Никогда не думала, что спасение жизни может зависеть от рассказа про мою первую ночь с мужчиной, но как я ни пыталась перейти к главному, никак не могла собраться, и расслабленное состояние Марты испарилось, словно дым.

— Итак! Ты, бесстыжая, бессовестная, безжалостная ведьма, — рычала она, привстав, чтобы угрожающе нависнуть над столом и посмотреть на меня сверху вниз. — Если я через пять минут не буду слушать, как он срывает с тебя одежду, академия изящных искусств начнёт наслаждаться звуками самых душераздирающих воплей в истории, потому что я уже вспомнила книгу «Пытки древности» от корки до корки и готова применить на практике каждый метод, растягивая его с таким же извращённым удовольствием, с каким ты сейчас издеваешься надо мной!

— Да я рассказываю! Ты ведь сама сказала, можно не торопиться, — пробурчала я.

Марте легко, она девушка современная, раскованная, по — женски коварная и хитрая в отношении мужчин, я же бестолочь, каких поискать. А привыкла во всём быть первой! Сложно снять покров идеальности и показаться в истинном виде, когда даже себе бесконечно врёшь. Да я в тот день нарушила столько законов и правил, что меня могли загнать на рудники и забыть!

— Я передумала! — взревела Марта, но вернулась на стул и уставилась на меня, сузив глаза и нахмурившись. Дышала при этом как ёж — часто и шумно. Но я не стала комментировать позабавившее меня обстоятельство, чувствую, не пережила бы, слишком уж грозно выглядела подруга.

— Мне было особенно страшно идти к нему, поскольку сидя в шкафу я наслушалась историй, как наши преподавательницы пытались безуспешно его соблазнить в течение дня. Кроме того, я услышала, что Гидеон не планировал идти в министерство образования в таком молодом возрасте, но семья настояла, а оттого настроение его, как ты понимаешь, было ниже плинтуса.

— Мужчины не любят давление ещё больше, чем женщины, — согласилась Марта.

— Никто не любит давление, но все любят вкусно поесть.

— О, — протянула подруга. — Догадываюсь, что было дальше. Ты сбегала к поварихе и попросила её приготовить коронное блюдо? Ох, я бы слопала сейчас целый котелок её рагу!

Мы дружно сглотнули слюну. Тётушка Ро в нашей академии готовила феноменально, притом без всякой магии.

— Рагу — слишком долго. Мы сделали ему бутерброды с мясом и чай с травами, я у неё ещё немного подкрасилась, чтобы выглядеть постарше, и пошла на амбразуру. Он действительно был зол. Знаешь, иногда дверь распахивают так, что понимаешь — лучше бы ты не приходила.

— До тебя к нему, небось, наведался весь ваш факультет ведьм, ещё и магичек пару десятков сбегало, — хохотнула Марта. — Подозреваю, ты покраснела с головы до пят, смутилась и потому попала на его территорию.

— Скорее всего. Он такой: «Кто ещё?»

Мне отлично удалось воспроизвести разъярённо — уставший голос, и Марта расхохоталась, в красках представив бедного — несчастного холостого мага, оказавшегося на женской территории. И ведь дамы — не кикиморы, не русалки, тех заклинанием не приложишь.

А ему наверняка хотелось!

— А ты ему: «Сва — а — а-а — и — и!» — растягивая гласные и передразнивая одну из красавиц факультета предположила подруга, при этом осторожно, чтобы не испортить макияж, утирая слёзы.

— Нет. Я смутилась, пробормотала что — то вроде: «А меня прислала тётушка Ро, которая с кухни».

— Да ты у нас соблазнительница века! — ещё звонче захохотала Марта.

Я тоже рассмеялась. С высоты возраста прошлая встреча уже не казалась такой жуткой, скорее курьёзной. До определённого момента.

