Вокруг площади стояло несколько высоких зданий – намного более аккуратных и чистых, чем те, мимо которых Эйна бродила сегодня днём. Она догадалась, что здесь находятся разные учреждения, а может, и квартиры сотрудников правления. В нижних этажах зданий были обычные стеклянные окна – правда, закрытые металлическими решётками. Видимо, не для того, чтобы не сбежали обитатели красивых домов, а наоборот – чтобы к ним туда никто не пробрался снаружи.

В верхней части одного здания окон не было совсем, вместо них от угла до угла протянулась сплошная серая полоса – табло со светящимися оранжевыми надписями. Надписи располагались в виде столбцов, в каждом несколько десятков строчек. Эйна присмотрелась и увидела крупные цифры и буквы: родовой номер, имя. «Списки обитателей Шестой зоны», – поняла Эйна. Начала читать номера, которые шли в порядке возрастания. В самом первом столбце слева были перечислены трёхзначные родовые номера. Мелкие рыжие лампочки горели неравномерно, их свечение становилось то чуть ярче, то бледнее, и читать надписи было тяжело. С непривычки у Эйны сразу заболели глаза, и она с трудом разбирала цифры.

Однако, просматривая номера первого столбца, Эйна вздрогнула и даже чуть не вскрикнула, но вовремя спохватилась, зажала рот рукой и украдкой посмотрела по сторонам. Нет, никто не обратил внимания на её реакцию. Люди стояли молча и напряжённо вглядывались в надписи.

Эйна снова подняла глаза к табло. Ей не показалось, это правда! Там написано «114, Лидия»! Это ведь жена Никоса! Значит, она до сих пор жива, хотя её отправили сюда много лет назад! У Эйны бешено застучало сердце. Если Лидия смогла прожить здесь так долго и уцелеть, значит, у Эйны действительно есть шанс найти своих родителей! Она почувствовала, что её трясёт от волнения, и обхватила себя руками, чтобы унять дрожь.

Но когда Эйна начала просматривать соседние столбцы, чтобы найти знакомые номера, толпа заволновалась, со всех сторон послышались приглушённые голоса. Они повторяли какие-то фразы, но Эйна не разбирала слов. Прежде чем подумать, как ей теперь себя вести, чтобы не привлекать внимания, она ещё успела перевести взгляд на следующее табло, с четырёхзначными номерами, быстро пробежала глазами сверху вниз и остановилась на строчке «2105, Кортан».

Теперь Эйне стало ещё труднее справляться со своими чувствами. Её бросало то в жар, то в холод. Она то испытывала нестерпимую радость от того, что Кортан где-то здесь, совсем рядом, то замирала от ужаса при мысли, что может не найти его в толпе.

В этот момент шум на площади ненадолго усилился и резко затих. Эйна увидела, что в каждом столбце одна верхняя строчка ярко вспыхнула красным цветом. Над толпой раздались резкие отрывистые звуки, напоминающие свист. После этого первые строчки всех столбцов снова стали оранжевыми, а красным теперь загорелись вторые строчки.

Эйна посмотрела по сторонам и заметила, что каждый из её соседей приподнял правую руку и слегка засучил рукав, а левую держит наготове. У каждого на правой руке – широкий браслет с кнопкой. Время от времени кто-то из заключённых нажимал кнопку на браслете, при этом слышался громкий свист. Эйна предположила, что люди это делают, когда их имена подсвечиваются красным, – отвечают звуковым сигналом, чтобы подтвердить своё присутствие. Наверное, это вечерняя перекличка жителей Шестой зоны.

Эйна снова подняла глаза к табло. Сколько там ещё строчек осталось? Заветный номер вот-вот загорится красным, Кортан нажмёт кнопку, его браслет засвистит. Но как узнать, где стоит Кортан? Эйна запаниковала. Она ведь уже почти добилась своей цели, уже добралась до Кортана, их разделяют лишь десятки метров – и сейчас Эйна может всё испортить, потому что пропустит сигнал Кортана и не поймёт, откуда он прозвучал!

В отчаянии Эйна вертела головой, глядя то на табло, то на толпу и пытаясь угадать, где находится Кортан. Всё осложнялось тем, что одновременно раздавалось несколько сигналов, с разных сторон. Как же Эйна догадается, который из них подан Кортаном?

И вот наконец случилось то, чего так боялась и так ждала Эйна: строчка Кортана ярко вспыхнула, одновременно с несколькими другими строчками в соседних столбцах, и раздалось несколько свистков. Эйна замерла и даже прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться только на звуках и ни на что не отвлекаться. Ей показалось, что все свистки прозвучали справа от неё.

