Это непросто — быть и флористом, и гостьей на одной и той же свадьбе. Я весь день носилась как белка в колесе — проверяла, расставлены ли цветы согласно задумке Люси. К тому же из-за свадьбы я рано закрыла магазин, так что Серене потребовалась помощь со сборкой и отправкой заказов.

Когда Атлас подъезжает к моему дому, я даже близко не готова. Он только что спросил меня в сообщении, можно ли подняться. Думаю, осторожничает, потому что мы встречаемся совсем недавно. Вероятно, гадает, одна ли я в квартире, сомневаясь, захочу ли я рассказывать другим, с кем иду на торжество.

Именно по этой причине я и раздумывала, звать ли его вообще, однако я уверена, что никто из гостей не знает Райла. Мы с бывшим мужем вращаемся в разных кругах. Впрочем, даже если на свадьбе окажется кто-то из его знакомых и передаст ему, что я пришла не одна, ради Атласа я готова рискнуть. С тех пор как мы договорились пойти вместе, я безумно ждала этого вечера.

Заходи. Я собираюсь.

Вскоре раздается стук. Как только я открываю дверь, чтобы впустить Атласа, мои глаза, по ощущениям, становятся вдвое больше, как в мультиках.

— Ух ты!

Не могу наглядеться. Он в черном дизайнерском костюме, очень элегантный.

Атлас продолжает стоять в коридоре. Обычно я не заставляю гостей ждать и сразу веду их в квартиру, но в его присутствии я забываю даже об элементарных правилах приличия.

В руках у Атласа букет, только это не цветы, а… печенье?

Он вручает подарок мне.

— Ну, цветов в твоей жизни и так достаточно.

Наклонившись, он целует меня в щеку, а я едва не подставляю губы. Надеюсь, терпеть мне осталось недолго.

— Идеальный букет! — Улыбаясь, я жестом приглашаю Атласа в квартиру. — Заходи. Мне нужно еще минут пятнадцать, чтобы одеться.

Я сегодня так забегалась, что даже не успела перекусить, поэтому разворачиваю одно из печений и с набитым ртом говорю:

— Прости. Ужасно хочу есть. — Я указываю на спальню: — Подожди, пожалуйста, там, пока я навожу марафет. Я недолго.

Следуя за мной в спальню, Атлас вертит головой, рассматривая обстановку.

Мое платье лежит на кровати. Я забираю его и ухожу в ванную. Дверь оставляю приоткрытой, чтобы мы с Атласом могли поговорить.

— Где сейчас Джош?

— У меня дома. Помнишь Брэда с покерной пятницы?

— Конечно.

— Его сын Тео тоже сейчас у меня. Они с моим братом ходят в одну школу.

— Джошу нравится учеба?

Я не вижу Атласа, но теперь его голос звучит ближе:

— Вроде да.

Судя по всему, он стоит прямо за дверью. Я натягиваю платье через голову и открываю дверь шире. Платье винного цвета, по фигуре, на тонких бретельках. Есть и накидка того же оттенка, которая пока висит в гардеробной.

Когда я выхожу, Атлас замирает.

— Поможешь застегнуть молнию? — Я поворачиваюсь к нему спиной и забираю наверх волосы.

Он медлит. Или наслаждается моментом?

Пару мгновений спустя я ощущаю его прикосновение к спине, а затем он тянет за бегунок молнии. Моя кожа покрывается мурашками. Как только платье застегнуто, я высвобождаю волосы и поворачиваюсь.

— Теперь мне нужно накраситься. — Я делаю шаг, однако Атлас удерживает меня за талию.

— Иди сюда, — шепчет он, притягивая меня к себе, пока я не упираюсь ему в грудь. Он смотрит мне в глаза и чарующе улыбается. Как будто вот-вот меня поцелует. — Спасибо, что пригласила.

Я улыбаюсь в ответ:

— Спасибо, что пришел. Я знаю, как ты был занят всю неделю.

У него усталый взгляд. Привычный блеск в глазах слегка померк. Видно, что Атлас много нервничал, и вечер отдыха придется как нельзя кстати.

Я не могу удержаться и прикасаюсь к его щеке.

— Если хочешь, давай вызовем «Убер». Тебе не помешает немного выпить.

