Да, герцог атаковал первым, что еще раз подтвердило мои подозрения. Разряд ударил прямо в Байдора. На мгновение я зажмурилась, ожидая, что черный принц упадет, начнет корчиться в агонии, но, когда открыла глаза, Байдор стоял прямо, его ладонь была направлена в сторону герцога. Принц не только отразил атаку, но и добавил своей силы, и к Грейдору вернулся двойной заряд магии…

Похоже, у нас есть шанс на победу. В коридоре все взрывалось, обездвиживающие сети чередовались с прямыми ударами молний, бойцы отклонялись, а я, часто дыша, вжималась в стену. Мышь забилась в норку и из нее советовала не высовываться.

И обе мы не переставали мысленно призывать отца. Чем бы ни кончилась эта драка, нам нужна его помощь!

А потом Байдора задело… Небольшой разряд боли вошел ему в бедро, принц издал странный звук и закусил губу – я заметила это, когда очередной всполох четко высветил его лицо.

Герцог зло усмехнулся, а я словно со стороны увидела, как вдруг отлепляюсь от стенки и делаю медленные, но уверенные шаги к Байдору.

Я принцесса. Во мне тоже есть родовая магия правителей. И если мы должны сражаться, то будем делать это плечом к плечу.

«С ума сошла! – послышался писк. – Куда ты? Я в этом не участвую!»

«Вот и не участвуй! – рыкнула на нее. – Пользы от тебя в бою – ноль».

– Алиса, отойди! Беги за подмогой! – шикнул на меня Байдор, когда я оказалась рядом, и меня чуть не задело фаейрболом.

– Нет, – мотнула головой и взяла его за свободную от магических действий руку, – воин из меня пока хреновый, но бери мою силу – силу правителей Эреамора – и делай, что нужно.

Долю секунды Байдор смотрел на меня в немом изумлении, потом крепче сжал пальцы, и я ощутила, как потоки силы заструились через руку в его ладонь.

Бери, Байдорушка, мне не жалко! Может, сила двух правящих династий остановит этого поганого предателя!

Схватка затягивалась. На самом деле прошло лишь полторы, может быть, две минуты. Время, за которое отец не смог бы добежать от своего кабинета сюда. Но я-то опасалась, что Грейдор скрутит Байдора в один миг.

Мы делаем успехи!

Герцог атаковал, мы отражали и отвечали с удвоенной силой. В какой-то момент я заметила, что противник согнулся пополам, а потом с трудом распрямился.

– Сеть! – шепнул Байдор и, забирая все больше моей силы, начал скручивать пленяющую серебристую сеть.

Но герцог, похоже, не пострадал, а сделал обманный маневр. Его рука вылетела из-за спины, и в нас полетела такая же сеть. Блестящая, красивая… Байдор встретил ее куполом силы, но было поздно.

Один старый дракон скрутил двух наследников престолов.

Серебристые сети опутали нас, прижав друг к другу. Мы отшатнулись к стене. Носом я уперлась в грудь Байдору, его руки обвили мои плечи, словно оберегая.

– Не пытайся вырваться – затянется быстрее! – шепнул он, оттягивая рукой нить, что больно впивалась мне в предплечье.

Мы стояли вплотную, если бы не обстановка схватки, я бы, наверное, смутилась, взволновалась от такой близости мужчины. Но сейчас в мозгу билась одна мысль: «Мы попались! Папа, ну где же ты!»

– Вот так, малыши! – раздался насмешливый голос герцога. Мы с трудом повернули лица и посмотрели на него. Поганец стоял в паре шагов от нас и с кривой усмешкой разглядывал двух плененных дофинов. – Вам там не тесно? – нарочито заботливо поинтересовался он. – Впрочем, неважно. Дайте пару секунд подумать, как с вами поступить…

– Я тебе сейчас так подумаю! – услышала я подобный грому голос, и все вокруг вспыхнуло золотистым светом.

Мы с Байдором на мгновение ослепли, а когда сияние пошло на спад, развеиваясь как туман, увидели, что герцога вжало в стену, распяло, словно бабочку в альбоме. Перед ним в окружении нескольких воинов-драконов стоял Эргон, и золотистый свет расходился вокруг него – магия, естество истинного правителя, золотого дракона…

Воины тоже были не обычными стражами – лейб-гвардия отца, лучшие, уже немолодые, опытные драконы. Двоих из четырех я немного знала.

Правда, освободить пленных никто не пытался. Нас словно не замечали. Все внимание отца и его спутников было обращено на герцога.

– Эргон… – прохрипел герцог, – я всего лишь хотел отвести к тебе этих двоих нарушителей!

– Хм… по сути-то они ничего не нарушили, – спокойно ответил Эргон, – а вот ты… Посмотри-ка на меня, Грейдор.

Но герцог, напротив, отвел лицо в сторону – шея и голова были единственными участками его тела, способными двигаться.

