Пять минут спустя Снейдер стоял в приемной ван Нистельроя. Секретарши не было на месте, как и начальника, поэтому его кабинет был заперт. На всякий случай Снейдер снова подергал ручку. Вероятно, сейчас ван Нистельрой сидит на каком-нибудь важном совещании и сожалеет о последней проваленной миссии. Снейдер хотел поговорить с ван Нистельроем наедине и постараться осторожно что-нибудь выведать — даже если это было не слишком перспективно, учитывая нынешнее возбужденное состояние Снейдера.

Он уставился на дверь. Может, воспользоваться возможностью и обыскать кабинет? Ван Нистельрой, вероятно, не догадывался о его подозрениях, и кое-какие доказательства все еще могли сохраниться. Он вытащил пистолет из кобуры, убедился, что в стволе нет патрона, и ударил ручкой по дверному замку. После третьего удара цилиндровый замок вылетел из дверного полотна в комнату. Снейдеру удалось открыть дверь и войти. Если он ошибался, его уволят за этот поступок и он не сможет устроиться даже сторожем в парке. Но он был уже абсолютно уверен.

Снейдер закрыл дверь и сел за стол ван Нистельроя. Сначала он пролистал настольный календарь, перерыл все ящики, заглянул под подложку и ощупал низ столешницы в поисках ключа от сейфа. «Ничего! Конечно, тебя так просто не раскусить!»

Затем он обратился к ноутбуку ван Нистельроя, который был подключен к док-станции. Компьютер работал, но был защищен паролем. «У тебя есть три попытки, прежде чем сюда ворвется служба безопасности, обнаружит сначала сломанный замок на ковре, а затем тебя за ноутбуком. Итак, какой может быть пароль?»

Снейдер положил пальцы на клавиатуру и задумался. Согласно правилам БКА, комбинация должна была состоять из цифр, строчных и прописных букв. Кроме того, система автоматически требовала от каждого из них менять пароль раз в неделю. Такие меры безопасности распространялись в том числе и на президента БКА. А поскольку Снейдер знал, как все это раздражает ван Нистельроя с его плохой памятью на числа, он дал ему совет всегда использовать текущую неделю в качестве последних двух цифр.

Теперь Снейдер уставился на настольный календарь. Шла двадцать вторая календарная неделя. А пароль состоял всего из девяти символов. Сначала он попробовал VanNist22.

«Неверный пароль!»

Снейдер закусил нижнюю губу. Еще две попытки. Жена ван Нистельроя умерла много лет назад, а его дочь звали Бригиттой. Поэтому он попробовал Brigitt22.

«Неверный пароль!»

Снейдер снова пожевал нижнюю губу. Что бы это могло быть? Поскольку они были знакомы еще со времен учебы в Нидерландах, он довольно много знал о ван Нистельрое, его увлечениях, предпочтениях и интересах. Это десятки возможностей. Он уставился на пробковую стену, на которой висело множество фотографий и открыток. Может быть, его место рождения в Нидерландах, или город, где он учился… или город, где до этого работал! Европол в Гааге. На лбу у него выступила испарина. На противоположной стене висела фотография серого кубического здания, где ван Нистельрой когда-то был одним из заместителей директора. Снейдер набрал TheHague22.

Экран входа в систему исчез, и ноутбук предоставил ему доступ. Снейдер выдохнул и опустил плечи. «Какая удача! Все могло закончиться очень плохо!» Он поднял голову и прислушался, не появился ли кто-нибудь в соседней приемной. Тишина! Затем щелкнул мышью по каталогу файлов. И через пять минут с разочарованием констатировал, что на жестком диске нет ни личных, ни рабочих файлов.

Затем он открыл электронную почту: 98 непрочитанных сообщений. Вряд ли ван ЕЕистельрой был настолько беспечен, чтобы открыто обмениваться электронными письмами с Корой или Хоконом, но Снейдер прокрутил страницу назад к тому дню, когда он уехал в Осло с Сабиной и Корой. В переписке между БНД и ван Нистельроем было много сообщений с темой «Осло». Снейдер изучил все вышеперечисленные тексты, но не нашел ничего компрометирующего или подозрительного. Наконец он наткнулся на сообщение, датированное пятницей, 25 мая — день, когда остальная часть его команды присоединилась к ним в Осло. Считалось, что приказ исходил от Иона Эйсы. Однако на самом деле соответствующее распоряжение было отправлено Эйсе ван Нистельроем рано утром, а Эйса этот приказ — как теперь читал Снейдер — просто передал.

«В деле Катарины фон Тун появились новые обстоятельства. Снейдер, вероятно, не справляется. Распорядитесь, чтобы его команда как можно скорее вылетела к нему. Срочно нужны результаты».

— Так, так, не справляюсь, — пробормотал Снейдер. — Значит, ты хотел, чтобы мы все были подальше отсюда.

После того как Эйса подтвердил приказ, последовало еще одно краткое указание от ван Нистельроя: «Я хотел бы оставаться в тени и не вмешиваться, но обо всех важных событиях сообщайте мне напрямую и конфиденциально».

— Ты с самого начала следил за этим расследованием, — пробормотал Снейдер себе под нос.

«У меня нет на это времени, есть дела поважнее. Ион Эйса обо всем позаботится».

— Ты дергал за ниточки и всем управлял! Ты заставлял доктора Катарину фон Тун вывозить секретные документы из ЕС в Россию. Вероятно, она даже не знала, что в чемодане. А Кора должна была сделать всю грязную работу, чтобы сохранить твою личность в тайне. Ты крот! Ты прослушивал наши кабинеты!

Конечно, эти два письма не считались ни настоящими доказательствами, ни даже уликами, но Снейдеру их было достаточно, чтобы подтвердить свои подозрения. И вероятно, это то, что Тина случайно выяснила в Осло и что не могла вспомнить.

В этот момент дверь открылась, и Снейдер подскочил от неожиданности.

— Что вы здесь делаете? — Секретарша Дирка ван Нистельроя стояла в дверном проеме, переводя взгляд со сломанного дверного замка на стол и обратно.

— Где ван Нистельрой? — спросил Снейдер.

— Насколько мне известно, он хотел навестить Тину Мартинелли.

— В больнице?

— Да, он туда как раз направляется. Однако я только что узнала, что она написала заявление на досрочную выписку и была отпущена из больницы. Вероятно, она уже дома.

— Где она живет?

— Это вам может сообщить отдел кадров, если вы отправите запрос…

«Чертова защита данных!»

Покинув кабинет, Снейдер набрал номер Марка. Пока он шел к лифтам, Марк ответил, но Снейдер не дал ему и слова сказать.

— Мы вычислили мерзавца! — выдохнул он. — Немедленно сделай резервную копию трафика электронной почты ван Нистельроя за прошлую неделю, а затем найди мне домашний адрес Тины Мартинелли. Как можно скорее!