Время шло, я стоял и прислушивался. Из кабинета до меня доносились голоса, но я не мог разобрать, что они говорят. На миг, как при вспышке молнии, я увидел ледяной мир призраков подземелья и содрогнулся.

Продолжая настороженно прислушиваться, я машинально следил за Картой: по небу плыли облака, по морю – большие пароходы, вулкан начал извержение… Потрясающее зрелище! Огненные потоки текли к морю. К счастью, вулкан находился на пустынном острове. Вполне возможно, что именно лава вулкана и образовала этот остров.

Я всё смотрел и смотрел на вулкан. Он меня будто заворожил. Тем более что мне вовсе не хотелось знать, что происходит по соседству со мной в кабинете.

Потом я всё же решился и приложил ухо к двери. Но по-прежнему различал только глухое гудение голосов. Вообще-то теперь я был бы не прочь узнать, кто такой этот вновь прибывший, что лежит у него на совести и по какой причине дьявол забрал его душу. Или, возможно, его отверг Бог? В конечном счёте, Богу принадлежит право определять, кто добрый, а кто злой. Он заинтересован в том, чтобы вредные души не тормозили общего движения. Но зачем с самого начала выдавать кому-то скверную душу? Или, может, они внедряются контрабандой, а может, там тоже есть барахолка? Или мошенники, которые изготавливают подделки?

Я занимал себя всякой ерундой, лишь бы снять угнетавшее меня напряжение.

Голосов я больше не слышал. Они закончили разговор? Вполне возможно. Новенький прибыл в фургоне с решётками, значит, Граф однозначно отправит его прямиком в «ад». То есть в подземелье. Я осторожно приоткрыл дверь. В кабинете никого не было.

Но услышать отменяющий тревогу колокол я всё же предпочёл бы не здесь, так что я вернулся к Карте.

Серьёзный промах! Я не закрыл за собой дверь.

Я снова увидел Довиль, увидел пляж и мол. Потом сосредоточился на времени сиесты этой компании, что потребовало от меня определённой ловкости.

И тут я почувствовал у себя за спиной ледяной холод. Дыхание у меня перехватило. Я обернулся и увидел призрака с сумасшедшими глазами. Весь в чёрном, он тянул ко мне руки в чёрных перчатках. Я отшатнулся к Карте.

И оказался в Довиле посреди мола. В ушах у меня сумасшедше бýхало сердце.

Я дал себе время, чтобы немного успокоиться. Я сделал то, что поклялся никогда в жизни больше не делать, – вошёл в Карту. Но на этот раз это точно спасло мне жизнь. Я стоял неподвижно и смотрел наверх – у меня было жуткое предчувствие, что мой преследователь тоже вмажется в экран.

Но всё было тихо. Доктор Граф сказал: мёртвые не могут пользоваться Картой.

У меня перед глазами всё ещё стоял этот призрак. Злобный, совершенно безумный взгляд. Я видел его цилиндр, редингот11, атласный чёрный жилет. Костюм девятнадцатого века. Но почему он явился к нам только сейчас?

Меня понемногу отпускало. Я оценил свою удачу: я попал не в разгар кровавой битвы, а в свой привычный мир, в своё время. Всем нам, если честно, чертовски повезло: нет войны, мы не голодаем, нам обеспечено образование, лечение, каникулы. Может, у нас тоже не всё ещё в порядке, но, что ни говорите, это здоровский прогресс. Хорошо, что беда со мной случилась не в тот момент, когда я изучал судьбу доисторического человека, загнанного в тупик стадом зубров. У нас тут ни звериных шкур, ни дротиков. Джинсы, футболки, куртки и главное оружие – мобильные телефоны.

Но я ничем не могу тут воспользоваться. И мне очень страшно. Как серый призрак мог оказаться в подсобке с Картой? Я волновался за особняк – и в первую очередь, само собой, за Клеа.

Взять и вернуться сразу назад я не могу. Призрак, конечно, торчит возле Карты и старается понять, куда я подевался. Я огляделся. Бесконечный пляж с мелким песком, солидные, богатые дома смотрят на море. В одном из них наверяка и жил Задавала.

