Драконы настороженно переглянулись, Бамар неуловимо кивнул Байдору, видимо, полагал, что не замечу, а принц помолчал и осторожно произнес:

– Не хотелось бы пугать тебя, Алиса, но, боюсь, опасность не миновала. И я буду просить правителя продлить мои полномочия по обеспечению твоей защиты.

– Видимо, принц полагает, что ваши вчерашние совместные похождения дают ему подобное право! – ехидно встрял Бамар.

«Ты ж моя коричневая «прелесть»! – подумала я. – Не выдержал». Видимо, мысль, что Байдор может оказаться моим постоянным охранником, имеющим возможность видеть меня чаще других, оказалась для него невыносимой.

Байдор сверкнул раздраженным взглядом.

– А у коричневого дракона, вероятно, короткая память, – не остался он в долгу.

Может, и хорошо было, пока они изображали шерочку с машерочкой?!

– И какая опасность осталась, как ты полагаешь? – спросила принца, чтобы переключить их на более серьезные вопросы, чем вновь проснувшаяся конкуренция.

Байдор выдохнул.

– По правде, мы с Бамаром вчера не убили друг друга по пути в жениховский корпус лишь потому, что обсуждали это, – с усмешкой признался он. – Дело в том, что мы до сих пор не знаем, герцог ли нанес ментальный удар смотрителю оранжереи, он ли написал древние письмена в жениховской кают-компании. И, наконец, остались ли еще женихи, кто получил распоряжение убить тебя.

Холодные мурашки пробежали по спине. В общей суете, увлеченная приготовлением пирожков и внезапно возникшей «личной жизнью», я как-то совсем перестала бояться. Положилась на папочку, надеясь, что он все устроит. Что преступник разоблачен, а если не все вопросы решены, то скоро решатся… А ведь Байдор прав!

– Женихов отец проверит завтра на церемонии представления. Никто не сможет скрыть свои замыслы от правителя! – произнесла, убеждая саму себя, хорошо хоть голос не дрожал, потому что мышь с писком «ну вот видишь!» нырнула в убежище.

– Да, верно, – согласился Бамар. – Или их уже арестовали – при условии, что письмена писал герцог и адресовал их конкретным женихам. Тогда это будет конец истории…

– Но может быть и по-другому, – перебил его Байдор. – Возможно, герцог лишь одна из фигур в игре Сурала. И даже если ментальный удар и письмена – его рук дело, не факт, что больше никого нет. Правитель Эребеара всегда держит пару запасных ходов. Пока нам нужно узнать, какова доля участия герцога во всем этом. И, кстати, непонятно, зачем было подсовывать именно Бамару букет с приворотным зельем.

– Ну так идемте к правителю! – Я вскочила. – В конце концов, ситуация напрямую касается меня!

Байдор с Бамаром переглянулись.

– Но правитель Эргон не вызывал никого из нас, – неуверенно пробормотал Бамар.

– Да, только вчера он обещал мне разговор. – Я решительно собрала в охапку букеты. – Принц, принцесса и их сообщник имеют право на внеплановую аудиенцию!

– Подожди. – Байдор тоже встал и мягко коснулся моей руки горячей ладонью. – Алиса, мы не хотели говорить тебе… Но у нас есть еще одно подозрение.

– И какое же? – спросила с вызовом.

Байдор с Бамаром опять переглянулись, вздохнули.

– Тебе не понравится, – глядя мне в глаза, сказал Байдор. – Очень не понравится!

– Ты с ума сошел! Даже слушать не хочу! Привык, что твой собственный отец постоянно плетет интриги и замышляет недоброе, вот и моего подозреваешь! – бушевала я, торопливо идя по тропинке.

Байдор обогнал меня и остановился передо мной, не давая пройти дальше. Бамар не отставал – тоже преградил путь, встав плечом к плечу с принцем.

А вот я сейчас вас файерболом! Но, конечно, не буду. Очевидно же, что воины из них много лучше меня, только опозорюсь, вызову снисходительные улыбки. По крайней мере у Байдора…

– Да стой ты, Алиса! – Принц поднял руку, призывая меня к примирению. – Не в этом дело! Я вовсе не хочу сказать, что твой отец желает тебе смерти! Иначе зачем вообще он привел бы тебя в наш мир и назначил наследницей? Не в этом дело!

– Но ты говоришь, что все это может быть комбинацией Эргона! Вы, видите ли, вчера подумали! И все это – опасность для меня, твое участие… Ты сам только что сказал! Как прикажешь мне это понимать?

– Алиса, пожалуйста, дослушай! Никто не желает оскорбить твои дочерние чувства и достоинство твоего отца! – подключился Бамар.