— И не говори, — согласилась миролюбиво. — Он тут же вцепился клещами, допросил, почему я употребляла зелье удачи, добавляла ли что — нибудь в бутерброды, я же испугалась, не ожидая подобной проницательности, и честно ответила, что зелья пила сама, так как боялась к нему идти, бутерброды готовила тётушка Ро, и за них я готова головой поручиться. Ну и добавила, что «девочки в преподавательской» волновались, что совсем его, бедного, извели своим вниманием, предположили, что в их присутствии есть он не станет, а потому отправили меня, самую младшую, совсем зелёную, а оттого безопасную, уж тем более для такого опытного мага, как он.

— И ведь ни словом не солгала! — восхитилась Марта. — Ну, даёшь! Девочки в преподавательской! Ой, не могу! Молодец, Лейла! Если к тому моменту он сомневался в твоём возрасте, уверена, эта хитрость его убедила. Ты ведь ещё вся такая наивная и светлая, так и не скажешь, что ведьма.

— Мне было ужасно неловко, так что Гидеон не усомнился в моих словах. А чтобы сразу не выгнал, попросила вернуть тарелку после еды, мол, тётушка Ро обычно не позволяет выносить тарелки из кухни. При этом, конечно, надеялась как — нибудь привлечь его внимание, пока он будет есть.

— Тётушка Ро такая — факт. Меня за случайно прихваченную ложку неделю заставили дежурить. А Гидеон — боевой маг и ложь кожей чувствует. Ты умничка.

— Да. Он проверил еду, удостоверился в моей честности, уточнил, откуда я такая неправильная ведьма, я помялась — помялась, да и призналась, что первая в роду, силу почувствовала далеко не сразу, потому была воспитана в строгости, как любая порядочная девочка, и до академии магии жила в пансионе.

— О, ну и он, конечно, тут же заинтересовался! — Марта навострила ушки.

— Даже есть не стал. Пошёл к буфету, достал сладости, напитки, предложил побеседовать. А сам, такой, пиджак снимает, расстёгивает верхние пуговицы рубашки. Каюсь, от его вида словно захмелела.

Марта поставила локти на стол, положила подбородок на ладошки, расплылась в улыбке.

— Ну-у? — протянула она.

— Не перевозбуждайся. В академии он был по делу, так что начал допрос, а не домогательства. Я отвечала по мере сил, а затем увидела шкаф с книгами и отвлеклась.

— Так и говори: открыла рот, забыла о присутствующем красавчике, побежала смотреть, что там лежит, — прекрасно зная меня, съехидничала Марта.

— Там лежал справочник по зельеварению с эльфийскими вензелями, — сказала я так, будто это всё объясняло, включая последовавшее недопустимое поведение.

— Вензели — это, конечно же, мощные приворотные руны. Невинные ведьмы слетаются на них, как мухи на мёд! — Подруга согласно покивала и даже мужественно сдержала смешок, хотя всё тело её дрожало.

— Между прочим, именно это спровоцировало мага на решительные действия, — произнесла я важно.

Пауза долго не продлилась, потому что терпеливых и сдержанных дам в кабинете не наблюдалось. Ни одной!

— Он на тебя накинулся? — спросила Марта и затаила дыхание, уставившись на меня, как кот на мышь.

— Нет. Сперва я схватила справочник, открыла его, вгрызлась взглядом, спустя время сообразила, что творю, и положила книгу на стол, за которым сидел Гидеон и терпеливо ждал. Извинилась, разумеется. Затем призналась, что совершенно теряю голову от столь шикарных изданий и буквально оторваться от них не могу.

— Не сомневаюсь, что ты в прямом смысле вцепилась в книженцию и стояла рядом с ним, надеясь на разрешение читать здесь и сейчас, — заметила подруга спокойно, но не выдержала и под конец хрюкнула от смеха.

— Так и было. Я держала руку на книге, он же положил свою на моё бедро. Под юбкой, — призналась, испытывая страстное стремление сжать ноги, потому что тело реагировало на любое упоминание о боевом маге.

— Ничего себе, каков наглец, — восхитилась Марта. — Гладил?

— Осторожно так, будто давая возможность оскорблённо взвизгнуть и удалиться.

— Ага, размечтался! У нас там храмовник маячит со своим предложением.