Тогда Эйна решила, что надо двигаться в ту сторону. Осторожно протискиваясь между людьми, она медленно переместилась на несколько метров. Люди пропускали её неохотно – все следили за строчками на табло, не сводя с него глаз. В конце концов Эйна кое-как пробилась к правому краю площади и остановилась у стены здания, рядом с боковой улицей. Если Кортан действительно стоит где-то в правой части толпы, как Эйне показалось по свисткам, то ему будет удобнее уходить отсюда по этой улице, а не пробираться через скопление людей на другую сторону площади. Поэтому Эйна надеялась заметить его в потоке людей, когда перекличка закончится.

Но пока никто никуда не уходил. Даже те, кого уже проверили, оставались на своих местах. Наверное, здесь не принято покидать площадь до того, как высветятся все строчки во всех столбцах. Поэтому у Эйны ещё было время в запасе. Она быстро просматривала строчку за строчках в поисках своего родового номера. А когда увидела его, у неё потемнело в глазах: «7537, Диана».

Эйна бы не удержалась на ногах, если бы не стена, на которую она опиралась спиной. Она опустила руки, с силой прижала ладони к шершавой поверхности камня. Подняла глаза, потому что они мгновенно наполнились слезами.

Как пережить такую новость? Мама жива! Значит, все эти долгие двенадцать лет, когда Эйна считала себя сиротой, её мама была здесь! И как теперь её найти? Строчка с номером 7537 была намного выше тех, которые подсвечивались красным прямо сейчас. Значит, мама Эйны уже давно подала сигнал, а Эйна стояла неподалёку и ещё не знала об этом.

Держась за стену, Эйна сделала несколько глубоких вдохов, чтобы немного прийти в себя. Мысли путались. Эйна снова посмотрела на табло. Папиного имени там не было. Значит, его здесь нет. Или он действительно умер давным-давно, ещё в Третьей зоне, или был здесь вместе с мамой, но не дожил до этого дня.

Эйна не понимала, что ей делать дальше. Даже если она прямо сейчас увидит в толпе Кортана, она ведь не сможет покинуть Шестую зону, не повидавшись с мамой! Но тогда Эйне придётся приходить на эту площадь снова и снова, чтобы однажды, наконец, увидеть, откуда подаёт сигнал её мама!

А остальные, кого Эйна надеялась здесь найти? Она уже видела на табло родовой номер Лидии, но ведь есть ещё Елена, Сирина, родители Фризии!

И как раз в это время перекличка закончилась, все надписи на табло погасли. Над площадью зазвучал мужской голос, усиленный системой вещания:

– Внимание! Внимание! Объявляется переход к ночному уставу! День четвёртый второй недели марта окончен!

И только после этого люди медленно потянулись от центра площади к боковым улицам.

Эйна выпрямилась, подалась вперёд, начала напряжённо всматриваться в мрачные усталые лица. Все они казались одинаковыми: сероватая, будто запылённая, кожа, синие тени под глазами, тусклые немытые волосы. Нахмуренные брови, складки на лбу, опущенные уголки губ. Ни одной улыбки, ни одного весёлого взгляда. Эйне стало страшно, что она не узнает Кортана.

Но вот ей показалось, что она увидела что-то знакомое. Черты лица, рост – всё это напоминало Кортана, но такого лица Эйна никогда у него не видела. Она пошла за этим человеком, но долго не решалась его окликнуть. Ей не хотелось делать это при всех, пока толпа не рассосалась. И только когда хмурый мужчина повернул за угол и остался один, Эйна сказала:

– Кортан?

Он резко обернулся, равнодушно скользнул глазами по чумазому подростку и снова зашагал вперёд. Но этого недолгого взгляда хватило, чтобы Эйна узнала любимые черты. Она повторила более настойчиво:

– Кортан!

На этот раз он остановился. Эйна подошла ближе.

– Откуда вы меня… – Он замер, не договорив. – Эйна?! Это ты?!

Она подалась к нему, но он остановил её жестом и тихо сказал:

– Иди за мной.

Через несколько минут Кортан подошёл к заброшенному дому в конце улицы – такому же, как тот, через который Эйна попала в город. Она уже поняла, что здесь таких много. Кортан оглянулся, но смотрел не на Эйну, а по сторонам. Проверял, нет ли посторонних глаз в этом переулке. Потом остановился, взял Эйну за плечо и втолкнул в тёмный коридор за выбитой дверью. С улицы туда проникал свет фонаря – только что стемнело, и золотистые лучи смешивались с синеватыми сумерками.

