Эйна опять начала рассказывать, как она стояла на площади, ждала окончания переклички и в это время увидела на табло мамино имя. Известие о том, что мама жива, казалось Эйне настолько невероятным – хоть она и надеялась на это в глубине души с тех пор, как узнала о Шестой зоне, – что ей хотелось снова и снова говорить об этом, произносить вслух имя и номер. Звучание этих слов как будто делало более реальной предстоящую встречу с мамой. И Эйна никак не могла остановиться, всё повторяла и повторяла одно и то же:

– Ты представляешь, я смотрю – а там мой номер! Семь пятьсот тридцать семь! И мамино имя! Диана! Её ведь зовут Диана! Я её так никогда не называла, она для меня просто мама!

Кортан не перебивал, внимательно слушал, а потом мягко сказал:

– Я понимаю. Я тебе очень сочувствую. – И положил руку Эйне на плечо.

И в этом жесте она узнала прежнего Кортана – спокойного, умного, надёжного. Эйна прерывисто вздохнула. Она так боялась, что с этим новым Кортаном у неё уже нет ничего общего!

– Ты же понимаешь, что я не могу уйти, не увидев маму?

– Понимаю. Но если не успеем до полуночи, мне придётся вернуться в свою палату, а тебе надо будет где-то спрятаться до завтрашнего вечера. Ты готова ночевать в развалинах?

Эйна повертела головой.

– Вот в таких? Знал бы ты, где мне доводилось ночевать, пока я по Безлюдным землям скиталась! Да здесь просто хоромы!

– Ладно. Тогда давай сразу договоримся на всякий случай! Если потеряем друг друга в городе сегодня вечером, то возвращайся сюда. А я приду завтра, сразу после переклички.

– А как я сюда попаду? – Эйна, пока шла за Кортаном с площади, даже не пыталась запомнить все повороты. – Можешь нарисовать?

Она порылась в кармане заляпанного грязью рабочего комбинезона и выудила оттуда блокнот и карандаш. Протянула Кортану, и он улыбнулся:

– Узнаю прежнюю Эйну!

На улице уже совсем стемнело, соседний фонарь давал мало света, и Кортан вышел за дверь, чтобы набросать примерную схему улиц. Эйна стояла рядом и смотрела, как он рисует.

– Ясно. От площади доберусь. А площадь я найду. Поброжу по городу, пока ты на работе.

– Нет! – воскликнул Кортан. – Даже не думай, сиди тут! Если тебя задержат на улице без браслета, сразу отправят в изолятор.

– Что это?

– Маленькие палаты, там провинившихся держат. Никуда не выпускают по несколько недель.

– Ну и порядки, – поморщилась Эйна. – Поняла. Буду прятаться. Но это завтра. А сегодня что мы можем что-то сделать?

Кортан ненадолго задумался.

– Есть одна идея. Нас же тут по родовым номерам расселяют в дома. Поэтому можно найти нужный квартал. Но внутри квартала уже никак не определить, где какие номера живут.

– А много домов в каждом квартале? Можно там, например, по улицам походить и людей поспрашивать?

– Нет, тут так не принято. Люди не заговаривают с незнакомыми. Рискуем привлечь внимание. Так мы твою маму не найдём!

– Что, никаких шансов? – расстроилась Эйна.

– Подожди, я не договорил! Найти её мы не можем, но можем отправить ей записку! У нас тут есть почтовые ящики у входа в каждый квартал. Туда разные повестки приносят, назначения на работу и прочее. Давай свой блокнот!

– А что, на обычном листочке можно написать?

– Да, – кивнул Кортан. – Охранителям всё равно, они просто разносят почту по палатам каждый вечер, в двадцать два часа.

– А если мамы не будет на месте?

– Тогда письмо на кровать положат. До полуночи в любом случае все возвращаются в свои палаты.

– Но тогда мама только завтра сможет ко мне выйти, – разочарованно сказала Эйна.

– Ничего. – Кортан обнял Эйну за плечи. – Ты двенадцать лет ждала. Ещё один день можно потерпеть.

Эйна кивнула и замерла над блокнотом. Ей столько всего надо рассказать! Мама даже не знает, жива ли Эйна! Как уместить это в короткую записку?

