Беспокойство за брата обосновалось в разуме Демьяна уже спустя неделю его отсутствия. Мысли о Веле настигали по пробуждению, на утренних, плавно переходящих в обеденные, тренировках, даже за разговорами с командирами отрядов. Неудивительно, что в первую неделю декабря наследник не находил себе места. Всегда собранный и уверенный в себе, Демьян впервые ощутил неуверенность.

Не помогало и то, что самочувствие отца резко ухудшилось. Словно уход Велеслава ослабил дух правителя Града. Хворь, не веря собственной удаче, набросилась на него с новой силой. Несмотря на это, правитель оставался стойким. Но Демьян знал – отсутствие Велеслава усугубило положение.

Так мало оставалось времени до ночи Карачуна! Возможно, уже сейчас Велеслав в чертогах Чернобога. В мрачных пещерах, полных истинного зла и отчаяния. Кого и что пришлось встретить на пути, чтобы добраться до Калинова моста? Кажется, Велеслав упоминал Баюна и Лешего… Даже при мысли о том, что брат столкнулся с ними, по телу Демьяна проходила дрожь. Лес и в мирное время таил в себе опасность. Но в темные дни оказаться в лесной чаще означало неминуемую смерть. Только не для Велеслава, конечно.

Демьян не сомневался, что брат способен выкарабкаться из любой передряги. Даже не учитывая влияние медвежьего бога за плечом, Велеслав был сильнейшим воином из тех, кого Демьян знал. Но… Не получил ли Велеслав ранений или проклятий? Жива ли та девчонка-воровка, что согласилась отправиться в Навь ради награды? То, что Велеслав добрался до Калинова моста, сомнений у Демьяна не вызывало. Он верил в брата, но тысячи вероятностей плохого исхода не давали шанса успокоиться.

Демьян даже разыскал брата Карны. Мальчишке оказалось всего четырнадцать. Но он помогал в кузне, выполняя работу так усердно и отчаянно, что сомнений не оставалось – кузнечное дело – его призвание. Демьян понятия не имел, что о происходящем рассказала брату Карна. Поэтому не стал выдавать особого интереса. Переговорил с кузнецом и подкинул монет, чтобы у мальчишки наверняка были деньги на пропитание. Очевидно, что Карна являлась добытчицей. По словам кузнеца, мальчишка остался сиротой. Поэтому невидимая помощь показалось Демьяну правильным решением. Карна поможет Велеславу, а он поможет ее брату.

Но и на этом волнение Демьяна не угомонилось. Хворь отца, отсутствие вестей от Велеслава…

Впрочем, приближение самой темной ночи каждый раз вызывало беспокойство. Несмотря на превосходную подготовку отрядов, отчаянную храбрость и уверенность люда в поддержке родных богов, битва все равно заберет сотни жизней. И количество смертей было бы намного меньше, если бы Велеслав присутствовал на ратном поле.

Значимость Велеслава на стороне наследника Града не вызывала сомнений ни у войска, ни у мирных жителей Града. Но значимость брата в жизни Демьяна казалась намного, много больше. Велеслав не просто идеальное оружие против нечистой силы.

«Ты мне нужен на ратном поле. Не как ворожей, но как брат. Как главная опора и поддержка».

Демьян говорил правду в тот осенний вечер перед уходом брата.

Чтобы унять водоворот беспокойных мыслей Демьян сосредоточился на подготовке к бою. Отряды тренировались по пять-шесть часов, дисциплинированно выполняли задумки наследника. Командиры собирались за общим столом, чтобы обсудить стратегию приближающейся битвы. В этом году обстоятельства изменились, поэтому Демьяну пришлось придумать три варианта развития событий.

Первый вариант идеален: здесь Велеславу удалось забрать силу Кощного и вернуться как раз к наступлению самой страшной ночи. Без Темного на Огненном Змее на поле боя нечисть потеряет организованность и отчаянную ярость. Это убережет значительную часть жизней воинов. Первый вариант подразумевал безусловную победу. То, чего Демьян так и не достиг за все годы предводительства войском. Присутствие Кощного питало силы нечисти. Неудивительно, что Демьяну и воинам удавалось лишь сдержать наплыв, но никак не повергнуть его вспять.