Первое, что сделала Эйна – бросилась к Кортану, обняла, уткнулась лицом в его серый пропылённый комбинезон, разрыдалась. Кортан одной рукой обнимал Эйну, другой гладил её по голове. Когда Эйна перестала стонать и всхлипывать, Кортан сказал:

– Здесь нас никто не услышит. Рассказывай! Как ты сюда попала? Тебя арестовали? За что?

– Нет! Я за тобой пришла! Хочу вытащить тебя отсюда!

– Что? Как это вытащить? Хочешь, чтобы я сбежал? Куда? Мы же погибнем!

– Но я же не погибла! Видишь, я живая!

– Вижу, – впервые улыбнулся Кортан и снова погладил Эйну по голове. – Я тебя с трудом узнал! Где та девочка, которую я помню? Маленькая, застенчивая, беззащитная? А волосы? Как же я любил твою причёску! Ты теперь совсем другая.

– Значит, я такая тебе не нравлюсь? – с вызовом спросила Эйна.

– Что ты! Наоборот! Я просто не могу поверить, что снова тебя вижу!

– Я тоже, – призналась Эйна. – Как будто это сон.

Они помолчали, глядя друг на друга и не расплетая рук, как будто оба боялись, что один из них сейчас исчезнет.

Потом Эйна сказала:

– У меня тут есть ещё одно дело. Мне нужно найти мою маму.

– Что? Она тоже здесь? Ты же говорила, что она умерла!

– Я так думала. Но у меня была надежда, что это неправда. А сегодня на перекличке я увидела её имя! Ты мне поможешь?

Кортан нахмурился:

– Это сложно. Я понятия не имею, как тут кого-то найти. Я же тут почти ни с кем не знаком – только с теми, кто живёт вместе со мной. – Кортан горько усмехнулся. – Из моего окружения сюда никого не высылают. Это только мне так повезло.

Эйна сжала его руки.

– Я знаю, почему ты здесь! Мне Альфия всё рассказала.

– Ты была во Второй зоне? А Крию видела? Как она?

– Плохо. Плачет из-за тебя. Давай мы потом обо всём поговорим, сейчас нет времени. Надо действовать.

И Эйна начала расспрашивать Кортана о «ночном уставе», который упомянул голос из репродуктора на площади.

Прежде чем начать рассказывать, Кортан выпустил Эйну из объятий и подошёл к выходу. Выглянул на улицу, вернулся.

– Тут сейчас безопасно, нас никто не услышит. После переклички ещё несколько часов можно ходить по улицам, это не запрещено. Считается, что после рабочего дня у нас могут быть какие-то важные дела – паёк получить, если днём не успел, в душевые сходить, одежду отнести в стирку. Некоторые даже в гости ходят по вечерам, и охранители на это не обращают внимания. Главное, чтобы к полуночи все уже вернулись в свои палаты.

– Палаты? – переспросила Эйна. – Как в больницах?

– Да. У нас тут так называют жилые помещения. В каждой палате двадцать коек, а у входной двери – табло со списком. Ну, ты уже видела такое на площади. Только в палатах они маленькие, на два столбца, по десять имён в каждом. Подходишь к двери, прикладываешь браслет к табло, раздаётся сигнал. Нажимаешь свою кнопку, и твой номер гаснет. Это значит, что ты пришёл вовремя. А в полночь дверь блокируется, и до восьми утра из палаты не выйти. В восемь мы встаём, идём на утреннюю перекличку, оттуда сразу на работу. Остаёмся там до девятнадцати часов. Потом вечерняя перекличка, свободные часы, и всё по новой.

Эйна вздохнула. Ей, выросшей в приюте Третьей зоны, к такому не привыкать. Она бы смогла тут жить. Но Кортан, с его благополучным прошлым, – как он выдержал столько месяцев? А самое ужасное – отсюда только два пути: или смерть, или бегство в Безлюдные земли. Однако Эйна понимала, что убегать Кортан не стал бы. Скитаться в степях вместе с другими беглыми преступниками – это не для него.

Она взяла Кортана за руку и рассмотрела получше его браслет.

– Там же наверняка есть маячок?

– Конечно, – мрачно подтвердил Кортан. – За нами постоянно следят. Вот прямо сейчас у охранителей в системе видно, что я в своём районе. А в каком именно доме, их не интересует. Так что я могу до полуночи тут оставаться.

– А можно снять этот браслет? – деловито спросила Эйна, на всякий случай подёргав металлическую полоску.

– Нет. Там электронный замок. А металл очень прочный, его без инструментов не сломать.

– Минутку… – Эйна достала из рюкзака пакет со своей курткой, развернула её и пошарила в карманах.

Кортан поморщился.

