Трое подростков, выскочивших из автобуса первыми, сбились в кучку возле Милы, пока остальные выходили из дверей. Все как на подбор в широченных джинсах, волочившихся по асфальту, и куртках оверсайз. Один из них – в желтой шапке набекрень, вытаскивая из кармана смартфон, задорно заявил:

– Че я вам покажу! Миха, глянь, – толкнул он того, что стоял ближе. – Серый, иди сюда!

Все трое склонились над экраном гаджета, который был виден и Миле. Парень запустил видео.

– Это сегодня во всех каналах!

Мила, ожидавшая, что школьник покажет ролик с участием не очень адекватного гражданина, который демонстрирует неприличные жесты, матерится на прохожих или справляет нужду в лифте, была удивлена, увидев иное. Очевидец снял интересные кадры: по улице Республики в свете фонарей несется стайка рыжих котят. Трое клином бегут впереди, как бы освобождая путь двум собратьям. Они-то и были самыми занятными. Если бы кто о таком рассказал Миле, она бы ни за что не поверила. Два котенка несли… чебурек! Один держал его в пасти с правой стороны, второй – с левой. Они шустро, нога в ногу, или как тут правильнее, задумалась Мила, лапа в лапу! – передвигались по тротуару.

– Да опять ИИ! – отмахнулся один из товарищей.

– Не! В комментах челы пишут, что реально так и было, – заспорил мальчишка, который показывал видео.

К ним присоединились еще несколько одноклассников, и один подтвердил, что его старшая сестра сама видела кошачью семейку, и показал видео с другого ракурса, снятое ею. Ребята посмеялись, а Мила, отметив, что все собрались, обратилась к ним:

– Ребята, наша экскурсия, посвященная подземным ходам, начинается здесь – возле Свято-Троицкого мужского монастыря, основанного в 1616 году.

– Ни фига! – присвистнул один из мальчишек. – Четыре века!

– Считать вы умеете, – улыбнулась Мила. – На тот момент он носил название Преображенский. В начале восемнадцатого века монастырь обветшал – деревянные кельи были в плачевном состоянии, Преображенская церковь полуразрушена. Благодаря митрополиту Филофею, который обратился к Петру I за помощью в восстановлении, были выделены средства на строительство, после чего монастырь был возрожден в каменном исполнении.

– А подземелье-то здесь есть? – нетерпеливо спросил подросток.

Мила, которая привыкла к любопытству школьников, проявляемому к теме этой экскурсии, развела руками.

– Есть или нет сейчас, не могу сказать. Но тюменские краеведы и историки уверены – подземные ходы в Тюмени существовали. Считается, что некоторые из них сохранены до сих пор.

– А как в них попасть? – раздалось из толпы.

– Увы, это невозможно, – покачала головой Мила. – Но сегодня вы узнаете, где они могли быть.

Школьники разочарованно вздохнули и начали перешептываться.

– Еще около пятидесяти лет назад подземный ход имелся у Свято-Троицкого монастыря, – продолжила экскурсовод. – Пройти по нему можно было около тридцати метров, а дальше он был завален. Куда он вел – остается загадкой.

Девчушка в куртке на три размера больше и в шапке с ушками, лямочки которой были завязаны под подбородком, подняла руку, прося слова, и, увидев кивок Милы, поделилась:

– А мне дед говорил, что подземный ход отсюда вел к храму на противоположному берегу Туры, к Вознесенской церкви.

– Ты ку-ку! – хохотнул ее одноклассник. – Под водой что ли!

Учитель сделала ему замечание, а Мила пояснила:

– Вы зря смеетесь. Такая легенда действительно существует. Откуда она пошла – сказать невозможно. Но, по мнению ученых, какими бы искусными не были наши предки, вряд ли они смогли бы вырыть ход под рекой. В любом случае, если он и существовал, беря начало от этого храма, подтверждение этому сложно найти, потому что Тура практически «съела» берег.

– А еще на Володарского есть – я слышал! – включился в беседу паренек, показывавший видеоролик с котятами.

