Бродник дремал, усыпанный сухой листвой, когда к саду подъехал туристический автобус. Первой вышла Одричка. Сегодня на ней было серое пальто в пол с широкими рукавами, а на голове расписной платок. Хороша, присвистнул Бродник. Он живо поднялся, отряхнул бока и поспешил встречать любимицу.

Когда подходил к кучке людей, из автобуса, держась за поручни, чинно спускалась рыжая девица. Вот с-с-с…! С-с-сюрприз так сюрприз! И чего ее нелегкая принесла, поморщился Бродник. Он подкрался к ней сзади и, наклонившись к уху, выдал:

– Бу!

Девица подпрыгнула и прошипела:

– Вечно твои шуточки! Отставить!

– Да-да, – обратилась к ней Одри. – Сумочку можно оставить в салоне, двери до нашего возвращения будут закрыты.

Рыжая поправила на плече цепочку ридикюля и, улыбнувшись, любезно ответила:

– Возвращаться не буду, в следующий раз.

Девица резко ткнула пальцем в воздух слева от себя, надеясь попасть в брюхо Бродника, но тот успел отскочить и расхохотался. Туристы стали озираться на рыжую, и та, прижав к уху телефон, деланно громко выдала:

– О-хо-хо-хо! А-ха-ха-ха!

Бродник прыснул в кулак, пытаясь сдержать гогот. А когда успокоился, вытер слезы.

– Не даром лиса! Артистка!

– Быстро за мной, – прошипела девица.

– Нет уж, ты на экскурсию приехала, так слушай, – не согласился собеседник. – И когда я потом на свою красавицу насмотрюсь!

И засеменил за Одричкой, успев по дороге шлепнуть по колоритному заду одну из дамочек. Он встал поодаль, но вскоре подвинулся к присоединившейся к группе девице.

– Слева от Загородного сада находится Профсоюзный мост, ведущий в заречную часть города, – вещала экскурсовод. – Его строили на протяжении шестнадцати лет.

– А чего так долго? – поинтересовался дедок, сопровождающий двух внуков-подростков.

– Строительство начали в 1983 году, – объяснила Одри, – и планировали закончить работы в 1998-м.

– Понятно, – махнул рукой дед, – перестройка, не успели.

– Успели, – улыбнулась экскурсовод. – Однако перед сдачей в эксплуатацию выяснилось, что в расчетах была допущена серьезная ошибка. Из-за этого произошло провисание центрального пролета почти на полметра. Чтобы исправить дефект, было необходимо заменить опоры и часть плит.

Бродник наклонился к девице и зашептал:

– А я сразу говорил, что брак выйдет – у меня поясницу не просто так прихватило же! Как чуял! А ты мне что – не каркай, москвичи не ошибаются, меньше в холодных канавах валяться надо!

Рыжая на него зыркнула, но промолчала.

– Мост открывали поэтапно, – вещала Одричка. – Движение по первой половине началось в 1991 году, но затем возникли проблемы с финансированием.

– Говорю ж – перестройка! – гаркнул дедуля.

– Полностью Профсоюзный мост открыли в 1999 году, – продолжила Одри. – Его ширина составила 38 метров. Такой размах не случаен: по нему хотели в Зареку запустить трамвай, однако эту идею так и не реализовали.

В этот момент девица сделала резкий выпад, пытаясь достать до Бродника, но он успел отскочить.

– Ох, шалунья! – залыбился он.

– К слову о мостах, – прошипела рыжая. – Ты почему опять в саду околачиваешься?

– Так тут веселее! И мамзели захаживают. А там что? – и он кивнул в сторону Профсоюзного моста. – Газами дышать и тиной?

Девица топнула и зло сощурилась:

– Бродник, ваша бабка…

– Прошу не обижать, – одернул собеседник.

Девица на него зыркнула.

– Не бабка, а бабуся! – ласково протянул Бродник.

Рыжая закатила глаза, тряхнула локонами и продолжила:

– Ваша бабуся, как ты выражаешься, мост уже профукала. Второго нам не простят! Да еще одним семейством!

– А у бабуси уважительная причина была, – и он протянул нараспев, – любооовь.

– Бродька, – и девица погрозила пальцем, – у меня эти ваши дела амурные – вот где!

И рыжая провела ладонью вдоль горла. А затем елейным голосом спросила:

– А бабка-то ваша где?

И тут же поправилась:

– Бабуся.

– А кто ее знает, – весело ответил Бродник. – Она у нас савраска без узды. Фигаро здесь, фигаро там.

– Значит так, – дала указание девица. – Когда ваша фигара будет здесь, чтобы сразу же доложил!

– А то, – хохотнул Бродник. – Всенепременно.

Группа туристов стала двигаться к выходу, и девица поспешила за ними. Она на ходу обернулась и бросила:

– Опять к Машке не успела, – и она зыркнула в сторону чугунной девочки. – Передай, чтоб прекратила по ночам гулять! Опять ее на 50 лет Октября видели! И гольф спустился – живо исправить!

– Есть, мадам, – отозвался Бродник, спеша следом.

И смачно шлепнул ее по заду. Та в ответ только оскалилась.

– Хороша стерва, – выдал Бродник, наблюдая, как рыжая вскакивает по ступеням. – Одна беда – вынюхивать любит.

Он наклонился к своей подмышке, повел носом и сморщился.

– Так сойдет, – махнул он рукой, после чего галантно поклонился выглядывающей в окошко Одри и отправил воздушный поцелуй.

Рыжая грозно погрозила кулаком, а Бродник хохотнул:

– С-с-с… С-с-сказочно хороша!