– Не хочешь? Ментальный запрет мешает? – Эргон усмехнулся. – Сочувствую, друг, но так не пойдет…

Он сделал решительный шаг к преступнику, взял его за подбородок и развернул лицом к себе, чтобы смотреть ему в глаза. Прошла почти минута, отец хмыкал, проникая в разум старого друга. И, видимо, защиты у Грейдора не было. Или просто папочка сильнее.

А потом герцог вдруг заорал. Он бился у стены, пытался вырваться, камни крошились вокруг его тела… Лицо искажала гримаса ужаса и невыносимой боли. Но отец крепко держал его, а я буквально физически ощущала, как он что-то делает в разуме герцога ментальными щупальцами.

– И что это значит? – растерянно прошептал Байдор.

– Скоро, видимо, узнаем… – ответила так же тихо.

Похоже, шептаться друг с другом начало входить у нас в привычку.

Страдания герцога длились не больше минуты. Потом он вдруг обвис в невидимых кандалах, державших его у стены, лицо расслабилось. Кажется, он потерял сознание.

Отец отпустил его подбородок и отошел.

– Посмотрим, получилось ли… – произнес задумчиво.

– Отец, да что происходит-то?! – крикнула, стало просто обидно, что никто не спешил освобождать двух наследников.

Отец обернулся ко мне.

– А то, что Сурал, отчаявшись переманить моего Грейдора на свою сторону, просто загипнотизировал его. Все же ментальная сила даже этого захолустного правителя больше силы самого опытного дракона вроде Грейдора. Не знаю, получилось ли у меня снять это воздействие. Не хочется, чтоб мой лучший друг был марионеткой и нападал на детишек…

– Эребеар – не захолустное государство! – прошипел Байдор.

– Эребеар – не захолустный, а Сурал – да, – миролюбиво согласился с ним Эргон.

– Так что же, Грейдор не виноват? Он творил все это под внушением? – спросил принц.

– Ну да. Неужели ты думаешь, я приблизил бы к себе дракона, в котором есть хоть немного от предателя?

– Не знаю, – буркнул Байдор.

– Может, освободите нас? – вмешалась, ощущая, что как затекли руки, ноги и шея, изогнутая возле груди Байдора.

К тому же близость к его горячему телу, звук сердцебиения прямо под ухом начали смущать – теперь, когда опасность прошла.

– Не-е-ет, – с улыбочкой заправского садиста ответил папочка. – Через пару часов сеть сама растает, а пока это будет вам наказанием за то, что шлялись ночью, как двое подростков-драконов, которым огонь ниже пояса покоя не дает.

– Ну пап! – Я чуть не заплакала, осознав, что мне предстоят два часа в объятиях Байдора.

Да уж… После такого можно либо пожениться, либо возненавидеть друг друга. А судя по затекающему телу, второе более вероятно. Я начну снова ненавидеть его, как причину своего дискомфорта. И он меня – тоже.

– Воспитательная акция. Заодно – проверка психологической и прочей совместимости, – деловито бросил Эргон и поглядел на герцога.

Грейдор медленно поднял голову. Несколько мгновений, встретившись глазами с Эргоном, он задумчиво молчал. Потом его глаза выразили необыкновенное удивление, еще спустя миг лицо расслабилось от облегчения.

– Благодарю, друг, – сказал он Эргону. – Прости меня…

– Ты не виноват, – заверил его отец и помагичил посредством своего золотого света. Потом хитро поглядел на нас с Байдором, усмехнулся и похлопал Грейдора по плечу. – Пойдем поговорим. Нужно понять, что с этим делать.

– А дети? – спросил герцог. – Я сильно их приложил. Нужно снять сеть…

– Не вздумай! – усмехнулся Эргон. – В чем-то ты был прав, пока находился в своем забытье, – они заслужили нагоняй. Впрочем… вся наша провокация сработала. Ты пошел навещать «Байдора», встретил их – и тайное стало явным.

И эти опытные зрелые драконы, ехидно поглядывая на нас, начали удаляться по коридору. Сейчас они уйдут, и мы с Байдором окажемся заключенными… в объятиях друг друга.

– Стойте! – заорала я, понимая, что принц не унизится до попытки их остановить.

– Что, доченька? – ласково спросил Эргон и выглянул из-за угла. – Приказать водички вам принести!

– Да иди ты со своей водичкой! Так нельзя! Благодаря нам ты поймал герцога, понял замысел Сурала! А ты наказываешь нас!

– Перестань! – шепнул Байдор. – Не нужно унижаться! И хамить отцу – тоже…

– Мой отец – мне и решать, как с ним разговаривать! Он над нами издевается! – тихо ответила.

– Ну не хотите водички – хорошо. Обезвоживание вам пока не грозит. – Эргон пожал плечами. – Что-то еще, моя милая?

– Да! Я хочу понять… – Я выдохнула. В чем-то Байдор прав. Если тебя «поставили в угол», нужно принять это с достоинством и найти, чем занять себя в это время. По крайней мере мне это удавалось, когда в детстве родители пару раз наказывали меня. А если я не получу ответ на свой вопрос, то буду мучиться еще и от невыносимого любопытства. – Грейдор явно не сильнее тебя или Сурала, но он смог проникнуть и под купол Байдора, и под твой морок. Как?