– Что за запах?

– Канализация. Скоро сам увидишь. Отсюда проще всего по коллектору выбраться. Да что такое… – Эйна сердито хлопнула себя ладонью по бедру. – Я же его в карман положила!

– Ты о чём?

– Да болторез ищу… Наверное, выронила в подвале!

– Зачем он тебе?

– Браслет перекусить хотела.

– Погоди! Мы что, прямо сейчас уходим?

– Нет, попозже. До полуночи ведь ещё есть время. Давай попробуем сначала найти мою маму! Есть идеи, как это сделать?

Эйна внимательно посмотрела на Кортана.

– Эй… Что с тобой? Ты не рад? Не хочешь идти со мной?

Кортан замялся, отвёл глаза.

– Может, не сегодня… Мне надо как-то подготовиться. Вещи собрать. С соседями попрощаться…

– Что ты такое говоришь? Какие вещи? Какие соседи? Ты в своём уме? Чем дольше мы тут остаёмся, тем больше шансов, что меня поймают. У меня же нет этого вашего браслета на руке! Любой прохожий может на меня донести, если заметит! Любой охранитель меня задержит.

Кортан горько улыбнулся:

– Даже если задержат – что они тебе сделают? Дальше Шестой не вышлют…

Эйна посмотрела на него с изумлением. Потом сказала:

– Это не я изменилась, а ты. Это тебя не узнать. Ты боишься?

– Мы оба изменились. Но ты сама подумай: что ты мне предлагаешь? Нарушить закон, рисковать жизнью? Я и так уже пострадал из-за того, что один раз поступил не по закону. Ты хочешь, чтобы мне было ещё хуже?

Эйна подняла брови и развела руками.

– Значит, вместо того, чтобы уйти со мной, ты хочешь остаться в этой тюрьме? Ходить строем на переклички, носить маячок? И так до самой смерти? – Эйна отвернулась, помолчала. – Значит, зря я за тобой приехала?

Кортан начал быстро шагать по коридору. Взад-вперёд, шесть шагов в одну сторону и шесть обратно: Эйна машинально считала.

– Я не знаю! Эйна, я только-только смирился с тем, что я здесь навсегда! Только начал привыкать к такой жизни! Убедил себя, что сам во всём виноват! Если бы я не рванул в степи, да ещё и на служебной машине, ничего бы этого не было! Но что сделано, то сделано. Этого уже не исправить!

Эйна перегородила ему дорогу и сказала:

– Прекрати. Говорить. Глупости. Посмотри на меня! Ты верил, что я выживу, когда меня выслали?

– Не знаю. – Кортан пожал плечами и снова отвёл глаза.

– Не отворачивайся! Слушай! Я выжила одна, у меня теперь всё хорошо. Если ты пойдёшь со мной – вдвоём мы точно справимся. Доберёмся до моего дома. Будем вместе. Что тебе ещё нужно? Вернуться во Вторую? На прежнюю работу? Помириться с родителями? Этого я тебе не могу обещать, это от меня не зависит. Но остальное – обещаю.

После этих слов Эйна почувствовала, как к лицу приливает жар. Ей стало стыдно из-за того, что ей сейчас пришлось сказать. Она полюбила Кортана за то, что он умнее и сильнее её. Он был для неё идеалом. И вот теперь она вынуждена уговаривать его, как слабого и глупого ребёнка, чтобы он доверился ей и пошёл, куда она его поведёт.

Эйна испугалась, что разочаруется в нём и больше не сможет его любить. А если так – стоило ли рисковать и отправляться в это опасное путешествие? И тут же сама себе ответила: стоило. Потому что она ощущала свою вину перед Кортаном, а если она всё-таки вытащит его отсюда, то они будут квиты. Он попытался спасти Эйну и поплатился за это свободой – Эйна попыталась спасти его и поплатится за это любовью. Всё честно.

А ведь ещё и новость о маме! Если бы Эйна не пробралась в Шестую зону, она бы никогда не узнала, что мама всё это время была жива!

Кортан больше не метался туда-сюда. Сначала постоял молча, потом поднял голову, посмотрел Эйне в глаза и сказал:

– Да. Ты права.

– Поясни. В чём именно я права? – спросила Эйна; сейчас ей казалось, что она совсем не понимает этого нового Кортана, поэтому боялась ошибиться.

– В том, что мне незачем тут оставаться. Это и правда было бы глупо. Я пойду с тобой.

У Эйны отлегло от сердца. Она сделала резкий выдох и встряхнула головой, как будто пытаясь отогнать дурные мысли.

– Значит, у нас тут осталось всего одно дело: придумать, как найти мою маму.