Если бы орки напали на город, я бы не так удивилась. Нет, я бы вообще не удивилась, ведь давно знаю, что здесь дело нечисто. Но айса Матильда поразила меня в самое сердце!

Эта холёная, избалованная, высокомерная и эгоистичная дама, считающая ведьм отбросами общества, собирается извиняться? Ещё и признаётся в том, что обманула меня несколько лет назад?

А я действительно верила, что её прислал Гидеон! Хотя, если так посудить, зачем взрослому самостоятельному мужчине, опытному боевому магу, амбициозному и уверенному в себе красавцу посылать мать на переговоры?

Только вот тогда я об этом не подумала. Позволила ранить себя жестокими словами, точно ядовитым клинком, отравилась и не предпринимала попыток излечиться. Жила, лелея обиды, обрастая колючками, наращивая броню. А в сути проблемы не разобралась. Отстранилась. Сделала вид, что забыла.

Перед мысленным взором закружился хоровод слов, обид, недоговоренностей, неверных решений.

Мы могли жить по — другому. Совсем по — другому. Если бы не одна самоуверенная дамочка, считающая себя вершителем чужих судеб.

Сделала несколько шагов, заходя в более глубокую и прохладно — отрезвляющую воду, обернулась к Матильде. Та задумчиво смотрела вдаль.

— Думаю, вам стоит не только извиниться, но и объяснить мне в деталях, что тогда произошло, отчего вы пришли ко мне, поступили так жестоко. Я была слишком юна и неопытна, чтобы тягаться со столь изощрённой в интригах…

В следующее мгновение мои ноги обвила магическая петля, стянула до боли и с бешеной скоростью потащила прочь от берега, я только и успела, что вскрикнуть, да призвать метлу.

Во мне было безумно много силы Гидеона, умей я ею пользоваться, непременно смогла бы спастись; и я пыталась, отчаянно пыталась что — то сделать, разозлиться, как следует, «колдануть»! Только не выходило.

Вода попадала в уши, нос, рот, периодически накрывала с головой, пугала, лишала возможности мыслить трезво. Я чувствовала, что метла уже несётся мне на помощь, но она была далеко, смертельно далеко. Ещё немного и песчаное белоснежное дно подо мной уйдёт сильно вниз, оборвётся, разверзнется тёмной голодной впадиной.

Сердце колотится как сумасшедшее, а я тяну, тяну руку из воды, надеясь нащупать тёплое древко верной метлы. Вырваться наружу, сделать глоток чистого воздуха, стремительно унестись в облака, ослабляя магические путы. Возможно, вытащить коварного врага на воздух, рассмотреть и уничтожить.

В сердце разгорелось пламя. Я не сдамся без борьбы. Не буду скользить по воде, теряя ориентиры и способность мыслить. Нельзя сдаваться. На мне огромная ответственность: академия, ведьмочки, Форнат! Я не допросила Матильду, в конце концов.

Последняя мысль стрельнула, проясняя сознание. Матильда. Один из сильнейших боевых магов, чья стихия — вода. Уж не она ли отправила меня на дно? Во всех смыслах этого слова.

Бешенство. Чистое, смертоубийственное, грозное. На кончиках пальцев трещит искорками огненная магия Гидеона, но вода… слишком много воды кругом. Да и что я сделаю, не зная ни одного заклинания? Устрою фейерверк в месте погружения? Выпущу струйку пара? Огонь под водой не помощник.

Набрала в лёгкие воздуха, как только почувствовала, что меня тянет вниз, затаила дыхание. Руку держала по — прежнему над головой, надеясь, что Демира Будимиловна успеет. Уж не знаю, обучена ли она глубоководным погружениям или нет, но до последнего надеялась на спасение, так же не оставляла попыток высвободить спелёнутые заклинанием ноги.

Неожиданно под водой стало светло, как днём, я распахнула глаза и увидела тёмный, словно сотканный из угольно — чёрного дыма, щуп, обнимающий мои ноги и утягивающий в эпицентр подводного телепорта.

Разочарованию не было предела. Я так надеялась, что русалки не в сговоре с коварной Караей.

В следующее мгновение запястье оказалось зажато в тиски. Посмотрела наверх и едва не ахнула, выпуская драгоценные остатки кислорода. Вместе со мной под воду погружалась Матильда. Как была — в красивом модном наряде, в драгоценностях и при макияже, который отчего — то не смывался. Видимо, использовала специальное заклинание.

