниц выявляли: диабет, избыточный вес, высокое давление, отсутствие спортивных занятий, – все это классические особенности жизни полной американки в возрасте за шестьдесят. Почти у 34 % индекс массы тела превышал 30.)
С тех пор ситуация часто повторяется: ученые какого-нибудь университета собираются (при этом им совершенно не обязательно быть медиками, и это никогда не бывают гинекологи), проводят очередной эксперимент, не вставая из-за своих письменных столов, в ходе него поднимают данные всех крупных исследований любых гормонов, будь то натуральные, искусственные или гормоны животных, эстроген или прогестерон. СМИ радостно публикуют результаты, и вот уже по всему интернету снова разносятся громкие заявления об опасности такой терапии. Заголовки даже приличных изданий гласят «Гормоны вызывают рак», вновь и вновь перевирая факты, что меня лично ужасно раздражает. Эти информационные вбросы выбивают из колеи всех, не только тебя, дорогая читательница, но даже профессиональных врачей, которые не понимают, что им прописывать, а что нет.
Но ты теперь стала значительно умнее, сравнявшись со мной знаниями в этом вопросе, так что могу дать тебе ключ к разгадке подобных «новостей». Вот он: большинство исследований касались лошадиного эстрогена, а не трансдермально наносимого ß-эстрадиола, и почти все изученные препараты включали зомби-гестаген, а не натуральный прогестерон. Отличным примером является одно английское исследование, так называемый метаанализ 58 исследований по теме рака молочной железы и гормонов, опубликованное в известном журнале «The Lancet» летом 2019 года. Вывод гласил, что прием гормонов повышает риск рака, так как без терапии на 100 женщин у 6,3 развивается рак молочной железы, а при приеме гормональных препаратов их количество вырастает до 8,3. При отдельном использовании лошадиного эстрогена количество заболевших, согласно исследованию, вырастало с 6,3 до 6,8 на сотню. Авторы этого обзора пишут, что нет никакой разницы в типе прогестерона, будь он натуральный или зомби-версия, однако тут же цитируют исследование, в котором говорится, что биоидентичный прогестерон не повышает риск рака. И это – среди цитат из исследований, многие из которых поводились в 1990-е, когда о биоидентичных гормонах еще и говорить было рано. В общем, итоги и цифры большей части экспериментов базируются на тех самых результатах, полученных во время исследования лошадиных эстрогенов и зомби-прогестеронов.
РАЗРУШАЕМ МИФЫ
СМИ называют опасными те варианты менопаузальной гормональной терапии, которые применялись очень давно и, в отличие от современных, не содержали биоидентичных гормонов.
Почему так происходит? Чем крупнее исследование и чем больше участников в нем принимает участие, тем более достоверным кажутся его результаты. Многие крупные исследования проводятся в США, потому что там быстрее набирается нужно количество участниц (государство занимает аж четыре климатические зоны). Биоидентичные гормоны долгое время считались в Америке глупостями для хиппи и откладывались большинством консервативных врачей в тот же ящик, что медицинская конопля. Их продавали по альтернативным каналам, через интернет и в магазинах экопродуктов, в отличие от лошадиных гормонов они не проходили контроль качества, и таким образом, на них не стояла печать CDC. Медицинские исследования стоят дорого, и без крупного спонсора вроде региональной администрации, университета или фармкомпании практически нет шансов, что препарат войдет в повседневный оборот. Зато в Европе проводилось изучение биоидентичных гормонов. Во Франции, например, уже много лет они считаются официальными лекарственными препаратами и оплачиваются государственными страховыми компаниями. В одном крупном полевом исследовании принимало участие 100 000 француженок, которых наблюдали, начиная с 1990 года, чтобы помимо прочего установить риск возникновения рака. В ходе него подтвердился тот факт, что использование зомби-гестагена повышает вероятность рака молочной железы. В свою очередь, прием биоидентичных эстрогена и прогестерона, напротив, не увеличивал риски[45], [46]. Еще одно исследование, проведенное в Риме, подтвердило, что эстроген в сочетании с зомби-прогестероном провоцирует инфаркты, а в комбинации с натуральным прогестероном, скорее, предотвращает их возникновение[47].
НА ЗАМЕТКУ
Синтетические гестагены, мы называем их зомби-гестагенами, повышают риск рака и инфарктов.
Биоидентичные гормоны, напротив, скорее снижают как риск рака молочной железы, так и вероятность инфаркта, а ведь именно это – самая частая причина смертности женщин в Европе!
