Мастер — кондитер Нарон — отличная компания, когда нужно позлить несостоявшуюся свекровь. Он красив, умён, богат, магически одарён и готовит так, что сложно держать лицо во время еды.

— Если бы правила приличия не были столь строгими, я бы закрыла глаза и стонала от удовольствия, — призналась за десертом.

— Вы сегодня в игривом настроении, айса Лейла, — заметил Нарон, бросив опасливый взгляд на завтракавшую за соседним столиком Матильду киф Клетус. — Я начинаю переживать за свою безопасность уже без всяких шуточек.

Интуиция кольнула, обращая внимание на последнюю фразу, но расшифровать её подсказку я не успела, следовало быстро ответить.

— Вы правы. Прошу извинить, — чопорно выпрямившись и состряпав приличную мину, произнесла я. Затем посмотрела на пирожное и вновь расплылась в дурной улыбке: — Как вы умудрились проиграть мастеру Андре в последнем турнире, не понимаю. Ваш новый десерт — само совершенство. Уверена, конкурсное пирожное было не хуже. Вы не умете плохо готовить.

— Благодарю за высокую оценку моих талантов, — с небольшим поклоном произнёс Нарон. — Мастер Андре — достойный противник.

— Конкуренция — идеальное средство для улучшения навыков, потому в академии так поощряются различные соревнования, — вставила я, чтобы поддержать разговор.

— Кстати, обратил внимание, как изменились ваши ведьмочки за столь короткий срок. Признаться, не думал, что это возможно, — заметил Нарон. — Вы неподражаемы, айса Лейла.

Интуиция вновь кольнула. И кольнула основательно.

Что в его словах так ей не нравится?

Неужели кондитер затаил обиду? Да, кондитерские Андре и Нарона пострадали, когда прекратились заказы из академии, но, во — первых, академии без меня не стало бы с начала нового года вместе с так нужными им заказами, во — вторых, я приложила немало усилий, чтобы привести в город поток туристов и тем обеспечить их будущее. Мужчины умеют зарабатывать деньги и должны понимать, что продлённая во времени стабильность лучше быстрых, но коротких, продаж, за которыми неизбежно последует упадок.

Что же тогда не так?

Посмотрела на мастера Нарона, пытаясь разгадать неожиданную загадку, однако он перевёл разговор на запланированные мероприятия, а затем и вовсе начал расспрашивать о прибывших в Форнат молодых магах. Я почувствовала сильное напряжение в его голосе, потому приняла легкомысленный вид и рассмеялась.

— Ах, мастер Нарон, должна вам признаться в нарушении должностных полномочий! Я вам уже рассказывала про мяту, но не помню, делилась ли информацией, для чего она нужна в таких объёмах. Мы с девочками хотим вызвать дракона из другого мира! — сообщила, сверкая глазами.

— Я слышал об этом, но думал, это лишь уловка, чтобы заставить девиц больше двигаться. Выходит, маги прибыли, чтобы помочь девочкам носить охапки мяты? — быстро провёл параллели и сделал правильные выводы кондитер.

— Официально они прибыли для прохождения практики по травоведению и зельеварению. Обмен опытом, — произнесла, поигрывая бровями. — Не выдавайте меня. Тем более, как вы понимаете, я извлекаю максимум пользы из любой безумной идеи — городу идёт немаленький доход от проживания и питания такого количества молодёжи.

— Да, на магах не экономят, их комфортно разместили и кормят в приличных заведениях, что не может не радовать. Преподавателям и вовсе выдан безлимит на питание, впервые такое вижу.

Кондитер качнул головой в сторону сидящих поодаль незнакомцев, которые преподавателей напоминали, как собака — кошку, то есть вообще никак.

Несмотря на то, что мужчина немного расслабился после моей преувеличенно беззаботной реакции на прибытие незнакомцев, его глаза выдавали тревогу. Следует её развеять.

— Подозреваю, это никакие не преподаватели, а надзиратели. И прибыли они по мою душу, — призналась, склонившись к собеседнику. — В министерстве к договорённости с русалками отнеслись с крайним недоверием. Боюсь, дальнейшие уроки запретят. У меня в академии паломничество: даже среди рабочих, восстанавливающих стены, заметила новые лица, — солгала без зазрения совести.

— Вы знаете, айса Лейла, что я с интересом поддерживаю все ваши начинания, но здесь вынужден согласиться с представителями министерства. Я не доверяю русалкам. Они… они ужасны! Форнат прилично от них натерпелся! — эмоционально и быстро затарахтел мастер — кондитер. — Лучше вообще отгородиться от моря и использовать бассейны, как вы изначально предложили. Это безопасно, интересно и тоже полезно, ведь мы наполняем их морской водой. Кстати, я подумал, что можно так же построить фонтаны с небольшими бортиками, поставить в них столики, чтобы отдыхающие могли пить кофе с пирожными, опустив ноги по щиколотку или даже по колено в прохладную воду, — перевёл он тему, чтобы не дать мне возможность обидеться.

