Когда я говорю, что нельзя выйти за пределы среды, это значит, что вы не можете выйти за пределы того, что вы пережили или испытали в жизни.
Развитие или хотя бы просто изменение каждого из партнёров в браке будет происходить неизбежно. Человек – это не константа. Он только по документам константа, а на самом деле он живая, развивающаяся уникальность. И если он не прикладывает усилий к тому, чтобы развиваться, он будет развиваться самотёком. И не факт, что вектор этого развития будет направлен в нужную сторону.
Когда женщина просит, но не получает того, чего хочет, она делает всё сама. Когда женщина делает всё сама, единственное, чего она не может, – быть счастливой.
Но если уж нам на роду написано изменяться, а мы живём вместе с партнёром, надо, наверное, как-то синхронизировать эти наши векторы. И тут всё – от банальных совместных интересов (книги, кино, театр, музыка, политика, сельское хозяйство и животноводство) и простого, но совместного осмысления событий жизни до фундаментальных вещей – для внутреннего, личностного развития.
Мы живём в водовороте событий, и не страшно, что у нас могут быть по каким-то вопросам со своей второй половиной разные точки зрения, но их надо высказывать, ими надо обмениваться. И не для того, чтобы спорить или думать, как навязать свои представления, но для того, чтобы чувствовать: моя вторая половина не трёхмерная копия, а живой человек. Она думает, переживает, чувствует, у неё есть ви́дение, позиция, особенное, личное восприятие.
Ну а для того чтобы ваша вторая половина не воспринимала вас как трёхмерную копию, нужно уметь так рассказывать, чтобы это её увлекало, чтобы это было ей интересно, чтобы она вовлекалась в то, что вы делаете, о чём думаете, что для вас важно. Вы ведь тоже чувствуете, думаете, переживаете. Об этом, как это ни парадоксально, имеет смысл напоминать. Не скандалом, разумеется, и ультиматумом, а действием, поступком, взаимной беседой.
Необходимо всё время что-то делать, чтобы чувство, что рядом с тобой живой человек, не ослабевало. В браке как нигде действует правило «не спи, замёрзнешь!». Мы не биороботы, мы живые люди, но об этом даже друг другу, и особенно друг другу, нужно напоминать. Иначе мы сами того не заметим, как превратимся в двух биороботов с заданной функцией…
Вот что я называю «работой в браке».
• Есть «работа по созданию брака» – когда мы идём навстречу друг другу, избавляемся от своих заблуждений, недостатков, ошибочных моделей поведения, когда мы обустраиваем подходящий только для нас двоих формат отношений, делающий нас счастливыми.
• А есть «работа в браке» – постоянный труд по коррекции наших представлений о нашей второй половине и её представлений о нас. Мы в любом случае общаемся друг с другом лишь через образы в собственных головах, но это не значит, что мы должны стремиться к истинному пониманию друг друга.
Честно говоря, я даже не знаю, что сложнее: «работать в браке» или «создавать брак». Но я знаю точно, что и тот, и другой труд абсолютно необходимы. В противном случае невидимая стена будет постепенно расти между супругами, а их жизнь постепенно разделится на две неравные части: одна – обыденная, рутинная и полная забот, которая у них будет одна на двоих, и вторая – у каждого своя, и куда более значимая.
Каждый в этой «своей» жизни, отдельной от партнёра, будет с неизбежностью меняться, расти или переориентироваться, оставаясь в браке как бы «прежним». И в этой «своей» жизни у каждого из супругов будут появляться новые люди, которые к нему нынешнему будут даже ближе, чем его вторая вроде бы половина.
Одиночество в браке будет нарастать, а ощущение жизни будет увеличиваться именно в той её области, где супруга нет. В семье становится душно, а вне семьи – светло и радостно.
И, конечно, возникает искушение… Оно приходит само собой, подспудно: желание чего-то нового, какого-то нового дыхания, новой жизни, новых отношений… И брак вдруг начинает восприниматься как груз, как обуза. А жизнь начинает казаться очень короткой, быстротечной, заканчивающейся!
Потом у меня на приёме оказывается уже немолодой человек, который говорит, что он свою жену «любит», они прожили вместе 20 лет и прожили хорошо, грех жаловаться…
Но там только «одно уважение осталось», «только благодарность», а тут – в новых отношениях, в новой связи – сама жизнь. «И так хочется пожить ещё, подышать… потому что недолго осталось, потому что кажется, что жизнь проходит, счастье проходит. Страшно сделать супруге больно, но… Как не сделать, доктор?»
Хороший вопрос… Знал бы ещё доктор, что на него ответить.
