На улице немного потеплело. Портос перестал спать целыми днями, свернувшись клубком. Женька играл с котом при помощи лазерной указки. Портос наивно охотился за зеленым лучом, не понимая, что тот не настоящий. Он прыгал на него сверху, подкрадывался, устраивал засаду. Женька хохотал, наблюдая, как кот выгибает спину, пытаясь запугать добычу. Все-таки смех – лучшее лекарство, и вскоре Женька пошел на поправку.

Он вернулся в школу через неделю. Но его приходу обрадовались лишь Егор и Катя. Остальным одноклассникам было по барабану. Даже Кирилл в его сторону голову не повернул и весь день делал вид, что в упор не видит. Хотя Женька с ним поздоровался. Но тот лишь смерил его взглядом с ног до головы и прошагал мимо, точно Женька превратился в человека-невидимку. Женька не понимал: что случилось? Вроде не ругались. Ну не из-за Кати же друг ведет себя так странно? А после последнего урока пропала сумка с учебниками. Женька обыскал все классы, раздевалку и даже к охраннику подошел – но безрезультатно. А потом его догнала Катя, когда он выходил из школы.

– Подожди! Я слышала, что Стас на четвертый этаж отнес, к спортзалу.

Женька вернулся.

Сумка валялась в коридоре, где шел ремонт. Она была брошена рядом со свежеокрашенной стеной и испачкалась. Женька шел и сжимал кулаки. Попадись ему Стас сейчас – несдобровать ему. На улице ждали Катя и Егор.

– Нашел? – обрадовалась Катя.

Женька мотнул головой, разговаривать не хотелось. Словно по душе наждачной бумагой прошлись: все ныло и болело. Он думал, что они друзья, а вышло… Потому и не звонили, когда Женька болел. Неужели от зависти? Из-за того, что Женька у Кирилла выиграл спарринг, что с ним дружит Катя, а у Кирилла с Олей ничего не получилось? Дома он оттер керосином краску с сумки. Хорошо, что отошло, почти следов не осталось.

Весь вечер у Женьки было плохое настроение.

С утра зашел Егор.

– Помнишь, ты мне совет дал, – начал он, – не связываться. И я тебе то же скажу. Наплюй.

И Женька собирался последовать примеру друга, но Стас начал подначивать:

– Что, Суворов, долго вчера свою сумочку искал?

Кирилл захихикал. Стас прижал ладони к щекам, округлил рот и вытаращил глаза.

– Ой-ой-ой, где же мой портфельчик?

Женька не вытерпел:

– Ты, жиртрест, даже драться не умеешь. Сиди и помалкивай.

Стас вскипел:

– После уроков поговорим.

Весь день прошел как на вулкане. Бывшие приятели обменивались гневными взглядами, стараясь испепелить друг друга, точно сказочные чудовища – василиски. А после уроков все вместе вывалились на улицу. Перешли через дорогу в соседний двор и встали друг против друга. Стаса поддерживали Кирилл и Денис, Женьку – Катя и Егор. Перекинулись «любезностями», чтобы раззадориться. Схватка получилась скорая и бестолковая. Женька был сильнее, Стас – крупнее и массивнее. Последовал быстрый обмен ударами, пыхтение и валяние друг друга по снегу. Хотя обошлось без разбитых носов и фингалов, недоговоренность осталась.

Весь вечер Женька накручивал себя: друзья называется… Спрятали сумку, испачкали, смеялись над ним. Так что на следующий день хватило острого взгляда со стороны Кирилла, чтобы они сцепились. Женьку захлестнула ярость. Точно проходил не тренировочный спарринг, а настоящий бой. Били друг друга руками и ногами, пока их не растащили одноклассники.

Инна Владимировна долго не могла понять, в чем дело, ведь Женька и Кирилл прослыли закадычными друзьями. Когда ей стало известно, что произошло, она разозлилась. Сначала позвонила маме Кирилла и отчитала ее, точно маленькую девочку, затем добралась до Женькиной.

– Светлана Анатольевна, – на повышенных тонах начала классная руководительница. – Вынуждена пригласить вас в школу на встречу с завучем. Ваш сын сегодня подрался с одноклассником, а так как у него и учеба хромает, то приходите.

