Если вечер тянулся, словно карамель, то ночью время словно ускорило свой бег. Казалось, при каждом взмахе ресниц картинка менялась.

Первыми прибыли мои ведьмочки. На счастье, они окружили Аданику и та надёжно заняла их новостями, надеюсь, сообразив не выдавать совсем уж всё, не зря ей намекали держать язык за зубами. Я бы на её месте зацепилась за такую возможность. Работать на тайную канцелярию — считай, обеспечить себя и свою семью на веки вечные. Можно и титул заработать, если постараться.

Следом прилетели наши. Не только Ковен в полном составе, но ещё и все находящиеся неподалёку и разглядевшие знак в небе ведьмы.

— Ясно, — только и сказала киф Клетусу Верховная после краткой инструкции. В следующее мгновение она в упор посмотрела на меня и в мою руку мягко уткнулся черенок метлы.

Я кожей чувствовала недовольство Демиры Будимиловны, потому сжала её сильнее обычного, хотя умом понимала, что ей не больно. Но как же она меня раздражала!

— Леди киф Клетус, пожалуйста, присмотрите за моими девочками, — попросила будущую свекровь. Отказать Верховной я не имела права, ведьмы повинуются ей беспрекословно. А мне безмолвно велели присоединиться к своим.

— Сделаю, — ответила та серьёзно.

Лететь на бешеной скорости вместе со своими — невообразимое удовольствие. На мгновение я позабыла обо всех невзгодах и проблемах, растворилась в полёте, однако как только увидела целую армаду светящихся многочисленными огнями военных кораблей, вцепилась в черенок, обратилась к метле.

— Верховная позвала меня, только я не умею разрушать, совсем не умею, — призналась тихо. Честно признаться, на ответ не рассчитывала, но промолчать не смогла.

— Тебе и не нужно. Она хочет показать тебе цену власти и вес принятых решений, — в кои — то веки нормально ответила Демира Будимиловна. Видимо, мама провела с ней разъяснительную беседу.

— Неужели она пожалела, что возглавила Ковен?

— Сама у неё спросишь.

Я ничего не могла с собой поделать — дулась на метлу, словно обиженное дитя. Казалось, Демира Будимиловна — взрослая, опытная, мудрая, значит, должна поддерживать и направлять, а не сыпать стереотипами. Подумаешь, есть примесь магии! Ну так не я в том виновата.

— А кто? — фыркнула метла в ответ на мои, на минуточку, сокровенные мысли! Я не планировала делиться с ней размышлениями! — Тебе огонь запечатали в детстве. Зачем пробудила его при инициации?

— Я ничего не делала.

— В тебе наутро было столько мужского огня, что я едва не сгорела при встрече! — обвинила меня в отсутствии какой — либо заботы Демира Будимиловна. — Ты выкачала его магию, а там разгорелась и твоя. А ведьм чему учат?

— Чему?

— Крайне осторожно общаться с магами, если берёшь их в свою постель! — рявкнула метла. — Ведьма берёт часть силы мужчины для женской красоты и для здоровья, не больше. Ведьма не делится своей силой. Ведьма не остаётся в постели мага на ночь. Думаешь, с потолка взяли эти правила?

— Э-э, я как — то не задумывалась.

— Не задумывалась она, — по — стариковски проворчала метла.

А я вдруг широко распахнула глаза.

— Подождите, Демира Будимиловна. Я правильно понимаю, что многие из нас рождены ведьмами от магов, и если обмениваться энергией не по протоколу, не закрываться, а принимать его силу, можно пробудить данные отцом способности?

— Отчасти. Только, если мужчина владеет сокрытой в тебе стихией, если его сила во много крат превышает твою. Тебе в этом плане не повезло, больно сильный огонь у киф Клетуса, там и при соблюдении всех правил результат был бы один.

— И что в этом плохого? — не поняла я. — Удобно владеть и тем и тем.

