— Ведёшь себя, как подросток, — пробурчала я, второпях натягивая купальник и закутываясь в сорванную с иллюминатора штору.

— Я лишь пойманный в путы страсти, околдованный, беспомощный мужчина, — патетично прижав руку ко лбу, недостоверно сыграл Гидеон. — Как смел я противиться… Ай! — воскликнул, получив по плечу тяжёлым пресс — папье. — Чего дерёшься?

— А чего ты меня соблазняешь и позоришь перед русалками? — возмутилась, топнув голой пяткой по деревянному полу.

— Нечего взламывать дверь в каюту, где отдыхают гости, — ничуть не смутившись ответил мужчина и первым направился к двери. — Лейла, они ничего такого не увидели, не кипятись. Нас скрывало силовое поле, им были видны лишь силуэты.

— А пять минут назад нельзя было это сказать? — вконец разъярилась я и вылетела из каюты, изо всех сил хлопнув дверью.

В коридоре ожидала Карая. Выглядела она немного смущённо, что совершенно на неё не походило. Вот ни капельки. До этого момента казалось, она и слов — то таких не знает, не то, что умеет стесняться.

— Прости, это я виновата. Вы долго не отвечали, а я не доверяю мужчинам, запаниковала, вызвала остальных, уговорила их вскрыть дверь, — тихо объяснила она произошедшее. — Пойдём, я отведу тебя к девочкам, — предложила она, но дошла со мной до кормы и указала на нужную дверь. — Тебе туда.

— А ты? — уточнила подозрительно.

— Дежурю по кухне, — не поднимая взгляда пробормотала русалка и сбежала.

Что это с ней? Неужели наказали за выломанную дверь в нашу с Гидеоном каюту? Мы ведь тоже виноваты — поставили звукоизоляцию и не слышали никого и ничего. Тасса казалась мне здравомыслящей и справедливой русалкой. Странно, что она приняла такое решение.

Сделала несколько шагов, но интуиция буквально поволокла назад.

Мои суждения о русалках не могут быть ошибочными. Тассе можно доверять, а вот Карае — совсем нет. Она с самого нашего знакомства вела себя против правил, вынуждая даже предводительницу русалочьей семьи подстраиваться и извиняться за её поведение. Что было ненормально для существ, привыкших жить стаями.

Бесшумно ступая вернулась к своей каюте, из которой давным давно должен был прийти и Гидеон. Из — за тяжёлой деревянной двери я слышала лишь отголоски двух голосов и медленно зверела.

Она. Посмела. Позариться. На моего. Мужчину!

Дверь осыпалась бесшумным пеплом, открывая вид на крепкую девичью фигуру, преградившую Гидеону выход.

Обнажённую!

Ни клочка одежды!

Ни ниточки!

Стыда тоже не обнаружила.

— … будешь моим, — закончила русалка предложение, начало которого я бы тоже с интересом послушала.

Она не почувствовала ни движения воздуха за спиной ни магического воздействия. Чего не скажешь о Гидеоне, который, на своё счастье, держал в руках свёрнутое атакующее заклинание.

— Нет, — коротко ответил он ей.

— Тебе отсюда не выбраться, — заметила она уверенно. — Так же, как не снять с нас обязательства по договору. Особенно с меня. Это невозможно.

— Почему ты так уверена в этом? — спросил Гидеон, сминая заклинание в кулаке и впитывая остатки энергии.

Он делал вид, что меня здесь нет, и я решила не портить ему игру. И сама желала услышать ответы на все его вопросы.

— Потому что, — ответила она.

— Почему? — спокойно повторил вопрос Гидеон.

Мне бы так. Я уже готова была проломить голову паршивке Карае! Что она задумала?

— Невозможно снять то, чего нет, — выплюнула она ответ. — Ты попался, маг. Попался.

Её голос лучился довольством и злорадным предвкушением. Я кожей чувствовала, что она улыбается, демонстрируя отнюдь не человеческие зубки. Хищница, дорвавшаяся до жертвы. Играющая с ней.

Только не ясно, на чём держится столь непробиваемая уверенность. Гидеон — сильнейший маг, он уничтожит её в два счёта. Да что говорить, наполненная его силой под завязку, даже я справлюсь.

— Вы действовали по заказу? Ваш договор исполнен? — продолжал расспрашивать замминистра с самым нейтральным видом.

И как он это делает?

— Будет исполнен, когда я верну твою ведьму на землю. Без тебя, — не стала скрытничать Карая. — Ты останешься со мной, это тоже согласовано. В твоих интересах протянуть подольше, может, увидишь русалочий остров. Если доживёшь.

