Ночью над Гамбургом разразилась гроза. Дождь барабанил по крыше, а завывания ветра доносились даже сквозь закрытые окна. Спальню нашу то и дело озаряли вспышки молний, сопровождаемые раскатами грома.

На следующее утро от недавней жары и солнца не было и следа. Мокрые улицы блестели под дождем, и, казалось, серым стало не только небо, но и все вокруг, словно кто-то использовал светофильтр.

По дороге на работу приходилось то и дело огибать грязные лужи и хмурых прохожих, уныло кутавшихся в теплые куртки в разгар июня. Посреди всеобщей серости выделялось яркое пятнышко: какой-то малыш с разноцветным зонтиком радостно прыгал в резиновых сапогах по лужам. Брызги разлетались вокруг, и его мать нервно отряхнула грязные капли с брюк, а потом повлекла сына дальше, в детский сад.

К тому моменту, как я добралась до офиса, одежда стала влажной, руки замерзли. Я пошла на кухню, чтобы приготовить чай, а Свенье, которую на этот раз опередила, – кофе. Вернувшись в кабинет, я поставила чашку ей на стол, включила свой компьютер и заглянула в почту – чтобы узнать, что коллега заболела и до конца недели ее не будет. Разочарованная, я подвинула к себе ее чашку и выпила один за другим оба напитка. Именно сейчас, когда наши отношения потеплели, она вдруг не пришла – впереди у меня был долгий серый рабочий день в одиночестве.

Без особого энтузиазма я приступила к работе. И вскоре заметила, что отсутствие коллеги имело и плюсы: удалось как следует сосредоточиться и не отвлекаться. В результате еще до обеда я справилась со всеми задачами, намеченными на сегодня, хотя думала, что придется потратить на них весь четверг.

В качестве награды я решила немного продлить обеденный перерыв – вряд ли сегодня это кто-то заметит, и, уверена, многие коллеги поступали так постоянно. К тому же я сделала за сегодня многое и знала, что перерыв повышает мотивацию, концентрацию и работоспособность, так что это будет хорошо не только для меня, но и для моего работодателя, и вообще… Тут я очнулась и покачала головой.

– Перед кем, собственно, я сейчас оправдываюсь? – спросила я себя.

Вместо того чтобы зацикливаться на одном и том же, бесконечно размышляя, что я могла бы сделать и какие последствия имел бы мой поступок, я решила просто что-то сделать. Итак, я откинулась на спинку стула, открыла дневник Тильды и принялась читать очередную запись, сделанную ровно сто лет назад.

Гамбург, 22 июня 1923 года

Дорогая Эмма,

только вчера я рассказала тебе о своем плане на те дни, когда удача от меня отвернется, а сегодня выдался как раз такой день. С утра все пошло наперекосяк. Сначала я не услышала будильник и опаздывала на работу. По дороге второпях столкнулась с парой каких-то сумасшедших мальчишек и, пытаясь увернуться, наступила на собачьи какашки. И будто этого было мало, на работе меня отчитали за опоздание – все, кажется, было против меня. Когда вечером я вернулась домой, настроение, сама понимаешь, было на нуле.

Но потом я вспомнила свой план спасения в трудные дни и список разных способов для поднятия настроения и похвалила себя за предусмотрительность. Один из пунктов предлагал создать обстановку, в которой я чувствовала бы себя комфортно. Так что я вдохнула поглубже и принялась за дело: навела порядок на полке с книгами, вытерла пыль с подоконника и переложила подушки на диване. Переставила мебель, чтобы комната выглядела свежо, сбегала в магазинчик поблизости за цветами, чтобы оживить обстановку и добавить красок.

За всеми этими хлопотами я и не заметила, как отвлеклась от своих проблем. По мере того как предметы в комнате обретали свои места, на душе становилось все спокойнее. «Порядок вокруг помогает навести и порядок внутри нас», – говорила ты всегда и была права.

Наконец я с удовлетворением обвела взглядом свое преображенное жилище. Конечно, до идеала еще далеко, но это явно был шаг в нужном направлении – а ведь это и есть главное, не так ли? Порой именно мелочи помогают нам пережить темные дни. Вот и сейчас, после всех сегодняшних неприятностей я находила утешение в окружавшем меня порядке и уюте.

С любовью,

твоя Т.

