– Я думал, мы там точно останемся, – делился на следующий день своими впечатлениями Леша. – Игра какая-то бесконечная, задания постоянно добавляются, да еще и запас жизней маленький.

– Да-а, – подхватил Ромка, – и неясно, почему мы вернулись. Ведь миссию-то мы не выполнили.

– Может, не в ней дело было? – предположил Леша. – А в том, что мы Ваньку решили оживить? Мол, что для нас важнее – цель или человек?

Ромка пожал плечами и неохотно признал:

– Что-то ты загнул, Леха. Не очень понятно для меня.

– Все равно, спасибо вам, ребята, – в очередной раз поблагодарил их Ванька.

– И что, донжуан несчастный, – съехидничал Ромка, – пойдешь снова за приключениями?

– Пойду.

– Только не сегодня, меня сегодня бабушка обязала Шуше помогать – грядки полоть. – Ромка был недоволен. – Не мужская это работа.

– Бабушкам помогать надо, – не согласился Ванька, – они же старые, здоровье у них не очень.

– Да я знаю, только все равно не хочется.

– А мы с Лехой тебе поможем. Правда, Леш?

Тот был не против. Все вместе они отправились в огород, где их ждали баба Надя и баба Шуша. Мальчишкам выдали тяпки, развели по грядкам, показали, чего не трогать ни в коем разе, и работа закипела. Бабушки же сели на скамейку и принялись обсуждать что-то свое. Сначала Ромка хотел побыстрее разделаться с принудиловкой, потом прислушался к разговору и уже не мог оторваться.

– Надь, помнишь, Рябиниха у нас в конце деревни жила? – начала Шуша.

Баба Надя тотчас же откликнулась:

– Как не помнить! Конечно! До чего ж страшная была! Сама рябая, словно на ней черти горох молотили, а глаза стеклянные. Смотрит на тебя, аж внутри все холодеет. Говорили, что ведьма. Мать, помню, наказывала и близко к ее дому не подходить.

Баб Шура достала из кармана очередную конфету, развернула фантик и засунула ее за щеку. Потом возразила:

– Это тебе мать велела. А мы по вечерам бегали, через забор подглядывали. Дурные! Ты-то мелкая была, тебя с собой не брали. Собралась нас как-то целая компания, шесть человек. Проверим, думаем, точно ли она ведьма. Пробрались к ейному дому, в кустах засели. Хотели посмотреть, как она животным оборачивается. Ждем, значит. Уже петухи замолчали, люди по домам сидят, а нам, дуракам, интересно. Гармонист наш все подшучивал: мол, надо ей крест на шею набросить, весело ему. И вот уж надоело, решили расходиться. А откуда ни возьмись – свинья черная, ни у кого такой в деревне не было. И как набросится на нас! Мы от страху врассыпную, визжим, парни благим матом орут. А один парень, Колька, даже в канаву упал, доставали его. Потом смотрим – нет свиньи, как сквозь землю провалилась. Ну, мы быстро по домам и разбежались. А Колька после помер через месяц, на ровном месте шею сломал, не мучился.

– Что-то не припоминаю. – Похоже было, что баба Надя не очень-то и поверила.

Шуша обиделась:

– Как было, так и рассказываю. Я чего вспомнила: Рябиниха недавно померла. Неделю отходила. Уж за сто лет ей было, в чем только душа держалась, а никак с белым светом расстаться не могла. Зинка наша к ней ходила, велела мужикам крышу разобрать. Только тогда и преставилась.

Ромка слушал и не верил своим ушам: надо же, какие удивительные дела творились в деревне. Он о таком и не слышал в своей Москве. Ромка обернулся и увидел, что приятели тоже позабыли про работу и внимательно слушают бабушек. Шуша заметила, что стала объектом пристального внимания мальчишек, и спросила:

– Что, не слышали такого?

– Баб Шура, – Ванькины уши даже зашевелились от волнения, – а это правда?

Шуша мотнула головой:

– А ты думаешь! Ведьма, малец, и кошкой обернуться может, и собакой. Проберется такая кошка в чей-то хлев и присосется к корове. Та корова потом молока давать не будет.

– А оборотень и ведьма – это одно и то же? Они ведь оба в животных превращаться могут, – поинтересовался Ромка.

– Разное. – Шуша почувствовала себя в центре внимания и разошлась: – Оборотни обычно в волка или медведя перекидываются, ну в рысь могут. Про оборотней у нас так говорят: видишь, в пне нож торчит, не трогай! Не тобой он туда воткнут, не тебе и доставать. А ведьма в домашних животных перекидывается. А еще порчу наслать может или удачу скрасть.

– Как это? – Ванька хлопнул глазами, а Ромка с Лешей даже рты пооткрывали.

– А вот так, крадник называется. Может или здоровье украсть, или счастье.

– И что тогда?

– Тогда надо бабку искать, которая защиту поставить может. Вы бы лучше бабу Зину об этом поспрашивали, – намекнула она.

Приятели повернулись к Леше. Тот недоуменно пожал плечами.

– Баб, а можно мы к бабе Зине сбегаем? – спросил Ромка. – На минуточку.

– Да что с вами делать? – махнула рукой баба Надя. – Одна сказочница сказки выдумывает, а трое ей верят.