Она вновь злорадно хохотнула и сделала ещё шаг к мужчине, который и не думал отступать. Судя по тонкой морщинке меж бровей просчитывает ситуацию. Надеюсь, он что — то понимает. Лично я всё сильнее запутывалась в вариантах и не знала, что предпринять.

То, что мы оказались в искусно расставленной ловушке — факт.

То, что я здорово обманулась, доверившись русалкам, о которых во всех справочниках написаны лишь гадости и предостережения, — тоже факт. Отличный урок на будущее, ничего не скажешь. Если это будущее у меня будет.

А ведь я убедила всех в их безопасности! Подставила и город, и учениц, и преподавательский состав! Чем только думала?! Самонадеянная идиотка!

Так, стоп. Но у меня — то скреплённый кровью магический договор. Я всё сделала верно. И Тасса дала слово, клятва принята богами. Выходит, Карая действует самостоятельно. Может, она — кот среди голубей? Предательница!

В ушах зашумело и в следующее мгновение волосы Караи вспыхнули факелом. А ведь я ничего такого не думала!

— Оно само! — оправдалась, прижимая руки к губам.

В следующий момент картинка перед глазами смазалась, а через мгновение Карая уже лежала на полу связанная магическими путами, с потушенной, даже не дымящейся шевелюрой и кляпом во рту из той занавески, что была на мне.

Была, да сплыла.

Прежде я не видела опытных боевых магов в деле и была настолько шокирована скоростью произошедшего, что молча следила за тем, как Гидеон подхватывает на руки русалку, укладывает на кровать, а затем открывает шкаф, берёт там простыню и подходит ко мне.

— Подними ручки, — произносят его губы, слышат мои уши, но мозг пока не в связке — не способен обработать информацию.

Ещё мгновение, и я выныриваю из пространства, где звук, время и пространство находятся в другой системе координат.

— Ничего себе, — выдохнула я. — Гидеон…

— Не пугайся, моя радость, — просто ответил он и поцеловал меня в обнажённое плечо. — У боевых магов скорость существенно выше, ты просто не сталкивалась. Всё хорошо, это не галлюцинации.

— Хвала богам, — в сердцах проговорила я и заметила усмешку на губах мужчины. — И что нам теперь делать? Она предала своих?

— Времени на беседу нет, Лейла. Ты немедленно идёшь к русалкам в кают — компанию и общаешься как ни в чём ни бывало. Я подстрахую.

— Есть идеи, кто меня заказал? — уточнила, не в силах отвести взгляд от спелёнутой, словно гусеница, русалки, даже не возмутилась командному тону.

— Ответ на поверхности.

— Учитывая, что мы под толщей воды, а заказчик на суше, ничего нового я не услышала.

Скривила физиономию и за тоном не следила, чтобы хоть немного выплеснуть эмоции перед встречей с русалками, ведь для общения с ними нужен идеальный самоконтроль. Они склочные по натуре и ведут себя хорошо только пока им выгодно. Если Карая с ними заодно, будет непросто.

— Твой неудавшийся женишок, подозреваю, — ответил маг. — А теперь иди и будь паинькой. Я допрошу Караю своими методами и присоединюсь. Дверь восстанови.

А голос — то какой вкрадчивый. Не доверяет мне, присматривается.

Опять двадцать пять!

— Ой, я про неё и думать забыла. Гидеон, как я это сделала, я ведь не маг? И заклинаний не применяла, ты сам видел, просто разозлилась и оно как — то само, — начала оправдываться, потому что ситуация была из ряда вон и выглядела действительно подозрительно, лучше сразу прояснить данный момент. — Твоя магия могла как — то вырваться и нахулиганить? — уточнила, не сводя с него глаз.

Мышцы лица немного расслабились — поверил, хоть из боевого состояния не вышел.

— Проверим, когда окажемся на суше, это сейчас не так важно. Беги. Время дорого.

Меня не поцеловали, не обняли на прощание, так что к русалкам я топала недовольная. Умом понимала, что Гидеон в боевом настрое и ему не до нежностей, но я‑то девочка! А мы всегда способны на поцелуи! Всегда готовы и не ищем оправданий!

Так, стоп. Я здесь по делам и думать должна о спасении русалок. Или уничтожении русалок и спасении себя любимой — по ситуации. А пока — улыбку на физиономию, уверенность во взгляд и работать!

— Всем привет, — радостно поздоровалась с сидящими на низких мягких диванчиках русалками. — Ой, какое у вас здесь всё розовое! И перья, и стразы, ну надо же.

— Это мы нашли на одном из затонувших кораблей, — похвастались близняшки Кат и Дад. — Правда, красиво?