Поскольку главная цель была достигнута — кондитер переключился с магов на работу, я не стала развивать тему русалок.

— Ваша идея мне кажется весьма… занимательной. Несколько фривольной, непривычной, чуточку непристойной, но… Да, должно выстрелить. Пробуйте непременно. К слову, могу подсказать ещё одну интересную идею, мой друг подсмотрел её в путешествиях. В южных странах используют своеобразный метод — на крыши беседок и террас ставят распылители холодной воды. Мелкая взвесь хорошо охлаждает, освежает, а так же создаёт множество небольших радуг, которые привлекают посетителей с детьми. Если организовать нечто подобное и дать информацию в газеты, на следующий день здесь будет половина столицы, а через неделю — половина страны.

Глаза дельца загорелись восторгом, он явно уже подсчитывал прибыль и был не со мной. Я рассмеялась и, попрощавшись, откланялась. Стоило забежать к мастеру Андре и продублировать сказанное Нарону, а затем избавиться от хвоста. Впрочем, если Матильда решила поговорить, вряд ли мне удастся отвертеться. Если только сесть на метлу и улететь, но подобной вольности я не могла себе позволить, не потеряв при этом лицо. Как — никак, выйдет слишком очевидный побег, а побег — это не тактическое отступление, а поражение. Так что остаётся только изматывать её до кондиции, когда она потеряет терпение, а значит, и бдительность.

Удивительно, но с мастером Андре разговор прошёл совершенно в другом ключе. Он был рад и счастлив нашествию, даже успел сбегать с утра к иллюзионистам и заказать красивую и эффектную рекламу — над его заведением висел такой сочный стейк, что я едва не поперхнулась слюной, хоть завершила завтрак несколько минут назад. Как оказалось, не одна я так отреагировала на аппетитный кусок приправленного специями мяса, и заведение за одно только утро сделало выручку нескольких дней. А уж после моего рассказа об идее с распылением холодной воды, приступ энтузиазма достиг предела.

— Я вас люблю, айса Лейла! — признался Андре, провожая меня из своего заведения. Разумеется, по вселенскому закону подлости именно этот момент выбрала леди Матильда, чтобы появиться из — за угла. Но кого это удивляет? — Вы — настоящее спасение Форната. Кстати, было бы неплохо отправить Марту в столицу, пусть потрясёт связями и расскажет всем и каждому, что в Форнате отдыхает множество холостых магов, по вечерам им совершенно нечем заняться и…

— Они представляют собой лёгкую добычу, — завершила я ехидно.

— Именно так.

— А как же мужская солидарность, мастер Андре? — пожурила я с улыбкой.

— А я голосую за семейные ценности! — ответил он со смехом. Отсмеявшись, добавил: — Замужние дамы едят пирожные с куда большей охотой, чем незамужние. Кроме того, идея с радугами слишком замечательна, чтобы её игнорировать. Чем больше детей в стране, тем больше семей приедет в Форнат на отдых.

— Ваша логика безупречна, — похвалила я меркантильного, но обаятельного предпринимателя.

— Если идея выгорит и девушки обретут семейное счастье, я лично закажу несколько статей в женские журналы об их историях любви в нашем чудесном городе. Пусть приезжают все охотницы за женихами, — продолжал развивать мысль кондитер, судя по затуманенному взору глядя в будущее, а не в настоящее.

— Всё с вами ясно, мастер Андре. Вы с мастером Нароном — два сапога пара. Я распрощалась с ним на той же ноте, что и с вами, — проговорила, хихикая про себя.

Моему собеседнику потребовалось не меньше минуты, чтобы вынырнуть из мира фантазий в реальность, прокрутить в уме мою фразу и с поклоном извиниться и распрощаться.

— Вы — наша Муза, айса Лейла, — заметил он напоследок и скрылся в кафе. Наверняка побежал разрабатывать ещё более масштабные планы по завоеванию рынка.

— Ваша меркантильность не знает границ, — холодно произнесла Матильда киф Клетус, привлекая моё внимание.

— Благодарю за комплимент, — ответила я, гордо распрямив плечи.

— Теперь, надеюсь, вы можете уделить мне несколько минут вашего драгоценного времени? — голосом, от которого заледенел бы даже полыхающий от пожаров лес, произнесла леди.

Откровенно говоря, мне было, чем заняться, и будь я нормальной ведьмой наверняка так бы и ответила, но моя совесть, зараза подставучая, подняла голову, напомнила, что леди — мать моего Гидеона, а не просто враг номер один, более того, взрослая женщина, а потому я веду себя крайне непочтительно.