Второй вариант подразумевал, что Велеслав не сможет стащить силу Кощного, но успеет вернуться на помощь Демьяну. Это то развитие событий, где все идет своим чередом, как и годами ранее. В битве нужно будет сосредоточиться на сдерживании врага и ждать наступления рассвета, когда Ярило изгонит нечистую силу на подступах к Граду. Только утро и солнечные лучи ввергнут нечисть в сомнения и развернут обратно в Навь. К тому же, Кощный способен оставаться в Яви лишь в ночь Карачуна. Без него нечисть потеряет интерес и азарт. Тактика сдерживания подразумевала под собой упор на защитные маневры. И стихийная ворожба Велеслава здесь играла особую роль.

Третий вариант Демьяна откровенно страшил. Но обдумать и рассказать о нем командирам все равно пришлось. По этому пути развития событий Велеслав не смог выкрасть силу Кощного и не успел вернуться к ночи Карачуна. По какой причине – не важно. Но думать о смерти брата Демьян себе запретил. В этой ветке развития событий рать и Демьян остались бы без поддержки стихийной ворожбы, рассчитывая лишь на милость Белобога, помощь Перуна и то, что рассвет наступит быстрее, чем каждый на ратном поле окажется мертв.

– Какова вероятность, что у царевича Велеслава получится задуманное? – коротко поинтересовался один из командиров, всматриваясь в карту с расположением отрядов на столе. Деревянные фигурки бросали тени, создавая атмосферу мрачности. Несмотря на то, что до Карачуна еще оставалось время, даже дни стали темными. Не спасал теплый огонь свечей. Даже воздух пропитался ощущением надвигающейся смерти.

Демьян и четверо командиров собрались для очередного разговора в одной из зал дома правителя. Тусклый свечной огонь освещал пространство, не достигая стен довольно просторной комнаты. Казалось, что мрак затаился в углах, подслушивая.

– Мой брат умен, – отстраненно ответил Демьян и прикрыл глаза. С губ сорвался шумный выдох, – поэтому будем верить, что в приоритете первые два варианта развития событий.

Наследник ничего не мог с собой поделать. Несмотря на отсутствие дара ворожбы, Демьян наделен чутьем. И оно подсказывало, что Велеслав все еще жив. А раз брат жив, то не время думать о третьем варианте. Он вернется и, как всегда, будет биться рядом с Демьяном. Оставалась неделя до ночи Карачуна.

– Если у царевича не выйдет, если он не вернется… – начал другой командир. Он был самым опытным среди них, в волосах серебрилась седина, а на лице пестрели многочисленные шрамы – следы боев в ночь Карачуна. В его глазах мелькнула тень сожаления, когда Демьян бросил в ответ цепкий взгляд. – Нам нужно подумать о варианте отхода за стены Града. Это подвергнет мирных жителей опасности, но… Но иначе мы все можем погибнуть. Наследник, ты, возможно, не помнишь, но пока царевич Велеслав не начал помогать на поле боя, битвы были более кровавыми и безжалостными. Только его удивительная ворожба помогала нам в последние годы сравниться по силе с нечистью.

Демьян не часто слышал, чтоб о даре Велеслава говорили столь почтительно. Как правило, люди предпочитали сторониться брата. А уж о навьей силе не упоминали и вовсе. Только шепотом и только в отсутствие Демьяна рядом.

Другое дело – воины рати. Они тренировались вместе с Велеславом и были свидетелями его мастерства, упорства и воли. Но и многие воины не желали признавать, что Велеслав не обычный человек.

Поэтому удивительно, что сегодня прозвучали слова, признающие очевидную заслугу Велеслава в спасении жизней воинов Града.

Вариант побега с поля боя Демьян не планировал. И слова командира неприятно отозвались в грудной клетке. Голубые глаза Демьяна сверкнули, но ответить он не успел. Двери залы распахнулись с громким звуком, заставляя всех присутствующих резко оглянуться на вошедшего.

– Наследник, прошу прощения! – запыхавшись, быстро проговорил посыльный. В глазах молодого гонца отразился страх. – Но вас просят к правителю! Немедленно!

Нутро Демьяна похолодело. Он кивнул командирам, показывая, что разговор на сегодня окончен. Не теряя времени, направился за посыльным. Мальчишка, покрывшись румянцем от волнения и быстрого бега, казался до смерти испуганным. Но продолжал вести за собой наследника.

– Что происходит? – тихо поинтересовался Демьян. Отец не часто вызывал его вечерами. На утренних трапезах удавалось обсудить все основные вопросы. Но Демьян, конечно, подмечал, что за последние недели отец сильно сдал. Его борьба с хворью перетекла в критическую фазу. И если на людях правитель оставался собранным и жестким, то наедине Демьян прекрасно видел, как отец стремительно угасает.