– А вторая сторона приглашена? – уточнила мама.

– Нет, у того мальчика все в порядке с учебой, – ответила Инна Владимировна.

Мама упорствовала:

– Так меня приглашают из-за учебы или поведения?

– Из-за того и другого.

– Тогда я настаиваю, чтобы пришли все, – рассердилась мама.

Ей надоело, что Женьку постоянно виноватым делают.

Женька уехал на тренировку, поэтому мама разборки с ним отложила на потом. А вечером ей позвонила мама Кирилла.

– Светлана Анатольевна, – начала она, – вы знаете, что Женя подрался с моим сыном?

– Нет, – удивилась мама, – я думала, они дружат.

– А что вчера он дрался со Стасом? – продолжила собеседница.

Мама поразилась еще больше – Женька обо всем умолчал.

– Знаете, – сообщила мама Кирилла, – мы еле уговорили папу Стаса не обращаться в инспекцию по делам несовершеннолетних. Он собирался.

И тут мама почувствовала раздражение.

– Не знаю. Когда они с Женей обзывали друг друга, отец Стаса сказал, лучше бы они подрались. Подрались – и опять не так. И при чем здесь инспекция? Они же оба участвовали, а не один избивал другого.

– Меня больше волнует, что между ними произошло? – сказала мама Кирилла. – Мне так нравился ваш Женя, у них с Кириллом были такие хорошие товарищеские отношения, и как кошка между ними пробежала. Мы тоже подойдем.

Мама пыталась узнать у Женьки, почему они подрались, но Женька и сам не знал, что случилось, пока он болел. Ведь ни Кирилл, ни Стас ему ничего не сказали, да и другие одноклассники были не в курсе. Внутри у него все бурлило от несправедливости.

Встречались в пятницу после уроков. Светлана Анатольевна ради этого отпросилась с работы. Мама Кирилла ждала в коридоре. Она отозвала Светлану Анатольевну в сторону:

– Я вчера весь день пытала сына: что у них произошло? Он не хотел рассказывать. Но мне было важно знать почему. Ведь я запрещаю Кириллу драться. И тогда он сказал, что Женя назвал его дебилом и добавил, что и родители у него дебилы.

Светлана Анатольевна нахмурилась:

– Мне кажется, Кирилл придумал это. Слишком похоже на то, что случилось у Жени со Стасом.

Мама Кирилла закивала:

– Я тоже так решила и попросила сына быть откровенным. Ведь у нас доверительные отношения, он мне все рассказывает. Мы даже каждые выходные ходим на экскурсии. Любой матери приятно, когда сын предпочитает мать общению со сверстниками.

Светлана Анатольевна приподняла брови, но промолчала.

– И тогда вечером он подошел и сказал, – продолжила мама Кирилла, – что Женя обзывал меня ужасными словами. Он не хотел повторять, но все же передал мне, как именно отзывался ваш сын обо мне. – Она глубоко вздохнула: – А я ведь так замечательно относилась к нему.

Светлана Анатольевна не знала, что ответить. Женя всегда хорошо говорил о маме друга. Да и зачем ее оскорблять? Чтобы разозлить Кирилла? Логичнее было бы дразнить самого Кирилла. Спрашивать сына бесполезно: даже если это правда, все равно не признается. Но ведь и Кирилл мог соврать, чтобы мать отцепилась. Ведь та никак не отставала от него, требовала новых подробностей. А Кирилл решил изобразить из себя рыцаря, вступившегося за честь дамы. Светлана Анатольевна твердо ответила:

– Я не верю, что мой сын так поступил, но от имени семьи приношу извинения.

Потом были нудные разбирательства с завучем и начальником охраны. Женька стоял на своем, что ничего в адрес мамы друга не говорил, а началось все с сумки. Но стрелки постоянно переводили на него, точно он был зачинщиком. Наконец начальник охраны подытожил:

– Друг к другу не подходите. Никаких выяснений отношений. Ты, Женя, закрываешь все задолженности по учебе, а я возьму на контроль твое поведение.

На том и разошлись.