Лето пронеслось, точно за ним кто-то гнался. Египет, дача, возвращение в Москву – и снова школа! Каждый год как под копирку.

– Так нечестно! – ворчал Женька, собираясь на линейку. – Я отдохнуть не успел.

Мама с ним соглашалась: она тоже не успела и с содроганием ждала новый учебный год. Женька не понимал, почему мама так переживает – не ей же учиться! Зря мама все так к сердцу принимает. Расстраивается из-за оценок и поведения. Всем же ясно – это учителя придираются не по делу. Им лишь бы найти повод прицепиться к человеку и поставить вместо тройки двойку, чтобы было чем заняться – а то кто к ним будет приходить на пересдачу? Но все знают, что на второй год никого не оставят – школе это невыгодно.

Пацаны за лето подтянулись и обогнали в росте одноклассниц. Теперь девчонки пусть не задаются – и на них управа найдется. Федор Корнев вообще стал выглядеть как старшеклассник: вымахал, обзавелся густыми, не то что у Пашки, усами и забасил.

В класс пришли несколько новеньких учеников – приехали из Белоруссии. Инна Владимировна предложила желающим рассказать о себе, чтобы новенькие побыстрее освоились. Женька тотчас поднял руку. Классная руководительница велела идти к доске. Женька вышел, принял важный вид и представился:

– Здравствуйте. Я Евгений Суворов, и я алкоголик.

Класс дрогнул от смеха. Даже Инна Владимировна засмеялась, хотя потом отправила Женьку на место, мол, нечего дурака валять. Классная за всеми следит в соцсетях, записи на стенах читает. Даже завела себе второй аккаунт с картинкой, на которой девочка из аниме изображена, – типа она их ровесница. И комментирует посты под ником Милая Мила. А на деле все знают, что это Инна Владимировна пишет. Потом она на классном часе долго выступает, что нужно заботиться о своей репутации с детства, что после могут раскопать что-то плохое и испортить человеку жизнь. В общем, все умерли. Женька с ней не спорит, только постит себе на страницу всякие хулиганские записи с матными словами. А нечего читать!

Кирилл и Стас предложили записаться в спортивную секцию восточной борьбы. Занятия были платные и проходили в спортшколе в другом районе Москвы.

– Как добираться будешь? – поинтересовалась мама. – Папа не сможет, он в это время еще работает, а я не повезу – мне после работы ужин готовить надо, а не кататься туда-сюда.

Женька заверил, что возить станут родители Стаса и Кирилла. Маме это не понравилось.

– Лучше не рассчитывать на других, могут подвести, – сказала она.

Женька пожал плечами, он не понимал, в чем проблема.

По средам и субботам их возил папа Стаса, а в пятницу – мама Кирилла. Денис друзей не поддержал, родители отказались оплачивать секцию, но дружбе это не мешало. В конце сентября Женьке исполнилось тринадцать. По этому поводу он пригласил всех сыграть в пейнтбол. И новых приятелей, и старых – со двора. Пашка не пошел, сказал, что лучше дома за компьютером посидит. Хотя Женька его и не приглашал, потому что Пашка на свой день рождения только одноклассников позвал, а родного брата – нет.

Тоже брат называется – обзавелся друзьями и старательно оберегает их от Женьки, не хочет, чтобы родной брат с ними дружил. Жалко, что ли? Говорит, что им с Женькой неинтересно – ведь тот младше. А на самом деле думает, наверное, что все с Женькой больше дружить захотят, вот и боится.

Мальчишек разбили на две команды. Они мужественно сражались друг против друга, весы победы склонялись то в одну сторону, то в противоположную. Знамя поднималось то над штабом Женькиной команды, то над штабом противника. Игра закончилась вничью, так что никто не обиделся. Потом поехали в пиццерию. Все набросились на угощение, кроме Дениса. Оказалось, что пиццу он не ест, лимонады не пьет. Мама растерялась:

– Давай пончики с чаем куплю. Будешь?

Денис отказался, а затем все же купил на свои деньги. После кафе Женька с друзьями отправился гулять.