– Вашему батюшке поплохело. Он послал за волхвами Белобога и представителями вече.

Больше Демьян вопросов не задавал. Сердце сжалось, но на лице не проступило ни тени истинных чувств. Присутствие волхвов и представителей вече могло сказать лишь об одном – отец умирает. И ему нужно выполнить необходимые ритуалы, дабы передать власть над Градом Демьяну.

Несколько недель отец ощущал, как хворь все сильнее захватывала власть над его телом. Не только резкие, но любые движения приносили страдания и боль. Пару раз Демьян видел, как жесткий кашель остается кровавыми подтеками на губах отца. Несмотря на это, правитель продолжал придерживаться стандартного распорядка дня. Посещал храм Белобога, встречал представителей вече, выслушивал прошения и решал вопросы благоустройства Града. Все вопросы, связанные с ратью, взял на себя Демьян. Но и без этого правитель Града делал слишком многое.

Это не могло продолжаться слишком долго. Но Демьян надеялся, что отец дождется Велеслава. Хоть правитель и демонстрировал отстраненность и решительность по этому вопросу, Демьян знал, что он также испытывает волнение. Может быть, дополнительная порция беспокойства из-за Велеслава сыграла роль? Может быть, отсутствие третьего сына подкосило отца, заставляя уступить в борьбе за жизнь?

Покои правителя освещались многочисленными огнями. В воздухе пахло травами, воском и болезнью. Демьян поморщился, ощущая, насколько тяжелая атмосфера застыла в комнате. Не хватало кислорода, ветерка. Не хватало присутствия Велеслава. За ним всегда следовал ветер, принося свежесть и ощущение свободы.

Волхвы тихо шептали воззвания к Белобогу, представители вече – хмурые и отрешенные – ожидали того, что вот-вот должно произойти. Все в этой комнате понимали цель своего присутствия. Демьяна приветствовали сдержанными поклонами. Но он, не теряя времени, направился к отцу.

Правитель Града лежал на большой кровати, накрытый светлыми одеялами. Его лицо казалось настолько бледным, что почти сливалось с белоснежными подушками. Но голубые глаза, которые сейчас отдавали мрачной синевой, оставались живыми. На тонких губах застыла алая кровь.

– Отец, – проговорил Демьян, присаживаясь на край постели. Он не позволил себе прикоснуться к сухой руке над одеялом. Отец всегда воспитывал Демьяна, как наследника, а не просто сына. Если Луке и Велеславу доставалась капля снисхождения в процессе воспитания, то Демьян получал лишь бесконечные уроки. И сейчас, не выходя из роли, Демьян послушно оставался наследником правителя, а не сыном у постели умирающего отца.

– Сын, – губы правителя Града дрогнули в слабой улыбке. Живой взгляд голубых глаз прошелся по лицу Демьяна, словно запоминая, – вернулся ли… – кашель прервал вопрос правителя. Демьян не дрогнул, заметив, как белые одеяла окрасились алыми каплями крови. Он взял чашу с водой на тумбе у кровати и подвинул ее ко рту отца. Тот благодарно кивнул и сделал пару глотков. Прикрыв глаза словно в поиске остатка сил, правитель хрипло вздохнул. Но когда отец открыл глаза, в его взгляде все также отражалась сила. Может быть, хворь и покорила тело правителя Града. Но его дух не сломить ни болезни, ни чему-либо другому. – Вернулся ли Велеслав?

– Нет, – честно ответил Демьян, сохраняя спокойствие, хотя внутри все замерло от напряжения. Видеть отца в таком состоянии непросто. А говорить о том, что его третий ребенок, так и не вернулся и, возможно, мертв – тем более. – Но я уверен, что Вел уже на пути домой. По срокам он вот-вот должен вернуться.

Отец помолчал несколько минут, а потом слабо кивнул.

– Мое время на исходе, Демьян, – тихо начал правитель. Он смотрел в лицо сына так жадно, словно в последний раз. Чутье подсказывало Демьяну, что это и в правду так. – Нужно разобраться с формальностями… В присутствии волхвов Белобога и представителей вече нарекаю тебя новым правителем Града. Твоя нить судьбы теперь и до самого конца вплетена в судьбу этого города. Защищай его людей и границы Яви, как и все правители до тебя. Пусть Белобог не покинет каменных стен, а Перун поддержит на поле боя. Пусть Ярило освещает твой путь, а Мокошь подарит уют и тепло.