Впрочем, нечто подобное происходит и с женщинами. Но отдушиной чаще всего оказывается не другой мужчина, а просто какая-то другая, своя жизнь. Это мужья сначала находят новую «женщину своей жизни», а потом уже думают, как безболезненно покинуть «старую подругу». Женщины же зачастую просто перестают обращать внимание на своего супруга, потому что и душно, и тяжело, и потому что устала, потому что рутина, тоска.
«Мы вроде и хорошо живём, – говорит она. – И он нормальный человек. Но, понимаете, как-то невмоготу… Я уж ему и так пыталась сказать, и эдак. Но что толку-то. Мы и родные, и чужие. Столько-то лет».
Вот такие истории.
ПРИМЕЧАНИЕ
«Биология женской измены»
Адюльтер – это попытка замужней женщины найти счастье «на стороне». Впрочем, всегда, когда затрагивается тема адюльтера, встаёт вопрос: а не имеем ли мы дело с досадной случайностью? Насколько вообще супружеская измена естественна для женщины, насколько она ей необходима?
В действительности у женской измены, как и мужской, есть своё биологическое «оправдание». Начнём тему женских измен издалека, с приматов. Прошу прощения… Здесь, можно сказать, самец самке не изменяет, поскольку все его сексуальные партнёрши – официальные супружницы.
Приматы – существа полигамные, по крайней мере мужчины-приматы, а потому для них супружеская измена – вещь весьма виртуальная. Среди человекообразных обезьян одни животные (например, гориллы) – стайные, другие (например, орангутаны) – территориальные. Однако моногамных среди них днём с огнём не сыщешь.
Надеюсь, вы не притворяетесь безнравственной женщиной, будучи на самом деле женщиной добродетельной? Это было бы непростительным лицемерием.
Стайные приматы образуют группу, где самец-лидер (вожак), с одной стороны, эксклюзивно покрывает весь свой гарем, с другой – отражает напор прочих желающих поучаствовать в этом процессе. Самцы территориальных обезьян не образуют группы или стаи, но отвоёвывают себе жизненное пространство в несколько гектаров леса, и всякая забредшая на территорию этого самца самка рассматривается им как его «частная собственность».
Можно ли говорить в этом случае об адюльтере? Решение вступать или не вступать в сексуальные отношения самка приматов не принимает, за неё решает самец. Однако есть один примечательный феномен, который связан с желанием матери подстраховать свой выводок.
Конечно, вожак группы для самки – супруг и всё такое.
Однако супруг супругом, а главное всё-таки дети, и нужно побеспокоиться об их будущем. Будущее же их зависит от благоволения вожака, а вожаки имеют свойство свой пост оставлять, уходить, что называется, на покой, происходит, так сказать, ротация кадров.
И вот представим себе ситуацию: произошла такая «ротация», вожак поменялся, а другой самец теперь верховодит гаремом. Как он будет относиться к детям прежнего властителя? Прямо скажем, без особого энтузиазма, хотя расти им в группе долго. Поэтому-то самки приматов и подстраховываются…
Улучив минуту, когда вожак зазевался, самка тихонько отходит подальше, в укромное местечко, где и встречается на адюльтерном ложе с претендентом на руководящий пост. Тот, сменяя в какой-то момент своего предшественника на должности, рассматривает детёнышей этой своей прежней любовницы, а ныне жены, как своих собственных и относится к ним соответствующим образом.
Иными словами, адюльтер у человекообразных обезьян открывает дорогу к должности «любимой жены» со всеми вытекающими отсюда последствиями: её дети будут обласканы. По всей видимости, именно эта бессознательная тенденция и движет женщинами, которые, даже находясь в браке, инстинктивно ищут «другого» мужчину. Впрочем, такие бессознательные думы о детях в нашем «сознательном обществе», как правило, оборачиваются для последних не лучшим образом.
Но посмотрим теперь на того «вожака» и посмотрим на чудо в рейтузах с отвисшими коленками, пропадающее за компьютером. Впрочем, дело, конечно, не во внешнем виде, а в виде внутреннем.
Женщина всегда непременно сексуальна. Она вся уходит в область половой жизни в сфере полового акта и размножения, и в отношениях к мужу и ребёнку она – вся, тогда как мужчина далеко не только сексуален. В этом заключается действительно то различие, которое хотят найти в различной интенсивности полового влечения.
«Мужчина ты или не мужчина?» – вот в чём вопрос у женщины, глядящей искоса из кухни на диван перед телевизором или на игровой пульт с приставкой к нему в виде мужа. Где та былая страсть, где пережитое некогда увлечение-восхищение? Канули в Лету эти милые сердцу душевные терзания.
А хочется любви, хочется страсти и чувственности, хочется ощущать себя не на обочине, а в центре жизни любимого мужчины. Где же ты, страстный, чувственный друг, что крепок, как дамасская сталь, и нежен, как узбекский хлопок?