– И ты с ним заодно! Я ведь слышала ваш разговор!

– Мы уже поняли! – усмехнулся Байдор. – И да, мы считаем своим долгом беречь твою жизнь и твои… нервы.

– Только вместо этого возводите напраслину на моего любимого отца! – Мышь была возмущена вместе со мной, поэтому можно было бушевать сколько угодно.

Когда Байдор озвучил свою сумасшедшую версию, я как-то подзабыла, что еще утром злилась на папочку из-за выходки с сетью и гадала, зачем ему это понадобилось. Сейчас отец казался единственным родным и надежным существом (то есть драконом) в мире, а принц и его коричневый подпевала – врагами, стремящимися поссорить нас.

– Даже если я прав, никакой напраслины нет. – Лицо Байдора стало холодным и высокомерным, как когда-то. Наверно, специально это сделал. Потому что изменение его тона с горячего и просящего на холодный и режущий стало для меня отрезвляющей пощечиной. – Впрочем, если ты, принцесса, не хочешь знать эту версию, не смею требовать твоего внимания. – Он сделал легкий шаг в сторону, давая мне пройти.

Я выдохнула, подышала, чтобы успокоиться.

– Ладно, рассказывай свою версию в подробностях.

Неожиданно ощутила усталость. Сколько можно! Отбор только начался, а у меня постоянно потрясения. Физические и моральные.

«А ведь он может быть прав! – шепнула предусмотрительная мышь. – Послушай!»

– Твой отец не посадил тебя под замок, когда все началось. Не отменил отбор, чего можно было ожидать, когда появилась опасность для любимой дочки, – заговорил Байдор. Он оставил нас под сетью с непонятной целью, не верю я в наказание. И оставил не просто, а наедине, не приставив охрану, словно опасности больше нет и быть не может. А я вижу, что он искренне любит тебя! Это заметно. Потом он позволил, чтобы Бамар один шел по коридору, где мы с тобой находились. Что это может значить? Что опасности нет или она очень мала. И, допустим, все это подстроено правителем с помощью его друга герцога Грейдора с какими-то им одним известными целями. Но мы эти цели можем лишь предполагать.

«А ведь он может быть прав!» Это уже была не мышь. Это была я.

Осознание холодным душем прошлось по телу. Стало больно. Невыносимо больно.

Неужели отец играет со мной? Со всеми нами?! Водит нами, как пешками, пугает какой-то опасностью для моей жизни, а на самом деле преследует свои интересы, о которых не соблаговолил сообщить мне.

Ну, папочка, чтоб тебе гнорики хвост защекотали! Безвредно, но, говорят, когда эти существа бегают по хвосту, дракон чувствует себя очень дискомфортно!

Слезы ударили в глаза. Именно ударили. Набухли одним махом. Я шмыгнула носом и лишь немыслимым усилием воли удержалась, чтобы не разреветься по-настоящему.

Все, что связано с отцом, – такое личное, важное… И любое разочарование в связи с этим причиняло невыносимую боль.

– Но зачем ему это может понадобиться? – снова невольно шмыгнув носом, спросила растерянно.

В лице Байдора появилось искреннее сочувствие.

– Вероятно, отбор. Больше ничего в голову не приходит. Проверка тебя как принцессы. Проверка меня… Выявление самых смелых драконов – как Бамар, например. То есть он назначил внешний формальный отбор, а сам заодно проводит свой собственный, скрытый. Ищет для тебя жениха, который сможет помочь в условиях настоящей опасности, того, с кем тебя свяжет настоящая близость. Ну и сеть… Тут все понятно. Думаю, правителю близка идея объединения наших государств. Поэтому он и устроил нам с тобой вчера проверку совместимости под этой сетью.

Логично, очень логично. Проклятье!

– Ну я ему устрою! – пригрозила вслух, хоть внутри все рвалось от боли и досады, а не от гнева.

Просто гнев – более сильная эмоция. Эмоция силы, а не слабости. И я показала драконам лишь ее.

– Не стоит, Алиса, – спокойно сказал Бамар.

– Почему?

– Потому что не факт, что все так, – так же спокойно добавил Байдор. – Просто, прежде чем идти к нему, мы решили рассказать тебе эту версию. Но все может быть иначе. Поэтому… предлагаю сыграть в свою игру.

– В какую это? – Я насупилась.

– В такую же, как правитель, если он играет. Внешне – быть согласными с ним, не подавать вида. А между собой – отслеживать происходящее и, если появятся новые доказательства, что все это игра Эргона, то иметь это в виду и не поддаваться на провокации.