— Признаться, к тому моменту я уже думать забыла про Бастона и Храм Трёх Богов.

— Ну да, точно, там ведь лежал Справочник! — с придыханием произнесла Марта и захихикала. — Скажи мне, Лейла, кто из них победил, а? Ужасно любопытно.

От меткого замечания подруги покраснела сильнее, чем это было в прошлом, но она на многое пошла ради этой истории, потому я не стала скрытничать.

— Дело в том… в том, что я всё это время читала открытую книгу и потому не сразу поняла, что он уже гладит мою ногу… уже совсем под юбкой.

— То есть мужчина искренне думал, что ты потакаешь его желанию, а ты зачиталась? — переспросила Марта и, увидев моё смущение, расхохоталась, как боевой конь.

Она смеялась и смеялась, буквально закатывалась, пока не грохнулась вместе со стулом на пол. Но и там не прекратила заливаться слезами и гоготать.

— Не смешно! — попыталась привести её в чувство.

— Ой, не могу! Смешно! Ещё как смешно, — приговаривала она, захлёбываясь хохотом и обессиленно постукивая ладонью по полу.

— Марта, ты ведь маг, ты должна уметь обуздывать эмоции. Пожалуйста, угомонись, — попросила я в страшном смущении.

За окном сгустилась темнота, так что подруга однозначно оставалась у меня с ночёвкой и, вероятно, стоило позаботиться об ужине. Однако вместе с тем я понимала, что лучше довести дело до конца раз и навсегда, потому что, остановись мы сейчас, второй раз вряд ли отважусь делиться тем, чем делиться не следовало. Личная жизнь на то и личная, что не должна становиться достоянием окружающих.

Сделала ещё один глоток терпкой вязкой жидкости, выдохнула.

— Я уже в порядке. Продолжай, — донеслось с пола.

Марта перевернулась, встала на колени, затем не удержалась и вновь согнулась от хохота, так что у меня было время сделать ещё один глоток и подумать, не стоит ли осушить бокал до дна.

— Теперь точно всё, — выдохнула подруга, устраиваясь на ещё раз зачарованном стуле, который едва пережил падение. — Итак, мы остановились на том, что ты, очарованная содержанием великолепного эльфийского справочника, не сразу заметила, как он погладил твою ногу. Надеюсь, он не понял, что проиграл схватку с учебником?

— Он её выиграл, просто не сразу.

— Но не заметил? — упорствовала Марта.

— Заметил, конечно, он ведь боевой маг. Более того, он заметил, запомнил и недавно в министерстве едва снова не поймал меня на тот же крючок, затащив в библиотеку.

— Ну да, ну да, на книги ты сразу перевозбуждаешься. Но будем последовательны: поздний вечер, гостевой дом академии, справочник, ты и Гидеон. Рассказывай же мне про эту оргию!

Марта поиграла бровями и вновь кончиками пальцев пододвинула до краёв наполненный бокал. Спаивает, бесстыдница.

— Мне нельзя пить магические зелья, ты же знаешь, сила начнёт бунтовать, — простонала я, но ещё один маленький глоток сделала.

— Все ведьмы пьют, спят с мужиками и спокойно делятся рассказами с подругами, одна ты чего — то мнёшься. Пей, говорю! Давай, ещё глоточек и расскажи про секс, не жадничай.

Осушила бокал, отодвинула от себя. По телу разлилось согревающее мышцы тепло, кончики пальцев закололо силой.

— Уф.

— Я тоже хочу уф, — Марта согласно закивала головой. — Итак, он гладит твою ногу.

— Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы оторваться от справочника, — призналась я в своей занудности. — Я посмотрела на него и — как стыдно — то! — у меня в прямом смысле слова дрогнули колени.

— Да — а — а, — протянула подруга осоловело.

— Я схватилась за его плечо, испугалась своего поведения, смутилась и едва не рванула к двери.

— Дурында, — хмыкнула Марта добродушно.

— Я не убежала! Просто… Откуда я знала, как себя правильно вести? Он взрослый и опытный мужчина, с ним такое ощущение всегда, словно он насквозь тебя видит и то, что ты играешь, тоже. Мне было страшно!

