После услышанного юноша не знал, как себя вести. Он пристально посмотрел на безразличный профиль Иске, затем пробормотал:

– Тц, неужели ты…

– В любом случае такой камень можно найти на черном рынке, так что подозревать лишь храм несправедливо. Его могли использовать, чтобы подозрения пали на священников. Если мы выясним, были ли у маркиза Фуриан или Фрейи враги…

– Эй.

– Что опять?

Паладин остановился и обернулся. Он устал, глаза его затуманились. Айван сглотнул – нет ничего опаснее, чем чудовище, лишенное сна.

– Дело в этом?

– В чем?

– Это причина, по которой ты как умалишенный без отдыха три с половиной дня ищешь преступника?

Повисла тишина. Иске злобно смотрел на друга, не говоря ни слова.

– Да, и что?

– Я думаю иначе.

– И как же?

– Думаю, у тебя крыша поехала, потому что ты начал подозревать жену.

– …

– Если ты найдешь преступника, а окажется, что он связан с ней или ее семьей, что будешь делать?

Юноша отвернулся и молча продолжил идти. Наконец узкий переулок кончился, и их встретила открытая площадь, украшенная мозаикой.

«Точно, так все и есть». – Айван понял, почему ощущал это странное напряжение. Этот засранец перерыл весь город не потому, что искал настоящего преступника. Если Иске поймает виновного и за его спиной окажется какой-то дворянин из Эрендела, возможно, ему повезет и он останется жив. Но если он будет связан с храмом или Романией… от него и следа не останется.

– Может, твоя жена…

– Меня это не волнует.

– Что?

– Не волнует.

«Не волнует, значит. Он не сказал, что ни капли не сомневается в жене. Тогда бы его правда ничего не волновало. Раньше ему было бы наплевать, замешана ли она в этом, действовала ли по приказу семьи или вообще не имеет к этому никакого отношения. Но сейчас он действует осторожно, даже если ему придется избавиться от человека, который мог бы стать доказательством преступления… Как такое могло с ним произойти?» – Айван ощутил, как его захлестнула волна непривычных мыслей.

Конечно, он не считал, что Рудбекия способна на подобное, но ее семья – это другое дело. Он заметил, как в последнее время вокруг девушки странно ведет себя давний друг Омерта… не кто иной, как чуть не погибшая Фрейя. Даже несмотря на свою прошлую ненависть к Руби, он был намерен защитить ее…

– Зачем ты так далеко…

– Черт, сам не знаю. Заткнись уже.

«Я не знаю. Я тоже не понимаю…» – Иске пытался избавиться от неясных образов, постоянно мелькавших перед глазами. Тем временем к ним приблизились товарищи, ожидавшие на другой стороне площади.

– Эй, Иске.

– Что опять? Замолчи, наконец…

– На самом деле мы от тебя кое-что скрыли.

– Что?

– Тогда, после того как ты унес Фрейю, Лоренцо, этот гаденыш…

«“Лоренцо” что?» – Нервы были на пределе. Иске повернулся к Айвану, глядя ему прямо в глаза. В тот момент…

– Сэр Иске!

Подбежал оруженосец. Он выглядел так встревоженно, будто случилось что-то важное, так что его нельзя было игнорировать.

– Сэр Иске, ха-а, кхм, я прибыл, чтобы передать слова госпожи Элении…

– Элен? Что случилось?

Пока Андимион пытался перевести дыхание, оба рыцаря терпеливо ждали. Импульсивный и вспыльчивый Айван был уже готов крикнуть, как тут юноша громко и жалобно воскликнул:

– Госпожа Рудбекия пропала!

* * *

Чавк-чавк. Чавк-чавк.

Услышав странный шум, режущий уши, я открыла глаза. В нос ударил запах мокрой земли и крови. Я с трудом повернула голову в сторону звука. Пелена спала с глаз, и я вздрогнула от увиденного.

– Ой!

Я резко приподнялась и оглядела огромную птицу. Нет, то была не совсем птица. Морда, сложенные крылья и две передние лапы напоминали ее, а вот нижняя часть тела нет. Задние лапы и хвост были покрыты шерстью, как у дикой кошки.

«Что-то вроде гибрида орла и пантеры. Что это оно ест?»