— На двух стульях не усидишь, задница одна! — отрезала Демира Будимиловна неожиданно грубо. — Приняв магию, ведьма со временем теряет ведовскую силу и становится обычным, часто весьма посредственным магом, и дочерям силу уже передать не может. Впрочем, у тебя сильный огонь, переучишься в маги. А меня матери вернёшь, негоже благородной метле служить магичке, — фыркнула Демира.

К вражеской эскадре я летела с квадратными глазами, не в силах быстро переварить слова метлы. Безусловно, теперь я ещё лучше понимала мотивы мамы, но совершенно не представляла, что делать со своей личной жизнью. Смогу ли я по примеру старших ведьм отказаться от любимого мужчины, чтобы не потерять свою силу? Захочу ли?

Ужас — то какой!

— Застыли. Три четвёрки, вперёд! Остальные ждут.

Погружённая в размышления я едва не пропустила момент, когда Ковен атаковал вражеский флот. Действовали ведьмы не смертоносно, но эффективно: чёрными тенями окружали судно, в нескольких местах касались высушенного особым образом дерева, заставляя его растрескиваться и напитываться влагой, и летели дальше — к следующему паруснику.

Им потребовалось совсем немного времени, чтобы обработать все суда и вернуться к ожидающей их Верховной и группе поддержки.

— Корабли замедляют ход, — довольно заметила Верховная спустя некоторое время. — Сейчас заметят и они, начнут паниковать, не понимая, что происходит, а когда доски вдруг разлетятся, будет поздно заниматься ремонтом. Снижаемся к кронам, сохраняя бдительность. Бухта мелкая, все, кто умеет плавать, спасутся.

— Вряд ли их будет много, — включилась я в разговор. — Здесь хватает опасной живности, особенно возле скал. Одних только ядовитых морских змей несколько видов, русалки иногда на них охотятся, рассказывали.

— Если сами не справятся, парочку придётся спасти. Нужно разобраться, откуда гости, — грозно сказала Верховная, не выказывая жалости. — Прежде орки не заключали договоров с людьми.

— Храмовники — не люди, — вновь подала я голос. Мне нечего было скрывать от ведьминского сообщества, запрета от Матильды не поступало, а мы с магами действовали заодно.

Ко мне развернулись все ведьмы разом.

— Рассказывай! — потребовала Верховная. После моих объяснений те же три боевые четвёрки безмолвно рванули к медленно погружающимся под воду кораблям, откуда вернулись с уловом — тремя капитанами. Мужчины находились без сознания и висели на тонюсеньких зачарованных нитях, концы которых были надёжно привязаны к мётлам. Если бы не ночное зрение, подумала бы, что ведьмы их удерживают магией.

Верховная дала знак четвёркам лететь к пляжу, где находились киф Клетусы, раздала указания оставшимся на дежурстве ведьмам, притом назвала каждую по имени, вызвав тем немалое удивление. Великолепная память! А я, признаться, имена своих учениц две недели учила и всё равно до сих пор путала нескольких ведьмочек. Эх.

— Лейла, Ройна, Красс, вы со мной, — закончила Верховная уже развернувшись к Форнату.

— Не много оставили ведьм на берегу? — поинтересовалась у неё Ройна.

— Бухта большая, людей много. С русалками разберёмся и попросим их тоже помочь.

— Сожрать врагов? — спросила Красс, недобро хохотнув.

— Не жалко, — был ответ.

Мы прибавили в скорости, нагнали ведьм с ношей и все вместе приземлились на пляж неподалёку от замерших в специальных стойках магов: Матильду и двух неизвестных мне мужчин. Они плели общее заклинание, которое ещё не коснулось воды. На тёмной глади виднелись головы замерших в ожидании русалок, а наверху, на террасе, столпились мои ведьмочки, которых Родерик не пустил на пляж, попросту загородив собой лестницу. Ни одного из высокопоставленных лиц на пляже не было.

— Пленных доставьте к любому киф Клетусу или его высочеству, пусть допросят. И возвращайтесь незамедлительно, — отдала команду боевым четвёркам Верховная, сообразив, что здесь языками заняться некому.

