– Нет, сэр, – терпеливо ответствовал племянник. – Это трубка.

– Трубка, значит? – переспросил майор Эйерс, благодушно буравя его глазками. – Вы, значит, мастерите трубки?

– Я мастерю эту трубку, – витая в облаках, отозвался племянник.

– Уплыли, а свою позабыли, наверно, на берегу? – после паузы предположил майор Эйерс.

– Да не. Я их не курю. Я просто делаю новую модель.

– А, вон оно что. На продажу. – Разум майора Эйерса потихонечку занимался огнем. – А что, есть, значит, спрос? Новую модель трубки американцы раскупят мигом. Вы, конечно, уже нашли каналы сбыта?

– Нет, я просто так. Забавы ради, – объяснил племянник терпеливо, как обычно говорят с бестолковыми детьми.

Майор Эйерс еще побуравил глазками его склоненную, в облаках витающую голову.

– Да, – согласился он. – Пока не рассчитаешь стоимость производства, лучше никому ничего не говорить. Тут я вас не виню. – Майор Эйерс сумрачно прикинул про себя. И сказал: – Американцы купят новую модель. Странно, что никто раньше не додумался.

Племянник по чуть-чуть колупал свою трубку. Майор Эйерс заговорщицки прибавил:

– Ни капли вас не виню. Но когда закончите, вам понадобится капитал – в таком, знаете, духе. И вот тогда… оброните словечко друзьям в подходящий момент, э?

Племянник поднял глаза.

– Словечко друзьям? – переспросил он. – Да я просто мастерю трубку, говорю же. Трубку. Просто чтобы мастерить. Забавы ради.

– А то как же, – учтиво согласился майор Эйерс. – Без обид, юноша. Не виню вас совсем, вообще ни капли. Сам побывал в точно таком же положении.