Я надеялась, она избавит меня от щупа, мы вынырнем, подоспеет метла, дотащит нас как — нибудь до берега — так и спасёмся. Но у леди Матильды были свои планы на сегодняшний день. Видимо, очень ей хотелось побывать в гостях у русалок, а у меня выбора не было.

А дальше мои внутренности вновь выворачивала и перемалывала воронка телепорта. Воздуха катастрофически не хватало. Защитной магии и спасительных объятий Гидеона в этот раз не было, и я поневоле глотнула солёной воды, потому, когда попала на борт, едва не испачкала всё кругом. Из последних сил, всеми правдами и неправдами обуздала реакцию организма.

Зато когда пришла в себя и огляделась, забыла о своём состоянии моментально!

Леди Матильда меня поразила в самое сердце!

— Добрый день, — поздоровалась она, надевая туфли, которые всё это время держала в другой руке. — Вы, как я понимаю, Карая, верно? — обратилась она к русалке. — Будем знакомы, я — леди киф Клетус.

Мама Гидеона придерживала меня за локоть и потихоньку лечила. Топорненько, неприятно, даже чуточку больно, но эффективно — так, как обучали боевых магов, но я была бесконечно ей благодарна. И отчего — то совершенно спокойна. Ну, не верила я, что у Караи есть хоть один шанс против моей потенциальной свекрови.

Хотя о чём это я? Какая свекровь? Совсем ты, Лейла, от солёной воды одурела. Появление леди Матильды, её извинения и даже это спасение ещё ни о чём не говорят. Не выдавай желаемое за действительное.

Карая рыкнула, хотела что — то произнести, но не смогла — ей словно перекрыли кислород. Она схватилась за шею, выпучив глаза в немом испуге, а затем вдруг кивнула, сообразив, что это расплата за задержку с ответом. С боевыми магами шутки плохи. Ты или слушаешь их внимательно и тотчас выполняешь веленное, или… сам дурак.

— Я так понимаю, здесь вы главная? — уточнила леди Матильда, позволяя русалке снова дышать, но связывая её руки интересным магическим плетением — прежде я такого не видела.

— Да, — поспешно пискнула Карая, больше не рискуя связываться с жёсткой леди и показывать характер. Быстро соображает.

— Проведите нас к остальным русалкам, — приказала её светлость.

— Они заперты, леди киф Клетус, — через зубы произнесла подлая рыбина.

— Будем освобождать, — с улыбкой сообщила Матильда, а дальше… Нет, мне показалось, ну точно показалось. Не могла ведь изысканная аристократка в дорогущих, как вся моя зарплата, туфельках дать Карае пинка?

Я хлопнула ресницами, не понимая, галлюцинации у меня или… да нет, точно галлюцинации. Однако красная туфелька одной из богатейших дам Форната вновь встретилась с туго обтянутой пятой точкой Караи, и та, разве что не подпрыгнув, направилась, куда велено.

За всё время на борту я не произнесла ни слова, да и вообще была так ошарашена, что не сразу сообразила: Тасса меня не предавала! Только когда понукаемая магией Карая выпустила запертых соплеменниц и получила от своих несколько сильных затрещин, я очнулась.

Сперва с уважением посмотрела на леди Матильду. Невероятная женщина! Та увидела моё восхищение и подмигнула, затем переговорила с русалками и попросила выделить ей помещение для допроса, куда тут же увела вяло сопротивляющуюся Караю.

— Извини, что не поверили вам, — со вздохом произнесла Тасса, обнимая меня и приглашая на чай. — Расплата была жестокой.

Она отправила остальных на охоту, потому в кают — кампанию мы пришли вдвоём. Тасса тут же накинулась на содержимое буфета и ела, что называется, не глотая.

— Я… Может, пройдём на кухню, я тебе что — нибудь приготовлю? — предложила по — дружески.

— Эта тварь нас ни разу не кормила, — дожёвывая печенье, объяснила русалка. — Присаживайся и не дёргайся, ты в гостях. Извини за то, что доставка была не самой приятной. Мы прежде не дружили с наземными, так что щуп создавали не с дружескими намерениями.

— Да что уж тут, — махнула я рукой. — Как она одна вас пленила?

— У неё были артефакты. Лишила силы, обездвижила, по одной связала и отвела в трюм. Признаться, в нашей среде не принято доверять магам и ведьмам, потому мы подумали о вас плохо, а не о Карае, — признала Тасса.