Вдруг земля содрогнулась, затрещала, заскрипела. Со скал посыпались камешки, падая в песок, воду, ударяясь о другие камни. Небо потемнело ещё сильнее, о луне не осталось и воспоминания. Мир словно погрузился во тьму. И только огни Форната подсвечивали пляж, выделяя фигуры людей и проявляющееся едва заметным свечением мощное заклинание, способное освободить русалок от всех на свете договоров и пут.

— Сейчас услышим Песнь, — тихо произнесла Верховная.

Я навострила уши, думая, что нас ждут дикие первобытные ритмы, громкие барабаны, мощные раскатистые голоса, однако раздался красивый высокий женский голос. Он спускался с вершин гор и холмов, падал со скал, скользил по волнам, очаровывал, проникал под кожу, врезался в сердце. Ты словно наяву видел цветущую степь, чувствовал пряный аромат мелких бутонов и подсохшей травы, кончиками пальцев прикасался к мягкому, словно пух, ковылю, царапался о тонкие чёрные ветви прошлогодних кустов.

— Пошла магия, — прошептала Верховная. — Смотрите на скалы, она пролетит волной, очень быстро, словно росчерк падающей звезды. Постарайтесь зацепиться и урвать как можно больше, тогда самим оркам достанется меньше, а нам хватит сил помочь магам, ещё и себе оставить добрую часть. Тяните энергию изо всех сил, она сперва будет сопротивляться, затем поддастся и будет легче.

Мы приготовились, вцепились взглядом в тёмную гряду. Однако волна не шла.

— Где она? — спросила Ройна и в следующее мгновение сама же рявкнула: — Идёт!

Я подняла руки, настраиваясь, подготавливаясь, и почти сразу уловила изменение магического фона, подключилась, присосалась ненасытной пиявкой, накачивая каждую клетку своего тела, каждый амулет, каждый минерал. Но высвобождённой шаманкой энергии оказалось так много, что её никак было не пристроить всю, а отдавать столь мощный источник ужасно не хотелось.

Маги качали орочью магию словно насосом, вливая в заклинание без ограничений. Море в прямом смысле засветилось, пропитавшись непривычной ему силой степи.

Я ослабила принимающий поток, превратив его в тонкую нить, чтобы не захлебнуться, не отравиться чужой магией, подошла к леди киф Клетус, ожидая, когда она закончит свою часть работы, но ещё не отпустит магическое плетение.

— Ты что — то хотела? — прошептала она, чтобы не сбивать коллег с речитатива.

— Не отпускайте магию, давайте очистим море и поставим на выходе из бухты магический заслон от всякой гадости. Не оставим оркам ни грана энергии, — предложила я. — Мы будем качать и давать вам столько, сколько нужно, чтобы вы не тратили лишние силы.

— Истинная ведьма, — похвалили за спиной ведьмы из Ковена.

— Хорошая идея, — одобрила план Матильда. — Позови Верховную, ты не потянешь такой входящий поток.

— Я здесь, — откликнулась та.

— Нам нужно будет зайти в воду поглубже, — предупредила её светлость, наконец, отпуская свою часть плетения в море и тут же начиная кастовать новое заклинание.

Я впервые видела, как действуют боевые маги в нестандартной обстановке. Они до конца были заняты первым плетением, даже не слушая нас, а когда закончили с освобождением русалок, ничего не проверяя, не раздумывая, не задавая вопросов и не разбираясь в тонкостях женской задумки, просто зашли в воду и подключились к работе, помогая Матильде и Верховной.

Ройна и Красс вдруг махнули, подзывая остальных ведьм, и мы дружно присоединились к этому потоку, принимая чуждую силу, пропуская через себя, передавая по цепочке магам, которые творили нечто невообразимое. Магические плетения были столь яркими, что резали глаза, и я смежила веки, чтобы не отвлекаться на свет и ненароком не упустить поток.

Земля под ногами вновь затряслась, вызывая колебания на воде, а затем и высокие волны. Орки сражались за свою часть «магического одеяла», которое мы столь нагло потянули на себя.