— Но ты ведь его обдурила, значит, тоже хороша. Продолжай.

— Я качнулась в его сторону, обдав запахом духов с примесью феромонов. По факту, едва ли не подсунув ему грудь под нос. Не будь ко мне строга, на тот момент это был мой первый контакт с мужчиной, я искренне надеялась, что всё произойдёт как — то органично, — предупредила я возмущение подруги столь топорными методами, — но Гидеон меня едва ли не до инфаркта довёл, задав вопрос, хочу ли я остаться у него на ночь или нет. Точнее, он спросил прямо, можно ли меня соблазнять.

— Ой.

— Я, конечно, не ойкнула, как некоторые здесь присутствующие, но ужаснулась, что придётся отвечать на прямо поставленный вопрос. Затем вспомнила, что я всё — таки ведьма и имею право на любое безрассудство, а потому сделала глоток из его бокала и потянулась к нему с поцелуем.

— Да! — завопила Марта, словно мы были на спортивных соревнованиях и любимая команда забила гол. Однако было рано праздновать победу.

— Я надеялась, этого окажется достаточно, но маг, видимо, что — то подозревал, потому схватил меня за плечи и заставил посмотреть ему прямо в глаза.

— Об интуиции боевых магов неспроста ходят легенды, — тихо согласилась Марта. — И неспроста их не любят ведьмы. Ведь только они для вас представляют опасность, да?

Я кивнула и мыслями переместилась в ту ночь.

Гидеон был совершенно незнакомым мне мужчиной, взрослым, опытным, невероятно привлекательным. Одна мысль о том, что мне удалось привлечь его внимание, кружила голову. И я лукавила. Эльфийский справочник проиграл полностью и безоговорочно, сразу: как только я почувствовала горячие пальцы на обнажённой коже, буквы заплясали перед глазами.

Я обернулась и увидела его глаза, тёмные, полыхающие силой, страстью. Губы слегка приоткрыты, словно ждут поцелуя. Руки уверенно скользят по моему телу, задирая юбку, сжимая ягодицы, притягивая на себя.

Но он напряжён. Подозрителен. Немного зол, словно знает, для чего я здесь. Почему я здесь. И эта мысль его тоже возбуждает.

В следующее мгновение он впивается в мой рот поцелуем и я вспыхиваю с новой силой, сгорая, плавясь в его руках. Отчаянно сильно сжимая его бёдрами, выстанывая его имя, сдирая ненужную сейчас одежду.

Не было стеснения и неловкости. Были лишь мы: я и он. Разгорячённые, дикие, жадные.

Его губы на моей шее. Мои ногти под его кожей.

Звон разбившейся посуды, холодная гладь стола, скрип половиц, шершавые обои с лилиями, которые, должно быть, отпечатались на моей спине. Скользкие белоснежные простыни.

Бессвязное общение, вздохи, вскрики.

И его неожиданная, бесконечная нежность после…

Я не успела смутиться или что — то объяснить. Он ласково погладил меня по животу, успокаивая, залечивая, а затем усыпил, не позволив сбежать.

— А утром? Что было утром? — с сумасшедшими глазами спросила Марта.

Вздрогнула, возвращаясь в реальность.

— Хотела бы я рассказать что — нибудь приятное о том пробуждении, но боюсь, утром я познакомилась с настоящим Гидеоном.

— О нём столько слухов ходит, боюсь даже предположить, что тебя ждало. Если усыпил — значит, поверил интуиции, а не тебе.

— Всё правда. Он безжалостный, властный, требовательный, дотошный, прекрасно разбирается в женщинах и их ужимках. Как наши ведьмы ни пытались выкрутиться, он узнал всё, притом настолько быстро, что к моменту моего пробуждения владел необходимой информацией, включая историю моих отношений с Бастоном Гордом.

— Силён.

— Опасен, Марта. Мужчина, который способен запугать целую преподавательскую ведьм, допросить, связать клятвой тишины — самое опасное существо на планете. От такого стоит держаться подальше.