— Я тебя понимаю. Непросто наладить сотрудничество, имея за плечами столько предательств и боли. Но мы с тобой можем, если захотим. Я тебе доверяю, Тасса. Даже несмотря на то, что договор на крови, как оказалось, недействителен, — признала со вздохом. — Точнее, действителен лишь отчасти.

Русалка села рядом, подавая мне чашку, в которой был чистый чай — ни единого признака инородных элементов и магии. Сама сделала глоток из такой же чашки и тоже вздохнула.

— Я тоже тебе доверяю, Лейла. Мы исполним все данные тебе и девочкам обещания. Надеюсь, и вы нам поможете. Если есть хоть один шанс из тысячи, мы должны попытаться избавиться от этой привязки. А если нет, у нас хотя бы будут друзья на суше, всё веселее.

В её словах была тихая грусть. Похоже, русалка уже не верила в то, что увидит Зелёный остров, и пыталась смириться с мыслью, что остаток дней проживёт в Форнате.

— Гидеон сказал, что поможет, значит, поможет, Тасса. Не сомневайся. У нас с ним непростые отношения, мы часто ссоримся, но он хороший и честный человек, сильный маг и талантливый политик.

— Да там силы нужно…

— Тасса, когда я привела его в Форнат и показала плетение магического купола, который кто — то вскрывал годами, по ниточке, по чуть — чуть, знаешь, что сделал Гидеон?

— Что?

— Просто перенастроил его заново. За несколько часов. А ведь эти купола плели сотни магов, — добавила я исторический факт, чтобы придать веса своим словам, а заодно обнадёжить русалку.

Понятно, конечно, что он не вливал энергию, а лишь наводил порядок в плетении, кое — где восстанавливая порванные нити, но это непростая работа.

От дверей донеслось покашливание, а затем в кают — кампанию зашла Матильда.

— Лейла, если бы Гидеон восстановил купол… Он может, конечно, в этом никаких сомнений. Но если бы он действительно его восстановил, он бы слёг на несколько дней, а сегодня рано утром он был в столице, разбудил меня и заставил приехать поговорить с тобой и принести извинения.

Её светлость говорила с запинками, так, словно до сих пор пыталась проанализировать ситуацию, да не выходило — не хватало важной детали, чтобы паззл собрался.

— Всё так, как вы говорите, леди киф Клетус, — ответила я, чинно сложив руки на коленях и тем выдав своё смущение. Признаваться, что он был у меня, всё же неловко. Мы взрослые люди и имеем право проводить ночи так, как нам нравится, но обсуждать это с матерью своего любовника — даже для ведьмы перебор.

— И? — протянула Матильда, принимая чашку с дымящимся чаем у подскочившей к ней хозяюшки.

Тасса вернулась на кушетку и села так близко, что почти прижалась, словно дитя к матери. Присутствие леди её тяготило и пугало.

— Гидеон действительно сильно ослаб, даже написал в министерство письмо с сообщением, что два — три дня берёт на восстановление. Но через несколько часов сна пробудился как ни в чём ни бывало.

Леди сделала глоток чая, покусала губы. Это выглядело так по — человечески, что я на мгновение едва не улыбнулась. Её светлость со стороны казалась настолько идеальной, что сама мысль о её человечности показалась дикостью. Ну, я даю!

— Вы спали вместе? — деловито уточнила она.

— Просто спали в одной постели, не более, — ответила, стараясь не покраснеть. Я ничего ужасного не сделала, но этот взгляд… Все матери умеют смотреть так, будто ты виноват во всех грехах.

— Он был твоим первым мужчиной? — вдруг резко уточнила леди, и я всё — таки покраснела, словно юная девица на допросе у родственниц. — Ты ведь была второкурсницей, а у ведьм инициация проходит на первом курсе… — задумчиво проговорила она, не понимая, где идёт расхождение в её стройном плане.

— Меня не инициировали на первом курсе, поскольку дар проявился поздно, в семье ранее не было ведьм и без должного образования я не успела догнать сверстниц. И да, Гидеон мой первый и единственный мужчина.

Произнести это было непросто, я раза три напомнила себе, что я — ведьма, а потому не должна так смущаться. Я вообще не должна смущаться!

Леди киф Клетус посмотрела на меня в упор, затем отнесла чашку к буфету и подошла ко мне, села рядом.

— Так, а теперь ты мне расскажешь свою историю от и до, дорогая, — произнесла она с такими интонациями, что напуганная Тасса вцепилась в мою руку. — Судя по всему, у меня о тебе искажённая информация, я этого не люблю.

