Правление Юстиниана было временем захватывающих дух амбиций и больших достижений. Он и его советники восстановили правление Рима на большей части Средиземноморья, расширили свое влияние на Кавказе, пересмотрели структуру правления и навели порядок в римском законодательстве. Император перестроил монументальный центр столицы и помог придать гораздо больше ясности и определенности религиозным традициям империи. Выходец из скромной семьи в раздираемой войнами Иллирии, Юстиниан не только обеспечил себе престол, но и сидел на нем дольше, чем все римские императоры до него, за исключением Августа (31 до н. э. – 14 н. э.) и Феодосия II (402–450 н. э.) [46]. А как мы видели, попыток свергнуть его было вполне достаточно. Он и его двор также совершили выдающийся подвиг: придали устойчивость кораблю Римского государства и не дали ему развалиться, когда на него обрушилась череда странных природных катаклизмов и катастроф: внезапное изменение климата, землетрясения и‚ конечно же, чума. Но какой ценой дались все эти успехи?
В течение полувека после смерти Юстиниана империя перенесет череду почти смертельных для нее ударов. Многие из завоеваний императора на западе окажутся крайне недолговечными. Примерно в 568 году отряды лангобардов начали мигрировать в Северную Италию и селиться там. Есть признаки того, что Нарсес, командовавший войсками в этом регионе, изначально приветствовал их, надеясь воспользоваться их военными навыками. Однако не успели власти империи оглянуться, как большая часть полуострова снова вышла из-под контроля. На прежних готских землях на севере стали появляться автономные лангобардские герцогства; их территории доходили на юге до самого Беневенто. В Испании вестготы снова объединились под началом своих королей и к 625 году вытеснили оттуда силы римлян. Как писал тогдашний автор Исидор Севильский, «покоренный римский солдат теперь служит готам» [47].
К 580-м годам империя утратила контроль и над большей частью Балканского полуострова [48]. В конце своего правления Юстиниан вступил в контакт с аварами, которые бежали от резкого расширения Тюркской империи на восток. К 560-м годам они поселились к северу от Дуная, а после смерти Юстиниана аварское посольство прибыло в Константинополь с требованием выплат от нового правителя [49]. Поскольку отношения между римлянами и аварами ухудшились, кочевники начали оказывать сильнейшее давление на римские территории на севере Балкан, захватили и разграбили Сирмий и осадили Фессалоники. В это же время все больше славян стали проникать все дальше на юг, добираясь даже до Греции и Пелопоннеса. Угрозой для римлян стало то, что теперь они делали это не только набегами, но все чаще стали селиться на этих территориях [50]. В целом на Балканском полуострове к концу VI века преобладало состояние хронической военной нестабильности. Это можно видеть по археологическим свидетельствам из Юстиниана-Прима. Город, построенный в честь места рождения Юстиниана, был сожжен и разрушен до основания примерно в конце VI – начале VII века. В основании зданий, стоявших вдоль городского епископального комплекса, до сих пор видны следы огня, которому, вероятно, предали город захватчики. Эти «горелые слои», как называют их археологи, являются ярким свидетельством «перемены участи», которую в итоге испытает империя Юстиниана [51].
На востоке коллапс произойдет позже, но окажется столь же драматическим. Внезапное возобновление военных действий с Персией в 570-х годах приведет к потере римлянами Дары, которая была «драгоценностью в короне» восточной обороны Юстиниана. Сообщают, что по этой причине у императора Юстина II случился нервный срыв, и бразды правления пришлось передать военачальнику Тиберию, которого Юстин назначил начальником дворцовой стражи перед смертью Юстиниана. Гражданская война, разразившаяся в империи в 602 году, откроет дорогу полномасштабному вторжению, и армия персидского шаха Хосрова II сможет напасть и захватить римскую Сирию, Палестину и Египет. В 626 году персы и авары даже объединились, чтобы устроить нападение на сам Константинополь. Несмотря на то что попытка провалилась, а римский император того времени Ираклий (610–641) сумел отобрать у персов завоеванные ими территории, совершив поразительный полководческий подвиг, империя значительно ослабела. В 630-х годах Сирия, Египет и Палестина снова будут завоеваны – на этот раз арабами, которые объединились в зарождающейся исламской вере пророка Мухаммеда. Они не только выдавили римлян обратно в Анатолию, но и уничтожили древнюю Персидскую империю. К концу 690-х годов арабы сумели вытеснить римлян из Северной Африки, захватив Карфаген в 698 году. В любом случае, большая часть этой территории уже давно перешла под контроль местных берберских племен [52].
Итак, примерно через сто лет после восшествия Юстиниана на трон большая часть Восточной Римской империи рухнула. Вопрос, по поводу которого давно спорят историки, заключается в том, была ли программа Юстиниана по возрождению империи в какой-то мере ответственна за последующий кризис и сокращение ее территорий. В частности, не привели ли западные авантюры императора к опасной чрезмерной экспансии? В своем эссе 1991 года я задавался вопросом‚ разрушил ли Юстиниан империю, которую намеревался возродить? Мой тогдашний научный руководитель, вероятно, получал этот вопрос и 20 годами ранее. Я до сих пор задаю его моим студентам спустя более 30 лет.