Мы организованно отступили туда, где могли сохранять устойчивое положение, но работу не бросили. Разве что глаза пришлось открыть, чтобы не пропустить очередную волну и хотя бы дыхание успеть затаить.

Матильда с чужой магией не церемонилась. Вдали уже светилось магическое поле сродни тому, что накрывало город. Оно пока было тонким — тонким, прозрачным, но маги работали не покладая рук, выкачивая из нас всю собранную энергию. Нитка за ниткой, слой за слоем наращивали они магический щит, не останавливаясь ни на мгновение.

Я никогда не работала магическим насосом, но очень старалась и, видимо, неправильно рассчитала силы, потому что спустя какое — то время меня страшно затошнило, а голова начала раскалываться на части.

Привкус морской соли на губах сменился неприятным вкусом крови, и я поняла, что из носа позорно бегут алые ручейки.

Но вот так отступить, когда я нужна…

«Родди, миленький, слышишь меня?» — позвала любимого фамильяра.

«Лечу тебя, как могу, не отвлекай!» — рявкнул шкаф. Похоже, он давно подключился, но я не чувствовала, слишком сильна была усталость. Каким бы крепким ни был дух, сколь бы стойкими ни были убеждения, но прохладная вода выкачивала силы из физической оболочки, а чужеродная магия буквально рвала её на куски.

«Родди, ведьмочек ко мне, живо! Пусть помогут. Скажи, нужно будет подключиться через меня к магическому полю. Объясни им, что да как, я сейчас в обморок грохнусь».

«Не вздумай! У меня новый лак, я не могу его испортить морской водой!» — в своей манере выдал трёхстворчатый эгоист и пообещал всё организовать.

Прибежали девочки и, изо всех сил стараясь не галдеть, чтобы не отвлекать магов, но при этом сгорая от любопытства и пытаясь расслышать, что я говорю стоящим рядом, начали по одной подключаться и качать энергию. Молодые, здоровые, полные энтузиазма и желания быть полезными, они принялись за дело с таким пылом, что господа маги в какой — то момент попросили снизить темп.

Ведьмы Ковена по одной осторожно вышли из связки, позволяя себе отдохнуть и восстановиться. У магов такой возможности не было, как и у Верховной, которая вела через себя основной поток силы. И я подумала, могу ли что — то сделать для них.

«Родерик, а ну живо найди фамильяров ведьм из Ковена! Где они ходят, когда так нужны?»

«Только не говори, что мне придётся доставить их к вам!» — истерично взвизгнул Родерик, припуская по пляжу на коротких ножках. — «Я не хочу пускать их на свои полочки! Я потом лет десять буду чихать шерстью!»

«Пусть с берега помогают», — предложила я.

«Конечно, они ведь такие же сильные, как твой Родерик!» — фыркнул шкаф, умудряясь даже в столь нервной обстановке напомнить о своей уникальности.

Однако дело Родди знал туго, и довольно быстро кошки оказались рядом со своими хозяйками, правда, из закрытого шкафа на спины ведьм не перебирались — не любили воду.

— Спасибо, — шепнула Верховная, распрямляя спину.

«Заставь потом Ковен выдать мне абонемент в салон магической реставрации, я ведь тоже вам помог», — начал Родерик Кэнсингтон Третий торговаться. — «И за моральный ущерб мне бы отдельный счёт в банке — на чернение ножек, замену ручек, профилактику плесени и жучков, а ещё знаешь что!»

«Родди, не сейчас», — попросила утомлённо.

«И не делай вид, что ты устала, я тебя восстановил до приемлемого уровня!» — воскликнул фамильяр. — «О, кстати! Раз в море теперь можно будет купаться, нужно срочно найти денег и выкупить у государства конфискованное имущество Нарона», — подсказал самоназначенный консультант по экономическим вопросам. Но тут же всё испортил: «Заработаем тебе денег, обновим гардероб, а потом у вас с Гидеоном детки появятся, я буду выбирать им пинеточки и все эти милые вещички», — запричитал он таким слащавым голосом, словно всю жизнь об этом мечтал.

Я только глаза закатила, однако мысль на вооружение взяла. Про конфискацию имущества, разумеется!