— Бр — р — р, звучит жутко. Выходит, вместо поцелуев ты получила допрос с пристрастием?

— На самом деле он был зол, мрачен, но ещё не испытывал ко мне всепоглощающей ненависти. И поскольку наша встреча состоялась в его спальне, я была растрёпанная, сонная и мало что понимающая после наложенного заклинания, он вновь поплыл.

— И ты этим воспользовалась.

— Я ведьма.

Пожала плечами, словно соблазнить разгневанного мага — это простая задача. Кого угодно — да, но только не опытного боевого мага, находящегося на своей территории.

— Была бы нормальной ведьмой, не вляпалась, — справедливо заметила подруга.

— Крыть нечем, так и есть, — не стала спорить я. — Проблема в том, что я словно зациклилась на нём, на страсти с ним, и даже во время допроса испытывала самые неподходящие чувства.

— Неудивительно. Первая ночь с мужчиной, особенно яркая, страстная и волшебная, работает не хуже приворотного зелья. У меня тоже так было, — поддержала подруга, кивая.

Она осушила половину моего скромного бара и сейчас с видом сумасшедшего экспериментатора смешивала коктейль. Попробовала, крякнула от удовольствия и вернулась ко мне, всем видом показывая, что готова к подробностям.

— Когда мне надоел допрос, а это произошло почти сразу, я просто поднялась и направилась к нему. Обнажённая, возбуждённая и… Марта, только умоляю, никому не рассказывай! Такой позор!

— Я клятву дала, — напомнила подруга, не отрывая заинтригованного взгляда. — Ну?

— Он сидел на стуле возле рабочего стола, я же подошла вплотную, так, что грудью мазнула по приоткрытому от удивления рту, а затем плавно опустилась на колени, заглянула в его глаза снизу вверх и прошептала: «Накажи меня».

Закрыла глаза руками, потому что с таким позорищем справиться было нелегко. Кожа пылала от стыда, тело — от возбуждения, я непроизвольно облизнула губы, понимая, что Марта всё видит, но справиться с реакцией тела не могла.

Подруга тоже на некоторое время потеряла дар речи и только хлопала глазами, словно поломанная кукла.

— Да ты горячая штучка, дорогая, — проговорила она, прочистив горло кашлем.

— У меня напрочь сорвало от него крышу. Вообще. Ты не представляешь, что я творила, когда мы оказывались наедине. Он вполне мог подать на меня в суд за домогательства, Марта. За многочисленные домогательства в особо извращённой форме, — призналась я.

— Ну, ты ведь его не связывала, — попыталась отстоять моё право называться честной ведьмой подруга. — Он тоже в этом участвовал. Он ведь мужчина… и вообще.

— Ну, — протянула я, смутившись, но не раскаявшись.

— Связывала?

— Если ведьма хочет, мужчина не может отказать, Марта, — выдала я один из главных секретов ведьм. — А я его хотела. Так хотела, что у него не было шанса противиться. Помнишь, я рассказывала, на какую сумму ему пришлось раскошелиться?

— Да! И он повёл себя отвратительно!

— Это я повела себя отвратительно, дорогая. Ты даже не представляешь, насколько. Он имел полное право спихнуть все эти проблемы на меня и совсем не участвовать в судебных тяжбах с храмом. Он — пострадавшая сторона, не я.

— Да что ты такого натворила?! — не поверила Марта.

— В этом я не признаюсь даже под страхом смерти. И не смотри на меня так, я тебе сдала несколько секретов ведьм, о которых нельзя говорить, но это — нет, никогда.

— Давай воздержимся от столь категоричных заявлений, — дипломатично предложила подруга. — Жизнь длинная, всякое может произойти. К примеру, ты изменишь отношение к произошедшему или в твоём безжалостном сердце появится хоть капля сочувствия к бедной, любопытной подруге.

Марта похлопала глазками, но я была непреклонна.

— Нет.