Существо, напоминающее грифона, некоторое время смотрело на оцепеневшую меня зелеными глазами, а затем спокойно снова вернулось к еде. Похоже, оно пожирало мертвую лошадь. От жуткого зрелища я закрыла глаза и безмолвно помолилась о душе бедного животного.

«Я помню, что потеряла сознание и меня подхватил Попо. Куда он подевался? И почему за мной наблюдает грифон, который в своей жестокости может посоперничать с мантикорой? Может, это Попо в своем истинном облике? Хотя я думала, что он предпочитает человеческое, а не лошадиное мясо».

Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в месте, похожем на пещеру. Свисающие с высокого потолка сталактиты были похожи на драгоценные камни и казались здесь бесполезными произведениями искусства. Повернув голову направо, я увидела невдалеке вход.

– Фыр.

Я собиралась осторожно встать, как вдруг грифон, не отвлекаясь от трапезы, резко повернул голову и уставился на меня.

«И-ик».

На мгновение повисла тишина. Пока я думала, что сказать, чудище грозно подошло ко мне, что-то держа в клюве. Оно раскрыло пасть и бросило это что-то прямо мне на колени.

– Кх!

Это была оторванная часть бедра лошади. Я еле сдержалась, чтобы не закричать от ужаса. Но почему оно дало это мне?..

– По-по, по-по…

– П-попо!

Заслышав радостные звуки, я обернулась.

«Попо, где же ты был?!»

Мой Попо, переваливаясь, бежал ко мне. В лапах у него было нечто, завернутое в огромный лист. Увидев меня, он замер. Я хотела спросить, что случилось, но Попо перевел взгляд в сторону грифона. Происходило что-то странное: мне показалось, что зверь с отвращением уставился на грифона, словно упрекая его. Тот фыркнул.

«А?»

Тут Попо поднял мясо у меня с коленей и кинул в сторону второго монстра.

Бам!

Грифон грозно зыркнул на Попо – он испачкал ему крылья.

– Фыр…

– По-по.

– Фыр.

– По.

«Было бы здорово, если бы я понимала, о чем они говорят. Вы же не подеретесь прямо здесь?»

– Э-эм… – осторожно подала голос я.

Они перестали сверлить друг друга взглядами и одновременно посмотрели на меня. Странно, но в такой опасной для жизни ситуации я даже не чувствовала страха.

– Не ссорьтесь…

Если бы кто-то увидел меня, то подумал бы, что я спятила. Не знаю, поняли ли они мои слова, но грифон отвернулся и продолжил есть. А Попо, переваливаясь на коротких ножках, подошел ко мне и положил на землю подарок. Я взглянула на темно-синие ягоды, осторожно собранные в огромный лист. Попо радостно показал жуткие зубы – улыбался.

– Это… черника?

– По.

– Мне есть?

– По.

«Ясно. Он принес для меня ягоды. Трудно представить, как такой зверь мирно ее собирает, но…»

– Спасибо.

Я не хотела его расстраивать, поэтому взяла несколько ягод. У них был приятный, немного терпкий, но свежий и сладкий вкус. Пока я наслаждалась угощением, грифон закончил трапезу и сидел, поджав четыре лапы, спокойно глядя на меня. Я подумала, что он хочет что-то сладкое на десерт, поэтому предложила ему пару ягод, но он покачал головой.

Все было так странно. Я сидела рядом с двумя чудищами, съела половину черники и даже не почувствовала привычного отвращения к еде. Только радость от ее сладости. К тому же мучащие меня симптомы, кажется, ослабли.

«Может, Попо что-то сделал? Или… Стоп, кровь из носа перестала течь?»

– Эм, ребята.

– По?

– Фыр.

– Н-на моем лице есть что-то?

Может, я драматизировала, но ничего не могла поделать с чувством стыда при мысли о том, как выглядит мое лицо с засохшей кровью. Попо и грифон недоуменно переглянулись, затем покачали головами. Точнее, Попо покачал телом в стороны, а грифон – головой.

«Правда?»

– По-по, по-по.

Зверь быстро замахал обеими лапами. Приглядевшись, я поняла, что он что-то хочет этим сказать.

«Как будто умывается».

– Я умылась?

– По-по.

– Ты меня умыл?

– По.

– Ясно. Спасибо.

«Вот как все было».

Неожиданно грифон с фырчаньем резко поднялся. Попо, оскалив зубы, на мгновение замер и тоже вскочил.