– А, ничего страшного, – усмехнулся Эргон, – просто у моего посла и друга есть «ключ» к родовой магии правителей Эреамора, дающий возможность замечать ее и проникать под нее. Я давно даровал его Грейдору. Сурал, похоже, тоже дал свой «ключ». Хотел сделать из нашего герцога непобедимую и опасную марионетку-убийцу.

– Кошмар… – простонала.

Еще и ключ какой-то… Об этом мне еще не говорили.

– Завтра побеседуем, – закончил Эргон и ушел.

Как только все драконы скрылись, я услышала над ухом:

– Алиса, можно тебя попросить?

– Конечно, Байдор. – Обреченно вздохнула и автоматически добавила: – Для тебя – что угодно!

Ведь это Байдор сражался за меня, хулиганил и рисковал вместе со мной… И в отличие от папочки, не пытался «поставить меня в угол». Если доживу до завтра, и впрямь напеку ему пирожков!

– Прямо все-все-все? – не преминул уточнить принц.

– В разумных пределах!

– Хорошо. Тогда ты не могла бы обнять меня за плечи? А то твои кулаки упираются мне в грудь, синяки останутся. Медленно вытаскивай руку… и вот та-а-ак, молодец…

Я протянула руки вверх и неуверенно обвила его плечи. Господи, неловко-то как! Если подниму лицо, будет очень удобная поза, чтобы целоваться…

Теперь между нами не было моих кулачков, и я в полной мере ощутила сильное, гибкое и горячее тело Байдора. Покраснела и крепче прижала лицо к груди принца, чтобы он не заметил мою реакцию. Только дыхание предательски участилось, когда я уже сама обнимала его, а он – меня. Очень бережно, кстати. Приятно… Какие-то легкие, но теплые и сладкие волны перемещались по моему телу. Даже ноги немного ослабли…

Проклятье! Что станет с нами за два часа!

Не знаю, что думал и чувствовал в эти моменты Байдор, но его тело напряглось, он шумно вдохнул, а потом выдохнул, расслабляясь.

– И еще ты, когда переминаешься, наступаешь мне на ноги… – как-то странно-хрипло произнес он.

– А ты наступаешь мне на юбку! – парировала.

– Да, я тоже, наверно, хорош, – усмехнулся он, – и все же… Давай попробуем сделать нам удобнее. Переставим ноги так, чтобы не топтаться друг по другу. Через часик сеть начнет слабнуть, станет полегче. Но нам еще нужно дожить до этого.

Мы потоптались, распределяя ноги в отведенном нам небольшом пространстве, это немного разрядило ситуацию. Но потом опять застыли, не зная, что делать друг с другом. Периодически оба шумно дышали, а иногда мне казалось, что принц незаметно касается губами моих волос.

Беседа не складывалась. Очень сложно говорить, когда ты прижата к мужчине, и по его телу проходят странные волны, передающиеся тебе…

Спустя примерно четверть часа затекла шея и начала нестерпимо болеть. Тихонько отстранилась и попробовала переложить голову на другую сторону. Чтобы для маневра хватило места, пришлось приподнять подбородок. Проклятье! Конечно, мы с Байдором встретились глазами, и я ощутила на лице его горячее дыхание. Волнующее, страстное… Мир поплыл, осталось только его лицо, исполненное мрачной, резкой красоты.

Сейчас он точно меня поцелует, подумала я, и все? Отбор закончен?

Папочка спровоцировал нас, и мы никуда теперь друг от друга не денемся?

В глазах Байдора со зрачками в форме песочных часов вспыхнул огонь. Кажется, он начал склоняться ко мне…

Мышь испуганно пискнула, и я рывком отвернула голову в сторону. «Рано! На отборе полно других прекрасных драконов! – шепнула мышь. – А с Байдором нельзя просто поцеловаться и забыть об этом…» И я была вынуждена признать ее правоту.

Байдор снова шумно выдохнул и передвинул ладонь на мой затылок, словно хотел сильнее прижать голову к груди. Несколько минут мы стояли, тяжело дыша, я смущалась и краснела Байдору в грудь. А в другие моменты – ощущала сладкую волну и хотела отдаться ей. И не знала, что делать!

Ну, папочка! Ты у меня за это получишь!

– Ты ведь все равно не закончишь отбор таким образом, – произнес вдруг Байдор странную фразу. – А нам нужно как-то скоротать время. Расскажи мне, как обещала, о своем мире. Как оказалась здесь и стала принцессой…

Я выдохнула. Прекрасная идея!

Рассказывать, прижимаясь щекой к груди принца, ощущая, как он время от времени меняет положение рук у меня за спиной, словно гладит, было странно. Но зато это прекрасно отвлекало от невыносимой интимности и романтичности момента.

– Тогда понятно! – сказал принц, когда я была близка к окончанию своей истории.

– Что понятно?! А, кстати! Ты два раза повторил, что чего-то не понимаешь! А теперь тебе понятно! Это ты о чем?! – Я вспомнила его загадочные фразы, которые он отказался комментировать во время нашего ночного приключения.