Атлас гладит мои пальцы, которые скользят по его щеке и явно хочет что-то сказать, как вдруг замечает мою татуировку в форме сердца — в том месте у ключицы, куда он так часто меня целовал.

— Когда ты ее сделала?

У меня пересыхает в горле, и я откашливаюсь.

— Еще в колледже.

Я давно представляла себе этот момент: что он скажет, когда увидит тату, что почувствует.

Атлас молча глядит мне в глаза, затем снова на татуировку. Он так близко, что я ощущаю на коже его дыхание.

— Почему?

Причин много, но я озвучиваю самую очевидную:

— Потому что я по тебе скучала.

Я жду, когда он наклонит голову и, как прежде, тронет губами мою ключицу. Я жду, что он поцелует меня в губы, прильнет ко мне в молчаливом «спасибо».

Только Атлас не делает ни того, ни другого. Еще мгновение он буравит взглядом татуировку и вдруг отпускает меня, отворачивается.

— Думаю, нам стоит поспешить. Иначе опоздаем, — произносит он каким-то чужим голосом. Сделав пару шагов к двери, он добавляет: — Посижу в гостиной.

Такое чувство, будто мне стиснули грудную клетку.

Атласа как подменили. Не этого я ждала. Несколько гнетущих секунд я стою как вкопанная, потом заставляю себя заняться макияжем. Может, мне показалось и Атлас вовсе не сердится? Может, он так впечатлен, что хочет побыть один, собраться с мыслями?

Отреагировал он странно, как ни крути. Я крашусь, еле сдерживая слезы, а в глазах все щиплет и щиплет. Вот уж не ожидала, что этим вечером Атлас заденет мои чувства.

Я бреду в гардеробную за туфлями и накидкой, затем выхожу из спальни. Не удивлюсь, если Атлас уже ушел.

Нет, он еще здесь, у стены в коридоре: рассматривает фотографии Эмми. Услышав мои шаги, он оглядывается, а затем полностью разворачивается ко мне.

— Вот это да! — Очевидно, он искренне рад, и я в полной растерянности. — Ты очень красивая, Лили.

Мне приятно это слышать, но я никак не отойду от случившегося. Мои прошлые отношения и брак родителей научили меня одному: нельзя заметать проблемы под ковер. Вообще не должно быть никакого ковра.

— Почему моя татуировка тебя расстроила?

Вопрос застает Атласа врасплох. Он теребит галстук и, похоже, тщетно подыскивает слова, поэтому в коридоре повисает молчание.

— Дело не в татуировке.

— А в чем же? Почему ты на меня злишься?

— Я не злюсь на тебя, Лили.

Его слова звучат убедительно. И все же, узнав о татуировке, он переменился, а я не хочу начинать отношения со лжи. Атлас, видимо, тоже: он явно обдумывает, что сказать дальше. Похоже, он предпочел бы не затрагивать эту тему или, по крайней мере, отложить ее на потом.

— Той ночью, когда я отвез тебя в отделение «скорой помощи»… тебе наложили бинт на плечо. — В его голосе слышится надлом, но это ничто в сравнении со взглядом. Вот где настоящее смятение. — Я помню, как ты рассказала медсестре об укусе, но я был слишком далеко, чтобы увидеть… — Он осекается и сглатывает. — Слишком далеко, чтобы увидеть татуировку. Он укусил тебя прямо… — Атлас вновь замолкает. Волнение не позволяет ему закончить предложение, и он переходит к следующему: — Он это сделал из-за меня? Прочитал в дневнике, что твоя татуировка связана со мной?

У меня дрожат колени.

Теперь я понимаю, почему Атлас хотел отложить разговор. Эта тема не для легкой беседы, когда вам пора выезжать на банкет. Я прижимаю ладонь к груди, чтобы успокоиться и ответить Атласу, однако слова не идут.

Я не хочу его ранить, но и лгать не хочу. Тем более выгораживать Райла. Ведь Атлас прав. Райл укусил меня именно поэтому, и как же отвратительно, что Атлас теперь всегда будет связывать мою татуировку с этим ужасным событием.