– Ты только ничего лишнего не пиши! – предупредил Кортан. – А то вдруг кто-то прочитает!

– Ладно, я коротко, – сказала Эйна и начала писать своим мелким аккуратным почерком, а потом зачеркнула написанное и вывела крупными печатными буквами несколько слов.

«ПРИВЕТ ОТ ЭЙНЫ. ВЫХОДИ ПОГУЛЯТЬ К ПОЧТОВОМУ ЯЩИКУ ПРЯМО СЕЙЧАС. ЕСЛИ НЕ СМОЖЕШЬ, ТО ЗАВТРА В 20 ЧАСОВ».

Сложила листок в виде конвертика, написала сверху: «7537, ДИАНА»

– Почему так крупно? – спросил Кортан, наблюдавший за Эйной.

– Столько лет прошло, – вздохнула Эйна. – Может, мама плохо видит. А крупные буквы она точно сможет прочитать.

Кортан повёл Эйну по улицам. Она только теперь заметила, что над некоторыми улицами висят полоски тёмной ткани, протянутые от дома до дома, и на них намалёваны белой краской цифры.

– Что это? – спросила она у Кортана, показав на очередную такую полоску.

– А это и есть вход в квартал! Видишь, тут до номера Пять тысяч. Твоя мама в следующем живёт.

Прошли вперёд, не поворачивая в боковые улочки. Эйна догадалась, что «кварталы» – это условное название для целых районов, никак не отделённых от других. Да, теперь понятно, почему Кортан сказал, что внутри квартала невозможно найти нужного человека.

– А охранители? – спросила она вслух и пояснила: – Как они там определяют, куда нести почту?

– Так у них списки есть. Стой, мы пришли! – сказал Кортан.

У них над головами висела полоска с надписью «7500–10000». На стене дома, прямо под вывеской с номерами, был прикреплён большой почтовый ящик. Кортан огляделся, бросил в ящик записку и подтащил Эйну к неосвещённому проходу между домами на другой стороне улицы.

– Зачем нам сюда? – удивилась Эйна.

– Уже почти двадцать два. Сейчас за почтой приедут. Будем здесь ждать.

Вскоре раздался шум мотора, подъехал тёмный фургон с надписью «Почта», из него выскочил охранитель в синей форме. Подсунул под почтовый ящик большой холщовый мешок, открыл ключом задвижку в нижней части ящика, и по тому, как зашевелилась ткань, Эйна сообразила, что письма посыпались из ящика в мешок. Потом охранитель убрал мешок, запер задвижку и вернулся в машину. Водитель заглушил мотор, машина не двигалась.

– Что они там делают? – шёпотом спросила Эйна.

– Письма сортируют. Будут по порядку разносить.

Эйна с Кортаном подождали ещё примерно час. Фургон уже давно развёз почту, вернулся к ящику, но не остановился, а проехал мимо и скрылся за поворотом. Диана так и не появилась.

– Не переживай, она просто не успела сегодня получить твою записку. Завтра придёт, – попытался утешить Эйну Кортан.

Она молча кивнула. До этого Эйна была так взволнована возможной встречей с мамой, что ощущала себя бодрой и полной сил. Но сейчас её охватила апатия, и сил больше не осталось. Как будто кто-то нажал на выключатель и свет мгновенно погас. Эйна опустила голову, сгорбилась, ноги стали как ватные и еле держали.

Кортан заметил, как она изменилась, взял её за плечи и слегка встряхнул.

– Эйна, очнись! Надо вернуться в развалины, найти место, где ты спрячешься до завтрашнего вечера. У нас мало времени, через час я должен быть в своей палате! Идём!

Она послушно побрела за Кортаном. Дорога казалась Эйне бесконечной, но она равнодушно смотрела под ноги и ничего не говорила. Она даже не поняла, что случилось, когда Кортан внезапно толкнул её в бок и Эйна больно ударилась локтем о металлические прутья решётчатого забора.

– Тихо! – почти беззвучно прошептал Кортан. – Там патруль!