– А какие могут быть доказательства? Как-то все слишком запутано. Может, это ты, принц, все выдумал, чтобы рассорить правителя и его наследницу? Перетянуть меня на свою сторону, заодно отвести обвинения от своего отца…

– Нет, ну зачем мне это, – усмехнулся Байдор, – я-то как раз честно играю. А доказательства… Например, если завтра на представлении не найдется ни одного жениха, замешанного в заговоре. Или если они будут словно актеры, назначенные на эту роль.

– А ты, конечно, поймешь, что они «актеры»? – подначила я Байдора.

– Думаю, да. Отличить ложь от правды я смогу. Да и мысли простых драконов уловить – тоже. Так что буду проводить проверку одновременно с Эргоном.

На душе заскребли кошки. Что бы там ни натворил отец, мне не хотелось вступать в «заговор» против него. Но… мои разноцветные «прелести» могут быть правы. И тогда стоит хотя бы представлять себе, что там папочка задумал. Я прощу его… потом. Но манипулировать собой не позволю! Потому что отбор – мой.

Не позволю ему подсунуть мне жениха против моей воли. Слишком много я в жизни мучилась из-за одиночества и неуверенности в себе. Мой муж должен искренне любить меня, поддерживать – в том числе мою шаткую самооценку.

Да, мышь, я понимаю, что ты так просто от меня не отвяжешься, хотя прогресс налицо.

И этот отбор все-таки мой! Только я могу выбрать правильно.

К тому же обидно, если папочка выдумал опасность для моей жизни, а мне приходится бояться по-настоящему. Я не тот щенок, которого можно кинуть в воду, чтобы научился плавать. Я не щенок, я… мышка.

Тьфу! Я принцесса драконов! Но иногда есть смысл послушать мою мышь.

Когда мы пришли к папочке, дверь перед нами открылась, словно он ждал нас. Прежде чем я поняла, что происходит, отец поднял руку в останавливающем жесте.

– Приветствую! Пару минут, очень интересно…

Мы с принцем и Бамаром замерли в изумлении. Едва удержалась, чтобы не рассмеяться: сосредоточенно подперев подбородок двумя пальцами, папочка сидел за столом и внимательно слушал… Гришу, разложившего перед ним какие-то чертежи.

– Так вот, – бойко вещал мой лучший друг, – смотрите… Способностью видеть через огонь, воду и зеркала, что происходит в другом месте, обладают лишь сильные маги. И лишь два очень сильных мага могут использовать их как средство связи. Уверен, при желании вы могли бы поговорить таким образом, допустим… с другим правителем драконов.

– Прецеденты были, – сквозь зубы процедил Эргон, услышав о своем давнем сопернике. – Так и что?

– Огонь и вода не подойдут, но зеркала можно использовать. Как средство мобильной связи, помните, в нашем с Алисой мире были такие штучки?

– Телефоны, смартфоны, айфоны, – усмехнулся Эргон, – еще эти… планшеты.

– И айпады. – Гриша с достоинством кивнул головой.

– Да, и айпады. Как видишь, я успел изучить ваши странные штучки.

– Вот я и подумал, что в этом мире ничего такого нет. И предлагаю ввести в обиход мобильные зеркала. Нужно изготовить магические зеркала по такой схеме. – Гриша ткнул пальцем во что-то, изображенное на чертеже. – Далее ты… вряд ли, конечно, ты сам, но какие-нибудь сильные драконы… зарядите их особой силой для связи. Раздаем такие зеркала желающим – бесплатно на пробу, – и их владельцы смогут связываться друг с другом, как по мобильному телефону. Как вы делаете со своим зеркалом. Не-маги тоже смогут ими пользоваться. Уверен, правитель, – Гриша эффектно понизил голос, – это новшество будет пользоваться большим спросом. После первичных испытаний их можно будет продавать за солидные деньги, что, несомненно, позволит еще больше обогатить казну Эреамора. Мне же, как автору проекта, хотелось бы иметь патент на изобретение и процент от продажи готовой продукции…

Гриша степенно поклонился Эргону.

– Ты, казначей, своего не упустишь! – расхохотался папочка, и я вслед за ним, не удержавшись.

– Гриша, послушай, – сказала, отсмеявшись, – идея гениальная, но что делать, когда у зеркала закончится заряд? Бежать к большому сильному дракону на подзарядку?

Друг хитро поглядел на меня и решительным движением перелистнул бумаги на столе.

– А на этот случай, господа, – торжественно произнес он, – предлагаю еще одно свое изобретение… сеть магического энергоснабжения. Аналог электросети из нашего мира.

Ничего не могла с собой поделать, от смеха меня почти пополам свернуло – самым неподобающим принцессе образом.

Одновременно в голове мелькнула неприятная мысль: раз правитель тратит время на Гришины идеи, то принц может быть прав – опасности нет, и все это папочкины интриги.