– Кто выдумывает? – начала возмущаться Шуша, но ребят уже и след простыл.

Через пару минут, запыхавшиеся, они уже были в Лешином доме. Баба Зина хлопотала на кухне.

– Ба, – окликнул ее Леша, – а это правда?

– Что правда? – не поняла баба Зина.

– Про ведьм – правда? И про крадник удачи?

Мальчишки выжидающе смотрели на нее.

– И кто энто вам рассказал?

– Баба Шура. – Леша кивком указал на Ромку, чтобы не осталось сомнений, какая конкретно баба Шура.

– Та еще выдумщица. – Баба Зина неодобрительно поджала губы.

Но Леша не поверил:

– А помнишь, ты как-то надо мной шептала, когда у меня голова болела? А потом все прошло.

– Это я над тобой молитвы читала, – объяснила бабушка.

– И?

– И не «и», – строго ответила баба Зина. – Марш отседова, нечего штаны по домам протирать. Делом займитесь. А с Шуркой я опосля поговорю.

Несолоно хлебавши друзья вышли из дома.

– Пошли обратно, – предложил Ромка, – может, еще чего услышим.

Они вернулись в огород. Шуша все так же сидела на лавке, баба Надя ушла смотреть новости.

– Баба Шура, а Лехина бабушка говорит, что это все выдумки, – нажаловался Ромка.

– Как же, выдумки! – хмыкнула Шуша. – Прос-то говорить не хочет.

– А вам не страшно было? – спросил он.

– А чего страшного? Испокон веку в деревнях ведьмы да колдуны водились. Главное – не ссориться с ними. Да и другие правила соблюдать.

– Какие правила? – Мальчишки подсели на скамейку.

Шуша обрадовалась благодарным слушателям и начала рассказывать:

– Если в лес вошел, дереву поклонись, угощение для лешего оставь, дозволения спроси. Иначе в лесу закружит, да там и останешься.

– А если начнет кружить, то всё? – испугался Ванька.

– Тогда надо одежду наизнанку вывернуть, дорога и покажется. У нас как-то девчонка пошла корову днем подоить да пропала. Мать ее искала, все дома обегала, к речке тоже – нет девки. Тогда она к Рябинихе пошла. Та из дома в поле вышла, что-то пошептала, потом вернулась и говорит: «Иди домой, девка твоя сама придет». И точно, к вечеру вернулась. Сказала, что, когда обратно шла, ее старичок седой окликнул. Она остановилась, а он подошел, за руку ее взял, а дальше она ничего и не помнит. Если бы не Рябиниха, так и не сыскали бы ее.

– Обалдеть! – выдохнул Ромка.

– Да уж, не то что твоя Москва! – Шуша подбоченилась. – У нас здесь раньше и русалки водились. Бабка моя сказывала, мужики одну как-то поймали да в бочку посадили.

– Да? – выдохнул Ванька. – А какая она?

Он словно забыл, что совсем недавно плавал в море с русалками. Но одно дело – другой мир, сказочный, там словно все понарошку, а другое – этот, настоящий.

– А такая, девка как девка. Только с хвостом да водоросли зеленые заместо волос.

– Баб Шура, а еще чего интересного у вас было?

У той новых историй был целый воз.

– Да вроде ничего. А нет… Была в соседнем селе одна история. Повадился к Васькиной вдове, сказывали, змей летать – уж очень она по мужу убивалась. А как выяснили-то: начали замечать, что через какое-то время от похорон она веселая стала. Вроде недавно на бабе лица не было, а тут аж светится. Да вот еще: как ночь, так у нее свет в окошке-то и горит. Соседи и начали караулить и увидели, как ночью в трубу змей влетает.

– Какой змей? – не понял Ромка. – Горыныч?

– Сам ты Горыныч! – рассердилась Шуша. – Обыкновенный, как уж, только из пламени. Они в окно смотрят, а там раз – за столом Васька покойный сидит. Как будто и не умирал. Соседи в избу-то входят, Васька с ними здоровается как ни в чем не бывало. А дядька Михай, человек бывалый, он взял и того Ваську перекрестил. И вместо Васьки появилось страшило: морда кривая, а вместо ног – копыта! Тут черт в трубу и вылетел, а вдова в обморок хлопнулась.

– Баб Шура, какие копыта? – спросил Ромка.

– Обыкновенные, козлиные. Какие еще у черта копыта могут быть? Недолго потом вдовушка пожила, усохла от тоски.

Мальчишки молча переглянулись. До этого они знали, что подобное может быть только в сказках, а никак не в двадцать первом веке, когда и интернет повсюду, и мобильная связь, и прочие гаджеты. А Шуша рассказывает так, словно на самом деле все это было.

– Чего задумались? – проворчала она. – Грядки-то не полоты.

Шуша неспешно поднялась и ушла в избу, но друзьям было не до грядок. Они собрались в кружок и принялись обсуждать услышанное. Ванька считал, что все это чистая правда. Ромка сомневался, потому что баба Надя назвала сестру выдумщицей. А Леша сказал, что даже если колдовство раньше и было, то сейчас его точно нет. Потому что люди в эти выдумки не верят. Но все равно мальчишки решили, что будут наблюдать за особенно подозрительными животными и людьми. На всякий случай.