Я могу ничего не подтверждать. Молчания достаточно. Атлас отворачивается и делает глубокий вдох, чтобы не дать волю гневу. Впрочем, Райла тут нет, и обвинять некого.

Атлас в ярости, но эта ярость меня не пугает.

Я осознаю всю важность момента. Находясь наедине с разъяренным мужчиной, я не боюсь за свою жизнь, поскольку злится он не на меня. Он злится на человека, который мне навредил. Это злость защитника. Между гневом Райла и гневом Атласа целая пропасть.

Атлас вновь поворачивается ко мне. Я вижу, как напряжены его челюсти и вены на шее.

— И как мне после этого общаться с ним культурно, Лили? — спрашивает он и тихо, удрученно добавляет: — Я должен был тебя защитить. Я мог сделать больше.

Мне понятна его ярость, однако винить он себя не вправе. В то время ничьи слова или действия не изменили бы моего отношения к Райлу. Я должна была сделать выводы сама.

Я подхожу ближе к Атласу и прислоняюсь к стене напротив.

— В первый раз Райл ударил меня, потому что я засмеялась. Я немного выпила и сочла забавным то, что забавным не было. И получила.

Атлас отводит взгляд. Не знаю, нужны ли ему эти подробности, но я уже давно хотела с ним поделиться. Вид у него такой, будто ему стоит неимоверных усилий не броситься на поиски Райла. Когда он вновь поднимает взгляд, ожидая продолжения, его глаза мечут молнии.

— Во второй раз он столкнул меня с лестницы. Эта ссора началась из-за того, что он нашел в чехле моего телефона твой номер. А когда он укусил меня в плечо… Ты прав. Он сделал это потому, что прочитал дневники и узнал, с кем связана татуировка. И про магнит на моем холодильнике. — На миг я опускаю голову — мне тяжело наблюдать, как Атлас реагирует на мой рассказ. — Я долгое время думала, будто вела себя неправильно и каким-то образом виновата сама. Мол, не засмейся я тогда, и он не поднял бы на меня руку. Или не стал бы толкать меня с лестницы, не сохрани я твой номер телефона.

Атлас больше на меня не смотрит. Откинув голову назад и уперев затылок в стену, он глядит в потолок.

— Теперь всякий раз, когда я начинаю чувствовать себя виноватой и оправдывать Райла, я думаю о тебе. Я спрашиваю себя, как бы ты поступил на его месте. Уверена, совсем по-другому. Если бы я посмеялась над тобой в похожей ситуации, ты бы тоже посмеялся. И ни за что меня не ударил бы. И какой бы мужчина ни дал мне свой номер с целью меня защитить, ты поблагодарил бы его за это. А не спустил бы меня с лестницы. А прочитай ты мой дневник о каком-то парне из старшей школы, ты бы подколол меня, и все. Может, даже подчеркнул бы самые забавные места и повеселился вместе со мной.

Я делаю паузу и, поймав взгляд Атласа, продолжаю:

— Как только я перестаю себе доверять и задаюсь вопросом, не заслужила ли такое отношение Райла, мне нужно лишь подумать о тебе. Я представляю, насколько по-другому развивался бы каждый сценарий, если бы на месте Райла был ты, и сразу вспоминаю, что моей вины тут нет. Я справляюсь благодаря тебе, Атлас, даже когда тебя нет рядом.

Секунд пять он обдумывает то, что я сказала, а затем шагает ко мне и целует. Наконец-то. Наконец-то.

Правой рукой Атлас обнимает меня за талию и притягивает к себе. Его теплый язык мягко скользит по моим губам и, лаская, проникает глубже. Пальцы левой руки вплетаются в мои волосы. Внутри меня разрастается желание.

В его поцелуе ни тени сомнения. Его губы уверенно находят мои, и я с облегчением отвечаю. Я прижимаюсь к нему сильнее, будто впитывая тепло. Его прикосновения очень знакомые, ведь это происходит с нами не впервые. И вместе с тем все абсолютно новое, потому что у этого поцелуя совершенно иная суть. Наш первый поцелуй состоял из страха и подростковой неопытности.

А этот поцелуй — надежда. Уют, безопасность, стабильность. В нем все, чего мне недоставало во взрослой жизни, и я до слез счастлива, что мы с Атласом вновь обрели друг друга.