Посмотрела на даму прямо. Это будет не разговор, а битва. Грандиозная, судя по её разгневанному виду.

— У меня действительно много дел, ваша светлость. Я говорю не из вредности или недобрых чувств, как вам может показаться. У меня немало обязанностей в городе, которым долгое время никто не занимался. Я не хочу проявить невежливость, но до обеда я вряд ли имею моральное право присесть даже на пять минут. Сегодня меня вызовут в Ковен, потому я должна закончить с делами как можно скорее. Если вы согласитесь побеседовать на ходу, — произнесла, надеясь, что столь важная дама откажется бегать сломя голову по городу и общаться урывками.

По всем законам логики она должна была отказаться!

— Хорошо, мы неспешно дойдём до следующего пункта вашего маршрута и обсудим основные детали, затем распрощаемся.

Посмотрела на неудобные, но красивые туфли леди киф Клетус. Совесть вновь напомнила о себе. Однако вместе с тем пришли и воспоминания о давней встрече, вызывающие глухое раздражение, боль и опустошение.

— Признаться, вы меня удивили, ваша светлость. Неужели планируете построить в Форнате прекрасный летний дом и вам необходимо подобрать хороший участок земли? — задала я вопрос с позиции градоправителя.

Нет, ну мало ли. Чего она за мной бегает? Может, я всё не так поняла, а она прибыла с сугубо деловыми целями. Как ни крути, общение ни одной из нас не доставляет удовольствия, мы и не делаем вид, будто это не так. Что же могло заставить её ко мне подойти? Ума не приложу.

— Вы прекрасно знаете, почему я здесь, айса Интар. Из — за Гидеона.

Лицо не дрогнуло. Разве что взгляд заледенел, выдавая истинные эмоции. Впрочем, мы уже шагали в сторону пляжа, так что собеседница не могла их видеть.

— Гидеон отбыл в столицу, — пожав плечами, безразлично сообщила я.

— Он уже вернулся, — ответила Матильда с интонациями, которые с наскоку не удалось расшифровать. Казалось, она недовольна, но при этом… довольна? Непонятно, что к чему.

Интуиция намекнула, что чувства матери противоречивы и многогранны, и я решила не забивать голову. Меня их семейные разборки не касаются, я — самостоятельная ведьма, не связанная обязательствами.

Пожала плечами, будто для меня прибытие мужчины ничего не значит, и повернула на дорожку, ведущую к крутой лестнице на пляж. Обычно я ходила к русалкам через гостиницу мастера Нарона, там была шикарная широкая лестница, но лишний раз курсировать мимо любопытного кондитера, да ещё и со «свекровью» под боком, не хотелось.

По привычке скинула туфли, подхватила их и сделала шаг вниз, как вдруг поняла, что совершенно не подумала о спутнице, для которой подобное поведение смерти подобно.

Обернулась, набирая воздуха в грудь и готовясь принести извинения, да так и застыла с приоткрытым ртом. Леди Матильда держала в руках туфли от модного столичного дизайнера.

— Вы хотите познакомить меня с русалками? — с тщательно скрываемыми искорками любопытства и азарта в глазах поинтересовалась леди.

— Изначально я планировала с ними обсудить некоторые договорённости, но, признаться, не подумала о вас. Мы можем вернуться и спуститься по более удобной лестнице, там есть деревянные настилы, можно ходить в туфлях, не опасаясь поранить ноги о ракушки или камни.

— Я — боевой маг, Лейла, — хмыкнула её светлость и, обогнув меня, легко спустилась по крутой и неудобной древней лестнице, каждая из ступеней которой была разной высоты, а затем с явным удовольствием пробежала по песку и зашла по колено в воду.

— Теперь вижу, — пробормотала в сильном смущении. — Что вообще происходит? Безумие, да и только.

Бежать к воде я не стала. В конце концов, я не аристократка и могу себе позволять простые радости хоть ежедневно, а не как леди Матильда — только там, где никто не увидит, никому не расскажет, не осудит.

— Тоска смертная всё это высшее общество, — пробухтела себе под нос, тоже заходя в воду по колено и посылая сигнал русалкам.

— Что? — спросила её светлость непривычно счастливым голосом.

Посмотрела на расслабленное лицо. Женщина словно сбросила десяток лет, когда морская вода смыла маску лицемерного благочестия с её лица.

— У вас приятная улыбка, — выдала я от неожиданности.

— Спасибо. Люблю море, — призналась она с глубоким счастливым вздохом. — Моя основная стихия — вода. Наверное, именно потому мы с Гидеоном никогда не понимаем друг друга. Он просил с вами поговорить.

— Опять?! — выдохнула я нервно.

— В прошлый раз мы беседовали по моей инициативе, — созналась женщина. — Кажется, я должна извиниться.