Все люди разные. Есть люди хозяйственные, трудолюбивые. У них дом всегда со свежим ремонтом, и гараж, и сарай. Крыша не течет, в дровянике дрова сложены. И огород – аккуратные грядочки, ни одного сорняка. А есть люди, у которых, скажем так, другие приоритеты. Вот я, например, валяюсь на диване с ноутбуком, книжку пишу. А огород у меня кабаны перерыли, которых я сама же туда и пустила. Соседи пальцем у виска крутят и угощают кабачками и огурцами, потому что своих в нашем горе-хозяйстве не водится.

Как-то так бывает и у бобров. Хоть их и считают идеалом хозяйственности, но бобр бобру рознь. Это хорошо видно весной, во время половодья. В хозяйстве некоторых семейств есть хатка зимняя и хатка весенняя. И та и другая вовремя ремонтируются, крыша и стены без щелей, все как положено. Таких бобров мы очень уважаем, но не очень любим. Почему? Потому что их трудно пересчитать – в любое время года семья днем сидит в хатке, не разглядишь. Я думаю, из такой семьи и бобр Куцый, больно ладное его бобровое хозяйство, умелые лапы.

Бывают семьи с весенними хатками, но сделанными тяп-ляп.

«Весна быстро пройдет, чего стараться, – думают, вероятно, такие бобры. – Щели, дыры – а, ерунда. Не зима, обойдемся так».

Такая позиция хоть и не вызывает особого восхищения, но на руку исследователям. Подходишь к такой хатке, а в ней сверху здоровенная дыра, в которую видно всю семью: толстого бобра, лежащего кверху пузом, бобриху с крохотными бобрятами и бобренка-годовичка. А сверху в дыру эту капает апрельский дождик – на мохнатое пузо главы семейства, на мамашу и ее малышей, на бобренка-годовичка. А глава в это время храпит (честное слово!), мамаша смотрит напряженно черным блестящим глазом.

Бывают бобры, у которых весной и вовсе нет никаких хаток. Вместо них – гнезда. Часто на крыше затопленной зимней хатки. Натаскают веток, сложат в виде гнезда и сидят в них, прижавшись друг к другу. Честно сказать, такие семьи нам нравятся больше всего. Обычно эти гнезда бывают из года в год в одном и том же месте, но иногда приходится и поискать.

К таким гнездам можно тихонечко подойти на веслах и понаблюдать за бобрами. Что они делают? Милуются, чешут друг друга, прижимаются нежно, теплые, посреди голубого холодного разлива.

Вот искали мы как-то раз бобров на Елковой старице. Берегов не видно, только кипы ивняков и вода, вода бескрайняя, голубая, как небо. Везде следы бобровой жизни – погрызенные ветки. Следы есть, а бобров нет. Решили разворачивать моторную лодку и двигаться обратно к руслу. А пока разворачивались, заехали в ивняк и увидели четверых мохнатых бобров Елковых – они засели в иву, и не найти. Прижались друг к другу и смотрят. Они на нас, мы – на них.

То, на чем они сидели, уже не гнездо – это плотик. Когда совсем некуда приткнуться, собирают бобры из веток себе плот и живут на нем.