Вечером мама пристала: оказалось, ей позвонила мама старых Женькиных приятелей. И передала, что новые Женькины друзья ее мальчишкам не понравились: очень странные. А Денис постоянно ругается матом.

– Он сдерживался, между прочим, – заступился за Дениса Женька.

– А обычно он на нем разговаривает? – поразилась мама.

Женька вздохнул: какая разница, ругается Денис или нет, если он друг. Друзьям можно многое простить. Тем более Денису тринадцать, а выглядит как пятиклассник – такой же мелкий. Тут начнешь сквернословить, чтобы казаться солиднее. Сам Женька за лето подрос и похудел. Школьные брюки купили на размер меньше, чем в прошлом году. И теперь Смирнова стала чуть ниже Женьки, но скоро он ее еще больше обгонит.

В классе сменилась математичка. Женьке нравилась старая: спокойная и хорошо объясняет. Новая была ничего, но предыдущая лучше, намного. А тут еще вместо одной математики появилось целых три предмета: алгебра, геометрия и статистика. Статистика пошла у Женьки на ура – одни четверки и пятерки. Алгебру со скрипом, но все же на тройку Женька вытягивал, а с геометрией случился завал. В конце первого триместра отстающим ученикам Елена Петровна, так звали математичку, раздала билеты. Их надо было подготовить, выучить и сдать. Что такое биссектриса, медиана, высота и прочее. И начертить! Женька с тоской смотрел в учебник и ничего не понимал.

– Что здесь может быть неясно? – сердилась мама. – Самое элементарное.

– Ага, – Женька подсунул ей учебник, – сама попробуй такие определения выучить.

– Господи! – запричитала мама. – Я мечтала, что хотя бы в седьмом классе перестану сидеть с тобой по вечерам. Ты понимаешь, что я больше уже не могу? Я устала. Вместо отдыха у меня вторая работа и никакой отдачи, все уходит в черную дыру.

– Ну и не надо, – обиделся Женька. – Сам справлюсь.

– Вот и хорошо, – согласилась мама. – Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. А у тебя друзья есть, пусть они помогают.

Но помогать было не принято. Ребята приходили к нему в гости, если отменяли последний урок, и играли в компьютер. Женька угощал их чаем, Пашка снисходительно терпел, а Портос шипел – новоиспеченные друзья ему, как и маме, не нравились.

Вместе ездили на тренировки, Женька покупал Кириллу и Стасу колу и чипсы. Тем запрещали родители, и они отдавали деньги Женьке, а он с утра приносил еду в школу. Приятели сами не могли – их привозили и отвозили на машинах, каждый шаг на контроле. Мама все это не понимала. Она тоже считала, что кола и прочая гадость вредны. Но лучше покупать ребенку раз в неделю, чем он начнет изворачиваться и врать.

– Запреты ни к чему не приводят, – говорила она. – Наоборот, хочется попробовать.

В детстве Пашка с Женькой любили мультфильм «Ну, погоди!». Особенно запомнился им эпизод, где Волк выкуривает Зайца из телефонной будки. Мальчишки набирали полный рот карандашей и воображали себя Волком, а на улице шустро разбегались в разные стороны и искали окурки. Маме это надоело, и она попросила дедушку дать покурить внукам. Пашка с Женькой с радостью согласились. Вдохнули дым и закашлялись – такая это оказалась пакость! А дедушка и сам скоро бросил курить, когда у него нашли затемнение в легких. Так что мама зря не запрещает, всё по делу.

Подойти к приятелям с просьбой о помощи Женька не решился, не хотелось показать себя слабаком. И мама уперлась – ты уже взрослый. Выручка пришла откуда не ждали – от Смирновой. Она на перемене сама предложила:

– Могу объяснить.

– Да ну, – протянул Женька, а потом подумал и согласился.

Смирнова объяснила очень просто, не как Елена Петровна. Женька с облегчением вздохнул:

– Теперь понятно. Спасибо, Смирнова.

Та строго посмотрела.

– Меня, между прочим, Катя зовут.

Женьку отчего-то бросило в жар, и он с запинкой ответил:

– Спасибо, Катя.

Все уроки он украдкой ее разглядывал: все же бывают среди девчонок нормальные люди.