Исходя из вышесказанного, напрашивается вопрос, почему ошибочные слухи о вреде гормонов настолько утвердились в общественном сознании. С одной стороны, мы имеем сообщения СМИ, внушающие нам опасность использования гормонов, и сдержанность врачей старой школы, которая, кажется, подтверждает их верность. С другой, все гинекологи знают о достаточно низких рисках употребления биоидентичных гормонов, или, по крайней мере, большинство. Подтверждением этой позиции является то, что они сами прописывают себе[48] (если врач женщина) и своим женам[49] (если врач мужчина) препараты, содержащие биоидентичные гормоны. Просто очень сложно каждый раз бороться с тем, что написано в инструкции, составленной юристами и защищающей в первую очередь интересы фармацевтов, а не пациенток. Разговоры о гормонах требуют очень много времени. Разъяснения о течении климакса тоже требует очень много времени. Времени, которого не у всех достаточно на приеме. Так что постепенно многие мои коллеги сдались. Даже те, кто желает своим пациенткам только самого лучшего.
РАЗРУШАЕМ МИФЫ
Большая часть женщин-гинекологов сами принимают биоидентичные гормоны (96 %), когда приходит время, а большая часть мужчин-гинекологов выписывают их своим женам (98,5 %)!
Какие еще факторы увеличивают риск рака молочной железы?
Если бы ко всему, что повышает вероятность рака молочной железы, прилагалась такая же инструкция, как к гормональным препаратам, многие отрасли промышленности если не рухнули бы, то впали в глубокий кризис.
Одной из наиболее частых дополнительных причин развития рака молочной железы является избыточный вес. Те, чей ИМТ (индекс массы тела) составляет более 25 кг/м2, уже подвергаются дополнительному риску, а с ИМТ более 30 вероятность заработать этот вид опухоли в постменопаузу вырастает на 58 % по сравнению с человеком с нормальным ИМТ[50].
Вероятность злокачественной опухоли молочной железы на 40 % выше для женщины, не занимающейся спортом, по сравнению с активным человеком. Сочетание же избыточного веса с постоянным диванным времяпрепровождением еще удваивает риски.
Алкоголь – второй важный фактор. Тот, кто выпивает два стакана вина в день или семь алкогольных напитков в неделю, удваивает свои риски по сравнению с тем, кто вообще не употребляет алкоголь. Курение же в дополнение к алкоголю в семь раз повышает вероятность возникновение рака!
И еще раз для наглядности: по результатам исследования WHI1, проводившегося на лошадиных гормонах и зомби-гестагенах, риск возникновения рака груди для женщин увеличивался на 26 %, то есть в 0,26 раз по сравнению с группой, принимавшей плацебо, не содержавшее гормоны[51]. По результатам исследования WHI2 риски участниц и вовсе стали на 21 % ниже, чем в группе с плацебо.
Так что, следуя логике нашего общества, на каждом пакетике чипсов, на каждом лотке с мороженым, на каждой бутылке шампанского, на каждом диване, произведенном IKEA, должен быть прикреплен листочек с надписью, гласящей, что ежедневное использование этого товара ведет к образованию рака молочной железы. Все это я пишу не для того, чтобы испортить твой девичник или помешать проводить воскресенья, устроившись в мягком кресле. Просто я хочу объяснить, что не каждая вещь, на которой не стоит надпись «опасно», и правда опасна. Просто с юридической точки зрения нет никакой вероятности, что кто-то подаст в суд на IKEA, потому что он всю жизнь валялся на диване и ел мороженое вместо того, чтобы сходить в спортзал, из-за этого пополнел и заполучил рак.
В настоящее время все еще ведутся споры о вреде дезодорантов, в составе которых содержится алюминий. Сам алюминий был в больших количествах обнаружен в опухолевых тканях женщин, особенно часто пользующихся дезодорантами. Но пока не доказано, способствует ли он возникновению раковых опухолей или просто откладывается в них.
Мир медицинской статистики может показаться для постороннего человека пугающим и непонятным. Статистики радуются цифрам и анализируют данные, полученные в стерильных условиях. Проблемы начинаются в тот момент, когда эти цифры показывают нам, ничего в них не понимающим, без соответствующей инструкции по употреблению. Мы не можем осознать всей картины и понять, что эти цифры для нас значат в реальности.