Я моментально сформулировала несколько колких ответов, но мужественно прикусила острый язычок. Грубить и язвить сейчас не стоит. Возможно, её светлость права, нам стоит спокойно обсудить дела давно минувших дней. Вскрыть старый нарыв, очистить и продезинфицировать. Залечить и забыть.

Вкратце, не так, как Марте, обрисовала историю с моей стороны — где выросла, как попала в академию, а затем — к Гидеону. На этом рассказ окончила. Леди Матильда помолчала, а затем неожиданно для всех обратилась к Тассе.

— Почему вы подружились с Лейлой? Я слышала часть вашего разговора. Вы сказали, что доверяете ей, хотя это противоречит самой сути русалок и вашим традициям. Почему? Чем она заслужила такое отношение? Пожалуйста, не спешите с ответом, это важно.

Русалка задумалась.

— Она никогда не лжёт, держит слово и работает в полную силу. Я её уважаю.

— Вы успели её так хорошо изучить? — допытывалась Матильда.

— Так вышло, — коротко ответила предводительница русалок и села чуть глубже на диванчик, прячась за меня от дотошной леди.

Такой ответил её светлость не удовлетворил, потому я, спасая Тассу, сама рассказала о нашем знакомстве, утаив только, что прибыла я к морю, накачанная под завязку зельем Марты. Подругу выдавать не хотела, всё же в ситуации пока не разобралась, а леди киф Клетус славилась крутым нравом и быстрой расправой.

— Ясно. Мне ещё при первом нашем знакомстве кое — что показалось, но я не была уверена. Однако теперь всё сходится, — проговорила леди, поднимаясь. — Нам пора на воздух.

— Что вам ясно, леди Матильда? — уточнила, умирая от любопытства.

— После поговорим. Так, а теперь к вам, Тасса. Моя вам рекомендация — скормить бывшую подругу акулам. Я оставила её связанной, не советую снимать путы. Барышня с сюрпризом, а то и не одним.

— Мы это уже поняли, — признала русалка со вздохом.

— Как только подготовка морского дна будет завершена я вернусь в Форнат и лично проконтролирую, чтобы ритуал прошёл должным образом. Я всё рассмотрела — нам по силам справиться.

Так вот, что за странный яркий свет озарил морские глубины — это леди Матильда совмещала полезное с полезным, когда разыскивала меня под водой. Обследовала дно. Ох уж эти боевые маги!

Пока Тасса благодарила леди киф Клетус, я стояла и едва не притоптывала от нетерпения. И сильно переживала, что мать Гидеона ничего мне не расскажет! Но когда мы выбрались на берег, немного отдышались и подлечились, она начала первой.

— Я не буду скрывать, Лейла, да в этом и нет нужды — ты девушка умная, сама всё понимаешь. Не такую невесту я хотела, — проговорила она со вздохом.

— Я помню ту леди, что вы ему выбрали, — горько усмехнулась я. — Лицемерная и занудная…

— С сильным ветром, отличной репутацией и богатым приданым, — аргументировала леди Матильда.

— Не смотрите на меня так. Я не раскаиваюсь, что сорвала их свадьбу, — проговорила с вызовом. — Он никогда не был бы с ней счастлив, а о том скандале быстро забыли.

Ну, забыли, положим, не так быстро. И за очень большие деньги. Я даже представить боюсь, как киф Клетусы запугали и подкупили всех журналистов столицы, что те за столько лет не растрепали обстоятельства первой, не состоявшейся свадьбы Гидеона и одной очень и очень богатой юной леди.

А нечего было меня провоцировать! Заявила, дрянь такая, что Гидеон теперь будет только её, а мне, ведьме вонючей… Впрочем, те грубости, что орала «хорошо воспитанная» аристократка лучше не вспоминать.

— Лейла, в нашем кругу женятся не ради любви, — вздохнула Матильда и посмотрела вдаль.

— Никогда этого не понимала. Живут потом в разных домах, изменяют друг другу… Ну, стали бы вы богаче. Ещё богаче! А толку? Счастья — то нет.

— Её воздух и его огонь могли бы дать интересный дар у детей.

— А могли не дать, — заметила я, не сдержав ехидства.

Леди вздохнула. Вновь посмотрела на море полным тоски взглядом.

Что это с ней?

— Это уже не важно. Гидеон сказал, что он или женится на тебе или не женится вообще, — произнесла она, не поворачиваясь. — Я вынуждена подчиниться и принять тебя в семью.