Эйна услышала тяжёлые шаги. Они приближались. Кортан растерянно вертел головой, потом показал Эйне на мусорный бак у стены:

– Залезай! Быстро! – И, не дожидаясь, пока Эйна это сделает, вышел на середину улицы.

Эйна зажала пальцами нос – из бака пахло чем-то подгнившим – и перемахнула через высокий бортик. Не убирая руку от носа, другой рукой взяла какую-то смятую коробку и приподняла над головой, чтобы патрульные не заметили, что в баке кто-то есть.

Кортан наклонился, как будто поправлял застёжку на ботинке. Эйна поняла, что он нарочно тянет время – не хочет идти вперёд. Патрульные не станут смотреть по сторонам, пока разговаривают с Кортаном. Шаги смолкли, и Эйна из-под коробки увидела, что к Кортану подошли трое охранителей в чёрной форме. Говорили они так громко, что Эйна отчётливо слышала каждое слово.

– Браслет!

Кортан приподнял рукав, и один из охранителей поднёс к его браслету устройство, похожее на сплющенную чёрную палку. Раздался свист – почти такой же, как на площади во время переклички. Охранитель убрал палку и спросил:

– Куда в такое время? Почему не в палате?

– Я как раз туда иду. Погода хорошая, погулял немного перед сном, – спокойно ответил Кортан.

– Поторопись! А то в неприятности вляпаешься, – так же спокойно ответил патрульный, и все трое пошли дальше, даже не посмотрев в сторону мусорного бака.

Кортан помог Эйне выбраться и повёл её дальше. Но едва они дошли до первого перекрёстка, сзади раздался крик:

– А ну, стоять! – Это патрульные почему-то решили пойти назад по той же улице, развернулись и увидели, что рядом с Кортаном шагает подросток, которого тут не было всего пару минут назад.

– Бежим! – Кортан схватил Эйну за руку и потащил за угол.

Патрульные засвистели и загромыхали тяжёлыми ботинками по тротуару. Кортан втолкнул Эйну в сквозной подъезд, вывел в замусоренный двор, побежал дальше. Эйна уже давно перестала отслеживать, сколько времени они бегут и куда поворачивают: Кортан так петлял, что она совсем перестала ориентироваться в пространстве.

Через некоторое время Кортан остановился, прислушался и сказал:

– Кажется, оторвались. Но дело плохо. В свою палату я уже не могу вернуться – патрульные сейчас туда кого-нибудь отправят в засаду.

– Зачем? У тебя ведь браслет в порядке.

– Но они же видели, что со мной был кто-то ещё. А раз мы побежали, значит, с тобой что-то не так. Теперь они будут меня искать по всему городу, а когда найдут – будут пытать, пока я не расскажу, кто ты.

– Что же нам теперь делать?

– Уходить как можно скорее. Других вариантов нет. Скоро облавы начнутся, патрульные будут все заброшенные дома обыскивать.

– Сейчас?! А как же моя мама?! Она же завтра будет меня ждать! – Эйна чуть не плакала.

Кортан взял её за плечи, посмотрел ей в глаза.

– Послушай. Я всё понимаю. Я бы ждал, сколько понадобится. Но если мы прямо сейчас отсюда не выберемся, то у нас вообще не будет шансов. Все улицы перекроют. Даже если я тебя спрячу, а сам схожу за твоей мамой – не уверен, что смогу её привести к тебе. Потому что меня самого уже ищут. И первый же патруль меня задержит. А тебе вообще нельзя показываться на улице без браслета.

Эйна уселась на корточки у стены, прижала руки к лицу и молчала. Она была в отчаянии. Проделать такой путь через Безлюдные земли, спастись от бродяг, проникнуть в Шестую зону, узнать, что мама жива – и в такой момент всё бросить и уйти! Эйна не могла смириться с этим. И в то же время какой-то частью своего разума понимала, что Кортан прав. Если Эйна сейчас попадётся патрульным, её совершенно точно не ждёт ничего хорошего, она уже никогда отсюда не выберется. А если ей удастся спастись, то это даст ей шансы что-нибудь придумать и всё-таки встретиться с мамой.

– Ладно. Уходим, – сказала она, тяжело вздохнув.