Возьмем для примера тему относительных рисков. Относительность риска – это число, которое описывает вероятность заболеть некоей болезнью при регулярном повторении определенного поведения. Она соотносится с цифрой базового риска, за который берется 1,0.
Риск образования рака молочной железы при приеме гормональных средств и определенном образе жизни
Давай посмотрим, как рассчитывался риск возникновения рака молочной железы при приеме зомби-гормонов в исследовании WHI1.
Мы видим, что вероятность опухоли по сравнению с базовым значением здесь на 26 % выше: расположен на цифре 1,26. То есть риск повышен. Теперь давай рассмотрим еще пару ситуаций относительных рисков.
Относительный риск рака молочной железы при ИМТ более 30 составит 1,4.
Вероятность этого вида опухоли при приеме биоидентичных гормонов, согласно французскому исследованию CECILE, составила 0,8, при регулярных занятиях спортом 0,88: обе цифры ниже, чем базовые риски.
Что же это означает лично для тебя? Давай для сравнения обратимся к каким-то понятным опасностям, например, к картинкам, которые мы каждый день видим в супермаркете на пачках сигарет: к риску рака легких вследствие курения[52]. На этом фоне относительный риск рака молочной железы при приеме гормональных препаратов обретет совсем другой масштаб, вероятно, показавшись намного ниже, чем мы себе успели представить.
Соотношение риска рака легких и курения
Также очень распространено мнение, что для женщины риск злокачественной опухоли молочной железы составляет 12 %, то есть у каждой восьмой женщины однажды он будет диагностирован. Давай посмотрим, из чего складываются эти цифры.
• В 20 лет риск обнаружить у себя рак молочной железы в течение ближайших 10 лет составляет 1 на 1429, то есть 0,07 %.
• В 30 лет такого рода вероятность составляет 1 на 208, то есть 0,5 %.
• В 40 лет – 1 на 65, то есть 1,5 %.
• В 50 лет – 1 на 42, то есть 2,4 %.
• В 60 лет – 1 на 28, то есть 3,5 %.
• В 70 лет – 1 на 25, то есть 4,1 %.
Таким образом, абсолютный риск для женщины когда-либо в жизни обнаружить у себя рак молочной железы составляет 12,07 %. Это число получается посредством сложения всех результатов: 0,07+0,5+1,5+2,4+3,5+4,1=12,07 %, и это значит, риску подвержена каждая восьмая женщина[53].
Это не вероятность негативного сценария, которую ты испытываешь каждый год, это аккумулированные риски за всю твою жизнь вплоть до 80 лет. Это не значит, что ты встаешь каждое утро и над тобой тут же зависает домоклов меч: станешь ли ты сегодня одной из тех восьми женщин?
Помимо этого, известно, что при сборе данных существуют определенные погрешности: то программа посчитает одну пациентку за двух или трех, если у нее случился рецидив. То не учитываются члены одной семьи, что искусственно снижает процент здоровых участников исследования. При этом я вовсе не собираюсь занижать риски и приуменьшать опасность рака молочной железы. Но я хочу показать тебе на этом примере, как цифры и статистика влияют на наше восприятие реальности.
Итак, какие же знания мы можем применить к собственной жизни? Я сформулировала для тебя пять основных моментов, обобщив результаты различных исследований.
1. Зомби-гестагены вызывают рак. Так что руки прочь от искусственных гестагенов.
2. Гормональные таблетки, содержащие лошадиный эстроген и зомби-прогестерон, повышают риск инсультов и инфарктов, особенно если начинать принимать их через много лет после менопаузы. Помимо этого, они расщепляются в печени и таким образом провоцируют тромбозы.
3. Лошадиный эстроген был вполне уместен в 1990-е, но сейчас мы используем биоидентичный ß-эстрадиол, нанося его на кожу, таким образом, не мучая нашу бедную печень животными гормонами. А кобыл мы лучше выпустим пастись на луг и не будем принуждать их к постоянному совокуплению с жеребцами.
4. Заместительная гормональная терапия биоидентичными эстрогеном и прогестероном не повышает риск рака молочной железы, а возможно, даже снижает его. А вот нездоровый образ жизни как раз-таки повышает!
5. Очень важно вовремя начать принимать гормональные препараты. Тот, кто начнет терапию в перименопаузу или вскоре после нее, точно сможет предотвратить заболевания, которые становятся самой частой причиной смерти или потери самостоятельности женщин во всем мире.