Влюбиться в такого неизвестного, загадочного, которому море по колено, – вот мечта. Может, он и бросит её при первой возможности, но это будет потом, а сейчас так хочется забыться в его объятьях… Он ощущается ею таким страстным внутри, таким величественно одиноким. Так может быть, она и отогреет его ледяное сердце, замороженное Снежной королевой, своей любовью и насладится истинным счастьем – заслуженным, желанным, ещё неизведанным…
Да, то, что творит иногда с женщиной её сексуальная доминанта, мужчинам и в самых изощрённых снах не снилось! Ну да оставим это.
Итак, мы галопом освятили уже целых два бессознательных, доставшихся женщине от далёких предков варианта поведения, приводящих или способных привести её к адюльтеру.
• С одной стороны, это рефлекторное почти потакание мужской активности. Его настоятельная, захлёстывающая, увлекающая, манящая другой жизнью, другим к ней отношением активность способна вскружить женщине голову, а там и до адюльтера недалеко.
• С другой стороны, это бессознательный поиск женщины лучшего отца для своего ребёнка, причём этот ребёнок далеко не обязательно реально присутствует, но ведь потенциально каждая женщина – мать, вот и ищет. Что найдёт, о том лучше не думать.
Но есть и третья стратегия, и об этом мы уже говорили: чисто человеческое изобретение – месть. Женщина испытывает это чувство не только к тому мужчине, который ей изменяет, она мстит и тому, который не ощущается (подсознательно по большей части) ею как мужчина. Тому, который не заполняет её, не даёт ей чувства надёжности, защищённости. Тому, который стал ей соседом, с которым она не может ощущать себя женщиной.
Конечно, она будет искать «Мужчину», ведь она «Женщина». Впрочем, к хорошему это вряд ли приведёт, ведь месть – чувство подслеповатое и определённо бессмысленное. Будет разочарование, будет и возвращение в покинутую супружескую постель, а на душе будет гадко. Хотя…
Женщины! Что в них? Красота их исчезает, как сон, как вчерашний день. Верность их… Да в том-то и дело! Они или легкомысленны (что меня перестало интересовать), или верны. Одна из них ещё могла бы, пожалуй, увлечь, заинтересовать меня… как редкость, но не больше, – ведь окажись она верной в истинном смысле слова, я стал бы жертвой собственного эксперимента: мне пришлось бы тоже посвятить ей всю свою жизнь, а не выдержи она – опять старая история!
Как правило, когда речь заходит о неудавшемся браке и последующем разводе, всегда подразумевается, что причиной была измена. Однако измена – это лишь наиболее сильное, эмоционально значимое, зачастую буквально ослепляющее событие. Не она сама по себе является причиной развода, а тем более неудавшегося брака.
Куда большее значение имеет не этот эмоциональный пик, не этот экстремум падения уровня доверия и принятия, а то плато утраты интереса друг к другу, которое формируется изо дня в день, постепенно, едва различимо. Нормально, если в паре возникают небольшие кризисы или просто периоды охлаждения в отношениях, часто связанные с совершенно сторонними факторами: финансовые проблемы, проблемы с ребёнком и т. д.
Вопрос в том, как пара из этих ситуаций выходит. Если супруги помогают друг другу, двигаются навстречу друг другу и совместно в одном направлении, то кризисы делают брак лишь сильнее, надёжнее. Но если реакция супругов на кризис – мол, всё, конечно, больше нет любви, – то постепенно формируется то самое плато взаимного отчуждения.
По сути, это плато – истончённая ткань отношений, которая может порваться в любой момент. Но до этого супругов эта истончённость не особо беспокоит. И это неудивительно: друг другом они уже почти открыто пренебрегают, а головой уже в другой, своей жизни. Однако, когда по тем или иным причинам разрыв и в самом деле случится, нет гарантий, что оба сохранят всё то же спартанское спокойствие. Скорее, наоборот…
Возникнет страх, неопределённость, мозг начнёт выть от перемены мест, раскрашивая всей палитрой эмоций «жизнь, которую мы потеряли». И хотя расставание ещё недавно казалось им вполне закономерным и даже желанным, в процессе расставания, которое может мучительно тянуться годами, мысли будут совсем не такими. Тут мы будем, скорее всего, жить в логике «потерявши, плачем».
Не так важно, чем вызван кризис в паре – просто временным охлаждением чувств или какими-то другими проблемами, не связанными с личной жизнью. Важно стараться совместно выходить из него на более высокий уровень отношений, к большему принятию и поддержке, к большему взаимопониманию, ане пытаться обвыкнуться на очередном уровне падения, потому что «не до того» и «не очень-то и хотелось».