— Очень по — девичьи, — с улыбкой ответила им и посмотрела на Тассу в ожидании предложения располагаться поудобнее.

— А где маг? — спросила та настороженно.

— Скоро подойдёт. Прошу извинить нас за… за всё. У нас с Гидеоном сложные отношения с самого знакомства, мы то воюем, то миримся, но это всегда эмоционально и за пределами разумного поведения, — с очевидным намёком произнесла я. — Я могу присесть?

— Да, конечно, — Тасса подвинулась, предоставляя больше пространства на розовом плюшевом диванчике.

А русалки, выходят, потакают молодому поколению. Судя по спокойным и сдержанным нарядам взрослых особей сложно предположить, что они в искреннем восторге от дизайна помещения.

— Я предлагаю не тянуть и начать с дела. Ой, то есть с прогулки по вашему дому, — деликатно намекнула я.

— Вместе с магом сходим в галерею, надеюсь, он даст комментарии сразу, а не спустя полгода, — пристально глядя на меня, сказала Тасса.

— Я не могу дать гарантий за другого человека, замечу лишь, что Гидеон предпочитает решать проблемы, а не откладывать их в долгий ящик, — дипломатично произнесла я, поглядывая на расставленные на столике пирожные, конфеты и приготовленный чайный сервиз. — Вы ещё не пробовали шедевры кондитерского искусства? Мастера Андре и Нарон — лучшие из лучших, даже в столице не встретишь такого богатства вкусов.

Я щебетала, но чувствовала царящее напряжение. Не угрозу. Интуиция не отсвечивала, подсказывая тем, что всё в порядке, здесь безопасно. Похоже, русалки переживают за исход знакомства мага с подписанным ими договором, вот и сидят как на иголках.

Не знаю, как долго бы протянула болтать в одностороннем порядке, но явился Гидеон и атмосфера в момент изменилась. Нас пригласили к столу, Тасса схватилась за чайник, разливая по чашкам его содержимое, в воздухе запахло малиной и смородиной, а пространство наполнилось гулом.

Гидеон практически залпом осушил чашку, от пирожных отказался, солгав, что не любит сладкое, а затем внимательно посмотрел на предводительницу хвостатых.

— Если позволите, прогуляюсь по кораблю, посмотрю, что у вас здесь, да так. Не стану мешать девичьим беседам.

— Я бы тоже прогулялась… В галерею, например, — вызвалась я несчастно. После бурных объятий с магом в каюте есть хотелось ужасно, и от вида пирожных желудок сжимался и льнул к позвоночнику. И совсем не желал уходить от еды. Но было невежливо объедать гостеприимных хозяек, пирожных было совсем немного.

— Идите погуляйте, — милостиво разрешила Тасса, бессовестно забирая себе наш десерт.

Накинуться с расспросами, когда мы вновь оказались наедине, Гидеон не позволил. Приложил палец к носу и выразительно смотрел, пока я не кивнула.

— Если я лопну от любопытства, так и знай, это твоя вина, — пробурчала, рассматривая экспонаты в галерее.

А чего в ней только не было!

Русалки определённо имели вкус и собрали неплохую коллекцию живописи и скульптур. Моя жадность подняла голову и уже строила музей в Форнате, проводила эксклюзивную выставку для гостей из других городов. Пальцы буквально чувствовали шершавую поверхность купюр и прохладную гладкость монет.

В отличие от меня Гидеон сразу перешёл к делу и уткнулся в неразборчивый почерк составителя договора, периодически бубня под нос, что весь мир давно перешёл на магическую печать и это просто издевательство над его глазами.

— Что значит — человек пришёл в сферу образования без опыта проверки тетрадей, — фыркнула я ехидно. — Давай помогу. Это тебе не отожравшуюся путниками нечисть по болотам отстреливать, здесь нужен острый глаз, — не удержалась от шпильки.

Я быстро, практически без запинок, прочитала договор и заметила, что писал точно не жрец храма, поскольку они все как один обладали каллиграфическим почерком, их этому специально обучают, а значит, догадка про Бастона Горда неверна.

— Это лишь означает, что он работает в связке с кем — то ещё, — не согласился Гидеон. — И этот кто — то — весьма хитрый гад. Договор занятнейший.

В словах боевого мага звучало уважение к противнику, я же испытывала глухое раздражение, в том числе и от того, что пока ничего не понимала. И не могла спросить! Вдруг это стратегически необходимая для нашего выживания информация, а русалки подслушивают и подглядывают.

Пока я кусала губы и злилась Гидеон ещё раз просмотрел договор, заставил меня перечитать некоторые абзацы, и предложил вернуться в кают — компанию.