– Отец… – пробормотал Демьян, чувствуя, как внутренности сжались от невыносимой тоски.

Представители вече и волхвы одновременно выдохнули, от чего пламя свечей дрогнуло. Склонив головы, присутствующие выразили уважение и отдали последнее почтение правителю Града.

Не обращая внимания на людей вокруг и рамки дозволенного наследнику, Демьян ухватился за руку отца. Она была такой сухой и слабой, что Демьян вздрогнул. Еще никогда правитель Града не выглядел так. Еще никогда он не выглядел, будто потерпел поражение. Даже смерть Луки и матушки не сломила отца. Неужели сейчас неведанная хворь все же одержала победу?

– Я горд быть твоим отцом, Демьян. Нет на свете большей радости, чем знать, что именно ты позаботишься о Граде и наших людях, – прохрипел правитель. Свет в голубых глазах медленно угасал, а дыхание становилось все более тихим. – А Велеслав… На его стороне могучий Велес, он не позволит своему радарю сгинуть в зловещей тьме чертогов Чернобога. Когда Велеслав вернется, передай, что я верю в него. И всегда верил. Матушка знала, что Велеслав особенный. Как знал и я. Мне пора, Демьян. Она и Лука слишком заждались меня за Калиновым мостом.

Последние слова правитель прошептал. Он еще раз глянул на Демьяна, а потом закрыл глаза навечно.

В покоях правителя Града было слишком тихо, никто не смел произнести и слова. Лишь треск свечного огня нарушал безмолвную атмосферу горя.

Демьян все еще держал сухую ладонь отца, но чувствовал, что кровь больше не бьется в его жилах, сердце не стучится. Боль и тоска распространились по телу, не давая сделать вздох.

Сколько Демьян так просидел непонятно, но свечи успели сгореть почти полностью. Кажется, представители вече и волхвы покинули покои, давая возможность наследнику попрощаться с отцом наедине. Все формальности были соблюдены, власть над Градом перешла к Демьяну. И сейчас от волхвов и посланников вече требовалось свершение ряда действий.

Когда Демьян отпустил руку отца, темная ночь уже окутала Град. На небе не было видно звезд, тяжелые тучи не позволили убывающей луне пробиться. Демьяну нужен был воздух, поэтому прямо из покоев отца он направился на улицу. Выйдя за пределы дома, наследник или, вернее, новый правитель Града, закрыл глаза. Сердце, все еще стиснутое тисками горя, стучало быстро, яростно. Будто пыталось пробить грудную клетку и вырваться. Демьян сосредоточился на дыхании, ощущая, как зимний холод оседает на коже.

Когда Демьян открыл глаза, вокруг стояла тишина. Мирный люд и войско еще не знали, что ночь унесла за Калинов мост жизнь правителя, отдавшего долгие годы Граду и его жителям. С утра начнется суматоха, Демьяну нужно позаботиться о достойном похоронном ритуале и тризне. Наверно, часть обязанностей возьмут на себя представители вече и волхвы. Недаром они покинули покои отца, оставляя Демьяна в одиночестве.

Всмотревшись в темное небо, он заметил проблески звезд. Почти незаметные, тусклые, но они были. Интересно, видел ли Велеслав те же звезды? Или чертоги Чернобога не давали и шанса посмотреть в небо?

Понадобилось еще некоторое время, чтобы Демьян взял себя в руки и вернулся в дом правителя. Теперь – его дом. Умывшись и переодевшись, Демьян заставил себя войти в залу собраний. Место правителя пустовало, поглощенное тьмой ночи. Демьян шумно выдохнул и направился вперед.

Самая темная ночь приближалась, но для Демьяна она наступила уже сегодня. Потому что со смертью отца и в его сердце что-то умерло. Прямо как тогда, когда погиб Лука, и ушла матушка… Но сердце Демьяна продолжало стучать. Потому что Велеслав еще жив (в этом Демьян уверен), и живы были тысячи мирных граждан Града, сотни воинов его рати. Пока стучатся их сердца, Демьян останется на страже последнего рубежа между Навью и Явью.

А сейчас нужно подготовиться и принять тот факт, что место правителя – теперь роль Демьяна. Потому что следующее утро не станет моментом радости, как в любой другой день. С первыми лучами солнца Град погрузится в печаль, прозвучат горны, оповещающие о смерти правителя. И лучше бы Демьяну быть к этому готовым.