Они сделали крюк и заехали в трейлерный парк, но трейлер Тины был пуст, а второй арендованной машины нигде не было видно.

«Тина, где ты, черт возьми?»

Несолоно хлебавши они поехали дальше и, когда добрались до виллы Хокона, издалека увидели, что полиция с собаками-ищейками и волонтеры все еще прочесывают лес с фонариками. «Если они до сих пор не нашли оружие, которым ранили Кшиштофа, то они его уже не найдут», — подумала Сабина и припарковала машину во дворе.

Они вышли наружу. Погода была сумасшедшая. Несмотря на то что буря прошла и моросящий дождь прекратился, было все еще очень холодно. На лестнице главного входа она увидела силуэт датчанина, курящего сигарету. «Видимо, присматривает за домом».

Сабина коротко кивнула датчанину, и они вошли в боковое крыло, где располагались их комнаты. По пути на второй этаж Сабина снова тщетно попыталась дозвониться до Тины. Марк свернул и исчез в их общей комнате, а она последовала за Снейдером. У нее появилась хорошая возможность поговорить с ним наедине, пока он будет открывать приложение.

Снейдер отпер свою комнату и сразу включил компьютер. Сабина закрыла за собой дверь.

— Ваша комната намного больше нашей, — сказала она с удивлением.

— Забирайте, — сказал он. — Я все равно не смогу сомкнуть глаз.

Было три часа ночи, и скоро снова начнет светать. Пока Снейдер кликал мышкой, она сидела на краю стола и болтала одной ногой.

— Мы можем поговорить?

— Только если коротко.

— Хоровиц мертв, а в худшем случае и Кшиштоф тоже… — Она на мгновение сжала губы. — Я просто хочу убедиться, что вы не сделаете ничего необдуманного.

Снейдер выпрямился во весь рост.

— Я кажусь вам рассеянным, неуравновешенным, лабильным, нервным или невменяемым?

— Нет, — призналась она, — но в этом-то и дело. Вы больше похожи на…

— На пороховую бочку с горящим коротким фитилем?

— Да, и я не могу оценить, что сейчас творится в вашей голове.

— Это я могу вам сказать. Пока что… пока что все более или менее в пределах терпимого. Но фитиль действительно вот такой короткий. — Он соединил большой и указательный пальцы, затем уставился на экран, на котором была изображена карта Тёнсберга. — Вот она. — Он указал на место неподалеку от лодочных причалов.

Сабина подошла ближе.

— Похоже на какую-то площадь. — На карте было написано Tonsberg Domkirke. — Тина в церкви?

— По крайней мере, ее телефон там.

Дверь распахнулась, и Сабина подскочила. Но это был всего лишь Марк. Ее пульс снова нормализовался. «Боже мой! Соберись». Снейдер же, напротив, сохранил полное спокойствие и вопросительно посмотрел на Марка.

— Я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, — сказал тот чуть громче обычного. — И не буди меня завтра до десяти утра, ясно? — Он помахал каким-то предметом.

Сначала Сабина подумала, что он держит в руке рацию с рыболовного катера Кнута Бьёрнсона, но потом увидела, что это детектор, с помощью которого можно обнаружить магнитные поля микрофонов. Продолжая говорить о всякой ерунде, он целеустремленно подошел к потолочной лампе, висевшей в центре комнаты, и поднес к ней прибор. Тот сработал. «Жучок», — одними губами произнес он между фразами.

Затем жестами дал им понять, что нашел один и в их с Сабиной комнате.

— Спокойной ночи и сладких снов.

Снейдер открыл музыкальный файл на своем ноутбуке и подвинул его на середину стола так, чтобы ноутбук оказался прямо под лампой. Судя по звучанию, песню исполняла голландская поп-группа. Марк показал большой палец вверх. Затем они пошли в ванную комнату, где Снейдер открыл кран для душа. Никто не говорил ни слова. Тем временем Марк отсканировал ванную комнату, но там, похоже, было чисто.

Снейдер стоял, а Сабина и Марк присели на край ванны.

— Твоя комната намного больше нашей, — изумился Марк.

Снейдер закатил глаза, а Сабина ткнула Марка локтем в бок.

— Как ты обнаружил жучок?

— Поскольку я думал, что завтра утром мы вылетаем домой, то решил собрать рюкзак. Я начал со своего оборудования и просто включил детектор, чтобы проверить уровень заряда батареи, а он тут же сработал.

Снейдер задумчиво потер подбородок.

— Мы отсканировали офис, но не наши комнаты… Так что этот мерзавец нас прослушивает.

— Это лишь доказывает, что наша теория верна и Хокон имеет какое-то отношение к делу, над которым мы работаем, — сказал Сабина.

— Мы должны выяснить больше о его бизнесе, но боюсь, датчанин будет возражать. — Снейдер сжал кулак. — Если бы у нас был Александер, на него мы бы смогли надавить.

— Ты уже знаешь, где Тина? — спросил Марк.

— Да, в церкви. — В этот момент зазвонил телефон Сабины. — Это Тина! — Она немедленно ответила. — Где, черт возьми, ты пропадала все это время? — прошептала она. — И почему я не могу дозвониться до тебя по мобильному? Я набирала тебе сто раз.

— Я видела, — ответила Тина.

Сабина включила громкую связь и убавила звук.

— И почему ты не перезваниваешь?

— Мне пришлось поставить телефон на беззвучный режим. Извини, мама, я не знала, что мне нужно у тебя отпрашиваться, — саркастически сказала она. — Почему у тебя такое эхо? И что это за шум?

— Я беспокоилась о тебе, — ответила Сабина.

— Вот так внезапно? Только потому, что Кшиштоф?..

— Хоровиц мертв, — перебила ее Сабина.

Некоторое время на другом конце провода было тихо.

— Это не смешно… Ты ведь издеваешься? — Снова тишина. Тина ждала ответа, но Сабина молчала. — Видимо, нет. О боже! Как это произошло?

Сабина рассказала в двух словах, но тут Снейдер ее перебил:

— Зачем вам понадобилось поставить телефон на беззвучный режим?

— Вот поэтому я и звоню, — поспешно сказала Тина. — В Тёнсберге закрыт вокзал, перекрыты все дороги и лодочные причалы. Полиция разыскивает Александера Йоргенсена. Они также заблокировали его машину на вилле с помощью колесного зажима. Поэтому он не может покинуть город.

— И что? — спросил Снейдер.

— Я подумала, что он, вероятно, рассчитывает на помощь. Кто-нибудь обязательно заберет его на машине и вывезет отсюда.

— Мартинелли, короче! — перебил ее Снейдер.

— Я увидела в городе синюю спортивную машину Астрид. И последовала за ней. Она зашла в собор, и угадайте, с кем она там встретилась посреди ночи!

— С Александером. Он все еще там?

— Да.

— Не выпускайте его из виду. Мы едем.