– Все верно – ходы были и в старинном здании на улице Володарского, в котором в девятнадцатом веке располагалась гауптвахта, сейчас оно известно как тюменское «Ласточкино гнездо». Кстати, – подняла палец Мила, – это было первое гражданское здание в Тюмени, построенное из камня. Назначение подземных ходов в нем было оправданным. Как думаете – почему?

– Я что-то про ссыльных читала, – предположила одна из школьниц.

– Конечно, – кивнула экскурсовод. – Наш край был местом для ссылки. В Тюмень по железной дороге привозили ссыльных, а затем по реке направляли в Сибирь. Берег был крутой, и, чтобы арестантов было проще выводить из гауптвахты к барже, создали подземные ходы.

– А правда, что в одном из них устроили кладбище?

Услышав вопрос одноклассника, ребята начали хихикать.

– Вы зря смеетесь – молодой человек прав, – пояснила Мила. – Подземный ход был возле церкви Михаила Архангела на улице Ленина. Есть сведения, что он проходил под Площадью Борцов Революции и вел к реке. В 1918 году в пустотах на месте подземелья захоронили погибших красноармейцев.

– Фига себе! И это в центре города! – возмутился кто-то в толпе. – Мы ведь там ходим!

– Спешу вас успокоить, – ответила Мила. – Летом этого же года, когда белые заняли город, тюменцы потребовали извлечь трупы и вывезти на тифозное кладбище. Сейчас это район улиц Котельщиков, Максима Горького, Харьковской и Елизарова.

– А-а-а! – закричала девочка в шапке с ушками, прижав руки к щекам. – Я на Котельщиков живу!

Мила подождала, пока подкалывающие школьницу одноклассники угомонятся, и добавила:

– После этого освобожденные на улице Ленина пустоты были завалены мусором.

В этот момент девчонки завизжали и бросились в сторону.

– Крыса, крыса! – кричали в толпе.

Серая грызунья метнулась от группы в сторону кирпичной стены и скрылась за углом.

– Фу! – сморщилась одна из девочек. – А прикиньте, сколько их в подземных ходах, если они где-то остались. Это же настоящий крысиный город!

– А я бы слазил, – с бравадой ответил ей товарищ.

Мила призвала подростков к тишине.

– Ребята, а вы заметили, что объединяет все эти подземелья? – поинтересовалась она.

Секундную паузу нарушил парнишка в очках.

– Что они выходят к берегу? – предположил он.

– Именно, – и Мила подняла вверх указательный палец. – И это не просто совпадение. Ходы предназначались для того, чтобы при необходимости можно было скрыться. Этим объясняется и тот факт, что они были атрибутом храмов, которые, если вы помните из истории, были не только объектами религиозного культа, но и оборонительными сооружениями. И, что касается Тюмени, ходы вели к реке – главной транспортной артерии.

Когда Мила завершила рассказ, группа пошла к автобусу, чтобы продолжить маршрут. Никто не заметил, как из-за угла выглянула маленькая серая мордочка. Крыска пошевелила усами, дождалась, когда школьники уедут и юркнула в норку.

По темному узкому тоннелю она добралась до подземелья, своды которого позволили бы пройти человеку. Ни на секунду не останавливаясь, грызунья миновала несколько развилок и замерла перед дверцей с вензелем СК. Она легонько поскребла лапкой, и ей тут же открыли. На пороге стоял крыс в сюртуке.

– Прохор Ильич, Прохор Ильич, – запищала гостья.

– Фроська, не части! Отдышись.

Но посетительницу было уже не унять.

– Все в порядке, все в порядке – про подземный город никто ни гугу, – выпалила она.

– Все как обычно?

– Да-да, – закивала грызунья. – И про ход под рекой так и не верят, говорят – небылицы это!

– Вот и славно, вот и славно, – потирая передние лапки, произнес хозяин.

Он сходил до буфета и принес половину печенья.

– Держи – заслужила, – похвалил он Фроську.

Та, довольная, поблагодарила и сунула угощенье в передник, а крыс, поправляя очки, сказал:

– И не забудь – послезавтра ежемесячная ревизия: лаз под рекой пойдем проверим.

– Помню, помню, – живо ответила Фроська. – Пораньше прибегу.

И крыска живо исчезла за дверцей.