— Ну, нет так нет. Временно! — уточнила она. — Ты говорила, что раскрыла мне несколько секретов ведьм, но я так и не поняла, что из сказанного стоило моей крови? То, что ведьмы бесконечно желанны для мужчин, я и так знала, нас этому учили. То, что мужчины не могут вам отказать — это, конечно, новость, но не настолько ценная, — попеняла Марта.

— Я отвлеклась и не договорила, — со вздохом признала я. — Эта моя на нём зацикленность — не что иное, как неправильно совершённая инициация. Ведьма должна слиться с природой, я же ограничила себя мужчиной. Магом, — уточнила важное обстоятельство. Не знаю, насколько уникальное, но идиотское — точно. Только со мной могло такое приключиться.

— Магом… — Подруга верно уловила интонацию и без особого труда сделала вывод: — Лейла, так твоя магия ограничена его стихией? Ты потому только варишь зелья и почти не колдуешь?

— Ладно бы только стихией, хотя и ею тоже. Я ограничена им, Марта. Не мужчиной, не женщиной, не магом, не сексом. Гидеоном и его силой.

— А ты проверяла теорию сексом с другими магами? — тут же клещами вцепилась подруга. — Или это лишь домыслы? Я ведь знаю тебя — ты у нас скромница, могла надумать себе всякое, чтобы остаться в рамках приличия.

— Встречалась, обнималась и целовалась — никакой реакции. Дальше заходить смысла не было.

— А маг был с той же стихией? — продолжала упорствовать Марта.

— Да. И не один! — Я вздохнула, потому что многочисленные свидания дались непросто. Особенно тяжело было в итоге говорить мужчинам категорическое нет. — Не трать понапрасну время, я провела все необходимые эксперименты и не один раз, руководствуясь лунным циклом в том числе. Я могу совсем немного тянуть силу из других мужчин, но эти крохи не идут ни в какое сравнение с тем, что я получаю во время обычного общения или ссоры с новым замминистра.

Я буквально видела, как в голове лучшей подруги оформляется идея любой ценой выдать меня замуж за ничего не подозревающего Гидеона.

— А… — попыталась она продавить свою мысль.

— Он аристократ, а я простая, точнее даже: бракованная ведьма, Марта. Кроме того, меня ненавидит вся его семья и сам Гидеон. Единственное, на что я могу рассчитывать — роль его подстилки, — выплюнула с ненавистью последнее слово. — Здесь, я почти уверена, мне отказа не будет.

— Но ведь сейчас он не женат.

— Моими усилиями, ага, — брякнула я, не подумав.

Тут же прикрыла рот двумя руками, но было поздно.

— Кхе — кхе. Я готова отдать ещё литр крови! — Марта протянула оба запястья сразу.

— Ни за что!

— Ну, Лейла!

— Ни слова тебе не скажу!

— Ты уже сказала! Сказала «а», говори и «б»!

Подруга подскочила, вновь опрокинув многострадальный стул. Его не спасла даже магическая починка — он просто развалился. Однако нам было не до разрушенной мебели.

— Марта, даже мой фамильяр не в курсе нюансов. Ты понимаешь, насколько я тебе доверилась? Не проси от меня большего, прошу, не всё сразу. Для меня и этот разговор — перебор. Давай уже ложиться, завтра будет трудный день.

Горло пересохло, я потянулась к бокалу Марты, в котором было жидкости буквально на два глотка. С удовольствием осушила его до дна. По телу пронеслась волна жара. Губительного. Оглушающего. Я поморгала, пытаясь справиться с неожиданно мощным эффектом.

— Я тогда первой в ванную, хорошо? — Поставленная защита с лёгким хлопком исчезла, а следом и Марта скрылась в темноте дверного проёма, крикнув, чтобы я не задерживалась и ложилась спать. Оттуда же прилетело спустя пару мгновений: — А завтра с утра займёмся академией и твоей силой. И всё — таки прошерстим местных мужчин, вдруг есть…

Зашумела вода, заглушая слова моего персонального стратега. Я встала и подошла к окну, вызывая метлу.

— Ох и пожалею я об этом завтра. Но я слишком давно не делала глупостей.