Я бережно закрыла дневник Тильды и оглядела наш со Свеньей кабинет. Казалось, здесь царило то же пасмурное ненастье, что и за окном. И стены, и вся обстановка словно были покрыты какой-то серой пеленой. Вдобавок к этому я вдруг заметила, какой повсюду беспорядок. Столы завалены стопками бумаг и бесчисленными листочками с напоминаниями и заметками. Ручки, которые давно перестали писать, старая точилка для карандашей, два массивных перфоратора и бумажки с неразборчивыми каракулями довершали картину. На подоконнике скучали два маленьких суккулента в коричневых пластиковых горшках, которые упорно пытались выжить, но теперь, казалось, вот-вот сдадутся. А на стене висел какой-то ужасный календарь с рекламой, на котором курсором всегда была отмечена неверная дата, потому что никто за этим не следил.

– Ну и ну, – пробормотала я и подумала: «Неудивительно, что мне каждый раз так не хочется сюда идти…»

Я решила навести порядок у себя на столе, чтобы сделать рабочее место уютным. Для начала рассортировала документы, с которыми работала. Бумаги Свеньи трогать не стала – вряд ли она одобрила бы такое вмешательство.

Потом просмотрела листочки с заметками. Выяснилось, что все уже неактуальны, так что я скомкала их в один большой шарик и бросила его в мусорную корзину, вернее, рядом с ней.

«Ясное дело», – вздохнула я и встала, чтобы поднять его и отправить в корзину – точно сверху, так уж наверняка не промахнусь.

Перебирая то, что осталось на столе, я почувствовала необходимость упорядочить не только бумаги, но и прочие канцелярские принадлежности – разложить аккуратно по своим местам. Заглянув в «Гугл», я наткнулась на настольные органайзеры и стала изучать ассортимент интернет-магазинов: нашла очень красивые и к тому же недорогие.

Я положила в корзину настольный набор из бамбука. Потом добавила к нему три симпатичных постера с афоризмами, чтобы украсить серые стены, стильный деревянный арома-диффузор, два комнатных цветка в ярких керамических горшках и полутораметровый торшер – для более комфортного освещения.

Сумма покупки в итоге оказалась не такой уж и маленькой, но я решила, что позже поговорю с Томасом, нашим руководителем, не возместит ли мне какие-то из расходов компания – в конце концов, дело касалось обустройства рабочего места. Так что я кликнула «купить» и с удовлетворением отметила, что все обещали доставить на следующий день – значит, до возвращения Свеньи успею преобразить наш кабинет, и мы вдвоем этому порадуемся.

В завершение я составила список вещей, которые могла бы принести завтра из дома, чтобы добавить уюта, не тратя при этом денег. В него вошли, например, несколько наших с Яном фотографий в рамочках и мой талисман: маленький фарфоровый гном – с виду ничего особенного, но он с детства всегда меня сопровождал. Чтобы не захламлять рабочее место, я решила ограничиться пока этим и положила список в сумку.

Потом провела рукой по поверхности своего расчищенного стола, представила вдохновляющие постеры на стенах, новые цветы на подоконнике, красивый торшер в углу – и мне стало легко и свободно. Я придумала, как избавиться от серости и запустения, присущих до сей поры нашему офису, и сделать пространство вокруг более светлым и позитивным.

А если учесть, что после разговора по душам я еще наладила отношения со Свеньей, можно быть уверенной: работа теперь не будет вызывать у меня столько отрицательных эмоций, как раньше. И все же не стоило себя обманывать: хорошие отношения с коллегой и приятная атмосфера, конечно, много значат, однако они вряд ли спасут, если я не вижу смысла в своей работе и считаю, что меня тут не ценят.

Надеясь, что дневник подскажет, как быть, я уже собралась было прочитать следующую запись, но почувствовала, что делать этого не стоит. Будто внутренний голос шепнул, что в день полагается только одна запись. Так что я поборола любопытство и нетерпение.

Стук в дверь прервал мои размышления. Я поспешно повернулась в своем кресле к столу и подвигала мышкой, чтобы зажегся экран и выглядело так, словно я работаю.

– Да, войдите! – крикнула я, поспешно вбивая пароль. Конечно, я ошиблась, и пришлось вводить его заново, когда в кабинет заглянул Томас…

Как реагировать на то, что со мной происходит, решаю я сама.