А сейчас он лежал со своей весёлой компанией на молу. Я подошёл поближе. Джинсы у них были ещё мокрые, они спали… И тут Задавала покраснел, он ловил ртом воздух, как будто задыхался. Я осторожно переступил через нескольких спящих, ни к кому не прикоснувшись. Но он уже не дышал! Я быстро оглядел остальных ребят. Может, кто-то приоткрыл глаза, встревожился, что рядом что-то происходит? Нет, все спят. Как будто и в самом деле ничего не произошло.

А что, если совершилось то самое совершенное преступление?..

Я наклонился над мёртвым. Он сжал руку в кулак возле шеи, словно собирался что-то схватить и неожиданно умер. Отёкшая шея нависала над его джинсовым колье. Оно явно слишком сильно её сдавило. Он в нём купался, ткань в воде сильно села, и колье его задушило!

Можно ли себе представить более нелепую смерть? Вот почему он так сопротивляется и не соглашается признать, что жизнь для него закончилась. Потрясённый, я отошёл в сторону. Я не проникся к Задавале дружеским чувством. Но разве можно смириться с тем, что ты умер, когда ещё даже не начал жить? К глазам подступили слёзы. Не из-за Задавалы, конечно, – из-за смерти, её нелепости, из-за того, что Клеа призрак… Я так хорошо мог представить себе, что мы вместе приезжаем ко мне домой, я знакомлю её с родителями… Я снова расстроился из-за Клеа и невольно поднял руку к небу.

Я снова оказался в комнате с Картой и замер. Я был готов отправиться тем же путём обратно в случае необходимости. Но серого призрака здесь уже не было. В кабинете было тоже пусто. Я на цыпочках прокрался по кабинету и выглянул в коридор. Никого. Прижался спиной к стене и стал осторожно двигаться по коридору. Наконец в холле у лестницы я заметил главврача и Рауля – они склонились над Задавалой, который лежал на полу. Оба выпрямились, как только заметили меня, и доктор Граф торопливо прошептал:

– Немедленно спрячься! Мы не знаем, где он!

Я огляделся вокруг, а потом спросил, показав на Задавалу:

– Что с ним стряслось?

– У нас нет никаких сведений, каким образом он оказался здесь. Прячься немедленно!

Я застыл на месте, всё так же прижавшись спиной к стене. Задавала не шевелился, он стал совсем серым. Даже одёжки на нём обесцветились. А потом вдруг рассыпался в пыль. Осталось лишь пустое место.

Я едва смог прошептать прыгающими губами:

– Ч-что… с ним… т-такое?

Вопрос был скорее к самому себе, чем к доктору и Раулю. Я сам же себе на него и ответил: «Задавала отдал душу серому призраку».

Я приблизился к ним ещё немного.

– Кто он такой, этот призрак?

– Не могу сказать, ничего от него не добился, – признался доктор.

– Почему он в костюме девятнадцатого века?

– Потом всё тебе объясню! Но сейчас беги в кабинет! Призрак опасен. Особенно теперь, когда с нами нет Леонида.

Да уж, тут я промахнулся! В данном случае не хотелось говорить «благодаря мне».

– Контролируйте ваши рефлексы, месье. Держите рот закрытым, – прибавил Рауль.

– Не понял!

– Сила серых призраков в том, что они пользуются нашими рефлексами, например, тем, что, удивляясь, мы открываем рот. Так у них получается забрать живую душу.

Я тут же стиснул зубы. А ведь в подземелье я именно так смотрел на происходящее, с открытым ртом!

Выходит, Задавала умер дважды. И оба раза самым нелепым образом.

Я стал медленно отступать, двигаясь по стене в обратную сторону и прислушиваясь. На этажах то там, то здесь раздавались странные стуки – шелестенье, шуршанье. Только бы все сидели тихо в безопасности в Оружейной комнате!

И тут меня буквально осенила одна идея.

– Я скоро вернусь! – шепнул я и побежал в подсобку с Картой.