Целевая открытка, если не продается вся накануне праздника, лежит потом ненужным грузом в подвалах магазина полный год. И вот меня в начале марта попросили реализовать накопившиеся излишки открыток к Международному женскому дню.

Набрал я этого товара рублей на двести, благо он емкий, компактный, приехал и разложился.

Стол мой немедленно обступили со всех сторон. И — началось. Уже через полчаса работы хоть сворачивайся совсем. Невмоготу. Язык не поворачивается отвечать на бесконечные угнетающие однообразные вопросы, утомился считать, складывать и вычитать копейки, подбирать, подкладывать и поправлять открытки, следить, чтобы не брали без очереди и пр. — ну и работенка с таким товаром! Непохожая, новая, другая торговля. Будто я на базаре разложился.

Вот как примерно покупали.

— Такая сколько стоит?

— Две копейки.

— А такая?

— Три.

— А вот эта, красивенькая, с цветочками?

— Четыре.

— Почему так дорого? Она почтовая?

— Нет.

— Ну и цены, это же грабеж!.. А большие? Они с конвертами? По 15 копеек?

— Да.

— И к ним еще марку надо приклеить?

— Да.

— А марки у вас есть?

— Перед вами.

— Сколько стоит одна марка?

— Четыре копейки.

— Значит… почти двугривенный открытка?

— Да, девятнадцать копеек, если с маркой.

— Пять штук на рубль? Это же с ума сойти, как дорого. И какой дурак такое придумал?.. Мне надо сорок штук. Это сколько же будет стоить?

— Сейчас скажу. Десять штук без марок…

— Нет, мне с марками…

— Не мешайте. Десять штук без марок — полтора рубля. На четыре. Шесть. Плюс марок — сорок на четыре — рубль шестьдесят. Всего, значит, семь шестьдесят.

— Ну и ну. Да я и за день столько не заработаю… Нет, не надо, давайте этих, которые по две. Они с марками?

— Нет.

— А как же отправить? Так нельзя?

— Нельзя. В почтовом конверте.

— А конверты есть?

— Не бывает.

— А открытки продаете?

— Продаю.

— Безобразие… Зря только простояла. Лучше бы у почтарши купила, у нее хоть с марками…

Или другая покупательница:

— Мне, пожалуйста, десять штук вот таких. Десять таких и пять этих. — Я подбираю, едва поспеваю за ней. — Еще семь, да, правильно, семь с розочкой и пятнадцать с гвоздикой. Они ведь с конвертами? — Я ответил, что да. — Хорошо. Сколько я вам должна?

— Сейчас скажу. Так… Три рубля 84 копейки.

— Так дорого. Почему?

— С гвоздикой стоит 15 копеек. С розой 10. Проверьте.

— Нет, я считать не буду. Во-первых, это ваша работа, во-вторых, я вам верю. Давайте сделаем иначе. Вместо этих дайте мне тех. Они по три? — Я сказал, что по три. — Вот и хорошо. А эти я вам частично возвращаю. Вы мне положили 15 штук?

— Кажется, да.

— Пятнадцать, я помню. Так вот семь я вам возвращаю, а взамен возьму с мишкой на велосипеде. Или с зайцем на барабане. Или с лисой на коньках. Они ведь все по две?

— По две.

— Или по три?

— Нет, кажется, по две.

— Сами не знаете? Все-таки по две или по три?

— Простите, сейчас глянем. Нет, по две.

— Вот и хорошо. Тогда мне, пожалуйста, не семь штук, а девять. А вот эти я вам верну. Но не все. Парочку, пожалуй, оставлю. Они ведь симпатичные, правда?

— Правда.

— Все. Посчитайте, пожалуйста. Я взялся считать.

— Нет, простите, я передумала. Мне очень понравились вот эти, с ландышем. Они почем?

— Пять копеек.

— Такие дешевые?.. Тогда мы с вами сейчас сделаем так. Вот эти я вам возвращаю. Но не все…

Еще надо помнить, что покупателей много, и разговаривать приходится одновременно далеко не с одним. Всем некогда. И друг друга гонят и меня торопят.

Не дать вырваться раздражению, не обидеть — вот первая задача для того, кто за прилавком с открытками в такой предпраздничный день.

Спустя час-полтора после начала работы почувствовал, что не удержусь. Могу сорваться и понапрасну нагрубить, накричать.

Стало быть, что-то надо поменять.

И поменял. Форму.

— Товарищи женщины! — обратился к ним громко. — Переходим на новую форму обслуживания. Давайте-ка сами. Последите за порядком. Открытки перед вами. Подберите, и мне на оплату.

Пороптали, поспорили, однако согласились.

Лучше, тише, и скорее пошло дело. Вопросы они теперь задавали друг другу, сами же и отвечали. Вскоре и считать сами наладились. Я только получал деньги и давал сдачу.

Сразу спокойнее, ровнее и на душе сделалось. Доставало времени и желания поздравить каждую с праздником, перед тем как отпустить.

Оттаял, потеплел. Посочувствовал: если для мужчин 8 Марта очередной выходной, то женщины празднуют — как-то особенным образом волнуются, бережно ждут этот день и с понятным им одним значением готовятся поздравить друг друга.

И отложил уже лично для себя, в свой опыт:

1. Полезно искать перемен.

2. Как важно найти содержанию единственно верную форму.