— На ваше счастье решение есть, — спокойно и уверенно сообщил он хвостатому сообществу. — Оно непростое, многокомпонентное, но, будем надеяться, получится реализовать его в сжатые сроки. Мне нужно вернуться в министерство, проверить точный список и соотношение трав, которые понадобятся, чтобы ослабить плетение клетки на дне, а тебе, Лейла, с утра придётся будить девчонок и идти в леса — поля, начинать сбор трав, пока они есть, иначе придётся ждать ещё год. Нужно будет очень много готовых пучков, так что берите всё, что унесёте, точные пропорции я тебе пришлю, будешь компоновать сама, ученицам столь ответственную задачу доверять нельзя.

— Многие травы уже отходят и потеряли часть свойств, — встревоженно просветила я общественность.

— Мята не потеряла, — с намёком сообщил Гидеон.

— Мята?! — Я подскочила и… попыталась успокоиться, понимая, что, хочу я того или нет, вызов дракона откладывается на неизвестное время. Сейчас у нас другая задача в приоритете.

— Что с ней? — поинтересовалась Тасса.

— Они с девочками заготавливают мяту для вызова стихийного дракона, — сдал меня с потрохами бессовестный маг. — Давно уже. Вам как раз хватит.

— Отлично! — обрадовались русалки и даже в ладони захлопали. Я же никак не могла справиться с отсрочкой исполнения мечты и сидела, нахохлившись, словно воробей под проливным дождём.

В дальнейшем обсуждении не участвовала, лишь слушала, как разбазаривают мою драгоценную мяту, пряча её по периметру бухты в специально согласованных местах.

Я понимала, на что рассчитывает Гидеон. Мята замечательно справляется с простенькими магическими чарами, являясь в некотором роде оберегом. Сложные заклятья и проклятья так легко не снимешь, потому ту же мяту используют для ослабления узлов магических каркасов, а дальше разрушают их подходящим заклинанием.

Гидеон отдавал распоряжения, как заправский генерал: на каком расстоянии друг от друга подготовить валуны, которыми можно будет придавить травяные подушки, как замерить углы, что делать, если рельеф дна не позволит разместить траву в нужном месте и ещё массу информации, от которой у русалок мозги дымились.

Кат и Дад достали блокноты с полуголыми красавцами на обложках и стремительно записывали инструкции серебряными карандашами.

Через четверть часа замминистра закончил свою речь, затем ещё раз её повторил, останавливаясь на важных моментах, только после этого поднялся и подал мне руку. К этому моменту я была столь же дезориентирована, как и русалки, и молча повиновалась.

Уже возле телепорта Гидеон обнял меня, прикрыл заклинанием, и лишь затем повернулся к хозяйкам дома.

— Забыл сообщить: Карая — сообщница вашего врага и, в отличие от вас, договором с ним не связана. Расспросите её о причинах, по которым она вас не покинула, хотя могла это сделать в любой момент. Она жива — здорова, лежит в нашей с Лейлой каюте, — сообщил он и сделал шаг в телепорт.

Я успела лишь затаить дыхание, как в ушах зашумело и нас потащило по извилистому, неприятному пути. На безопасный берег. К взволнованному Родерику.

— Я вас удушу! — завопил шкаф, шустро перебирая короткими ножками в нашу сторону. — И скажу, что так и было! — кричал он, пока мы выходили из воды. Но стоило приблизиться, как он всхлипнул и распахнул обе створки. — Идите сюда, полежите. Бледные совсем. Худо вам там было без меня, да?

— Телепорт словно выворачивает внутренности, — слабо произнесла я и без сил приземлилась в тёплое нутро фамильяра, куда обычно доступ был закрыт.

Мы на берегу. Родерик рядом. Гидеон сделает всё, что нужно. А бедная маленькая ведьма готова передать бразды правления в мужские руки и отдохнуть. До завтра, не дольше. Это всё — таки мой город и я несу за него ответственность.

— Хорошо, я с вами не пошёл, — облегчённо выдохнул Родди, — не то все платья превратились бы в мокрые жгуты или тряпки. Кошмар!

— Вот, ты идеально уловил моё состояние, — свернувшись клубочком, сообщила я и закрыла глаза.

— А ты? Пойдёшь к ней? — спросил Родерик у Гидеона. — Я разрешаю.

— Буду идти рядом — сопровождать вас и охранять, если потребуется, — мой маг дал единственно верный для ревнивого фамильяра ответ.

Я улыбнулась и, похоже, заснула. А утром… утром город превратился в гудящий улей.