Закончили мы с первыми лучами солнца. Я успела дважды встать в строй и выйти из него, встретить вернувшиеся боевые четвёрки ведьм и пристроить их на перекачку силы, так что держалась на своих двоих. Магов же пришлось едва ли не на руках выносить. Родерик был душечкой, внял моим мольбам и принял леди киф Клетус в свои нежные объятия, накрыв тёплыми платьями и шубкой, всё же в воде мы здорово замёрзли. Верховная шла сама, но была настолько бледной, что, казалось, ещё мгновение, и она упадёт без чувств. Потому и на метле вернуться к себе не рискнула. Котики на полках внутри Родерика спали без задних лап. Похоже, тоже сильно выложились.

Мы с девочками провели ведьм и магов в гостиницу, а затем я попросила поваров мастера Нарона приготовить плотный завтрак — сегодня было не до подсчёта калорий, белков, жиров и углеводов. Верховной, леди киф Клетус и магам заказала бульон с травами, попросила отнести в номера. С их степенью усталости вряд ли желудок примет что — то более плотное. Сейчас им нужен крепкий здоровый сон. А вот ведьмочкам досталась полноценная еда.

Только во время завтрака я сообразила, что не сообщила освобождённым русалкам о происходящем в соседней бухте, что там, возможно, требуется их вмешательство (требуется ли?), а также вспомнила об орках, которым мы здорово испортили эффектное появление, напрочь лишив магической поддержки. По крайней мере в магическую подводную стену влили магии… на три небольших города бы хватило.

— Девочки, после завтрака вы вольны спать или отдыхать, но, пожалуйста, не забудьте о бале и помогите айсе Роанд с организацией.

— А орки? Мы хотим на них посмотреть! — воскликнула Аданика. Ох уж эта молодёжь, энергии через край даже после бессонной ночи.

Посмотрела на полных энтузиазма девочек. Кажется, поспать мне не удастся. Да и какой сон, когда у стен города, по идее, идёт сражение? Хотя… Разве не должны доноситься какие — то звуки?

— Я слетаю на разведку и уточню, есть ли возможность, — сказала, поднимаясь и призывая Демиру Будимиловну. — Из города ни ногой. В соседней бухте высадился вражеский флот.

— О — о — о, — протянули ведьмочки дружно.

— Красивые, наверное, — мечтательно вздохнула одна. — И не орки, а люди.

— В форме военной. У моряков она такая строгая и красивая, — добавила вторая.

— Ой, будто ты видела когда — нибудь хоть одного моряка, — фыркнула третья. — Начитались романов, теперь дурите.

У меня не было сил на споры и объяснения, потому я молча села на метлу и полетела за горную гряду, решив начать облёт с бухты, в которой ведьмы ночью немного порезвились. К своему удивлению обнаружила там мальчишек из военной академии. Они жгли костры, болтали и ни капли не напоминали измученных боем.

— Выжил кто — нибудь из тех? — спросила, качая головой в сторону торчащих мачт. С метлы на землю не сходила, планировала найти Гидеона и, если получится, хоть одним глазком посмотреть на живого орка.

— Нет, айса Интар, ни одного пленного. Сейчас наши прочёсывают леса и горы, может, найдут хоть кого — нибудь. Не сражение, а сплошное разочарование — мы не понадобились, — пожаловался один из мальчишек. — Всю ночь простояли напрасно, утром хоть сюда отправили. И то… море есть, а не поплавать в нём, не освежиться. Там гадости много разной, сказали.

Поспешила его утешить.

— Мы ночью взяли трёх капитанов. Их доставили вашему начальству, так что будем надеяться, узнаем, кто это такой хитрый к нам прибыл. Я видела только, что они темноволосые все, как один, большего в ночи не разобрала.

Мальчишки заблестели глазами, но остались на своих местах, не побежали в лагерь, видимо, получили приказ караулить берег. Я же полетела дальше, успев услышать очередные мальчишеские стенания: «Даже ведьмы сражались, а мы нет!»

Закатила глаза. Нашли, чему завидовать.