Сердце радостно дрогнуло, но я молниеносно припомнила все причинённые мне этой женщиной обиды и… вновь прикусила язык. Не позволю своему вредному характеру помешать мне стать женой Гидеона! Нетушки! Ни за что!

— Он не делал мне предложение, — заметила, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально, хотя я едва не подпрыгивала от нетерпения и желания поскорее встретиться и поговорить с Гидеоном. Мне есть, что ему предъявить, есть, за что ещё отомстить, но сперва свадьба! Я уже не та молодая и глупая ведьма, я повзрослела и научилась быть честной с собой. Обиды обидами, а я люблю своего мага и не хочу с ним расставаться. Его намерения меня полностью устраивают!

— С этим вы разберётесь самостоятельно. Мне велено извиниться перед тобой и сообщить, что я не стану вам досаждать.

Она вдруг бросила на меня какой — то затравленный взгляд.

Неужели боится, что я стану камнем преткновения между ними, не буду приглашать в дом, прятать от неё внуков? Нет, я мстительная, конечно, но не дура. В семье должны царить мир и покой, насколько это возможно.

— Я не знаю, как заслужить ваше уважение, леди киф Клетус, на любовь и не надеюсь, но обещаю, что Гидеон со мной будет счастлив. Настраивать его против вас я не собираюсь, более того, считаю это в корне неправильным.

— Спасибо.

Её плечи расслабились. Кажется, я сказала то, что ей важно было услышать.

Можно было, конечно, многое обсудить, но сейчас важнее другое.

— Ваша светлость, я бы хотела услышать ваши догадки о…

— Поговорим за обедом, если ты не против. Меня с утра манит тот непристойно — вкусный стейк, что висит над одним из ресторанчиков, — с улыбкой призналась мама Гидеона.

Я почувствовала, как в животе заурчало, и согласилась. После путешествия к русалкам и пережитого стресса аппетит разыгрался не на шутку. Мы дружно промаршировали к мастеру Андре, заказали плотный обед и кофе с пирожными. Леди начала беседу.

— Признаться, меня поразило, как быстро ты разобралась с Форнатом. Я была здесь не так давно, и городок тогда показался на редкость унылым и захолустным. С твоим появлением здесь изменилась атмосфера. Люди улыбаются, даже погода словно улучшилась, — поделилась впечатлением Матильда.

— Разобралась — это громко сказано. Только приступила. Но благодарю, мне радостно слышать добрые слова.

— А теперь к делу. Ты честно ответила на мои вопросы, потому я отвечу взаимностью. Возможно, тебе будет неприятно услышать некоторые моменты, но правда редко бывает доброй, — припугнула она. — Начнём с восстановления купола и моего ослабевшего сына. Подозреваю, что ты, моя дорогая, приёмное дитя.

Я как раз пила кофе и поперхнулась. С трудом откашлялась. Посмотрела на собеседницу круглыми глазами. Не такого перехода я ожидала! Я вообще ничего подобного не ожидала!

— Почему вы так думаете? — спросила тихо — тихо. Интуиция шепнула, что леди права, более того, я давно это подозревала, только не хотела признавать.

— Когда мы с тобой познакомились впервые я обратила внимание, что ты буквально искрила силой моего сына. Это было удивительно и неправильно, только в тот момент некогда было анализировать, что к чему, а затем я отбросила за ненадобностью эту мысль, и забыла. Сейчас же вы вновь встречаетесь, и уже ты восстанавливаешь его, наполняешь. Вы замкнулись в единую систему из — за неправильно проведённой инициации. Без тебя он слабее, чем с тобой. Ты, по идее, тоже.

Всё звучало на редкость разумно, только меня всё ещё тревожил один момент.

— Не совсем вас понимаю. Как это относится к моим родителям?

— По всем признакам твои родители никак не могут быть простыми людьми; с высокой долей вероятности могу предположить, что они — ведьма и маг. Потому твоя сила поздно пробудилась — ты не смогла вовремя выбрать, что взять, магию отца или ведовство матери.

— Возможно, вы правы. Я как — то учинила дома пожар. Все говорили, что я опрокинула свечу, а я точно помню, что играла в куклы, огня рядом не было, но как всё загорелось, не помню.

Эпизод всплыл неожиданно, как и воспоминание о скатившейся с кончиков пальцев искре, попавшей на соломенную куклу… И почему я ничего не помнила столько лет?

А ведь совсем недавно Демира Будимиловна сказала мне о магической крови прямым текстом! Только я, погружённая в личные проблемы и проблемы Форната, не обратила внимание.

— Возможно, твой огонь принудительно заблокировали. Если иногда он даёт о себе знать…

— Даёт, — признала задумчиво. — Очень редко, в основном, если сильно зла.

— Значит, точно заблокировали в детстве. По идее, когда ты выбрала путь ведьмы он должен был затухнуть со временем. Но ты связалась с огненным магом, — хмыкнула женщина. — Гидеон твой огонь провоцирует, подзуживает его вырваться наружу, не даёт спокойно жить даже под печатью. Ведовская сила уже его не задавит.

— Это плохо?

— Нет. Такие случаи в истории бывали, так что все необходимые знания у нас есть. Нужно будет снять блоки и пройти обучение, чтобы ты не спалила храм, например. А то знаю я твоё отношение к свадьбам, — пошутила леди Матильда и тихонечко рассмеялась.

Я поневоле улыбнулась.

Тоненько уколола, ничего не скажешь. Изящно.

— Та девушка позволила себе некорректные высказывания в мой адрес. Она приезжала ко мне утром, до свадьбы. Прямо в белом платье, фате, с букетом в руках. До этого я совершенно не планировала принимать участие в вашем мероприятии, — признала откровенно. — Она посмела оскорбить меня. Я не могла оставить её слова без ответа.

— Я бы тоже не сдержалась, — неожиданно поддержала меня леди Матильда, а затем посмотрела невидящим взглядом в стену с наградами за выигранные конкурсы. — Ты знаешь, Лейла… возможно, ты права. Наша семья так богата, что… Куда девать эти деньги? Нам с мужем повезло, со временем мы смогли полюбить друг друга, но наш путь к семейному счастью был тернистым. И… ладно, это уже не важно.

Интуиция дёрнула. Важно!

— Расскажите. Пожалуйста. — тихо попросила я.

Момент казался идеальным. Вдруг мы больше никогда не сядем вот так просто и уютно за стол переговоров. Сейчас мы пережили общее приключение и это нас сблизило, позволило общаться откровенно.

— Я не люблю ведьм, Лейла, — прямо глядя мне в глаза, сообщила Матильда. — Даже не так. Я ненавижу ведьм. И когда ты явилась на свадьбу Гидеона я готова была тебя растерзать.

— То есть ваша нелюбовь связана не со мной? Ну, не только со мной? — уточнила осторожно.

— Да. Когда — то у меня тоже увели жениха. Как ты понимаешь, это была наглая, беспринципная, гадкая…

— Леди Матильда, пожалуйста, потише, — попросила я, оглядываясь по сторонам.

Её светлость кивнула и поблагодарила. Ей важно было сохранять лицо в каждый момент времени, так что яркие эмоции стоило держать под контролем.

— Я была юной влюблённой девушкой. Кандидатура жениха идеально подходила — отец одобрил. Я их семью так же устраивала, потому родители быстро условились о браке. Мой возлюбленный начал ухаживать, дарить цветы, расточать комплименты, а затем исчез. Я думала, занят работой, подготовкой к свадьбе, ещё чем — либо, а потом услышала на балу… У него был страстный роман с одной из ведьм вашего Ковена, — выплюнула леди последнюю фразу.

Я закрыла глаза. Какой кошмар! Я своей выходкой воскресила самый большой ужас леди Матильды. Жизнь бывает такой жестокой.

— Но ведь… они не выходят замуж, — заметила я тихо.

— Не выходят, да. Но он влюбился по уши и думал только о ней. Приехал ко мне, объяснился, принёс извинения и попросил отозвать договор. Я его отпустила, договор расторгли без каких — либо отступных. Родители тут же меня выдали замуж, чтобы некогда было грустить. А эта парочка… Спустя несколько лет они расстались по её воле. Я, признаться, испытала злорадное удовлетворение, хотя к тому времени у меня уже был Гидеон и обожающий муж. Сейчас я ни о чём не жалею, но тогда было непросто.

— Сложно представить ваши эмоции, когда история практически повторилась, — произнесла я с замиранием сердца. — Извините меня, пожалуйста.

— Договорились. Но ты тоже оставишь все обиды в прошлом. Начнём историю наших отношений с чистого листа, — с улыбкой произнесла леди Матильда.

— Отличная идея! — Я кивнула и улыбнулась в ответ.

Мы ещё немного поговорили на отвлечённые темы, отдали дань талантам мастера Андре и разошлись. Мне предстояло переделать немало дел, а вечером встретиться с Ковеном.

Но, конечно же, всё пошло не по плану.